Главное испытание пройдено

– ПЕРВЫЙ ЭТАП ОКОНЧЕН! ВСЕ НУЖНЫЕ НАМ СТО УЧАСТНИКОВ ВЫЯВЛЕНЫ! ПРОШУ ВСЕХ ОСТАВИТЬ ВСЕ СВОИ НЕЗАКОНЧЕННЫЕ ТАМ ДЕЛА И ВЕРНУТЬСЯ В ХОЛЛ! ПРОДОЛЖИМ ПОСЛЕ НЕБОЛЬШОГО ПЕРЕРЫВА! – после этих слов Ямада откинулся на спинку кресла, попивая кофе из кружки и заедая это сладкой булочкой. Толпа постепенно рассеивалась, но в ушах Магомеда всё ещё звенели последние слова ведущего. Первый этап завершён. Сто участников прошли. Среди них и он. Но почему это звучало как насмешка? Он доковылял до холла, ощущая каждую травму, каждую потерю силы, как тяжёлую цепь на своих плечах. Усилием воли он не позволял своему телу сломаться, но разум уже начинал терзаться сомнениями. «Я не заслужил этого» Эта мысль была как яд, медленно разливающийся по его сознанию. Он оглядел толпу студентов: шумных, довольных, уставших, но уверенных в себе. Среди них были его одноклассники, его товарищи, которые, кажется, легко преодолели первый этап. Их шаги были твёрдыми, разговоры оживлёнными, а взгляды уверенными. Он же был полной противоположностью всем этим. «Я выгляжу как побеждённый. Как тот, кто еле выбрался из катастрофы» Он медленно добрался до кафетерии и позволил себе опуститься на стул, не заботясь о том, как выглядят его движения. Равнодушие к собственному состоянию стало его способом борьбы с реальностью. «Разрыв мышц ног, повреждение сухожилий, порванные ткани, трещина в ребре... Всё это за один-единственный этап. Такие темпы долго не продержатся. Второй этап выкинет меня на улицу, даже не успев начаться» Он стиснул зубы, гнев внутри закипал. Но этот гнев был направлен не на кого-то другого. Только на себя. «Я слаб. Я был недостаточно хорош. Не только физически, но и тактически. Я допустил ошибки; я мог сделать лучше, быстрее и точнее. Я мог избежать многих ран, но был слишком глуп и слишком медлителен. Почему я так сильно облажался? Мог бы я вообще тогда сделать лучше?» Ни на один из этих вопросов у него не было точного ответа, да и к чему все эти пустые размышления, когда на носу столь важный второй этап экзамена, о котором он ничего не знает? Он опустил взгляд на свои руки. На его коже ещё свежи следы от недавнего боя. Руки, которые подвели его в самый важный момент. Руки, которые дрожали, когда он вспоминал тот миг. «Это слишком сложно для меня», – с превеликим вздохом подумал Магомед, откатываясь на спинку стула и позволяя телу хоть как-нибудь расслабиться после всего случившегося. Хуже было то, что он не успел вовремя совладать с этим и чуть ли не проломил тому человеку череп, чисто из-за того, что он открылся перед ним не в самом лучшем свете. «Возможно, из-за интенсивных действий, требующих активной работы рук я ненароком перенапряг их, из-за чего это и случилось. Повезло что в тот момент не шёл напряжённый бой как с Ризе, а не то я бы моментально встретил конец» Его всегда волновала мысль о том, что он может вновь дать такую слабину, но только в момент важного боя или, что ещё хуже, в смертельной схватке, где каждый шаг мог стать последним. Добавьте к этому ещё то, что он собирается стать героем, а герой не может допустить какую-либо жертву среди мирного населения, какие бы проблемы не вставали у него на пути, так что он может лишь сделать то же, что и всегда – идти вперёд, давно отрешившись от важности собственной жизни напролом к самой смерти. Герой не имеет права на слабость. Но он был слаб. Он знал это. И его единственная возможная реакция на этот факт — двигаться дальше. «Какая разница, смогу ли я пройти дальше, если я уже заранее проиграл самому себе?» В глубине души он понимал: если он хочет победить, ему нужно стать кем-то другим. Кем-то сильнее. Кем-то, кто не сдаётся. А пока он просто сидел за столом, окружённый сотней победителей, но не ощущая себя одним из них. – Не против, если присоединюсь за одним столом? – Хм? – Магомед поднимает голову вверх и смотрит на прибывшего человека. – Со мной? Тодороки с бесстрастным лицом