Всё ради победы!

– Стёрка, как у тебя в ЮЭЙе? Слышала в этом году тебе попался весьма необычный класс, – вопрос был задан как ни сложно понять Эми. Внутренне Айзава Шото тяжело вздохнул, пытаясь переварить тяжёлые воспоминания последних нескольких месяцев. Сложно было их назвать невыносимыми, однако и весёлыми их точно не назовёшь. Айзава, как обычно, нахмурился перед развернутым ответом и говорит: «Честно, в этом году у меня почти весь класс состоит из одних лишь проблемных детей, жизни которых движет непонятная мне сила, заставляющая приносить мне чуть ли не каждый день омертвевшие клетки нервов и бумажной волокиты», – всё это говорил мужчина ровным бесстрастным голосом, словно показывая всю его обреченность и смирение с этим. – Да и к тому же от их глупости страдаю не только я: пострадавшими оказываются и мои ученики, я попросту не успеваю за всеми ими уследить. – Небось, целыми часами дрыхнешь в своём любимом спальном мешке, как всегда, и этим ты убегаешь от ответственности! – Фукукадо вдобавок одарила Шоту своей ослепительной улыбкой, обещая ему что угодно, но только не безопасность психики. – И, наверное, спишь на своём же собственном уроке. Впрочем, ты не меняешься, Стёрка! – Точно так же могу сказать и о тебе, – скоро заметил Айзава, глядя на арену перед собой. – ~Оуу, так ты заметил это?~ – щекотливым тоном сказала это Эми. – ~Ты так хорошо меня знаешь. Неужто думаешь обо мне в свободное время?~. – Нет, не думаю, ибо свободного времени у меня почти нет, а тратиться на пустые размышления вместо отдыха я не намерен, – прямо, честно и грубо отвечает Сотриголова, не задумываясь о возможных последствиях такого жестокого обращения к давней знакомой. Мисс Шутка убрала ту ослепительную улыбку с лица, предпочитая теперь надутые щёки, сложила руки на груди и, демонстративно отвернувшись от Айзавы, замолчала на некоторое время. «Не слишком-то я её задел?», – в голове героя пронеслась отчуждённая для него мысль. Следом прошлась и другая, говорившая ему, что так нельзя. – «Как же трудно с этими погаными чувствами» Айзава легонько вздохнул с раздражением в висках. Уж кто-кто, а понять все эти чувства привязанности и самоопределения к какому-либо разряду людей казалось для Шоты чем-то таким, что он смело сравнивал всё это со звёздами на небе: они тоже были всегда недосягаемыми для него. Всё это можно было свалить на натуру Сотриголовы, мол «такой он отчужденец среди людей», но в мыслях он прекрасно знал причины всего происходящего. «Мда уж, если бы наши родители с детства прививали нам в клане важность понимания всех этих мыслей с цветами, я бы давно разобрался в себе», – Айзава облокотился локтями на твёрдый бетон и выдал ленивое озарение на лице в совокупности с сарказмом. – «Ах, да, оружиям якудзы ни к чему все эти «болезни». Вот теперь и догадывайся чего от тебя требуется сейчас» Локти сами по себе невольно потёрлись друг о друга. Пальцы рук касаются бетона и трутся об него, и кажется, что их уже не остановить. Смотря на вдруг разыгравшееся свои части тела, на ум Шоты приходят воспоминания из давних времён, когда вместо бетона, локти он держал на заострённых мелких камнях, которые сдирали всю кожу с них до крови. А пальцы не игрались с бетоном, а в страдании, будучи вывихнутыми и опалёнными своими учителями, он держал в маленьких дрожащих руках большой тяжёлый нож и пытался за кратчайшее время обычным камнем поточить лезвие до идеала. Такое повторялось не раз, и не два, и даже не одну сотню, нет. Повторялись эти «тренировки» почти каждый божий день на протяжении всего детства, начиная от трёх лет и заканчивая уже ближе к девяти годам. По программе обучения, по которой их клан готовил будущих солдат, а не простых воинов, Айзава должен был пройти ещё дальше, даже с учётом того, что в своём поколении он был выдающимся гением с сильной причудой, которому учителя специально усложняли весь процесс, добавляя за раз больше новых элементов для дальнейшего продвижения. Все они предрекали ему чудесное будущее, прекрасную жизнь в круге семьи и в клане, а также высокое положение среди своих. Но Шото не желал ничего из того, чем эти люди натянули бы на шее и так натянутую до предела петлю гораздо уже. Ничего, абсолютно ничего, что связывало бы с этими монстрами ещё сильнее. Поэтому Айзава совершил побег, который он тщательно, до самой малюсенькой детали планировал несколько лет, пока набирался сил и опыта. Этот день он ознаменовал как смерть одного из членов клана якудзы «О́ни Кровавой Бездны» и рождение на свет Айзавы Шоты – профессионального подпольного героя, классного руководителя класса 1-А в самой престижной академии страны и просто очень уставшего человека, который хочет просто максимально мирной жизни. «Ладно, что-то я слишком ушёл в воспоминания», – наконец Айзава смог выбраться из-под подлых когтей своего хитрого сознания: он, как обычно, в случайные моменты подкидывал ему такие сложности. –«Надо бы по-хорошему извиниться перед ней», – взглянув на Эми, которая к тому времени уже убрала с лица ту надутую физиономию и с неподдельным интересом следила за участниками экзамена, Шото твёрдо решился сделать это. Для начала он, как ни в чём не бывало, сделал один шаг к ней, встав сразу рядышком справа от неё. Затем, делая вид, что рассматривает кого-то на площадке, он тут же подносит кулак к лицу и, сделав ложный кашель, обратился к Эми как можно ровнее голосом. – Шутка, – позвал он эту женщину. Эми не ответила ему и даже не взглянула в его сторону. – Мисс Шутка, – попробовал по-другому мужчина. Героиня не то чтобы ответила ему, она, кажется, специально открыла голову ещё сильнее, притворяясь, что пытается уследить за кем-то снизу. «Ясно», – рассудил Айзава. – «Так она мне не ответит. Может, позвать по имени?» – Эми, можешь, наконец, обратить на меня внимание? – А? Стёрка, ты что-нибудь сказал? – Фукукадо тут же повернулась к нему лицом и с малой долей интереса посмотрела ему в лицо. «Ха. Я так и думал. Даже немного удивлён, что вообще до этого догадался» – Я хочу извиниться перед тобой. Ну, за те слова. Мне не нужно было быть так прямолинеен с тобой. Я просто… – Ты просто поступил так, как всегда, – прервала его Эми, её губы выражали раздражение. – Знаешь, может ты и считаешь прямолинейность как лучший путь донести до другого человека свою правду, но на деле ты просто ставишь его перед неприятным фактом. Вот и всё. – Эми, ну я же понял свою ошибку, – Айзава хотел, чтобы всё закончилось как можно быстрее, без лишних затруднений. – Возможно, только одними извинениями ты не отделаешься, – Мисс Шутка снова отвернулась от него, но только на этот раз Айзава успел заприметить грустную мордашку у этой женщины. Сотриголове просто сейчас хотелось лечь в свой спальный мешок и не беспокоиться обо всех трудностях пребывания в этот злосчастный мир. Но, увы, геройская натура и просто не бесчувственное сердце не оставили ему выбора. «Кто же тебя за язык тянул, Шото?», – задал себе такой вопрос герой. – «Молчал бы тогда, не пришлось бы сейчас ломать над этим голову. И что же мне предложить ей?» Айзава счёл идею напрямую спросить у самой Эми насчёт этого. Как никак, кто может знать Эми лучше неё, чего ей нужно? – Позволь мне тогда мне предложить тебе всё что угодно, – как и планировалось, прямо и честно. – Одна вещь, чего угодно. – Чего угодно?! – глаза Эми загорелись звёздочками. Женщина хотела было что-то сказать, но Шото её прервал на самом важном моменте. – Кроме заключения брака, – резко ломает он ей все планы. – Это моё единственное условие, и оно не исчезнет и не