Глава 9

      Рейген не мог держать кружку с кофе перебинтованной рукой, так что он зажал напиток коленями. Он упёрся взглядом в диван напротив и пришёл к совершенно неважному выводу: Тецуо Исари выглядел юным.       На самом деле, с вязаным одеялом на всё ещё дрожащих плечах, прижатой к груди собственной кружкой с кофе, растрёпанными волосами, свисавшими ему в глаза, и ошарашенным, запуганным, уставшим взглядом, метавшимся по комнате, Тецуо вполне можно было принять за напуганного, сбитого с толку студента. И Джун тоже почти подходила по критериям. Она сидела рядом со своим мужем в пижамных штанах, лёгком топике и зимней куртке сверху и гладила его по колену. Она выглядела беспомощной, почти как ребёнок.       Рейген скосил глаза на зеркало на стене напротив. Он и сам-то не далеко ушёл от похожего описания. Его костюм сильно помялся возле ключиц и казался слишком большим. На лице проступала тревога, которую он тщетно пытался подавить. На белой рубашке и синем галстуке виднелись капли крови, а на груди пиджака красовалось несколько кровавых следов — наверное, он неосознанно вытирал руки об одежду. Он перевёл взгляд на бинты, стянувшие пальцы его правой руки. Они выглядели розоватыми и будто маслянистыми; возможно, их стоило сменить, но Рейген мог лишь догадываться, он не был врачом. Когда он смотрел на ладонь, она начинала болеть сильнее, поэтому он переключился обратно на кружку с кофе между колен.       Он прочистил горло и чуть поправил пиджак одной рукой, натянув его вниз.       — Мне… начать? — спросил он, оглядывая сидящую перед ним пару.       Джун на мгновение перевела взгляд на шею Тецуо. Она была покрыта дюжиной царапин разной длины и глубины. Они были достаточно поверхностными и после промывки обошлись без перевязки.       — Да, — напряжённо ответила Джун. — Расскажи мне, что произошло.       Рейген приподнял кружку левой рукой. Он пригубил кофе, но оно всё ещё было слишком горячим.       — В общем, вам повезло нанять единственного детектива на районе, который раньше был спиритическим консультантом… экстрасенсом… Ну, не прям экстрасенсом-экстрасенсом, но… То есть я фрилансил по домам с привидениями, или людьми с привидениями, или… да… Это… Неважно, — Рейген прикусил язык. Он аккуратно глянул на Джун, рука которой напряглась на колене Тецуо. — Возможно, в мои слова будет трудно поверить. Вы кажетесь мне очень разумным человеком, так что, пожалуйста, поверьте, что я не шучу и не обманываю вас. Я просто хочу, чтобы вы выслушали меня до конца.       Джун кивнула, сжав ногу Тецуо так крепко, что её костяшки побелели. Нервничающий Тецуо отпил из своей кружки.       — Тецуо был периодически одержим злым духом по имени Кейджи Могами.       Рейген выдержал паузу после этих слов. Он внимательно следил за лицом Джун, но выражение напускного, натянутого спокойствия совсем не менялось.       — …злой дух? — повторила Джун чуть позже, чуть растягивая слова. Рейген вдохнул поглубже и выпрямился.       — Да, — заверил её он, игнорируя неприятные ощущения в пояснице. — Его амнезия и необъяснимые исчезновения — всё это происходило тогда, когда его контролировал Могами. Тецуо никак не мог быть в курсе происходящего. Поэтому… То, как он вёл себя — усталость, забывчивость, всё было это из-за одержимости духом.       Костяшки Джун побелели, как бумага.       — Злой дух… то есть… Злой дух… захватил Тецуо? Вы это имеете в виду? Вы утверждаете, что он был одержим?..       Рейген заёрзал от её напористости. Он отвернулся.       — Да, именно так. Я серьёзен на все «сто». Я понимаю, что вы не это ожидали… И ещё толком не переварили, наверное… но духи правда существуют. И один из них вселился в вашего мужа. Я могу это доказа…       Рейген дёрнулся, когда его прервал звук шлепка ладони по затылку Тецуо.       — А-у!       — Тецуо Инари, какого ещё на хрен злого духа ты умудрился выбесить?! — Джун вцепилась в его плечо и потянула мужа на себя. Тецуо едва сумел не разлить кофе, в шоке уставившись на свою жену.       — Я… я?! Да никакого!       Рейген отклонился подальше назад, с удивлением смотря то на супруга, то на супругу.       — Ты… ты целых пять лет подшучивал надо мной за то, что я до ужаса боялась всего паранормального, а теперь—       — Джун…       — …ты взял и нашёл духа, который вселился в твою несчастную задницу—       — Джун…       — …и не просто духа, а… как его… Могами?.. Кейджи Могами? Экстрасенс который?! Рейген, вы имели в виду экстрасенса Могами?       — Ага, — выдавил Рейген. Он небрежно махнул рукой в сторону двери, всё ещё удивлённо таращась на супругов. — Он… его дом… вон там. В двух кварталах. Или в трёх? Не знаю, я сюда шёл, как в тумане. Особо не смотрел по сторонам, потому что я нёс… — он ещё раз отрешённо взмахнул рукой, но теперь в сторону Тецуо.       Джун следила за рукой Рейгена. Несколько секунд она в упор смотрела на свою закрытую входную дверь. Женщина чуть побледнела.       — Кейджи Могами покончил жизнь самоубийством в своём доме тридцать лет назад. Тецуо… — её муж дёрнулся. — …мы что, купили дом рядом с человеком, который повесился?       — Нет, не рядом! А… он же сказал, в трёх кварталах! И такое… только в ужастиках! То есть! Такие проблемы бывают только в дешёвых ужастиках, понимаешь?? Покупаешь дом. Одержимый. То есть с призраками. И там всегда ещё риэлтор при делах? Я… у меня даже говорить нормально не получается.       — Не получается! — Джун отпустила его и взмахнула обеими руками. — Ты… идиот…       — Да ладно тебе, Джун…       — Сколько раз ты меня дразнил?!       — Джун…       — Чуть со смеху не помер, когда я попросила повесить талисман от привидений в шкафу!..       — Да я же просто шутил, Джун! Знаешь, как… Ну… Когда кто-то боится пауков, надо же купить игрушечного и нацепить на ниточку, ну надо же! Я не издевался, просто… это всё…       — Он хотел поделиться хорошим расположением духа? — предложил Рейген. И тут же подавился кофе от злобного взгляда Джун. — Мимо, понял, извиняюсь.       — Ну, молодец! Зато теперь я посмеялась! — Джун снова ударила его в плечо. — Как? Как?! Во что ты ввязался?       — Клянусь, я не виноват!       — Тецуо, рассказывай!       — Я-Я не знаю.       — Советую узнать, потому что если… если это опять случится… идиот ты этакий.       — Тебе не кажется, что, может, знаешь, я уже и так настрадался?? Я вообще-то жертва! Не кричи на меня.       — Заткнись и слушай, я ещё даже не начала! Ты… и сколько это продолжалось?? Месяцами, Тецуо! Ты странно вёл себя вот уже несколько месяцев. И ты… ты даже не сказал ничего. Мне, по крайней мере. Пришлось нанять детектива, чтобы он за тобой проследил! Одержимость… Почему, Тецуо?.. Почему ты ничего не сказал?..       — Я не хотел тебя волновать, — пробормотал Тецуо в свою кружку.       Джун снова подняла руку, но на этот раз лишь прижала её к щеке Тецуо. Его всё равно чуть повело в сторону.       — Разумеется, я волновалась… идиот ты…       — Ну, я этого не хотел… — Тецуо нашёл взглядом Рейгена, но вскоре отвернулся. — У тебя и так своих проблем по горло, и когда я начал… Т-То есть, нет, не так. Я не знал до сегодня… в том доме… с этим человеком… с ним…       — Рейген, — пояснил Рейген.       — С Рейгеном, — Тецуо умолк. Он неуверенно поднял кружку и отпил кофе. Мужчина всё ещё дрожал под одеялом. — Я ничего не знал… Но внезапно я будто проснулся, и-и что-то давило на меня сверху. Не отпускало. Меня будто закопали глубоко под землёй, но я по-прежнему всё видел, чувствовал и слышал, только не мог… ни сказать ничего, ни… — он снова поднёс кружку к губам, но не отпил. Она просто покачивалась возле его рта. — Я правда попытался остановиться. Когда он вытащил нож. Я всё перепробовал. Я всё перепробовал.       Губы Джун зашевелились, хотя вслух она ничего не сказала. Она убрала руку от щеки мужа.       — …что случилось с ножом?       Тецуо оставил кружку в одной руке, а другую с содроганием поднёс к горлу, глядя куда-то в никуда. Он осторожно провёл пальцами по красным воспалённым порезам, едва касаясь их. Тецуо с трудом сглотнул и зашептал:       — Он собирался убить меня, Джун… Он собирался перерезать мне горло, Джун. И я чувствовал это. Я-Я чуть не умер, охренеть, я чуть не умер, Джун…       Тецуо склонился вперёд. Джун снова положила руку ему на плечо. Она подняла и опустила её, будто собираясь ещё раз шлёпнуть мужа, но тут её лицо слегка перекосило, и всё раздражение с агрессией куда-то исчезли. Вместо этого она приобняла Тецуо за широкие плечи. Она подняла ноги на стул, прижимаясь к нему поближе, и прижала его лицо к своему плечу.       — О боже… Боже… — она не переставая хваталась за Тецуо и отпускала его, будто пыталась прижать его ещё ближе к себе. Джун начала мягко покачиваться с ним из стороны в сторону. — Почему? Зачем ему тебя убивать?       У Тецуо тоже перекосило лицо. Он закрыл глаза и прислонился к жене, полностью вверяя себя ей и уткнувшись в её плечо. Он покачал головой и обессиленно пожал плечами.       — …не знаю. …не знаю, что я натворил…       Рейген заметил, что его кружка так и была приподнята возле его рта. Он опустил её обратно, уставившись взглядом в пол.       — Насчёт этого… Я попытался разузнать, что Могами задумал, но дела быстро приняли намного более… колюще-режущий оборот… поэтому, э-э… Ничего. Я ничего не узнал. Но оба раза, когда я следил за тобой… за ним… то есть за Могами… Оба раза он ходил в твоём теле в магазин. Он дух, так что… видимо, сам он купить ничего не может… Он сказал, что соскучился по еде и по прогулкам по свежему воздуху, но… Лично мне как-то слабо верится.       Тецуо поднял голову. Он чуть отстранился от Джун, обеспокоенно глядя на перебинтованную руку Рейгена.       — Колюще-режущий… да… извини, насчёт… насчёт руки. Мне жаль.       Рейген пожал плечами.       — Ты не виноват. Извини насчёт шеи.       — Ты тоже не виноват.       — Немного.       Джун немного отпустила Тецуо, снова обратив внимание на Рейгена. Она явно пыталась казаться спокойной.       — Он исчез? Что произошло? Что вам известно?       Рейген заёрзал на месте. Он с глухим стуком поставил кружку обратно на кофейный столик.       — Когда я следил за Тецуо, я заметил, как Могами вселился в него, в первый же день. Это… ну, нетрудно узнать, учитывая, что я видел подобное раньше. На своей предыдущей работе. Тецуо, ты уходил с работы, когда он до тебя добрался. Потом он взял тебя… воспользовался тобой, чтобы купить суп быстрого приготовления, принёс всё это обратно в тот дом. Я вступил с ним в разговор и попытался изгнать его, но не сработало. Он попытался убедить меня, что никому не вредил, а потом просто выпихнул меня обратно на улицу. С тобой. Будто я ему наскучил или надоел? В общем…       — Это был ты, — пробормотал Тецуо. Он молча смотрел на Рейгена, прикусывая губу, и хмурился. — Я вспомнил тебя. Ты представился соседом. То есть… ты знал? Всё это время? Ты знал о Могами, но не сказал мне. Почему?! — голос Тецуо чуть надломился, и он немного пристыженно сжался.       — А как бы это тебе помогло? — прозаично спросил Рейген. Он опёрся локтями о колени и наклонился вперёд. — Что бы ты сделал? Нанял бы экстрасенса? Ты и так уже его нанял, пускай и случайно. И я пристально следил за тобой, честное слово, — Рейген снова выпрямился, раздумывая над словами. — Если бы ты узнал… Разобраться со всем этим было бы ещё сложнее, потому что это ни обезопасило бы тебя, ни защитило бы от самой одержимости. Скорее всего, ты просто был бы… в ужасе, как сейчас. Или мёртвым. Если Могами был осторожным, он мог бы просто избавиться от тебя и найти кого-то другого, — Рейген похлопал пальцами по своей шее и махнул в сторону Тецуо. — А там… да.       Тецуо постучал пальцами по боку кружки и кивнул.       — Ладно… Д-Да… Логично, пожалуй.       — Продолжайте, пожалуйста, — добавила Джун. Её голос был полон беспокойства, хотя она и старалась этого не выдать.       — Я продолжил следить за тобой. Готовил обереги, талисманы, и… да всё подряд, всё что угодно на тот случай, когда Могами снова выхватит тебя. И это случилось сегодня. Могами использовал тебя, чтобы купить сироп от кашля и… не знаю, кстати. У него что-то ещё в пакете было. Я снова разговорился с ним в доме, попытался что-то выяснить, но у него кончилось терпение, и… — Рейген посмотрел на Джун. Она держала ладонь мужа в руке, поглаживая его костяшки пальцами. Рейген осторожно махнул в сторону собственной шеи. — Могами — я сам так и не понял почему — решил убить Тецуо и взять меня вместо него. У него в кухонном ящике был нож. Мясницкий. Я спасся…       Рейген поднял руку, которую Джун забинтовала ему, когда они с Тецуо ввалились к ним в дом. Он испытал прилив какого-то стыда, почувствовав себя ребёнком, который показывал ранку учителю. Лицо Джун побелело, как простыня, и от этого стало ещё хуже. Рейген всё так же стыдливо положил забинтованную правую руку на колени и прикрыл её левой. Его сердце забилось быстрее, и пульсирующая боль в ладони ускорилась вместе с ним.       — Я соорудил талисманы от одержимости и обереги для экзорцизма. Их довольно сложно сделать правильно, и Могами думал, что они не сработают. Я опробовал один, и он только слегка обжёг ему щёку, как… вон… у тебя слева. Извини за это тоже.       Тецуо провёл пальцем по красной воспалённой полосе на щеке, оставшейся от символа на обереге.       — Да это почти не болит, честно. Не переживай…       — Жаль, что я сразу не выбрал подходящий, — слегка удручённо продолжил Рейген. — Потому что один из них… или несколько… — он покачал головой, глянув на Джун. — Так, я отвлёкся, да. На чём я остановился? Обереги, точно, я… Так как Могами не верил, что они сработают, и он хотел воспользоваться мной в качестве сосуда, я как бы… заключил с ним сделку.       — Ты разрешил ему вселиться в тебя, если он позволит тебе опробовать на нём обереги. Кто победит, тот победит, — ответил Тецуо. Он был на эмоциях, хотя всё ещё дрожал под одеялом. Мужчина сглотнул, решительно глядя вперёд. — Это я помню. Я помню всё после ножа.       — И ты помнишь… — Рейген сделал режущее движение возле шеи.       — Да.       — Мне жаль.       Тецуо поднёс кружку к губам, но не отпил. Он уставился на напиток, потерявшись в собственных мыслях.       — …ещё я помню, что ты его достал. Я это почувствовал. Ты впечатал в него все те обереги и вырвал его с корнем. Он исчез, — Тецуо приподнял голову, чуть не спотыкаясь на словах, и его голос тоже повысился: — …он ведь исчез… правда? Насовсем?       — Искренне на это надеюсь, — ответил Рейген, не глядя ему в глаза. — Один из тех оберегов… или несколько… или вообще все? Они вырвали его из тебя. По идее они должны были изгнать его окончательно, чтобы от него ничего не осталось. Ключевое слово «должны»…       — Как мне в этом убедиться? — спросил Тецуо. Он задрожал пуще прежнего и выглядел даже бледнее, чем в начале беседы.       — Следи за собой. Проверяй себя. Придерживайся расписания. Будь начеку, — Рейген перевёл взгляд на Джун. — Пусть за тобой присматривает кто-то, кому ты можешь доверять.       Джун выпрямилась. Она сжала зубы, в упор глядя на Рейгена, и переплела свою руку с рукой Тецуо. Она почему-то казалась больше своего мужа, хотя тот и был высоким.       — Я могу это устроить. У меня есть отпускные. А ещё… вы знаете каких-нибудь надёжных экстрасенсов, которым вы доверяете?       Рейген чуть усмехнулся.       — Ну, я всё ещё работаю на вас целую неделю. Прелесть предоплаты, — он ссутулился. — Но да, работающих экстрасенсов. У меня есть несколько номеров, я напишу.       Джун кивнула. Она ещё раз сжала руку Тецуо и встала.       — Вы можете подлить себе кофе, мистер Рейген, и взять всё необходимое из набора первой помощи. Нож, которым вас порезало — он лежал в старом заброшенном доме тридцать лет… Наверное, благодаря этому ваши пальцы и шея Тецуо всё ещё при вас обоих, но нож ведь явно не был чистый, так? Прививки от столбняка. У меня есть врач, который хоть посреди ночи ответит. Я запишу вас обоих… к врачу. Могу хоть сейчас, если хотите.       Рейген отмахнулся; на него накатила дикая усталость от одной только мысли о поездке до больницы. Он глянул на свои часы — 1:05 утра.       — Столбняк меня сегодня не убьёт. Завтра разберусь. А сперва надо поспать…       Джун внимательно оглядела его, затем кивнула.       — Я всё равно запишу вас на завтра. Мы заплатим или… просто прибавим к вашей оплате, это ведь… мы виноваты… — она провела пальцами по волосам и прошла на кухню. Штаны её пижамы чуть волочились по полу. — Риэлтор. Она на очереди.       — Риэлтор… Дом, Джун?.. — Тецуо чуть не перекосило, когда он повернулся к жене. — Да ладно тебе, я не хочу продавать дом! Мне здесь нравится! — чуть ли не заныл он.       — Да, мы продаём дом! Ты чуть не умер! — она притормозила перед кухней. — Не… не думай об этом. Просто отдохни пока. Я позвоню за тебя на работу, скажу им, что ты приболел. Я со всем разберусь, не переживай. Пожалуйста, просто поспи, — она неуверенно переступила с ноги на ногу, держась рукой за косяк двери, ведущей на кухню. В итоге она передумала и вернулась к дивану. Джун села перед Тецуо и жестом попросила его поставить кружку. Он так и сделал, и она прильнула к нему, с силой обняв мужа и сцепив руки за его спиной. Тецуо, хоть и нервно, но ответил ей тем же. Он поглаживал её по спине, утешая их обоих. Он глубоко выдохнул, прижимаясь к ней лицом.       — Я люблю тебя. Будь осторожен.       — Да… да, это я могу. Прости. Мне жаль… Я тоже тебя люблю, — прошептал он в её волосы. Когда Джун отстранилась, Тецуо встретился взглядом с Рейгеном. Внезапно он выглядел намного более усталым, но уже не таким запуганным. Джун ушла на кухню, и Тецуо посмотрел ей вслед, а потом спрятал лицо в руках.       — …она права. Мне надо поспать. Боже, мне надо поспать. Я будто несколько дней был на ногах.       Рейген посмотрел на наполовину выпитую кружку кофе.       — Может, тогда стоит пить кофе без кофеина?       — А может, тебе стоит не лезть в чужие… тебе… — Тецуо шумно выдохнул, содрогаясь, и снова посмотрел на Рейгена. — …мне не нравится декаф. Извини, это было грубо. Я… я всё ещё немного не в себе. Слишком… слишком много всего. Спасибо… спасибо за то, что ты полез в чужие дела, на самом-то деле. Правда. Думаю, это благодаря тебе я не лишился шеи.       — Без проблем, — ответил Рейген. Он одарил свою кружку недовольным взглядом и поставил её на столик. — Твоя жена мне за это заплатила… так что надо было отработать.       Тецуо потёр глаза.       — Джун… Поверить не могу, что я заставил её пережить такое, боже… Я и впрямь идиот. Я не прошу помощи, когда стоит. Давняя проблема. Я знал, что что-то было не так, причём капитально, но всё равно… ни к кому не обратился… не хотел никого беспокоить… — Тецуо опустил руки и посмотрел на Рейгена. — Ты… ты так и не выяснил? Что он задумал? Потому что я… я не знаю. Даже представить себе не могу. Это за пределами моего понимания.       Рейген покачал головой.       — Я пытался, но ничего не добился. Он покупал суп и сироп для кашля, оба раза приносил их в дом. Сказал, что для себя. То есть… для тебя? Жуть какая.       Тецуо содрогнулся.       — Ты знаешь, что его труп так и висит в том доме? Он проклят. Его нельзя коснуться. Старая страшилка из моего участка. Я даже не задумывался об этом. Какое там. Я знал, что мой дом неподалёку, но эта история всплыла лишь однажды. Было одно дело несколько лет назад, когда…       Рейген терпеливо ждал, когда Тецуо продолжит, но тот замер и практически не шевелился. Тецуо сжал руками колени, глядя куда-то в никуда.       — …ты в порядке? — спросил Рейген.       — Младший брат… Его младший брат сказал… О боже. О боже. Он был мёртв, разумеется, он был мёртв, но он мог вселяться в людей… конечно, он мог украсть… с ребёнком это было бы так просто. С-Сосуд до меня? Что он делает со своими старыми вместилищами?       Рейген моргнул, оглядывая Тецуо сверху вниз.       — …э?       Что-то в глазах Тецуо вспыхнуло, проницательно глядя на Рейгена.       — Ты упомянул суп. Он покупал суп и сироп для кашля, будто пытался сохранить кому-то жизнь, да?! Кому-то живому в… о боже. О боже. И я… он пользовался мной для этого, и я… возможно, это я тогда… о боже. О боже, о боже… — Тецуо с трудом, но подскочил с дивана. Он выбежал в коридор и ухватил пиджак своей полицейской формы. Белый, как простыня, он вбежал обратно в гостиную и ухватил ключи со стола. На его порезах проступила кровь.       — Ты не сказал ни одного полного предложения, — заметил Рейген. Он тоже занервничал и подскочил на ноги вслед на полицейским. Он похлопал по карманам — обереги всё ещё были на месте. — О чём ты?! И куда ты? Что…       — Это по работе! Не… не переживай. Скажи Джун, что это насчёт дела. Я просто… Мне надо… Я вернусь! Позже. Немного. Я… — он резко провёл рукой по волосам и глубоко вдохнул, едва держа себя в руках. — Всё нормально. Всё хорошо. Мне срочно нужно на работу. Я всё понял… возможно… о боже.       Рейген ошарашенно стоял на месте и наблюдал за тем, как Тецуо снова вышел в коридор и открыл входную дверь. Он исчез в темноте снаружи, запустив в дом порыв ледяного ветра. Рейген так и не понял, какого чёрта произошло.       — О боже… — пробормотал кто-то позади него. Рейген повернулся и увидел Джун в проёме между кухней и гостиной с телефоном в руках. Она посмотрела на пустой диван так, будто её разочарованный взгляд мог вернуть её мужа на место.       Рейген показал в сторону двери.       — …это нормально?       — К сожалению, да, — ответила Джун. Она прислонилась к косяку и съехала вниз, усевшись на плинтус между деревянным и кафельным полом. Она притянула колени к груди, задумчиво глядя на открытую входную дверь и темную улицу за ней. — Вот почему он… такой? Но тут хотя бы очевидно, что он не одержим… Это… Это Тецуо на все сто процентов.       — Я могу проследить за ним? — предложил Рейген.       Джун устало провела руками по лицу.       — Нет. Возвращайтесь домой и поспите. Обработайте руку нормально. Я за ним прослежу. Пожалуйста. Вы уже и так достаточно сделали… даже более чем… спасибо… спасибо вам огромное. Видимо, я наняла правильного детектива.       Рейген усмехнулся и кивнул. Он снова глянул на часы: 1:15 утра. В чём-то она была права: он вымотался. Рейген подумал о том, как он вернётся домой и просто… свернётся калачиком на диване с включённым телевизором и каким-нибудь алкогольным напитком в руке. Звучало отлично.       Он подумал о том, как пусто будет в квартире, и решил включить телевизор погромче обычного.       — Не забывайте: я с вами ещё на неделю. Я помогу присмотреть за Тецуо. Это… это должно предотвратить похожие катастрофы. И я сделаю побольше талисманов, хорошо? На всякий… — Рейген зевнул. Он едва держал глаза открытыми. Тело едва стояло на ногах. Он снова посмотрел на открытую дверь.       — Идите. Поспите. Обсудим всё позже, — Джун встала. — Мне нужно надеть нормальные штаны и пойти за ним.       — Удачи.       — И вам.       Рейген улыбнулся и повернулся к двери. С собой у него ничего не было, так что он просто бесцеремонно вышел на тёмную улицу. Лужайку практически не было видно, только улица была местами подсвечена фонарями. Рейген осторожно спустился с крыльца и посмотрел по сторонам, пытаясь понять, откуда он пришёл. Воспоминания были мутными. Он лишь помнил, как нёс содрогавшееся тело Тецуо, а тот с трудом выдавил свой адрес. Рейгена аж самого передёрнуло — вынужденный экзорцизм был явно невесёлым опытом для сосуда.       Или это он от ветра дрожал. На улице сильно дуло, пиджак Рейгена чуть ли не развевался. Рейген выбрал направление и куда-то пошёл. Если он найдёт дом Могами, то найдёт и свою машину. Потом нужно будет просто её завести и доехать до дома. Там он снимет окровавленную одежду, залезет в душ, напьётся тем, что найдёт в холодильнике. И поспит, боже, он поспит.       Вроде ему нужно было налево. Так что Рейген просто пошёл в ту сторону. Он подрагивал, проходя под освещёнными местами под фонарями. Вокруг стоял лишь вой ветра. В такое время всё вокруг будто вымерло.       Усталость пронизывала его до мозга костей, а ноги еле двигались, то в то же время от неё всё как-то приятно онемело. Выпивка, сон, сигареты, телек. Впереди его ждало много чего приятного, и по фиг на то, что он будет дома один, потому что, если забыть о том, что он чуть не умер, всё закончилось благополучно. Можно было ни о чём не думать.       Рука Рейгена задёргалась. Он повернул за угол. Может, стоило позвонить маме, когда он вернётся домой.       Или нет — было поздно.       Решить Рейген так и не успел. Грохот и треск от чего-то, прорывавшегося через кусты, вернул его с небес на землю. Рейген замер от шока и ужаса, глянув на живую изгородь возле какого-то дома. Он с трудом разглядел, как что-то неслось через неё по другую сторону.       Он наклонился вперёд, на мгновение заметив что-то мерцающее.       — А?..       Рейген только и успел поднять руки, как вдруг это нечто вырвалось из кустов и врезалось прямо в него.

* * *