продолжает смотреть на Магомеда и отвечает: «Да, с тобой. Да и к тому же все остальные места заняты» Быстрый взгляд на окружение, мальчишка понял, что все столы и вправду были заняты. Студенты что-то активно обсуждали между собой, делясь рассказами о прошедшем первом этапе и просто используя момент, чтобы отдохнуть после столь трудного испытания, из которого победителями среди тысячи пятьсот сорока четырёх человек оказались только сто, а все остальные потеряли эту возможность. Магомед молча подвигает стул к Шиори и, бросая на неё быстрый взгляд, говорит: «Если так хочешь» – От тебя так и веет доброжелательностью. – с сухостью замечает девушка, принимая стул и садясь на него. Затем она смотрит на соседа с верху донизу и добавляет. – С виду у тебя был очень трудный бой. Магомед от такого только слегка фыркает: «Ты даже не представляешь насколько ты права. Меня поставили в худшее положение среди всех возможных за сегодняшний день. Да и к тому же, я могу точно также сказать о тебе» Первое, что бросилось ему в глаза при её появлении, – это её сильно испорченный геройский костюм. Левая половина, отвечающая за огонь, вообще была местами сожжена, из-за чего открывался мелкий вид на её кожу. «Хотелось бы увидеть её во всей красе», – случайная мысль тут же заставила его немного отпрянуть назад и с шоком от осознания своего же мышления подумал над этим. – «Что я только что блядь сделал?» – Мне попались неудобные противники. У каждого из них была причуда, которая хорошо дополняла друг друга и прикрывала их слабые места. – Шиори либо не заметила внешнюю реакцию своего собеседника, либо же предпочла на это не обращать внимания. – Но всё же этим косплеерам не повезло: я была наголову выше их почти во всём. Только зря время потеряла на них. – Несмотря на все повреждения костюма, ты выглядишь почти невредимой и выглядишь отлично. – буркнул Магомед, наконец-то выйдя из своих мыслей и вновь откидываясь на спинку стула. – Твоей стойкости можно позавидовать. – Не стоит так сильно принижать себя, – Тодороки сузила взгляд на тело Магомеда. Первое, что бросилось ей в глаза, так это ужасное состояние её собеседника. Казалось, будто им швырялись направо и налево и не брезговали наносить как можно больше травм самыми разными способами. «У него проблемы с рукой, боль в спине (видимо, из-за падения или столкновения с чем-то твёрдым), дыхание моментами неровное, глаза слегка покраснели, старается меньше опираться ногами на пол, у него явно какая-то рана в животе и боль в рёбрах, а ещё выглядит так, будто готов свалиться без сознания в любую секунду», – лишь за такое малое время Шиори поверхностно оценила состояние своего одноклассника и выявила для некоторых симптомов возможные причины. – «И вряд ли дело ограничивается лишь всем этим. У меня такое чувство, что под всем этим скрывается нечто ужасное. Как он умудряется всё ещё бодрствовать в таком состоянии?» – Всем привет! Отлично выглядите! – внезапно в их мелкое общество прорвался громкий девичий голос, который был прям напичкан энтузиазмом и энергией. «А вот и она», – у Тодороки аж чуть скулы не свело после её прихода. – Вы, ребята, здорово постарались на первом этапе! – к ним из ниоткуда пришла Инаса в своём геройском костюме, который был большим, с плащом, а у неё на левой руке была гигантская перчатка, которая была непонятна, для чего она предназначена. – Я принесла немного сладких булочек, не прочь отведать?! Шиори открыла рот и принялась выговаривать слова, которые точно обидели бы её: «Спасибо за предложение, но…» – Не против, умираю с голоду, – Магомед своим заявлением разрушил все её планы. Мальчишка подтянул стул Инасе, дабы та села. – Спасибо большое. – Всегда пожалуйста! – яро отвечает Йоараши, грохнувшись всем своим телом на стул и беря в руки булочку. – Тодороки, а ты почему не ешь?! Героям всегда надо быть в лучшей форме, и отказ от еды не самая лучшая идея для этого! Шиори молчит. Молчит и сверлит