изменится. Большая часть энтузиазма Эми тут же утих, что было видно по потерявшему улыбку лице: «Ну и зануда ты, Стёрка» Шото пожал плечами: «Какой есть. Просить о чём-нибудь будешь?» – Дай-ка подумать, – Эми положила подбородок на руку и тыкала пальцем в нос, пытаясь придумать хорошую идею, от которой она выиграла бы как можно больше. – Я даже не знаю тогда. – Если сейчас на ум ничего не приходит, то можешь попросить меня об этом в другое время, – подсказал Шото. – Необязательно пытаться решить всё сразу. Лучше отнестись к этому с серьёзностью, и тогда результат тебя не разочарует. Мисс Шутка удивлённо моргнула, как сова. И вправду, зачем же ей просить Шоу об услуге прямо сейчас, если она всё равно сможет вытащить его в любое время из любого места? «Да, так я и поступлю. Шото не будет к этому готов!» – Решено! Я позже оглашу своё решение! А до тех пор я так и быть прощу тебя! – Вот и отлично. – Но только наполовину! А остальное - после услуги! – Эми ставит перед его носом неприятное условие. – Мне достаточно того, чтобы ты не дулась. – Оуу, так ты всё же думаешь обо мне? – Фукукадо опять-таки взялась за старое. – Ай-да Стёрка! Так и знала: я занимаю важное место в твоём сердце! «Чёрт тебя дери, Ками, я тебя терпеть не могу», – подумал Айзава. – Вернётся к нашей теме разговора, – предложила Эми. – На чём мы остановились? – Ты ведь прекрасно сама помнишь, – Шото прекрасно знал эту даму. – Мы говорили о моей работе в ЮЭЙе и о проблемных детях. – Да, точно! Проблемные дети! У тебя есть любимчики в твоём классе? – Если в качестве оценивания входит критерий «как я терпеть не могу их выходки», то да, у меня определённо есть «любимчики». – Дай угадаю: первое место занимает тот взрывунчик? – Нет, он занимает второе место. На третьем у меня Тодороки. – Да, точно, дочка самого Старателя. Я слышала, в начале учебного года у неё были небольшие проблемы с взаимодействием со своими одноклассниками и с причудой, а точнее, со своим огнём. – Всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Тодороки может быть спокойной большую часть времени, но даже она временами приводит меня в кучу головной боли. Но ничто не сравнится с Мидорией. – Мальчик с брокколи на голове! Я его помню! Отважный герой с большим сердцем и с крайне мощной причудой, от которой люди просто в восторге! – И с полным отсутствием инстинкта самосохранения, – сухо произнёс Шото. – В первое время он постоянно ломал себе конечности при использовании причуды. Я даже хотел было его исключить из школы в ещё в день экзамена, но решил дать ему так сказать полный период – либо он научится управляться со своей силой и демонами всеми помогать ценой своего труда либо же он катится куда подальше от моего класса и провиант удачу в следующем году. – И как мы видим, он всё ещё в твоём классе. Значит, он всё же сохранил право стать героем. – Сам удивлён, как так вышло, но раз он теперь не ломает себе руки хоть раз в неделю, то я рад. – А что насчёт того хмурышки со странным именем и причудой? – поинтересовалась Эми. – Вот про него ты ни слова не сказал. – Ты про Магомеда? Оуу, этот ученик занимает у меня отдельное место в голове для размышлений. – Ты так им заинтересован? На тебя это не похоже, Стёрка. – Не то чтобы я был в нём заинтересован. Просто мне он кажется слегка загадочным человеком в своём возрасте. Слишком он выделяется среди остальных на фоне других учеников. – Чем же этот малец тебя так зацепил? Или я чего-то не знаю? – Никто не знает о нём ничего большого, да и если попытаться разузнать побольше, то это просто не удастся по многим причинам. Но стоя рядом с ним я вдруг ощущаю себя так, словно со мной какой-то другой человек со множеством тайн и мышлением, которого я до конца понять не могу. Для меня он как ходячая загадка, просящая меня её разгадать. В попытке разобраться, я едва успеваю уловить одну деталь, как на меня снова обрушивается целый поток подобных инсайтов; его тайная личность развивается слишком стремительно. – А ты попробуй расспросить обо всём этом его самого! Уж я-то уверена, что он всё тебе расскажет! – Эми, таким образом, я могу вообще потерять его доверие ко мне. Если она, конечно, имеется, а то что-то усердно говорит мне, что он никому доверять не намерен. – Стёрка, ну попробовать же можно. Я вон как-то поговорила по душам с одной довольно проблемной студенткой из моего класса, и знаешь что? Айзава многострадально вздохнул: «Волшебным образом открылась тебе?» – Так точно! Её зовут Ризе Кашимиро и она любит проявлять небольшие садистские наклонности по отношению к людям. – Как она умудрилась остаться в вашей академии, я без понятия. А как же психологический портфель? – Она умело скрывала все эти наклонности, и выявились они только через некоторое время на одном из моих занятий. – Но она всё в вашей академии. Почему? – Я провела небольшое расследование насчёт её личной жизни. Как-никак, все проблемы имеют корни, а первое место, где эти корни нужно искать, – это прошлое твоего ученика. И то, что я отыскала там, никому не пожелаешь. Айзава заинтересованно повёл бровью. «Сравним наше детство?» – Из-за её причуды родители проявляли к ней жёсткое обращение наряду с отвращением, и нередко доходило до ужасных избиений маленькой дочери. Причуда Ризе заставляла её желать людской плоти, хоть для жизнедеятельности её организма этого вообще не требовалось. Соедините с этим её дополнительные части тела, и получите осуждение на всю жизнь. – Обычно такие истории заканчиваются либо становлением жертвы на путь злодейства, либо приходом надежды в кругу тьмы, – монотонным голосом сказал Сотриголова, невольно снова возвращаясь к своим воспоминаниям. – К счастью, Ризе спасли органы опеки, вырвав её из рук непутёвых родителей и оставив под своим присмотром на последние семь лет. Она проходила через множество процедур по восстановлению психики и измученного тела, но долгие годы травли так просто не забудешь. Ризе стала жестокой к другим людям, она легко могла впасть в ярость из-за неудач и просто любила издеваться над ними. И не любит, когда проигрывает кому-то, кто сильнее неё. – Даже как-то не верится, что одним разговором ты могла устранить все эти недостатки. – Одним разговором тут не обошлось. У нас с Ризе как минимум два сеанса душевных разговоров после занятий. Конечно, с ней бывает сложно совладать и просто понять, но я верю, что этим я смогу направить её ненависть к светлому миру, который исцелит её душу. Айзава всё равно не был убеждён в действительности метода своей знакомой. Ведь как обычный разговор по душам может помочь человеку, у которого за плечами гора ненависти и печали? «Но, видимо, мною движет моё прежнее мышление. Я должен думать сейчас не так, всё это в прошлом» – Я подумаю над твоими словами. Но я не обещаю, что воспользуюсь твоим советом. – Одного твоего признания достаточно для меня! – и снова Эми улыбается во всю рожу. – Вот увидишь, вы поговорите по душам как надо. Может, даже сделаешь его своим главным помощником и правой рукой, как я с Ризе! – Кого? – Айзава очень скептически посмотрел на Фукукадо. – Ой, только не говори мне, что это плохая идея. Когда у тебя под рукой такой человек, похожий на тебя характером, то почему бы сделать его челом своей личной команды? Глядишь, и часть обязанностей с тебя снимется. На уме Шоты кружились очень много разных мыслей, часть из которых пытались найти смысл в словах этой женщины. «Если вы с ней окажетесь и вправду похожими, то я отправлюсь в другую страну» – А так, Стёрка, как думаешь, Магомед и Ризе смогли бы найти общий язык между собой?

