Часть 36

— Милый, тебе хорошо? — Чимин танцует на его бедрах, сминая пухлыми пальчиками твердые мышцы груди и игриво хихикая. — Да, — Чонгук кивает, порыкивая от сокрушающего тело удовольствия. Член горит, сплющенный тугими стеночками киски, яйца поджимаются, пресс напрягается, и он уже готовится кончить, о чем и сообщает омеге. — Я тоже скоро, — с легкой улыбкой на пухлых губках выдыхает Чимин, сильнее вдавливая ладошки в кожу. — Так хорошо, альфа, так хорошо, — омега счастливо смеется, запрокидывая голову и закатывая глаза от наслаждения, пока Чонгук перехватывает инициативу, хватая его на бедра и подкидывая вверх мощными ритмичными толчками. Еще немного. Еще чуть-чуть. Почти… — Доброе утро! Чонгук, недовольно мыча, вздрагивает, резко просыпаясь и тут же щуря глаза от яркого солнца. — П-проваливай, — выпаливает он суетящемуся в спальне Хосоку. — Я напишу заявление за вторжение в частную квартиру. — Не забудь заодно объяснить, как спиваешься прямо на рабочем месте. — Иди к черту! — Чонгук рычит, кидая в него подушкой, но ожидаемо промахивается. — Заебал. — Судя по твоим стонам ебал как раз не я, — ухмыляется Хоби, грохая пластмассовой бутылкой о прикроватную тумбу и кидая следом таблетку. — На, выпей, сегодня твоя смена. Госпожа Ким ждать не будет. — Пошла к черту эта шлюшка, — Чонгук раздраженно запихивает в горло горькую таблетку и тут же запивает ее половиной содержимого бутылкой. — Перетрахалась со всем Сеулом и все ей мало. — Меня скорее удивляет, что ты ей так и не дал. Из-за тебя мы все останемся без бонусов. — Сам с ней и трахайся, — Чонгук, пыхча, слазит с кровати и топает в сторону ванной, морщась от осознания того, что друг идет следом. Ебаная наседка. — Боюсь, ей интересны только такие смазливые альфы, как ты, — Хосок облокачивается о дверной косяк, пока Чонгук подносит щетку к автоматическому дозатору с пастой. — Контракт истекает завтра, Чонгук, пожалуйста, проведи эту смену обратно. — Пусть кто-то другой меня подменит, — устало выдыхает он. — Парни устали от нее. Она уже трахнула всех, кто ей приглянулся, теперь хочет тебя, — пожимает плечами Хоби. — Перехочет, — ворчит Чонгук. — Чонгук… — Да блять. Ладно! — Душ прими, — усмехается Хосок, игнорируя его злостные взгляды в отражении. — Отъебись, — Чонгук дочищает зубы и все же выталкивает друга в коридор, захлопывая дверь прямо перед носом. Имеет же он все-таки хоть какое-то право на личное пространство в собственном же доме? Хосок, пока друг моется, бездельно валяется у телевизора, щелкая каналами. Остановившись на музыкальном, он делает звук громче, покачивая головой и ногой в такт попсовых битов. А потом заходит в инстаграм, где видит новое фото Джина. Лайкнув его, он пишет ему в личку, где они все эти долгие месяцы поддерживают общение и изредка, когда выдается свободное время, встречаются. Пока он бесцельно переписывается со своим омегой, Чонгук успевает домыться и появляется на пороге гостиной уже в полотенце на бедрах. — Не хочу ее видеть, — тут же выпаливает он, недовольно скуксив лицо. — Все нервы мне уже истрепала. Нахуй мы вообще взяли этот контракт? — Потому что нам всем, как и тебе, нужны бабки, — жмет плечом Хосок. — Одевайся и поехали. — Жрать хочу, — тут же выпаливает Чонгук, с недовольной гримасой топая на кухню. В холодильнике обнаруживается два сиротливых яйца, которые он, не долго думая, кидает в кастрюлю и делает пометку в голове оформить доставку продуктов. Еще пара месяцев питания доставками и с кубиками на прессе можно попрощаться. А заодно и с уважением команды. Бодигард с фастфудным брюшком. Просто очаровательно. — Чонгук, пожрешь на работе, — вздыхает Хосок, наблюдая за попытками