её взглядом в лоб, будто пытаясь прочесть её мысли. Она также немного хмурится внешне, но внутри же она вся настороже и готова в любой момент что-то предъявить. – Спасибо, не голодна, – сухо отвечает Шиори, откидываясь на спинку стула, но взгляда своего она не отводит от Йоараши. Инаса, в свою очередь, тоже не была чиста мыслями: всё это время, как она только заявилась к ним с неожиданным предложением, она на самом деле делала это не только из доброты душевной (хотя по отношению к Магомеду у неё были только наилучшие мысли, чего не скажешь насчёт той особы). Всё было частью незамысловатого плана: вторгнуться в их круг и разузнать побольше о самой Тодороки. Убедиться в том, насколько та, по её мнению, схожа с тем «недостойным» героем, коим является её отец. Магомед лениво откусил кусочек булочки, чувствуя, как усталость постепенно заполняет всё его тело. Голод немного ослаблял боль, но не мог её заглушить полностью. Ему было трудно даже просто держать себя в сознании после всего пережитого. Инаса, напротив, выглядела энергичной и полной сил. Она сидела напротив него, весело размахивая руками и пытаясь вовлечь его в разговор. Её живость немного раздражала, но в то же время внушала спокойствие. – Ты выглядишь так, будто тебя размазали по полу и заставили ползти обратно, – усмехнулась она, подавая ему ещё одну булочку. – Серьёзно, тебе нужен отдых. Магомед раздражённо фыркнул, но всё же взял булочку. – Мне нужно больше, чем просто отдых, – пробормотал он, чувствуя, как мышцы его спины ноют после каждого движения.. – Мне нужно чудо, если честно. – Тебе нужен просто отдых. – Кстати, Йоараши, мне есть за что сказать тебе ещё раз спасибо, – вся эта молчаливая и втайне гнетущая атмосфера развалилась под градом слов Магомеда. – Это касается того момента на первом этапе, когда ты вызвала большие изменения своей причудой во всём парке. Ты тогда спасла меня от проигрыша. – Я рада слышать, что смогла помочь тебе! – Инаса тут переключилась с наблюдения за Шиори на диалог с Магомедом. – Но изначально я не планировала помогать этим кому-либо. Моей целью было избавление от многих слабых и безвольных лжецов за один удар, что я и смогла сделать. – девушка неловко почесала свою щёку, она поняла, в каком свете она себя ставит перед ним. – Прости, если мой план кажется тебе немного... эксцентричным. – Да нет, что ты, по-моему, ты вообще сделала всё правильно. Если кто-то не смог просто уклониться от летящего в него маленького мяча, то какой смысл от него в реальной ситуации? – Именно такого мнения я и придерживалась. Рада, что кто-то понял меня, а то обычно другим сложно понять мои мысли просто из-за того, что я недостаточно чётко их излагаю. – Тогда это их проблемы, что с них взять? – Магомед откусывает кусочек сладкой булочки. – На вкус очень аппетитно. А, кстати, сколько всего студентов тогда полегло от твоей затеи? – он приложил приложил палец к подбородку, взгляд устремился в потолок. – Двадцать, тридцать, может, даже, пятьдесят? – Сто двадцать четыре экзаменуемых вылетело в тот момент, – просто сказала Инаса, ни капли не смущаясь. – Если верить статистике, на мониторах у входа в холл. – Кхе! – Магомед слегка подавился куском булочки у себя в глотке. Пару раз постучав кулаком по груши и с силой проглотив кусок, он с ошарашенными глазами взглянул на Йоараши, закричав и вставая. – Сколько?! – Сто двадцать четыре. – всё также спокойно ответила Йоараши и добавила. – Если, конечно, считать только тех, кого я унесла полностью. Ещё большее число студентов осталось с поражёнными мишенями, а сто двадцать четыре – это те, кого я полностью забрала. – Ну ничего себе! – с удивлением он садится обратно на стул, смотрит на кусок булочки в руке и разом съедает его, громко проглатывая. – Я едва смог забрать двоих. Тодороки, а ты сколько? Девушка с гетерохромными глазами также находилась в небольшом шоке. Подумать только, один единственный человек за столь короткое время