🀃 🀃 🀃

– Тебе не скрыться от меня! – Ризе со своими придатками идёт с размашистой атакой на свою цель. – Да пошла ты! – Магомед отпрыгивает назад от этих непонятных конечностей, еле спасаясь от мощной атаки. Последние пять минут для Магомеда были, пожалуй, самым напряжённым периодом за весь сегодняшний день. Даже та схватка с Минотавром давала кое-какие шансы на победу, а тут что?! Эти придатки Ризе были очень опасными штуками. «Чёрт», – Магомед отходит на пару шагов назад. Руки его болезненно держат рукоять катаны, ноги уже хотят упасть вниз. Дыхание сбивчивое и громкое; просто хочется лечь на землю и отдохнуть, но сейчас ему этого нельзя. «Как же мне её победить?» – Ну и ну, уже устал? – с издёвкой спрашивает меня Ризе. Она благодаря этим придаткам поднимается на фонарный столб и садится на него. Ногу положила на другую ногу и с весёлым лицом смотрит на меня свысока. «Да на её лице и намёка на усталость нет! Это точно битва один на один, или я дерусь вовсе не с человеком?» – Какая жалость. Такие большие обещания давал, а сейчас на ногах нормально стоять не можешь, – Ризе явно пыталась сломить меня морально. – Как ты думаешь меня победить? – Уж точно своими силами, – говорю я ей, не теряя бдительности рядом с ней. – И не говори так, словно уже победила меня! – Но так ведь и есть! Твой меч не ровня моим кагунэ, а на большее ты явно не способен. А ведь я такие большие надежды на тебя возлагала, когда впервые увидела твою жестокость в действии. Так где же она сейчас? Не самое ли время показать всем истинное лицо? – Не понимаю, о чём ты. Перед тобой сейчас стоит настоящий я. – Если ты действительно говоришь правду, то моё разочарование в тебе только углубляется, – Ризе убрала с лица ту дерзкую усмешку и обратила взор на всё ещё находящегося в углу здания испуганного Минотавра. – Ты такой же слабак, как это животное, а может даже хуже, но ты и его победить не можешь. – Заткнись! – крикнул я ей. – Что? Правда неприятная в глаза бросается? Ну так знай своё место и не забывай его, ничтожество. – Клянусь, ещё одно такое… – Ничтожество, – прерывает меня Ризе. – Ещё одно… – Ничтожество. Руки Магомеда сильно сжимают рукоять катаны, глаза опасно смотрят на неё. – Не… – Послушай меня, ничтожество, уже в который раз я так тебя называю? Не важно. Знай своё место. Это единственное, на что ты сейчас способен. Ты слишком слаб и жалок. – Неправда! Всё это неправда! – кричу я ей, желая, чтобы эти издевательства уже прекратились. Ризе одаривает меня безразличным лицом и говорит очень знакомые мне слова: «В этом ещё твоя слабость. Ты не можешь смириться с тем, что реальность не такая, какой ты хочешь её видеть» Такие же слова, сказанные мне недавно Омой эхом раздались в моей голове. – В реальности ты просто никто, и у тебя нет ничего. Сделай одолжение – покинь этот большой мир, где нет места таким, как ты, и не порть его своим существованием. Весь мир исчез для Магомеда, стоило Ризе произнести слова. Он словно оказался в абсолютно пустом пространстве, где есть только он и голоса. Голоса, просящие его покинуть этот мир. – Сделай одолжение: спрыгни с крыши или перебежи дорогу на красный свет. Видеть тебя не могу. – Такой маленький, такой слабенький. Как ты умудрился выжить? – Хочешь жить?! Вправду?! Тогда заруби себя на носу – тебе такого не светит! – Лучше бы ты не выживал в том горящем доме! Умер бы вместе со своими родителями неудачниками! Хоть так ты не опозорил бы ни себя, ни их! «Тук-тук! Тук-тук!» – Хм? – Ризе наклонила голову на бок, с интересом глядя на дрожащего парнишку внизу. «От него веет нечеловеческим гневом… И этот звук, это его сердце так бьётся из-за гнева? Я чую что-то неладное» – Вечно вы все лезете на моём пути, как проклятая зараза, от которой надо бы избавиться срочно и жестоко. «Тук-тук! Тук-тук!» Вся аура мальчишки изменялась с течением времени, и это не могло уйти от глаз Ризе. «Его тело меняется точно так же, как тогда на фестивале», – вспомнила Кашимиро, видя, как кожа её врага продолжает краснеть, а вены набухать. – «Но вот что насчёт учащённого сердцебиения, я не знала» – Глупые, глупые дети, которые считают, что весь мир – это их личный полигон для всех своих фантазий, – продолжал про себя бубнить Магомед, чувствуя, как вскипает его кровь в жилах.

1%...

2%...