друга отсрочить неизбежное. — Опаздываем уже. — Уже варятся, — он тыкает пальцем в кастрюлю, бросая быстрый взгляд на Хосока. — Через пять минут будут готовы. Я пока оденусь. — Давай, — пока Чонгук занимается делами, Хосок снимает с плиты яйца, наливает Чонгуку кофе, с брезгливым выражением лица пытаясь отыскать более-менее чистое место за столом или на гарнитуре. Все поверхности завалены мусором: пластиковыми и бумажными пакетами, упаковками от доставок еды, пустыми бутылками из-под алкоголя и пеплом с бычками. — Не обращай внимания, — нацепивший привычный для города костюм, Чонгук появляется в дверном проеме, с кривой ухмылкой смотря на друга. — Вызову клининг на выходных. — Что с тобой происходит? — Хосоку не до шуток. На примятом лице он видит обвисшие под глазами мешки, а в них тонну усталости. — Чимин, — обреченно выдыхает Чонгук, закатывая рукава рубашки и бросая страдальческий взгляд в окно. — Не могу его забыть… Хосок удивленно приподнимает брови, явно не ожидая это услышать. Конечно, догадки были, но чтобы так прямо… — А в чем проблема? Он не на другой планете живет. Ты что, за полгода не нашел способов связаться с ним? — Я не хочу с ним связываться, — абсолютно честно отвечает Чонгук. Он правда не хочет. Чимин не должен был бросать его сразу после течки. Не должен был убегать, не попрощавшись. Не должен был исчезать с концами. Чонгук ждал его. День. Неделю. Месяц. Уже май, но об омеге он так ничего и не слышал. Точнее, не так. Чимин повсюду. На телеке. На билбордах по всему городу. Даже на чертовом радио. Молодой корейский писатель Пак Чимин дебютировал так успешно, что меньше, чем через неделю, после издания книги, права на ее перевод купили десятки стран. Чонгук тоже ее купил. Прочитал от корки до корки. А затем снова. И еще раз. И еще. Пока однажды не увидел в кривых пальцах своей заказчицы. Ким Дженни — мажорка и абсолютно бесполезное создание любит сидеть в кофейнях с книжками в руках, но только творение Чимина она прочитала по настоящему, а не для вида. И этот его успех вкупе с исчезновением добили Чонгука по-настоящему. Он был уверен, что Чимин принадлежит ему. Что он никуда не денется. Всегда будет рядом. Теплая готовая на все дырочка с красивым личиком, мягким тельцем и невероятно нежным голосом. Чонгук думал, что Чимин зависим от него, но не смог осознать, что зависимость оказалась двусторонняя. Уже потом, в своей сеульской квартире, он мучился то от бессонных ночей, то от слишком влажных, то от наполненных неимоверной злостью на Чимина. Злостью и попытками выяснить, как он там. Чонгук впервые в жизни завел инстаграм. Не для того, чтобы постить туда всякую дурость, нет. Там он следит за Чимином. Лайкает фотографии, пишет поддерживающие комментарии, ищет новости по тегам. Чонгук научился многому, и хоть теперь Чимин занимает каждую свободную секунду его жизни, по-настоящему омега так далеко, как не было никогда. И мысль о том, что так будет всегда — убивает его. Дробит кости на части, рвет сосуды, с корнем вырывает мышцы, пропуская лишь сердечную. Чонгук впервые в жизни скучает по омеге. И впервые в жизни не может его получить. Хосок неловко чешет затылок, переминаясь с ноги на ногу. — Слушай… Ты сам-то понимаешь, чего хочешь? Ты по дырке его скучаешь, или нему самому? Сколько у тебя таких молоденьких было? Вон, бери в оборот Дженни, она быстро вытрахает из тебя все эти пиздострадания. — Не хочу Дженни, хочу Чимина, — устало выдыхает Чонгук, методично очищая горячее яйцо от скорлупы. — Но чтобы он сам пришел. Хосок морщится, приподняв верхнюю губу к носу. — Чувак, он кинул тебя. Соскочил с члена и удрал в город. Сомневаюсь, что он вообще вспоминает