забрал у более чем ста человек шанс пройти первый этап, и сделала она это, особо не напрягаясь. – Пять, – отвечает наконец Шиори после небольшого раздумья. – Я смогла забрать лишь пятерых, а мысли набрать больше как таковой не было. «Стук!» – А? – Йоараши с недопониманием смотрит на интересную картину перед собой: Магомед с стуком опустил голову на стол и слегка бьёт кулаком по нему, бормоча что-то невнятное. «Чтоб тебя! Я еле как двоих осилил, и то один без сознания лежал, а другой был полнейшим слабаком. А тут хрясь!», – ещё один удар кулаком по столу. – «Одна забрала пятерых, а вторая вообще сука 124 грёбаных людей! До какого низа я ещё могу упасть?!» – Кажется, мы немного затронули его честь, – рассудила Йоараши, глядя на то облако отчаяния, которое нависло над Магомедом. – Тогда, может, перейдём на другую тему и поговорим… Тодороки внезапно прерывает её: «Что насчёт того, почему ты так ненавидишь меня?» Инаса замолчала на полуслове, глаза её переместились на враждебное лицо Тодороки, которая, скрестив руки на груди, выжидательно смотрела на неё с вызовом и хладнокровием. – Сначала ты бросаешь мне этот вызов, затем внезапно являешься с проявлением своей щедрости и притворяешься, что всё это не является элементом какого-то унылого замысла, пытаясь отвлечь моё внимание на различные непринужденные темы, используя в качестве маскировки этот мирный диалог с моим одноклассником. Дочь самого Старателя подтянулась телом ближе к самой Инаси, локти упёрлись в стол, а пальцы рук игриво стучали по нему. На лицо девушки из ниоткуда нависла тень, делающая его гораздо грознее и опаснее, чем есть на первый взгляд. – Так покажи мне своё истинное лицо, Йоараши Инаса. В ответ девушка из другой академии удивлённо моргает глазками, будто это была попытка сделать вид, что Тодороки вообще не попала в точку уязвимости. Но, встретив всё такой же строгий взгляд, она выпустила вздох, и лицо Йоараши лишилось своих ярко выраженных положительных эмоций. Она приняла такую же позу, что и её соперница. Инаса опускает свой взгляд, фуражка на голове закрывает Тодороки вид на её глаза и большую часть лица, а потому она не видит за этим гневную гримасу и стиснутые зубы. – Ты и вправду хочешь знать причину, дочь Старателя? – спрашивает она, добавляя к последним двум словам тот же злобный тон. – Мне как бы плевать на эту самую причину. Но ради интереса хотелось бы знать, за какой проступок этого человека ты так меня ненавидишь, – Шиори не изменилась в лице. – Оуу, поверь, в этой истории виноваты вы оба, – огрызается Йоараши. – Что ты, что твой отец – люди, недостойные того, чтобы называться героями. – Только из-за этого ты и ненавидишь? Из-за своих принципов и геройского идеала? Я, конечно, прекрасно знаю, за что Старателя, но почему я вхожу в этот круг – нет. – Всё просто! – резко Инаса поднимает голову вверх, показывая Тодороки своё озлобленное лицо и тот гнев, отражённый в её глазах. – Ты и твой отец – одни и те же люди, которые мне абсолютно отвратительны! Вами в первую очередь движет не желание помогать людям, не спасать их из бед, а лишь жестокое расправление со злодеями, чтобы подняться выше по карьерной лестнице и оказаться на вершине любой ценой! – Ты так говоришь, словно знаешь нас всю жизнь, – сухо замечает Тодороки. – Но это не так. Пусть мой отец и попадает под такое описание, но я не он. И никогда не буду. – Чушь! Даже сейчас я вижу это равнодушие в твоих глазах. Всё происходящее вокруг и окружающие тебя люди не больше чем способ использовать всё это для достижения своих гнусных целей. Ты вот скажи мне, Тодороки, когда ты в последний раз по-настоящему задумывалась о важности чьей-то жизни? Жалела ли ты злодеев, или так же, как и Старатель, прибегала к неоправданному насилию? – О чём по-твоему ты…, – Тодороки готова была выкинуть в её сторону грубую фразу. Но внезапно её голову посетило воспоминание. Оно датировалось несколькими месяцами назад, когда они недавно