3%...

4%...

5%...

6%...

7%...

– Всю жизнь вы только и делаете, что пытаетесь надеть на свои сраные оковы и ограничить мои возможности.

8%...

9%...

10%...

11%...

12%...

13%...

14%...

15%...

– Но знаешь что? Говори всё, что придёт на ум. Оскорбляй меня сколько угодно, ставь меня ни во что, мне на всё абсолютно наплевать, потому что в итоге я сделаю только то же самое, что и тогда…

16%...

17%...

18%...

19%...

20%...

«Моё чутьё говорит об опасности», – подумала Ризе. Девушка уловила необычные изменения в теле этого человека. А точнее, в его мышцах. Поначалу они были меньше, чем сейчас, но теперь они с каждой секундой продолжают расти, а тело мальчика становится больше и выше. А вся его аура становится мощнее вместе со всем этим, и эта неизвестность её привлекает и одновременно настораживает. – Я давно решил избавиться от всех своих слабых чувств, которые современному человеку попросту мешают выживать. И я сделаю то же самое и сейчас…

21%...

22%...

23%...

24%......

– Я… Я…, – Магомед стиснул зубы как можно сильнее и с силой разжал свою челюсть. – Я ОТРЕКАЮСЬ ОТ СВОЕЙ СЛАБОСТИ!

Отрешение: 25%!

«Тук-тук! Тук-тук!» Это было сравнимо с разжиганием настоящего огромного факела, когда пламя возникало за секунду и мгновенно росло по мощности в геометрической прогрессии. Вот какое сравнение привела Ризе с силой этого человека. Теперь перед ней стояла сила, с которой нужно было считаться, и Ризе это нравилось. – Что ж, я вижу, у нас намечается по-настоящему интересный…

Танец Бога Огня

Первая Ката: Вальс

Огненное лезвие меча рассекает воздух перед Ризе, почти попадая в свою цель. Быстро используя один из своих кагунэ, Кишимиро перемещает своё тело со столба на крышу ближайшего здания. – Это было близко, – Ризе посмотрела на рассечённый уличный столб, а потом на человека, держащего в руках пылающий настоящим огнём меч. – Что ж, так слушай сюда, – Магомед одаривает её широкой улыбкой, за которой скрывалась большая опасность. – В следующий раз не уйдёшь! – Ха-ха-ха! – девушка с кровавыми глазами поднимает все кагунэ вверх и трансформирует из в когтистые лапы. На их толстых пальцах были острые когти зверя. – Пусть победит сильнейший монстр! Магомед с радостью молча соглашается на это. В его теле бурлила такая мощь, которую он никогда не испытывал. «Полная Концентрация Дыхания, Аванс первой стадии и Снятие Ограничений… До каких высот я могу дойти?» Ризе направляет все свои кагунэ прямо на Магомеда. Огромные и длинные когтистые лапы вызвали бы у простого человека страх за свою жизнь, но не у Магомеда. Сейчас он готов пойти напролом и сокрушить своего врага. «Вальс!», – быстрый взмах мечом вниз отрезает один из пальцев у одной из лап. Кагунэ движется дальше, Магомед напрягает мышцы ног и прыгает вверх, позволяя конечностям пронестись под ним. Глаза мальчишки быстро бегут по сторонам. Справа и слева к нему движутся два кагунэ, намереваясь перехватить его в воздухе. «Неплохая попытка», – решил он, прежде чем взяться покрепче за катану.