о тебе. Найди новую дырку, пусть залечит твои раны. — Я хочу эту, — рычит Чонгук, резко вздергивая голову. — Хочу, чтобы пришел ко мне и дал себя выебать. Хочу привязать его к кровати и больше никуда не отпускать. Хочу, чтобы он был моим, Хосок. И больше ничьим. А другие дырки… — он зло усмехается, откусывая сразу половину яйца, и честно признается. — Я пытался, у меня не встает. — Слушай, может, это… На обследование сходить? Как это — не встает? — обеспокоенно спрашивает Хосок, прекрасно зная, какое бешеное у Чонгука либидо. — Он не встает на других, — уверенно говорит Чонгук. — Зато на фото Чимина без проблем. Понимаешь, Хосок? На ебаное фото. Картинку. Ебаные пиксели. — Тяжелый случай, — в заключение говорит Хосок. — Ты пока сиськи мять будешь, его уже охомутает кто-то шустрее тебя. Такие дырки на дороге не валяются. А он, между прочим, теперь звезда. — Закройся, — шипит Чонгук, грохая кружкой кофе по столу. — Чимин не такой. — Да правда что, — хмыкает Хоби. — Джин рассказывал, что рядом с ним вьется какой-то журналюга. На свидания таскает. Думаешь, он сидит там, как принцесса в башне, и ждет своего дракона? — Что? — кружка, которую Чонгук к этому моменту как раз успел донести до раковины, выпадает из ослабших пальцев и с грохотом бьется о керамику. — Что ты сказал? — не обращая никакого внимания на мини-погром, он резко разворачивается, в упор смотря на друга. Этого не может быть. Чимин бы не смог. Не посмел. Разве хоть кто-то может в его глазах сравниться с Чонгуком? — Хахаль, говорю, есть у него. Понятия не имею, что между ними, но Джин говорит, что Чимина часто нет дома по вечерам. А где может быть омега вечером? Правильно, в койке у ебарька. — Он не трахается, — твердо говорит Чонгук, зло рыкнув. — Не трахается, — повторяет больше для себя, чем для друга. — Все, поехали, — схватив со спинки стула пиджак, Чонгук топает на выход из квартиры, сжимая кулаки в желании прикрутить шею этому неизвестному альфе. — Собери мне все на него, — бросает он Хосоку через плечо, пока спешно надевает туфли и застегивает часы на запястье. Весь день ему придется провести с этой сучкой, но ночью его сменит Богом. И тогда Чонгук сможет заняться Чимином. И выродком, что посмел катать к нему свои яйца. — Господь, за что мне все это, — вздыхает Хосок, качая головой. Он выходит следом за другом, а уже через тридцать минут его машина останавливается у пафосного пентхауса, где проживает их нынешняя заказчица. Высадив Чонгука у парадной, Хосок отправляется домой, чтобы выполнить поручение начальника. — Черт бы ее побрал, — бурчит себе под нос Чонгук, тыкая кнопку личного лифта этой богатой стервы. Дженни, уже вылизанная с ног до головы, в нетерпении смотрит на время, чудом еще не выйдя из себя. Где носит этого чертового красавца! Когда входные двери в апартаменты распахиваются, а на пороге появляется альфа с недовольной мордой, Дженни тут же вскакивает и грозно идет навстречу. Она мелкая. Настолько низкая, что едва достает Чонгуку до груди. И худая. Полная противоположность Чимина. Плоская с головы до ног. Однако это совсем не мешает ей таскать в койку альф. — Вы опоздали, — она тычет наманикюренным пальчиком в чужую грудь, подходя непозволительно близко к мужчине. — Извиняюсь, — безучастно бросает Чонгук, с наигранной вежливостью отдирая от себя тонкий палец. — Пробки. Дженни фыркает и морщит носик, тут же суя мужчине в руку сумочку. — Сегодня у нас шоппинг, — деловито сообщает она, обуваясь в высокие туфельки. Это поможет ей по поводу и без цепляться за локоть альфы, что вынудит его помогать слабой омежке. — Понял, — Чонгук брезгливо сжимает в руках лакированную кожу, с отвращением глядя