поступили в ЮЭЙ. Это был тот самый день, когда на них впервые напала Лига Злодеев в Зоне Ненастоящих Катастроф. Тогда Курогири телепортировал их в разные места, где она в итоге столкнулась со злодеями в зоне оползней. Шиори легко победила их, даже слишком, но всё равно решила их травмировать настолько, чтобы после этого они больше никогда не могли нанести кому-либо вред. Ведь это не была самой лучшей идеей? Лишить злодеев навсегда возможности вновь что-то ужасное сотворить? Рука уже тянулась к злодейке, закованной в лёд. Ещё секунду, и тогда женщина больше не смогла бы жить нормальной жизнью. – Нет! – из ниоткуда вдруг взялся мальчишка из её класса, с которым та даже не была знакома. Он держал её руку в стороне от злодейки и не позволял ей навредить женщине. «Кто это такой? Почему он спас её?», – вот о чём думала Тодороки. – Не тебе решать, кому жить, а кому нет. Всех всё равно когда-нибудь настигнет участь. От твоих рук или нет. В тот раз Шиори позволила такой наглости с его стороны пройти успешно. Но с тех пор прошло много времени, произошло много чего, так что она не раз меняла своё мнение и отношение ко многим вещам. Но даже так, когда она в последний раз всерьёз думала о спасении чьей-то жизни? Единственным исключением, как ни странно, стал именно тот одноклассник, который никогда не дал ей сделать зло. Чёрт, она даже была готова вновь прибегнуть к жестоким действиям по отношению к тем злодеям, когда те напали на них в лагере Диких Кошек и когда эта обладательница голубого пламени пожелала ему умереть. Тогда она не выдержала и послала на них столько льда, сколько она никогда ещё не освобождала. А в ту ночь, когда Мидория вместе с другими одноклассниками выдвинулись на рискованную операцию, которая могла стоить не только из геройского будущего, но и жизни, Шиори к ним присоединилась, чтобы помочь им вызволить Магомеда и Бакуго. И когда всё в конце концов закончилось, она вновь вернулась к тому же образу мышления о чужих жизнях. – Судя по твоему лицу, ты, кажется, поняла, о чём я, – резко слова Йоараши вырывают Тодороку из её размышлений. Шиори берёт ситуацию под контроль и отвечает: «Я поняла, что не настолько ужасна, как мой отец» – Пфр! Ну конечно, – слова девушки были наполнены сарказмом. – Оправдывайся, сколько хочешь, меня словами не переубедишь. – Если ты считаешь меня такой же, как мой отец, – медленно произнесла Тодороки, – тогда докажи это. Докажи, что я ничем не отличаюсь. Инаса усмехнулась, но в её глазах плескался огонь. – Я сделаю это на поле боя, – ответила Йоараши. – И когда ты проиграешь, когда ты поймёшь, что твои методы не работают, тогда, может быть, ты наконец осознаешь, что значит быть героем. Тодороки не ответила. Она просто смотрела на неё, затем медленно отклонилась назад, скрывая эмоции за хладнокровной маской. Напряжение между ними можно было буквально почувствовать. В воздухе повисло молчание, которое ощущалось физически. «Так, ладно, соберись! Ещё не всё потеряно!», – Магомед сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить нервы. – «Есть же второй этап. Уж в нём я выложусь как можно лучше, не только телом, но и умом. Больше грубых ошибок не допущу!» – Что ж! – я мигом поднял свою голову вверх и с новой порцией энтузиазма обращаюсь к своим собеседникам. – Как насчёт… Как только последние два слова были оговорены, Йоараши и Тодороки одновременно встали со своих стульев и, сверляя друг друга проницательными взглядами, двинулись в разные направления, так и не сказав мальчику на прощание. – … Поговорить о втором этапе? – вот что я хотел им сказать, но опоздал. Затем, схватившись руками за волосы и тяня их во все стороны, лишь бы посильнее, я бью головой об стол и начинаю проклинать себя. – Чтоб тебя, Мага, чтоб тебя, – говорю я шёпотом. – Вечно ты ставишь себя перед девушками в худшем свете! Ты слишком некомпетентен! – ВНИМАНИЕ! ЭКСТРЕННАЯ НОВОСТЬ! – когда голос Сущего Мика разнёсся по всей округе благодаря его причуде, я невольно подпрыгнул от неожиданности и от того, как он начал своё сообщение. «Что случилось?! Что-то плохое?!» – ГОВОРЮ ВСЕМ 100 УЧАСТНИКОВ, КОТОРЫЕ ПРОШЛИ ПЕРВЫЙ ЭТАП! СОБИРАЙТЕСЬ У ВЫХОДА ХОЛЛА И БУДЬТЕ ГОТОВЫ, ВЕДЬ СОВСЕМ СКОРО МЫ НАЧИНАЕМ ВТОРОЙ ЭТАП! Лицо Магомеда приняло стоическое выражение: «Ну конечно, просто-напросто второй этап, чё сразу же так напрягать?» Разом встав со стула, Магомед сделал парочку простых упражнений, таких как приседания, прыжки на одном месте, разминка и т.