Танец Бога Огня

Третья Ката: Багряное Отражение

Быстрыми взмахами в разные стороны Магомед посылает в них по одному огненному полукругу. Атака успешно разрезает на части кагунэ, и они безвольно падают вниз. – Ха! – Магомед явно не был этим впечатлён. – Пока что слишком… В спину врезается последний кагунэ. Мясистая красная лапа крепко хватает его за тело и уносит вниз к месту застройки небольшого дома. «Это будет больно!», – Магомед вовремя скрещивает руки перед лицом в тот самый момент, когда его тело врезается в хрупкую металлическую конструкцию и проходит сквозь неё до самого конца, пока его прижимает к бетонной колонне. – И снова ты в затруднительном положении, – пришла Ризе. Она одним кагунэ удерживала Магомеда на месте, другие же по какой-то причине решили не вытаскивать его из спины. – В таком тесном пространстве тебе несладко будет. Мы находились на одном из этажей строящегося дома, повсюду были разбросаны мешки с цементом и инструменты, а из бетона торчала арматура, а сверху над нами был кран, который держал в воздухе кучу стальных балок. В общем говоря, пространства и так было мало, так ещё меня прижали к колонне, не дав возможности нормально двигаться. – Ты так говоришь, словно уже победила! – съязвил я ей, пытаясь выбраться из этой заварушки. – Ну, вообще так и есть! – Ризе двигает своим кагунэ назад, а потом вместе со мной направляет его в колонну, ударяя им по ней. – Я могу продолжать так много раз, пока от тебя не останется ни кусочка плоти. «Что же делать?! Что же делать?!», – мой мозг пытался найти ответ как можно быстрее в такой критической ситуации. – «Катаной я нормально взмахнуть не могу, слишком мало пространства. Аванс и Снятие Ограничений скоро закончатся и тогда я уже ничего не смогу сделать!» – Придумал что-нибудь? Или ты предпочитаешь потратить всю силу впустую? «Всю силу в никуда? Точно! Я направлю всю силу в одно место тела и выберусь из этого положения!» Делаю глубокий вдох и начинаю воплощать свой план в действие. Поначалу направляю весь кислород в ноги, как я уже это делал в тренировке с Ёриичи. Затем я упираюсь ими в колонну, чтобы иметь ровную поверхность для отталкивания. «Высвободить всю мощь… В одно движение!», – от напряжения я прикрыл глаза, сосредоточивая всю волю на одной цели. Ризе стала свидетельницей того, как по телу мальчишки пробежали несколько слабых электрических цепей, которые были еле заметны в тот момент. Кашимиро хотела было поинтересоваться у самого Магомеда насчёт них, но внезапно студент с небывалой силой оттолкнулся от колонны прямо в её сторону. – Что за… – девушка получила удар в лицо, внезапная атака заставила её потерять бдительность над своим заложником и ослабить хватку кагунэ. – Погнали! – Магомед берёт в руки катану и, используя первую кату танца бога огня, разрезает надоедливый кагунэ и движется в сторону Ризе. – Тебе конец! Резко Кашимиро смотрит на него с дерзким лицом. Кровь на своём лице она размазывает по всему месту и говорит: «Мне? Ты уверен?» Магомед намеревается ударить её ногой по боку, но внезапно Ризе наклоняется под неестественным для человека угол и нога Магомеда пролетает над её лицом. – Чего?! – в тот момент Магомед явно испытал шок. – Удивлён? – насмехается она; затем она совершает рывок в его сторону, оставляя на полу трещины от простого движения. Скорость рывка поражала Магомеда; он успел лишь поставить блок правой рукой, как по ней прокатился кулак Ризе и отправил Магомеда в небольшой полёт. «Она ещё обладает нечеловеческой силой?!», – кричит он в мыслях, перекатываясь со спины на бок и мигом поднимаясь на ноги. Магомед одаривает тревожным взглядом свою правую руку. По оПо ощущениям, он получил серьёзную травму, раз он её почти не чувствует из-за боли и потому как ему тяжело сомкнуть руку в кулак. ещё не закончила! – Ризе к тому времени оказывается уже перед ним. «Проклятье!», – Магомед направляет часть мышц в живот как перед ударом в то место. Удар был поистине силён. Как только кулак коснулся меня, мои глаза выпучились от мощи. Изо рта у меня хлынула струйка крови, в глазах помутнело, но самым худшим было то, что я услышал в своей голове. «Тук-тук… Тук-тук… Тук!», – действие Аванса подошло к концу. Моё тело пробило крышу этажа, я взлетел вверх на пару метров, прежде чем гравитация потянула меня вниз, и я грохнулся на крышу здания. «Как же больно-то, блядь», – по телу прокатывается волна жуткой боли, мешающая ему ясно мыслить. Мальчик ощущает нехватку сил, хоть и отказывается это признавать. «Ту-дух!», – крышу здания разрывает от продырявливания его телом одного существа, которое секундой позже приземляется на пол и с усмешкой смотрит на Магомеда. – Вижу, ты лишился части своей силы, – Ризе, как всегда, любила озвучивать неприятные факты из жизни её соперника. Девушка также смахнула с головы остатки бетона, который она только что пробила своей головой в прыжке. «Заебись! У неё не только сумасшедшая сила, но и непробиваемое тело!», – в тот момент мне больше всего хотелось послать судьбу нахуй, ибо за сегодняшний день она принесла мне столько убыток, физических и моральных. «Кожа приобрела нормальный цвет», – Кашимиро по-быстрому пробежалась взглядом по своему оппоненту, выискивая каждую важную деталь. – «Но его вены всё ещё разбухшие, а лицо местами неестественно фиолетового цвета, так ещё и мышцы всё так же не изменились в размере. Интересно, почему?» – Мне хватит и того, что у меня есть сейчас, – отвечает Магомед, вздыхая. – Я всё равно не сдамся. Внутри конечно во мне было мало надежды на победу. Всё-таки Ризе была очень сильна и без своих кагунэ; одной лишь её чистой физической силы было достаточно, чтобы оставить на мне больше травм, чем за всю нашу битву. Могло ли это значить то, что Ризе с кагунэ просто развлекалась со мной? И что даже с таким сильным повышением своих физических способностей я не представлял для неё никакой опасности? Но мне было всё равно, насколько она была несправедливо сильнее меня. Если есть хотя бы один малейший процент возможности победить, то я сделаю это любой ценой! Именно с таким крепким убеждением я упёрся кулаком в пол, уткнул кончик катаны в твёрдую поверхность и с её помощью я кое-как поднялся на ноги. Ноги предательски дрожали от усталости, прося наконец-то отступить, а гудящая голова мешала мыслям нормально течь в голове. – Признаю, твоя стойкость поражает как для обычного человека, – без единой капли сарказма говорить мне Ризе, прежде чем начать медленно приближаться ко мне. – Но сегодня тебе не победить. – Тогда сделай одолжение: заткнись к чёрту и не говори мне, что я сдамся! – делаю глубокий вдох, а затем совершаю рывок прямиком к Ризе. Катана уже готовится подняться вверх и зажечься пламенем, как вдруг в руку бьют прямой ладонью, тем самым заставляя невольно выпустить оружие из руки, а затем другую руку заламывают за спину и ногой припечатывают к полу, поставив ногу мне на голову. Всё это продлилось не дольше трёх секунд, а Ризе уже стоит за моей спиной и лишь одной рукой и ногой держит меня на одном месте, не давая и шанса подняться на ноги. – Какой же ты всё-таки упёртый! – в голосе Кашимиро отчётливо слышится лёгкое раздражение. – В кого ты у нас так пошёл? – Замолчи! Отпусти мою… «Хруст!», – Ризе резко повернула мою руку в нужную ей сторону, раздался тошнотворный звук моих костей и суставов. Боль была просто адской, даже для меня. – С-С-СВОЛОЧЬ! – Будешь рыпаться – поверну ещё дальше. Ты здорово меня поразвеселил, но не пора ли тебе с тобой покончить?

26%...

27%...

28%...

«А?», – Ризе с интересом посмотрела на руку Магомеда. – «Да что это с ним?» Рука мальчишки стала чуточку больше из-за увеличившихся мышц. Фиолетовые пятна на коже стали больше, а вены сильнее набухли.

29%...

30%......

– Чёртовая наглая тварь! – скрипел зубами Магомед, понемногу поднимаясь с земли, несмотря на ногу, поставленную ему на голову. «Он стал ещё сильнее?!», – в который Ризе была в шоке от силы этого человека.

Отрешение: 30%!