на красный клатч. Ему не повезло попасться клиентке, которая считает, что заставлять альф носить в руках это абсолютно нормально. — Можем идти? — он специально первым возвращается в лифт в надежде, что эта пиявка не полезет к нему во время долгого спуска. Однако он ошибается. Девушка тут же семенит следом, поправляя ультракороткое сиреневое платье, и клещом вцепляется ему в локоть, опираясь боком тела о крепкий корпус. Чонгук вкусно пахнет. И он красив. Дженни не терпится взобраться на этого жеребца, и от мыслей об этом на ее лице расцветает довольная улыбка. — Что с настроением, мистер Чон? Встали не с той ноги? — щебечет она, чуть оттянув горловину платья вниз. — Я занимаюсь Вашей охраной, — цедит Чонгук сквозь крепко сжатые челюсти, полностью игнорируя глубокий вырез омежьего декольте. — Это серьезная работа, требующая полного сосредоточения. Может, пригласите подруг составить Вам компанию? — Чонгук ненавидит их. Стая сварливых сук, перетирающих кости всему Каннаму. Но зато отлично отвлекающие главную сучку от него. — Они заняты, — тут же отмахивается Дженни, даже не думающая о том, чтобы пригласить одну из таких же голодных сучек на готовый улов. Чонгука она им не даст. Это ее добыча. — Да и почему бы не убить двух зайцев сразу, мистер Чон? — заискивающе улыбается девушка, прильнув к руке мужчины всем телом. Она подтягивается чуть выше и понижает громкость голоса: — Мы можем отлично провести время вдвоем. Только я и вы. — Боюсь, это не входит в мои обязанности, — чуть не рычит он, не в силах оттолкнуть богатую дрянь от себя. — Госпожа, прошу, не отвлекайте меня от выполнения служебного долга. — А что нужно сделать, чтобы список ваших обязанностей расширился? Я многое умею, мистер Чон, и многое могу предложить. Что вам угодно? Деньги? Связи? — Ничего не нужно, — Чонгук напряженно следит за сменяющимися на электронном табло цифрами, а когда лифт наконец-то распахивает свои двери на подземной парковке, тащит Дженни к отсеку, целиком выделенному под ее тачки. — На какой едем сегодня, госпожа? — На какой вам больше захочется, — подмигивает она, совсем не отчаиваясь. И не таких льдин растапливала ее жаркая киска. Чонгук выбирает внедорожник. Высокий, массивный. А самое главное с огромной перегородкой между передними сиденьями. То, что она усядется прямо туда, он даже не сомневается. — Прошу. Закатив глаза, Дженни плюхается на переднее пассажирское, вытягивая ремень безопасности. Она медлит, прежде чем пристегнуться, а затем, понаблюдав за дергаными движениями мужчины, мгновенно придумывает очередную игру для соблазна. — Мистер Чон, помогите с ремнем. Ногти слишком длинные, — расстроенно выдыхает она, а сама, когда мужчина склоняется, выпускает облако сладких феромонов, чтобы дать распробовать себя получше. Чонгук на это лишь задерживает дыхание, уже хорошо наученный ее уловкам. Господи, неужели ей не хватило половины ее команды? Она трахнула двенадцать его альф и все еще хочет еще. Ненасытная сука. — Готово, — быстро щелкнув ремнем, он молниеносно заводит двигатель, срываясь с парковочного места, пока эта сука не додумалась оголить свои тощие сиськи или сделать что-то еще. Недовольная, Дженни всю поездку пялится в окно, не понимая, какого черта этот альфа воротит нос. Красивая, одинокая, богатая, и, самое главное, молодая омега в самом расцвете сил. Наслышанная молвой о Чонгуке и его организации, по совету одной из знакомых она наняла его агентство в целях поразвлекаться с красивыми мужчинами, а теперь их начальник сидит, словно грозовая туча, и пышет гневом, не собираясь сдаваться. Дженни не глупая. Понимает, что будь Чонгук свободен, он бы уже драл ее во все щели в