д. Всё это было сделано для того, чтобы оценить состояние своего тела и решить, как лучше его использовать в дальнейшем. «Ну, если не перенапрягаться, – Магомед осмотрел свои руки, ноги и живот. – То сойдёт. Только использовать Аванс нежелательно, ибо я уже использовал его за сегодняшний день, пусть сердечко отдохнёт» Люди со всех столов кафетерия поднялись со своих мест и большой толпой направились в нужном направлении. – Фух, ну, закончим это с превосходством! – громко заявил мальчишка, уходя в ту же сторону. Или же он так и планировал, но через несколько секунд прибежал обратно к тому столу, за которым сидел, и взял из корзины одну сладкую булочку, облизнув губы. – Не могу оторваться, – откусив кусок, он окончательно направился к выходу.

🀃 🀃 🀃

Над площадью воцарилась натянутая тишина – будто само время замедлило ход, затаив дыхание. Студенты, всё ещё ошеломленные первыми испытаниями, собрались в небольшие группы у выхода из холла. Воздух казался тяжёлым от ожидания и страха. – И снова мы встретились с вами, – к нам со сцены на улице обратился тот же мужчина, который рассказал нам об условиях сдачи первого этапа экзамена. «И всё же, я готов сжалиться над ним и купить ему личный спальный мешок», – подумал Магомед, стоило ему увидеть у него эти гигантские мешки под глазами. – «Они что, растут у него в геометрической прогрессии?» – Первый этап вы прошли, за что я могу назвать вас всех везунчиками. Но если вы думаете, что дальше будет легче, то вы сильно ошибаетесь. Второй этап будет ещё сложнее. «Куда сложнее?! Я и так на первом чуть не сдох!» – Будет проверяться не столько ваша физическая и умственная сила, сколько ваша психологическая и моральная подготовка к стрессовым ситуациям. К этому вас вряд ли готовили в ваших академиях. «Даже представлять не хочу в какое дерьмо нас закинут» – Так в чём же состоит сложность второго этапа? Дело в том, что вам придётся спасать пострадавших людей и эвакуировать каждого из них. Тогда толпа проявила себя с разных сторон. Были люди, которые облегчённо вздохнули, другие, наоборот, начали бунтовать. А в то же время Магомед начал ощущать чувство… Разочарования. «Пфр! И всё? Мага, у тебя слишком завышенные ожидания ко всему. Ну что ещё блядь должен делать герой, кроме того чтобы лупить злодеев?!» – Всё просто: на территории разбросаны повсюду профессиональные актёры, играющие роли пострадавших мирных жителей. У них будут не настоящие ушибы и, возможно, даже раны; кого-то надо будет вытаскивать из-под завалов, а другого просто успокоить, а затем их всех уводить в медпункт для окончания этапа. Посмотрите на экран позади меня, – мужчина большим пальцем указал на огромный монитор, на котором высвечивалась огромная таблица с кучей имён, а напротив каждой имени было число в сто. – У каждого из вас по сто очков. За каждое неверное или плохо выполненное действие по спасению гражданских актёры будут делать вам замечания и снимать с вас очки. Более того, за каждым из участников будет следить лично один из наблюдателей на трибунах, так что знайте: ничто не ускользнёт от их глаз. Даже малейшая ошибка будет снижать ваши баллы, а если у вас окажется меньше пятидесяти очков, то вы моментально проваливаете экзамен и не получаете свою драгоценную лицензию. Каким будет окончательный результат зависит только от вас. «Значит, мне просто надо как можно быстрее и качественнее эвакуировать людей. Звучит слишком