– Как же ты меня ЗАЕБАЛА! – Магомед отталкивается ногами от пола вперёд, сбрасывая с себя чужую ногу. Затем он встаёт на ноги и с разворота даёт удар локтем прямо по лицу Ризе. «Чёрт, больно бьёт», – подумала Ризе. Резко её голову хватают и опускают вниз, где её поджидал беспощадный удар коленом снова в лицо, ломая при этом нос. «Ничего не понимаю. Я ведь гораздо сильнее и крепче обычного человека! Как ему удаётся наносить мне такой урон?!» Крепкая хватка держит её за горло, пытаясь задушить её. Однако, из-за нехватки сил противник просто обрушивает её тело на пол, оставляя на полу большие трещины. – ТЫ СТОЛЬКО РАЗ ЗА СЕГОДНЯ ДО МЕНЯ ДОЁБЫВАЛАСЬ! ТЕПЕРЬ ПОРА ПЛАТИТЬ ПО СЧЕТАМ! – разъярённый Магомед поднимает ногу вверх и быстро опускает её вниз. Ризе в последний момент уходит из-под удара, перекатившись с боку на бок и моментально вставая на ноги. Удар ногой пробил пол под ними, но Магомеда это не устраивало. «От него веет жаждой крови», – порассудила Ризе, вникая в гущу бурлящих отрицательных чувств от этого. Кашимиро взмахнула кровь с лица. У неё была разбита губа и сломан нос, что конечно требовало от нападавшего немереной человеческой силы. Хоть эти травмы для неё и кажутся настоящим пустяком, ведь они всё равно быстро заживут, она явно не желала стать боксёрской грушей для этого человека. Потому она сократила дистанцию между ними и зашла в слепую зону, намереваясь нокаутировать одним ударом. «Хоть ты и стал сильнее, но твоя скорость остаётся прежней», – так думала Ризе, пока готовилась нанести удар. Но произошло то, чего она не ожидала: сначала голова так называемой «жертвы» резко метнулась в её сторону. Затем глаза последовали за рукой Ризе, захватили её, после чего Магомед одним движением всех мышц перекидывает её через себя и швыряет со всей силы в недоделанную колонну, разбивая её телом на куски. «Его скорость реакции также увеличилась! Да что же он за человек такой?!» Сам же Магомед пытался догнать события, произошедшие секунды назад. Он пару раз моргнул глазами, пытаясь заметить разницу в восприятии мира. «Всё кажется таким чётким», – он посмотрел вокруг, и глаза с интересом смотрели на эту картину. – «Я вижу отдалённые вещи так чётко, словно они находятся близко ко мне. Что же такое со мной происходит?» «Ту-дух!», – пол под ним разрывается на куски, когда один из кагунэ прорывается сквозь него и хватает Магомеда в крепкий захват. – Твою ж дивизию, а хватка-то сильная! – Говоришь, что я надоела тебе? – голос Ризе был полностью лишён каких-либо чувств и эмоций. И эта внезапная смена в поведении девушки напрягала Магомеда до невозможности. – Ну так вот, ты тоже меня уже достал, – Кашимиро медленно подходит к нему, источая свою жажду крови, которая в разы сильнее, чем была у него. Её глаза смотрели ему в душу, а их эмоциональная пустота только делала вид страшнее. «Нужно срочно выбираться отсюда!», – пытаюсь изо всех сил выбраться из хватки кагунэ, но сил просто не хватает. – «Блядь, я так и знал, она всё время сдерживалась!» Ризе медленно подходила к Магомеду с протянутой рукой. Пальцы её руки вдруг стали тоньше и превратились в длинные ногти. Не сложно было догадаться, чем всё это могло закончиться. «Мне бы не помешала любая помощь!»

🀃 🀃 🀃

– Ха-ха-ха-ха! Я чувствую, как во мне бурлит кровь и появляется тяга к действиям! – обладателем этих слов была никто иной, как сама Инаса Йоараши. На ней был надет её геройский костюм, и находилась она на вершине высочайшего каменного пика, откуда открывался вид на весь парк и его посетителей. – Что ж, приступим к плану по выявлению слабейших и недостойных для геройства выродков и низвергнем их отсюда! – громко заявила Инаса, готовясь воплотить свой план в действие. Йоараши глубоко вздохнула, сосредоточивая мысли лишь на предстоящей цели. Визуализировав нужный ей результат в голове, Инаса начала кружить руками в разные стороны. За изысканными движениями её рук следовало дуновение лёгкого ветерка, которое с каждой секундой увеличивалось в интенсивности по геометрической прогрессии. В результате, в кратчайшие сроки достигло такой мощи, что образовался мощный вихрь, в центре которого возвышалась Йоараши. «Это недостаточно», – подумала Инаса. Девушка вложила в свою причуду больше сил, распространяя её влияние ещё дальше. Вскоре на небесах скапливалось множество облаков, временно скрывающих парк от солнечного света. В результате атмосфера стала слегка темнее и приобрела сероватый оттенок. Вихрь начал набирать чудовищную мощь; его сил было достаточно, чтобы поднять в воздух предметы, от самых малых до довольно больших. – Вот! Это мне и нужно было! – Йоараши увидела, как в воздухе кружатся сотни оранжевых мячей, которые экзаменуемые разбросали за всё время экзамена. И прямо сейчас Инаса «благополучно» вернёт их всем своим хозяевам.