пентхаусе, поэтому первой заводит разговор, чтобы не оставлять недомолвок. — Вы не переспите со мной, даже если я достану вам с неба звезду, верно? — задает вопрос в лоб девушка, пока они стоят на светофоре. — Верно, — просто выдыхает он в надежде, что она наконец-то от него отстанет. — Дело не в Вас, просто в данный момент я не доступен для свободных развлечений. — У Вас есть омега? — интересуется девушка, подперев голову рукой. Она разглядывает Чонгука, складывая видимые только омегам в голове пазлы. — Есть, — на одном дыхании выпаливает Чонгук и тут же осекается, понимая, что это правда. Черт… А ведь Чимин и правда его. Несмотря на то, что они никак не контактировали целых полгода, он считает этого омегу своим. И отдавать никому не собирается. Крепкие пальцы с силой сжимают руль, а сам он немного резко перестраивается в соседний ряд, чтобы после выехать на развязку, второй спуск с которой ведет как раз в элитный торговый квартал. Чимин — его. Только его. И эта мысль приносит настолько сильное облегчение, что напряженные плечи невольно расслабляются, а губы кривятся в довольной усмешке. Его. — Что же тогда Вас так тревожит? Сомневаюсь, что мои домогательства могли так сильно вас разозлить. Мне кажется, вы сейчас руль вырвете. Поделитесь, излейте душу. — Это лишнее, — урчит Чонгук, но отчего-то выпускает облако успокаивающих древесных феромонов. — Мы почти приехали, госпожа. Дженни не настаивает. Она теряет интерес к альфе сразу же, как только они оказываются в торговом центре, разглядывая разноцветные брендовые тряпки, заставляя Чонгука носить кучу пакетов с покупками. Чонгук не против. Что угодно лишь бы не злящие его поползновения. Да и, честно говоря, большую часть времени он витает в облаках, стараясь находиться как можно дальше от примерочных, куда она в прошлый раз его затащила, а после чуть не изнасиловала. Все, что с того дня помнит Чонгук — плоская грудь в кружевном бра. Кому вообще нравятся такие палки? Он бы и до Чимина ее не захотел. А уж сейчас и подавно. Весь день они заняты похождениями по разным заведениям. Бутики, рестораны, бутики, рестораны… Когда Чонгук привозит Дженни домой, она тут же просит его пригласить какого-нибудь свободного альфу из подчинения и убраться восвояси. Довольный Чонгук первым же делом вызывает такси и, сев в машину, тут же набирает Хосока, с раздражением слушая долгие гудки в трубке. Тот не берет трубку, однако спустя десять минут высылает Чонгуку на почту полный отчет по парню, который на данный момент был замечен со связью с Чимином. Чонгуку этого достаточно, чтобы скинуть смс с запросом богатой стервы и, выйдя на квартал раньше, наконец зайти в ближайший супермаркет. Он думал вызвать доставку, но решил немного пройтись, проветрив голову и морально подготовив себя к тому, что он может найти в документах. И не зря. Пока на плите варится рамен, Чонгук внимательно изучает все, что ему прислал Хосок. И с раздражением отмечает, что этот альфа и правда… Хорош собой. Пак Хенщик. 32 года. Высокий, широкоплечий, с ужасно смазливой физиономией и акватическим феромоном. Такой может понравиться Чимину? Судя по тому, что они уже вовсю ходят по свиданиям — вполне. И самое ужасное в этом то, что Чонгук не находит к чему можно придраться. Ни одного судебного разбирательства, иска, или хоть чего-то, за что можно было зацепиться. Альфа чист. К тому же, имеет свою квартиру, машину, и даже чертов инвестиционный портфель. Давно журналюги стали такими прошаренными в инвестициях? Он смотрит дальше, но и там все чисто. Образцовая семья с матерью бухгалтером и отцом юристом. Старшая сестра стоматолог. Хорошая школа. Не менее хороший университет. Хосок