просто, чтобы быть полнейшей правдой. Мне кажется тут он что-то недорассказал» – Второй этап объявляется открытым. Бегите, детишки, и спасайте людей, – на последних словах это мужчина снова опустил голову на стол и моментально заснул. – ВЫ СЛЫШАЛИ ЕГО?! – спросил нас Сущий Мик. – ВТОРОЙ ЭТАП НАЧАЛСЯ, ДВИГАЙТЕСЬ! Толпа студентов мигом двинулась с места, как только была дана команда о начале их работы. Магомед решил немного подождать, пока основная часть толпы не разделится на более мелкие части и не разбежится в разные стороны, дабы иметь побольше места для работы. – Так, план прост: найди пострадавших, проверь их самочувствие и в случае необходимости окажи на месте помощь, а потом эвакуируй их, – я пошёл вглубь разрушенных зданий, ведь, по идее, я смогу быстро отыскать нуждающихся в моей помощи. – Помогите! Я под завалом! – слышу голос где-то слева. – Я сейчас! – кричу и бегу в ту сторону. Голос приводит меня к большим обломкам, оставшимся после разрушения небольшого здания. Бетонные плиты легли друг на друга, и под ними я слышал детский голос девочки. – Помогите! Я не могу выбраться! – девочка кое-как смогла просунуть руку через небольшую дыру в своей ловушке и звала меня на помощь. – Всё хорошо! Не бойтесь, ведь сейчас я вас вытащу, – взглядом быстро пробежался по плитам и слегка нахмурился. «Чтоб тебя, они хорошо легли друг на друга, почти не оставив никаких отверстий. Вытащить её наружу просто так не получится. Остаётся лишь один вариант» – Послушай меня: я как можно аккуратнее поднимаю эти плиты, а ты, как появится шанс, вылезешь оттуда! У тебя же нет травм, которые этому помешают?! – Нет, у меня нет травм! – Ну, значит, приступим к реализации! Будь готова! Но слова, как будто, растворялись в тяжёлой атмосфере разрушения. Девочка, тихо очерченная пылью и страхом, протянула тонкую, измятую руку через узкую щель, оставленную между облупившимися плитами. Магомед заметил, как дрожащая рука, словно мольба о спасении, дрожит, и понял: просто поднять их силой не получится. Каждая плита – это не просто кусок бетона, а безмолвное испытание, с которым справиться одной лишь силой не получится. Он наклонился, прислушиваясь к шелесту падающей пыли и тихим стонам, которые исходили из-под завала. В его голове крутились мысли, среди которых появлялась новая идея. «Надо использовать то, что осталось… Что-то, что даст мне рычаг… Вот! Может, этот металл?» Вглядываясь в обломки, Магомед обнаружил тонкий, но прочный металлический прут, частично застрявший между слоем бетона и ржавой обшивкой обломков. Он с усилием вытащил его: холодный металл переливался в тусклом свете, словно обещая надежду. Сжав прут в руке, он ощутил, как его ладони напрягаются от холода и пота – одновременно символ его физического предела и решимости преодолеть его. «Я попробую использовать этот прут как рычаг. Если удастся ввести его между плитами под нужным углом, это даст возможность немного поднять их и создать проход для девочки» Сложив в голове чёткий план, Магомед приблизился к завалу. Его рука, всё ещё покрытая следами крови и пота, вставила металлический рычаг в щель между двумя массивными плитами. Он почувствовал, как кончик металла вдавливается в холодное бетонное полотно, словно ожидая приказа к действию. С тяжелым вздохом он опустился вниз, поставив ноги на землю, усеянную пылью и обломками, и, напрягая каждую мышцу, начал аккуратно давить на прут. Каждое усилие отзывалось резким скрипом бетона, а вибрация разносилась по всему завалу, заставляя его сердце биться ещё быстрее. Он тщательно контролировал своё движение, понимая, что резкое, поспешное усилие может обрушить всё вокруг. «Давай, Магомед, ещё чуть-чуть!», – эхом отдавались его мысли, перемежающиеся с приглушённым стуком его пульса в ушах. Понемногу, совсем по чуть-чуть, щель между плитами становилась всё шире и шире, придавая Магомеду больше надежды на то, что всё получится. Мальчик начал давить сильнее, но тем не