🀃 🀃 🀃

– Чёрт, что за ветер? – Ризе пришлось прикрыть лицо рукой. В воздухе летали пыль, грязь и всевозможные вещи, так что не будет лишним прикрыть лицо. – Это проделки той дурочки из Сицукэ? «Проделки дурочки из Сицукэ? Она что, говорит об Инаси?», – подумал Магомед, и в то же время в голове его кое-что щёлкнуло. – «Ну конечно! Йоараши ведь обладала причудой ветра или чем-то подобным, причём очень мощной. Но зачем ей всё поднимать на воздух?!» Ответ сам пришёл ко мне. А если быть точнее, то он влетел мне в лицо: это был один из сотен оранжевых мячей, которые нам выдали перед началом экзамена. План Инаси заключался в избавлении как можно большего числа экзаменуемых за меньшее количество времени. Зачем ей это понадобилось, я знать не знаю, но использовать я это в своих целях вряд ли смогу. «Звинг! Звинг!» – А? – голова автоматически метнулась вверх. Там над нами при помощи крана висело множество стальных балок, которые от ветра качались в разные стороны. Ничего особенного для меня, если бы мои глаза не пропустили бы верёвку, которая держала эти балки вместе и не давала им рассыпаться кто куда. «Если учесть наше местоположение, мои шансы на побег, отвлечённость Ризе и многое другое…», – в мою голову пришла просто охренеть какая хорошая идея. – «Это мой шанс!» Я направляю мышцы почти со всего тела в правую руку, раздувая её до нереальных размеров. С новой силой в конечностях я пытаюсь вырвать её из хватки пальцев кагунэ. – Эй! Куда мы собрались?! – Кашимиро заметила попытку бегства своей жертвы и угрожающе подошла ко мне, приставив когти к лицу. – Или вздумал попытать удачу? – Ато! – я вырываю свою руку из замка вместе со своим танто. – Получай! – со всей силой я швыряю его в Ризе. Ризе просто-напросто наклоняет голову на бок, позволяя оружию пролететь мимо, не нанося ни единого урона. – Это был весь твой план? – риторически спрашивает она. – Ты так жалок. – Хе-хе-хе, – слегка посмеялся я, чем вверг Кашимиро в ступор. – Что ж, добро пожаловать в команду неудачников! Сжимая руку в кулак, я незаметно активирую магнит на руке кистью. Танто продолжал лететь прямо, пока его резко не потянуло назад с большой скоростью. Прежде чем Ризе успевает что-либо заметить, лезвие танто проходить насквозь верёвки, разрезая её на кусочки. – Что за… – последнее, что увидела Ризе, когда подняла голову, так это куча стальных балок, внезапно упавшая на неё сверху и продырявившая вместе с ней пол крыши. – Опа-а-а-а! – с совсем невесёлой улыбкой говорю я, когда меня стало тянуть вниз вместе с кагунэ. – Этого я не предусмотрее-е-е-ел! План Магомеда привёл к тому, что основание сооружения пострадало из-за катастрофического ущерба, вызванного нарушением целостности колонн этажей стальными балками, в результате чего вся конструкция мгновенно обрушилась вниз. В воздух тут же поднялся клуб цементной пыли и грязи, а ветер на улице к тому времени уже утих. – БР-Р-Р-Р! КХЕ-КХЕ! КХЕ-Е-Е! – Магомед вылез из кучи цементного порошка, который высыпал из мешков, и немного успел попасть ему в рот и нос. – Ой, блядь! Тьфу! Тьфу-тьфу-тьфу! Мерзость! Юнец поднимается на ноги и сразу же подбирает с земли свою катану и танто, которые оказались в очень близком расстоянии от его падения. Следом, немного пошатываясь, он бродил по остаткам обрушившегося дома. Над ним возвышались едва сохранившиеся бетонные плиты, формируя компактную пещеру с торчащими повсюду арматурами, инструментами, проводкой и прочими предметами. – Интересно, а где же Ризе? – подумал я вслух. – Не убил ли я её случайно? – Аргх! Чёрт! – раздаётся женский голос где-то за поворотом. – Угу, мне туда. Следуя крикам рассерженной особы, я вскоре встречаю её. Кашимиро находилась под множеством стальных балок, лишь её голова выступала из-под груды обрушившегося материала, прижимавшего её к земле. Она безуспешно пыталась выбраться на поверхность, что, если быть откровенным, казалось тщетным делом. – Чтоб тебя! Да на это уйдёт куча времени! – Ризе тщетно пыталась выбраться из этой ловушки, в которую её загнал этот псих. Обрушить целое здание ради этого? Он точно в своём уме? Да если бы не крепкое телосложение Ризе, то она бы точно не пережила это! – Кхе-кхе, – внезапный кашель справа отвлекает её от своей бубны. – Вижу, у тебя проблемы, – говорит Магомед, не зная, как по-другому начать разговор. – Ага, спасибо! Чтоб тебя! Ты на меня такое обрушил, в жизни такого психа не видела! – Ой, а кто же до этого всё время пыталась морально и физически довести меня до нервного срыва?! – саркастичным тоном ответил юноша. – Я же сказал тебе: ты за всё заплатишь! И теперь вот и лежи там! Помогать я тебе не собираюсь! – Эхх, вот как, – уже тихим голосом ответила девушка, глубоко вздыхая. – Что ж, тут ты выиграл: я проиграла. – Э? Чего? – Чего-чего? Я нахожусь в безвыходном положении. Мои кагунэ бесполезны, если не предоставить им необходимое пространство, а моих сил недостаточно, чтобы разрешить все эти обстоятельства в столь сжатые сроки, таким образом, я сейчас совершенно беззащитна. – Неужели ты так просто признаешь поражение? – голос Магомеда выражал неверие. – Да, и если хочешь забрать меня как жертву, то слева от тебя мои мишени. Приглянись. Магомед поворачивает голову влево и действительно видит все три мишени, принадлежавшие ранее Ризе. – Тебе остаётся лишь откуда-то раздобыть мяч и поразить их всех. Тогда я проиграю, а у тебя будет больше шансов пройти дальше, – Ризе запрокинула голову назад, всматриваясь в дыру на потолке, а точнее, в небо, на котором снова вышло солнышко. – Сделай это побыстрее, видеть не хочу это зрелище. Магомед кивнул и пошёл было пойти и взять все эти мишени… Но что-то остановило его на полушаге. – Правильно ли я поступаю? – прошептал он сам себе. Всё казалось слишком неблагоразумно со стороны Магомеда. Но назвать причину этого он просто не мог. Было ли это жалостью над врагом? Желанием поиздеваться как-нибудь над Ризе, прежде чем всё-таки взять её мишени и поразить их все? А может, в глубине сознания он счёл всё это обманкой? Нет, нет, и снова нет. Ни одно из этих предположений не было не было верным. Настоящая причина крылась в характере Магомеда, который был отражением воли к честной победе. Иными словами, Магомед отвергал подобный триумф, при котором победившая сторона не смогла одержать верх и отомстить за все обиды при содействии посторонних. – Я не стану этого делать, – говорит Магомед, отворачиваясь от мишеней и уходя в другую сторону, к выходу отсюда. – Погоди-ка! Это ещё почему?! – закричала Ризе. Кашимиро дала ему такой прекрасный шанс, а он даже не собирается им воспользоваться? Тогда в чём же смысл всех его стараний, если они в конце концов не приведут его к победе? – Стой! – закричала Ризе, но Магомед не остановился. – Не смей уходить! Магомед останавливается, стоя спиной к ней и ждёт. Ризе собирается с мыслями и задаёт вопрос: «Почему?» – Ты была слишком сильна для меня, Ризе. Слишком сложно для меня. Ты могла прихлопнуть меня ещё в самом начале нашего боя, и если бы не твоё желание поиздеваться передо мной до самого конца, я бы проиграл. – Это не отвечает на мой вопрос! – Я хотел победить тебя своими силами. Один. Без чьей-либо помощи, но получилось так, что мне помогли даже не подозревая об этом. Какой смысл в такой победе, если решающее значение имела не моя воля, а чистая случайность? Такую победу… Я никак не приму. – Глупец! В настоящем бою не имеет значения способ, которым ты свергнул врага! Есть только сильный и слабый, для других нет места в этом мире! И если кто-то кому-то проигрывает, значит, он слаб и недостоин шанса на победу! – Ты не права, Ризе. А если быть точнее, то в конце. Одна ошибка не лишает тебя возможности подняться вновь и попытаться добиться выигрыша ещё раз. Неважно, насколько сильно тебя бросили вниз, пока ты продолжаешь подниматься обратно, надежда на победу никогда не угаснет. Знаю, я никто, чтобы говорить тебе это, но ещё мне тебя немного жаль, ведь в твоих глазах столько боли и пустоты в душе, что мне просто хочется дать тебе ещё один шанс. Пройди на второй этап, и если захочешь, то можешь расквитаться со мной. Ризе ничего не сказала ему в ответ. Простое молчание было единственным, чем она одарила его за такие глубокие слова, которые нашли место в её скромной тёмной душе. – Зачем вам давать шанс такому человеку, как я? – Ризе вспомнила, как когда-то задала этот вопрос своей классной руководительнице, когда та решила с ней заговорить о её прошлом и настоящем. – Я монстр, и всё! Всю жизнь надежда избегала меня, так почему же я должна продолжать бороться за неё? Мисс Шутка, или же Эми Фукукадо положила ей на голову свою руку, растрепала её фиалковые волосы и с лучезарной улыбкой ответила ей: «В твоих глазах столько боли и никакой надежды, что я хочу дать тебе возможность на ещё один шанс!» «Какой же он… Добрый человек», – из глаз Ризе хлынули струйки слёз, которые медленно стекали по её щекам вниз. Магомед так и не повернулся к ней и окончательно потопал к выходу. В влажных от слёз глазах Ризе отражалась фигура уходящего человека, чьё тело незаметно для него уменьшилось в размерах и вернулось в прежний вид. «Не знаю, зачем же он так рискует своим существованием», – в голову Ризе нахлынули тревожные мысли, от которых не удалось бы отвертеться. – «Не знаю даже, как и откуда он берёт такую силу, выходящую за рамки его предела… Но знаю одно наверняка» Отражение в её глазах на миг меняется на картину, как тело мальчишки разваливается на части от огромного количества ран на всём теле, и то, как оно даже после смерти продолжает двигаться вперёд уже за пределами мира живых. – Долго он не протянет.