      Мир снаружи был до ужаса огромным. Моб совсем позабыл об этом.       Земля под его ногами была холодной, чуть ли не замёрзшей, и бежать по ней было больно. С каждым ударом мороз будто пробирал его до самых костей. Он бежал по тротуару, глотая ледяной ветер и кашляя, чуть ли не задыхаясь, но не останавливался, лишь бы убраться куда подольше от дома и того, что он увидел внутри. Он не переставая оглядывался по сторонам в поисках любого движения — чего-то живого. Снаружи он был в опасности — они были в опасности.       Машина ослепила его своими фарами на повороте. Моб резко остановился и побежал обратно. Он соскользнул с тротуара на траву. Чувство равновесия подвело его, и он упал на лужайку, изрешетив влажную траву в жилистую кашицу. Ощутив под собой это «желе», он рвано ахнул и тихо вскрикнул, когда заболело плечо, которым он влетел в землю.       Он не испытывал ничего подобного вот уже много лет. Моб был в ужасе от боли и какой-то ломоты по всему телу. Адреналин терял свою хватку и давали о себе знать стонущие мышцы, которыми он почти не пользовался всё это время. Он задыхался. Не мог пошевелиться со страху.       Очередная машина — надо было бежать дальше.       Опираясь дрожащими руками о лужайку, Моб поднялся на ноги. Он постарался перевести дыхание, но вскоре снова побежал. Шаг за шагом, куда глаза глядят. Босые ноги покалывало. Он бежал дальше.       Впереди показались кусты, и Моб не остановился. Ближайшее дерево заскрипело, когда листья, кора и древесина полетели в стороны от столкновения с барьером. Он продолжал бежать, бежать, бежать, продираясь сквозь кусты и нещадно ломая их.       Вырвавшись по другую сторону, он посмотрел повыше.       Ужас ледяной водой налился в его лёгкие. Из горла вырвался беззвучный крик, и он всеми силами упёрся ногами в бетонный тротуар.       Напротив стоял мужчина: он наклонился к кустам, приподняв бровь.       Моб прижал руки к груди, закрыл глаза и постарался остановиться так резко, как только мог. Это было бесполезно. Он почувствовал рваный треск энергии от столкновения барьера с чем-то живым.       Он врезался в мужчину.       — Простите! — ахнул Моб. Он упал на тротуар, обхватив голову руками и склонившись вперёд; он представлял, как несчастного мужчину просто растерзало с левой стороны, и ему было тошно. Он врезался в него. Врезался. И убил. — Я не хотел, я не хотел, честное слово, мне так жаль!..       — Эй, я уж надеюсь. Смотри, куда летишь, парень. Чуть не убил меня.       У Моба свернуло желудок от удивления. Он сжал кулаки, положив руки на тротуар, и распахнул глаза. Ветер разбрасывал вокруг порезанные бумажки. Моб в шоке уставился на это конфетти. Обрезки были узкими, и на них, похоже, были какие-то символы, которые для Моба ничего не значили.       Он медленно поднял голову, с блеском в глазах оглядывая высокого мужчину, который вернулся с дороги, куда его вытолкнуло, обратно на тротуар. Он отряхнул свой костюм, на котором виднелись какие-то тёмные пятна. Кажется, мужчина был малость раздражён.       Сердце Моба чуть не остановилось.       — …вы не умерли, — поражённо прошептал он. Дрожа, Моб сел на колени. На большее он был неспособен; сил не хватало.       — Чуть не умер. Там… ладно, машин не было, но это, знаешь ли, повезло мне. Обычно тут ещё как гоняют! Нельзя выталкивать людей на дорогу, ладно?! Смотри, куда несёшься, — карманы мужчины были набиты порезанной бумагой, часть которой высыпалась на землю. Некоторые обрезки поблёскивали чем-то красным. Мужчина похлопал себя по левому плечу и поморщился. — А-уч. Ты что, на самолёт опаздывал. И как ты вообще до моего плеча достал?       Моб уставился на него, даже не моргая и не слыша практически ничего, кроме стука своего сердца. Его подташнивало, он был слаб и на нервах, но всё это отошло на второй план и уступило изумлению, которое расцвело у него в груди.       Это был тот самый голос.       Тот самый мужчина с ярким голосом. Он говорил всё с тем же чересчур энергичным тоном, но сейчас звучал намного чище и громче. И его голос был намного ярче…       Моб оглядел его. Высокий… да, он был высокий. Его волосы выглядели мягкими, лицо слегка ошарашенным, но не злобным. Он был в костюме с галстуком и белой рубашкой, его правая рука была перебинтована, а на ногах были чёрные туфли с белыми носками…       И он был невредим. Жив. В порядке. Барьер ему не навредил.       — …э, парень?       Моб сглотнул.       — Вы — экстрасенс?       — А? — мужчина моргнул. — Ага, лучший экстрасенс двадцать первого века, — пренебрежительно, не задумываясь ответил он. Он поглядывал куда-то дальше, позади Моба. Моб оглянулся, но сзади не было ничего, кроме темноты. — Ты… ты живёшь в этом районе?       Моб сжал колени в пальцах, впиваясь слишком длинными ногтями в свои изношенные штаны. У него голова шла кругом, пока он пытался сообразить, что произошло, и прийти к невероятным выводам. Лучший экстрасенс двадцать первого века…       — Вы… самый сильный экстрасенс?       — Что-то типа того, — мужчина снова глянул назад, будто занервничал. Он нахмурился, а потом посмотрел обратно на Моба. — Твои родители в курсе, что ты здесь?       — Нет.       — …а должны быть?       — Это ваши силы подавили мой барьер? — Моб наклонился вперёд. Вокруг творилось слишком много всего, и в голове стояла каша, поэтому он постарался сосредоточиться на этом человеке. На его голосе. Лице. На нём. Ярком человеке, который не умер.       — Мои… что? Слушай, я… — мужчина сморщил нос. Он чуть отстранился, и его отвращение перешло во что-то до боли обеспокоенное. Он снова оглядел Моба, прямо как Моб его. На его лице медленно отразился какой-то ужас. Моб и сам запереживал. — Э-эй… ты?..       