даже табель успеваемости прислал, и будь он на физической бумаге, Чонгук бы с радостью разорвал его в мелкие клочья. Вот только такой возможности ввиду цифрового формата документов у него нет. — Сука, — зло выругивается он, со скрипом отъезжая на стуле от стола и вставая, чтобы проверить рамен. Тот оказывается почти готов. Но не так сильно, как решимость Чонгука во что бы то ни стало начать действовать. Вот только что он может? Точно не заявиться у Чимина на пороге. Тогда все повторится. А то, что Чимина не устраивал формат их отношений, он уже понял. Путем бесконечного анализа и копания в воспоминаниях именно к такому выводу Чонгук и пришел. Вот только машину времени, чтобы он мог вернуться в прошлое и все изменить, еще не изобрели. Но даже осознавая все это он не доверяет себе настолько, чтобы объявиться на пороге Чимина. Как он сможет удержаться перед ним? Набросится как дикий зверь и вытрахает все, что накопилось за эти полгода. Нужно действовать иначе. Но как? Что он может сделать, не контактируя с Чимином напрямую? Ответ приходит сам собой. Стоит телефону пискнуть уведомлением о новой публикации в фикограме Чимина, и Чонгук тут же летит к смартфону, чтобы свайпнуть по экрану и увидеть новый пост. Чимин прекрасен. Как всегда безупречен. Великолепен настолько, что у Чонгука тут же встает член и ему приходится поправить домашние брюки. Он тут же тыкает в комментарии, придирчиво изучает все, что ему успели навалить за несколько секунд и заносит палец над экраном, чтобы набрать свой. И застывает. В голове что-то щелкает, а перед глазами медленно вырисовывается план. Глупый. Отчаянный. Но если Чимин все еще к нему что-то чувствует, то точно рабочий. Чонгук заходит к омеге в директ, думает, что написать, но быстро понимает, что так ничего не выйдет. Не пока у него настолько пустой профиль. И тогда Чонгук идет на странные для него меры. Загружает первое в своей жизни фото в ленту. Ничего особенного. Просто ужин, который он только что приготовил. И уже потом возвращается в директ, чтобы впервые за полгода связаться с омегой, по которому так сильно скучает. [JJk] Здравствуйте. Поздравляю с дебютом. Я, хоть и альфа, являюсь большим поклонником Вашего творчества. Вернувшись поздно ночью домой, Чимин, первым делом, идет мыться. Он провел потрясающий вечер с Хенщиком, и теперь, когда у него есть свободная минутка для себя, он идет в ванную, чтобы поваляться в пене в окружении свечек. Устроившись в теплой воде, Чимин делает маску и берется за телефон. За последние полгода его жизнь круто развернулась. Фортуна заметила счастливчика, и мечты исполняются одна за одной. Роман, над которым он так долго и упорно работал, произвел настоящий фурор в мире современной литературы. Его приглашают на интервью, снимают для рекламных роликов, печатают во всевозможных журналах и изданиях, поражаясь тому, как такой молодой и неопытный писатель мог завоевать тысячи сердец публики. Чимин и сам не знает ответ на этот вопрос. Он просто… Пишет о том, что чувствует. О том, что переполняет его сердце. О любви. Проверяя соцсети, Чимин улыбается и бултыхает ножками в воде, когда видит сотни приятных комментариев. Он лайкает абсолютно все, а на некоторые еще и отвечает. А затем переходит к личке, которую он пока что не закрыл. Там пишут такие же, как и он, влюблённые омеги, очень редко — альфы. О своем альфе Чимин старается не думать. Уехав из особняка, он запретил себе страдать и жалеть. Запретил искать способы разузнать о нем, и теперь он здесь — встречается с Хенщиком, заинтересованным в нем альфой, пытаясь отвлечься. У него… Хорошо получается. Чонгук нанес его бедному сердцу так много ран, что