🀃 🀃 🀃

Магомед старался идти как можно аккуратнее и не свалиться с ног. В В какой-то момент казалось, что силы, которые способствовали его стойкости на протяжении всего сражения и после него, внезапно исчезли, оставив его изможденное тело без надлежащей опоры, и лишь необычное дыхание позволяло ему всё ещё сохранять сознание. – Надо найти кого-нибудь и забрать его как жертву, – выразил свои мысли он вслух, и одновременно с этим боялся попросту не успеть кого-то загарпунить. – А? Это как? Магомед остановился в двух метрах от бессознательной туши Минотавра, который лежал на земле спиной вниз, с высунутым изо рта языком и с огромной шишкой на голове. – Кто же его так отмудохал? – подумал я, осматривая местность внимательнее, пока не заметил небольшую часть упавшей крыши дома, которая была рядом с телом и имела дыру под размер его головы.. – Только не говорите мне, что ему просто-напросто на голову упало несколько кирпичей, и он вырубился? Мой левый глаз уже хотел начать безостановочно дёргаться. Настолько ещё дебильной сцены я за долгое время не видел, что аж хочется одновременно заржать во всё горло и проткнуть ладонью лицо из-за идиотизма данного случая. Но я ещё заметил нетронутые мишени минотавра, а также один оранжевый мячик рядом с ним, так что без лишних слов я взял в руки мяч и принялся поражать всех их. – И вот сюда-а-а, есть! – последняя мишень окрасилась в красный цвет. Это сработала там микросхема и лампочка, удобная штука. – Осталось только найти ещё кого-нибудь, и тогда… Внезапно мне в затылок словно ткнули иглой. Чувство было малость неприятным, но я недолго об этом думал. Рука полуавтоматом вынула из ножен мою катану и разрезала мигом трос, которым хотели меня связать. – Как ты среагировал?! – завопил какой-то студент в дешёвом жёлтом костюме. Его руки трансформировались в толстые канаты, которыми он управлял на средней дистанции. – Неважно, я всё равно…

Стиль Нико

Бушующее Пламя

Напрягнув пальцы ног в кроссовках и наклонив тело вперёд, я совершил быстрый рывок в сторону противника и влетел в него плечом. Глаза студента выпучились, а тело влетело в ближайшую стену. Из-за боли и полученных травм он мигом вырубился. – Ещё… Один… Фу-у-ух, – я делаю глубокие вдохи и выдохи. – Я уже с ног валюсь. Быстро поразить его мишени и вернуться в холл. Беру в руку мяч и, подойдя к ещё одному бессознательному телу, я по-быстрому поражаю все его мишени, окончательно достигнув главной цели первого этапа и становясь одним из ста счастливчиков. – Ух-ты! А мои мишени все в порядке, – с улыбкой на лице смотрю на них. Мои мишени находились в следующих местах: одна - в центре живота, другая - на левой ноге, точнее, на месте приводящей мышцы, а третья - в левой подмышке. Нам не разрешались прятать их под одеждой или какой-либо защитой, так что я выбрал самые сложные места для противника, чтобы их было труднее всего достать. – Не понимаю дебилов, которые решают ставить их в самые легкодоступные места или вообще на спину, – гордо поднимаю катану вверх и указываю в сторону холла. – Но разве время сейчас об этом думать! Пора бы мне пройти дальше ко своей… «Дзинг!», – звонкий звук удара металла и асфальта стал для меня неожиданностью. – А? – я сначала не понимал, почему моя рука сама по себе отпустила катану, пока до меня не дошло одно очень знакомое чувство: полное отсутствие осязаемости от кончиков пальцев до чуть выше кисти. «Нет, нет, нет! Только не это!», – с ужасом и гневом я смотрю, как мои руки бесконтрольно дрожать и я ничего не могу с этим сделать. – «Я думал это не будет такой уж частой проблемой! Это случилось со мной в последний раз месяц назад, и интервал между ними не должен быть таким маленьким!» Руки продолжали дрожать, хоть я их не чувствовал. Лишь только чувство нарастающего гнева, который рос с стремительной силой. Это ведь только лёгкие симптомы; могло быть ещё хуже. – А-а-ах, чёрт! – студент, который лежал у стены без сознания минуту назад, медленно поднимается на ноги, опираясь одной рукой на твёрдую поверхность. Незнакомец смотрит вперёд и замечает того самого студента из ЮЭЙа, на которого он напал и хотел было забрать его как свою жертву, но не повезло. Сейчас же перед ним разыгралась такая картина: руки этого студента жутко дрожат, а сам он что-то усердно бормочет непонятное под нос. – Эй, чувак, – обратился он к нему с интересом. – Что это с твоими руками? Ты был ра… «Треск!», – он слышит в голове хруст своих рёбер, когда ему в живот прилетает удар ногой с разворота с чудовищной силой. – Кхе! – изо рта вырывается кровь, а горло охрипло от боли. «НЕ ТВОЁ ДЕЛО!», – Магомед пинает его в лицо, втаптывая голову в стену. Позже он убирает ногу с лица студента. Лицо того всё опухло и покраснело до неузнаваемости. Нос был сломан, губы разбиты, а несколько зубов выбиты. Глаза затекли, и было ясно, что он не скоро проснётся. – С ними всё в порядке! – сквозь зубы говорит Магомед, дыша очень громко и злобно через нос, а потом смотрит на свои руки. – Что с моими руками? – повторяет он ранее заданный им вопрос. К тому времени его руки уже вновь вернулись в строй. Больше не было того чувства отсутствия осязаемости и какого-либо контроля над ними. Теперь его руки в норме. «Что с моими руками?», – задаёт он тот же вопрос, поднимая с земли свою катану, вкладывая её в ножны и с лёгким недовольством на лице идёт в сторону холла. – «Ничего, просто это…» – ПЕРВЫЙ ЭТАП ОКОНЧЕН! – на весь округ раздаётся голос Сущего Мика. – ВСЕ НУЖНЫЕ НАМ СТО УЧАСТНИКОВ ЭКЗАМЕНА ДЛЯ ВТОРОГО ЭТАПА ВЫЯВИЛИСЬ! ПРОШУ ПРЕКРАТИТЬ ДАЛЬНЕЙШЕЕ СРАЖЕНИЕ И ВЕРНУТЬСЯ ВСЕМ В ХОЛЛУ! Магомед на эти слова лишь фыркает, его взгляд снова цепляется за свои руки. – Просто очень старая травма, ничего больше.