Мужчина протянул к нему здоровую руку. Моб отстранился назад как можно дальше, не вставая с колен. Мужчина убрал руку, тихо извинившись.       — Пожалуйста, скажите мне, — прошептал Моб. Он опустился в полноценный поклон, чуть ли не прижимая лицо к земле. — Как вы это сделали? Ваши силы — они… Барьер. Вас ударило. Вы не умерли.       — Я… о чём ты? Какой барьер? Слушай, не… зачем на колени-то… почему ты?.. И твоя одежда — это всё дырки? Почему у тебя вся одежда в дырках? Где твоя обувь? Парень, посмотри на меня.       Моб поднял голову. Мужчина чуть подошёл поближе и чуть присел, внимательно глядя на Моба. Он чуть изогнул бровь и крепко сжал губы — ему явно не нравилось то, что он видел.       — Это ваши силы избавились от барьера? — бойко спросил Моб. Голос мужчины будто согревал и защищал его. Ему уже не было так страшно находиться поблизости.       — Да о каком несчастном барье… э, да, всё так, парень, ага, нет больше никакого барьера, ясно? Так что хватит о нём. Ты можешь ответить на мои вопросы?       Моб стиснул руки в кулаки и в шоке уставился на них.       — Избавились?..       — Да, в-жух и всё. А теперь расскажи, почему ты тут бегаешь по ночам. За тобой кто-то гонится?       …барьера больше нет?       89%       Моб обхватил себя. Ему казалось, что барьер всё ещё зудел у него прямо под кожей, невидимый, вокруг всего его тела. На улице было поздно и темно, поэтому Моб не мог толком ничего разглядеть. Он протянул вперёд руку, но это никак не помогло. Он никогда не мог коснуться своего барьера или выйти за него.       — Так, ладно тебе, не игнорируй меня. Тебя отвести домой? Где ты живёшь?       Но мужчина сказал, что он исчез. Мужчина, сильнейший в мире экстрасенс. Мужчина с ярким голосом.       85%...       Его ударило, но он не умер. Он сидел перед ним, говорил, вертел руками, полный звуков и жизни — очень, очень даже живой, не изрезанный, не мёртвый, не мёртвый.       82%...       И он сидел близко, прикрыв Моба от остального мира. Ничто никого не резало. Никому не было больно.       80%...       Если верить этому человеку, получается, его экстрасенсорные силы подавляли барьер. И если так… если это было правдой…       79%       79% 79% 79%...       — Эй…       Что-то мягкое и нежное осторожно убрало прядь длинных волос Моба от его лица. Четыре пальца, перемотанные бинтами, коснулись его лба и убрали спутанные волосы за ухо. Моб приподнял голову. Он с распахнутыми глазами наблюдал за тем, как мужчина тут же убрал руку, оставив позади лишь лёгкое покалывание на его коже.       В его взгляде явно читалось беспокойство.       — Ты в порядке?..       Прикосновение… его коснулись.       В груди Моба будто всё свернулось узлами, когда он поднял руку ко лбу. Он провёл пальцами по тому месту, к которому прикоснулся мужчина. Тогда нечто мягкое пробежалось по его коже и обвело контур его уха, убрав в сторону прядь волос. Прикосновения всегда были такими? После них всегда оставалось такое тёплое покалывание? Он уже не помнил.       Не успел Моб и сообразить, как рука обхватила его плечо — сильнее, крепче. Его охватила буря эмоций.       — Ты меня немного пугаешь. Расскажи, почему ты здесь? От чего ты убегаешь?       Моб неуверенно поднял дрожащую руку. Сперва он взволнованно, неуверенно прижал её к своей груди, но потом протянул к плечу. Он еле заметно, будто пёрышком, прикоснулся к тыльной стороне ладони мужчины. Его кожа была тёплой, самую малость сухой. Костяшки сильно проступали из-под кожи, а длинные пальцы с лёгкостью охватывали всё плечо Моба.       Мужчина никак на это не отреагировал, поэтому Моб не убрал руку, впитывая в себя это ощущение. Он слегка сжал его ладонь, и мужчина сжал его плечо в ответ.       — Эй…       Глаза Моба наполнились слезами. Он поднял другую руку к протянутой руке мужчины, ухватился за неё и притянул к себе. Мужчина никак не сопротивлялся, лишь чуть подтягивая Моба повыше, когда он чуть не сложился пополам, уткнувшись влажной щекой в ладонь незнакомца. Она была тёплой. Тёплой, мягкой и безопасной. Она заполняла какую-то огромную дыру в его груди, которую и сам Моб перестал замечать. Он молча заплакал.       — …так, вставай, парень. Всё хорошо, ладно? Ты… да, можешь держаться за мою руку, просто. Вот. Смотри, я встаю… давай и ты. Давай, вот так… блин, ты можешь встать? Что стряслось с… ладно. Ладно-ладно. Просто… Облокотись о меня и всё. Вот так, хорошо? Встали. Отлично. Всё хорошо, ладно?       Моб поднялся на свои трясущиеся ноги, по большей части опираясь на мужчину. Он приподнял голову, снова рассматривая его лицо. Выглядел он дико уставшим, и Моб чувствовал себя примерно так же. Но ещё отчётливее в его взгляде проступало беспокойство, чуть прикрытое тенями уличных фонарей. Мужчина осматривал Моба и ужасался всё больше, будто впервые осознавая, на что он смотрел.       Он повернулся в сторону и приложил свободную руку сбоку ко рту:       — Эй! Если за ним кто-то гнался, советую разворачиваться и улепётывать! Ну или нарваться на неприятности — у меня зелёный пояс!       Моб медленно, ровно покачал головой, и мужчина посмотрел вниз на него. Он попытался понять, что это значило.       — Нет? За тобой никто не гонится?       Моб снова покачал головой.       — Давай… попробуем ещё раз, ладно? Только уж отвечай мне. Как тебя зовут?       Моб задумался. Он сжал руку мужчины покрепче, думая только о том, как звучал его голос, как он выглядел, как с ним обращался. Какой тёплой была его рука.       — Моб…       — Это… ладно, за имя сойдёт. Откуда ты прибежал?       — Из дома наставника…       — Вот как, — мужчина чуть отстранился, снова оглядывая Моба с головы до пят. — Ты… ты там живёшь?       Моб кивнул.       — И-И как этот наставник к тебе относится?       — …хорошо. Он защищает меня. И всех остальных… от меня.       — От твоего… барьера?       — Да.       — Той штуковины, которая должна была меня убить?       Моб сжал его руку покрепче, чуть впившись в неё ногтями.       — Да.       — Ты… послушай, Моб. Мы уберёмся от этого наставника как можно подальше, хоть на пушечный выстрел, хорошо? Потому что ты… в таком состоянии… очевидно… неправильно это всё. Ладно? Далеко и надолго.       — Он умер, — прошептал Моб. — Я-Я не знаю, что я натворил.       Мужчина оторопел.       — Л-Ладно. Ладно-ладно. Ладно, я просто… так… мне нужна моя рука, хорошо? И телефон. Я… мы позвоним в полицию, хорошо? Они помогут. Они… полиция приедет и заберёт тебя в безопасное место, ты расскажешь им всё о своём наставнике, и они тебе помогут. Хорошо? Всё понятно?       Мужчина полез в карман. Моб не сразу узнал в серебристом кирпичике телефон, но тут мужчина его открыл, рассыпая вокруг ещё больше бумажных обрезков.       — НЕТ! — завопил Моб. Он кинулся за телефоном, но мужчина поднял его над головой. Он явно не понимал, в чём было дело.       — Почему?       — Я их порежу! Порежу! Мой барьер изрежет их на кусочки и убьёт их, пожалуйста, вам нельзя им звонить!       — Ты… да нет никакого барьера, парень! Пожалуйста, успокойся… Просто… Это твой наставник? Это он рассказал тебе про барьер?       — Да.       — Он тебе врал. Этот наставник — плохой человек, ясно? Он врал. Видишь? Со мной ничего не случилось. Я ни мёртвый, ни порезанный. С полицией тоже всё будет нормально. Просто поверь мне.       — Нет! Нет, пожалуйста! — Моб отчаянно ринулся за телефоном. Он потерял равновесие и чуть не упал, но успел уцепиться за мужчину. Он заплакал пуще прежнего. — Барьер настоящий! Настоящий! Вы — экстрасенс и подавляете его, вы не знаете! Их порежет! Их порежет! Я порежу их!       Мужчине это надоело, и он убрал телефон обратно в карман. Он глубоко вздохнул, устало потирая глаза, и проморгался. Он терпеливо, с готовностью посмотрел на Моба.       — Ладно… тогда что ты от меня хочешь? Объясни поподробнее.       Моб притянул руки к груди, отпустив его. Он уставился на свои ладони, пытаясь понять, как всё объяснить. Но вопрос был важный, ему нужно было разобраться.       — У меня… есть сверхъестественные силы. Одна из них — барьер, и он режет всё живое. С ним так всегда, и наставник, он… — Моб сглотнул. — Он держал меня в безопасности, чтобы я не мог никому навредить, но. Сегодня. Я потерял след его ауры, начал искать его и нашёл, а он… Когда я нашёл его… Он…       — Он был мёртв?       — …д-да.       — Ты сказал, что он «держал тебя в безопасности»… Получается… то есть… как долго? Сколько времени ты провёл с ним?       Моб притянул руки поближе к себе.       — …не знаю.       — Сколько тебе лет, Моб?       — …не знаю.       — Ты не?.. — мужчина прикусил губу, устало глядя на Моба. — Как ты можешь этого не знать?.. — шёпотом спросил он.       Моб ссутулился, а мужчина чуть наклонился к нему.       — И ты уверен… ты не поверишь мне, если я скажу, что ты не навредишь полиции? Потому что с ними всё будет в порядке. И мне правда кажется, что нам нужно позвонить в полицию.       Моб яростно затряс головой.       — Их порежет. Пожалуйста, пожалуйста, поверьте мне.       Мужчина снова потёр глаза и чуть поморщился, задев бинты. Гримаса переросла в зевок, который он явно пытался подавить, но не смог. Когда он снова открыл глаза, они стали тусклее.       — Ладно. Ладно… Тогда… давай… хочешь остановиться у меня? На одну ночь. Уже… поздно. Я всё равно не хочу сегодня опять связываться с полицией. Может, нам нужно просто… поспать. Одеть тебя во что-то нормально, после душа, правда. И… Я устал. Ты, наверное, тоже.       Моб чуть расслабил руки, опустив их вниз. Он вгляделся в уставшие глаза мужчины в поисках вранья. Он ничего не нашёл; мужчина говорил весьма откровенно, и Мобу немного полегчало. Он опустил взгляд и кивнул.       — Да, — прошептал он и протянул к нему руку. Он так и смотрел под ноги, но почувствовал, как чужие пальцы обхватили его собственные. — Я тоже устал.       Мужчина куда-то пошёл. Моб последовал за ним, пройдя по тем непонятным изрезанным бумажкам вокруг.       — Вот и я так подумал… — мужчина подавил очередной зевок. Моб поднял на него взгляд; от света уличных фонарей почти казалось, будто вокруг его головы был какой-то нимб.       — Как вас зовут? — тихо спросил Моб.       — М-м? А, точно, — мужчина повернулся к нему и улыбнулся — наставник никогда ему не улыбался. — Можешь звать меня Рейгеном.