абстрагироваться от этого легче легкого, если вспомнить любой из случаев, когда его чувства в очередной раз были втоптаны в грязь. И ведь Чонгук знал о них. Чимин имел неосмотрительность рассказать о них, открыть душу, в которую плюнули и отпнули подальше. Чонгук в прошлом. Впереди — счастливое будущее. Отвечая на многочисленные сообщения, Чимин открывает следующее. И удивляется, когда видит сообщение от альфы. Обычно они не поклонники подобного творчества. Слишком… По-омежьи читать романы о любви. [ParkJimin] Доброго времени суток! Мне очень приятно знать, что строчки моего романа смогли вас тронуть! Благодарю от всего сердца за ваше поздравление и интерес к роману! Чонгук, видя ответ, забывает, как дышать. Палочки выпадают из рук, пока он вновь и вновь читает одни и те же сухие строчки. И все же они от него. От Чимина. Тяжело сглотнув, он несколько секунд тарабанит костяшками по столу, прежде чем находит в себе силы ответить: [JJK] Не ожидал, что Вы ответите. Благодарю. Ваш роман настолько пронзительный, что, кажется, будто основан на реальных событиях. Нажимая отправить, Чонгук усмехается. О да. Реальными событиями там переполнена каждая строчка. Вот только финал героев Чимина отличается от того, что случился у них. Хотя Чонгук уверен, что это еще не конец. Он все исправит. [ParkJimin] В этом и заключается писательская суперспособность! Излагать историю так, будто это было по-настоящему! Еще раз благодарю! Чимин отвечает на льющиеся сообщения, а когда пишет Хенщик, сворачивает все соцсети и переходит в личные сообщения. Хенщик… Хороший мужчина. Внимательный джентльмен, красивый, перспективый и обходительный, но… Если бы не одно «но» в лице конкретного альфы, которого нельзя называть… Он бы давно стал самым счастливым. О таком, как Хенщик, может мечтать любая омега. Но только не Чимин. — Врунишка, — хмыкает Чонгук, получая ответ. — Ты должен мне процент, прелесть. [JJK] Неужели весь текст всего лишь вымысел? Не поймите меня неправильно, я не хочу лезть в Вашу душу, но разве можно придумать что-то настолько проникновенное? Раз даже альфу взяло! [ParkJimin] Если у вас большое любящее сердце, вы способны прочувствовать не только эту историю! Я очень рад, что в наше время еще не исчезли альфы, способные открыто выражать свои чувства! Вы меня наполнили новым вдохновением! Чимин не лукавит. Ему невероятно радостно знать, что его роман тронул не только сердца омег, но и альф! Альф! Которые стереотипно пытаются казаться холодными глыбами льда. С одной он уже встречался. И уверен, что тот вовсе не притворялся. Он и есть кусок льдины, плевавший на его чувства, и чувства других людей в целом. Внезапно Чимин расстраивается из-за воспоминаний, а потому выбирается из ванной и перемещается в теплую кровать, готовясь ко сну. [JJK] Неужели нам стоит ждать от Вас новых творений? Чонгук улыбается на слова о вдохновении, думая о том, как наполнит им Чимина при встрече по-настоящему. [ParkJimin] Конечно! Мой путь только начинается! [JJK] Буду рад пройти его вместе с Вами. В качестве читателя, конечно же. — Конечно, — хмыкает Чонгук, не спеша споласкивая тарелку. [ParkJimin] Большое спасибо! Чимин, закрывая переписку, даже не подозревает о том, кто с ним общался. И, конечно же, к лучшему, ведь узнай он человека за экраном, тотчас бы заблокировал, чтобы не тревожить раненое сердце. Чонгук еще некоторое время смотрит на ответ, а после с грустью выходит из фикограма. Ему невыносимо хочется поболтать с Чимином еще немного, но он понимает, что так ничего не выйдет. Так он его только оттолкнет, значит, ему нужно придумать нечто иное. Нечто, что омега точно оценит. Нечто, что поможет ему все исправить.