менее был крайне осторожен, ведь он прекрасно понимал, что в любой момент прут может попросту согнуться, плиты упасть, а девочка оказаться раздавленной насмерть. «Давай же, дава-а-ай!», – я напряг свои мышцы до предела, до тех высот, на что я был способен на данный момент. – «Есть!» Появилась та самая щель, которая идеально подошла бы под размер маленькой девочки… Наверное, если она, конечно, не любительница объедаться в столь юном возрасте. – Это твой шанс! Давай! – кричу я, продолжая держать прут в том же положении. Из щели сначала вылезли руки, потом макушка головы, с ней туловище, а затем и вся она вылезла из-под плит. «Звинг!», – прут в тот момент согнулся, я отпустил его и позволил плитам упасть обратно на своё место. Главное было сделано. – Фух, пронесло, – протирая рукой запотевшее лицо, я стараюсь перевести дыхание в нормальное русло. – Эй, ты как? С тобой всё хорошо? – Ага, – отвечает мне девушка с блондинистыми волосами, возрастом где-то 10-12 лет и ростом мне по бедра. «У них в комиссии вообще обкуренные люди сидят? Как можно на такую опасную работу нанимать столь юного человека?!», – в тот момент мне чересчур хотелось заглянуть к ним в гости и послать каждую работающую там душу на три добрых буквы. – Что ж, я и сам вижу, что ты полностью в порядке, – осмотрев её быстрым взглядом, я и сам смог определить отсутствие каких-либо настоящих повреждений. Как-никак, умение перемещать мышцы по всему телу далеко не предел моих знаний о человеческом теле. Уверенно подхватив девочку на руки, я уже был готов отправиться в путь к зоне эвакуации людей. Но в последний момент я остановился, как вкопанный, лицо приняло озадаченное выражение, и я начал переводить взгляд то с обломков, то на маленькую девочку. – А как ты туда залезла вообще? – спросил я прямо, и я чувствовал, что ответ мне нужен здесь и сейчас. – Это секрет, мистер, – весело отвечает она, с её лица словно ветер сдул весь тот наигранный страх и напряжение. – Но скажу по секрету: выбраться без вашей помощи я уже не смогла бы, так что прощаю вам оплошность и не сниму вам балл. – Э?! – я взял её руками за подмышки, протянул вперёд и с непониманием смотрю на неё. – За что? – За то, что вы спрашиваете мирного жителя о лишних подробностях, когда вам следует его отнести в безопасное место. Ещё один шанс, мистер, вы так все баллы потеряете. – Ладно, ладно! Я понял, ответа мне не видать! – лёгкий бегом я бегу с ней по нужному мне пути прямо к зоне эвакуации людей. – И не зови меня мистером! Я от такого чувствую себя старым!

🀃 🀃 🀃

– И вот ещё одного. Держите, – Магомед передаёт «раненого» пожилого старика в руки другого человека, которого спасли пару минут назад. – Отличная работа, юноша! Вы не только хорошо спасаете, но и лечите, – старик поднял свою левую забинтованную ногу. – Всегда рад стараться! – отсалютовал я ему. Магомед поворачивает голову к Ииде, управляющему эвакуацией. Его голос звучит уже не так уверенно, как обычно; в нём проскакивает истощение и тревога. – Иида, сколько ещё осталось? Много? Тенсей робко, словно боясь нарушить хрупкий порядок в суматохе, тихо отвечает: «Совсем немного! Если продолжим такими темпами, то совсем скоро эвакуация закончится» – Рад слышать, – отвечаю я, чувствуя, как мои ноги слегка подкашиваются, в горле пересыхает, а со лба обильно льётся пот. «Меня надолго не хватит» – Что ж, тогда будет лучше немного поднажать и… «ТУ-ДУХ!», – мощный взрыв разнесся по округе – воздух задрожал, земля под его ногами начала неуклюже вибрировать, а на одной из крайних стен стадиона в небо взмывали клубы дыма и пепла. Магомед мгновенно насторожился. – Что это было?! Взрыв какой-то бензоколонки?! – Иида вертел головой во все стороны. – Нет, – отвечаю я ему, смотря в сторону одной из крайних стен стадиона, откуда в небо взмывали дым и пепел. – Это что-то другое. И мне это ни капельки не нравится. В этот момент через громкоговоритель раздался голос Сущего Мика. – НУ ЧТО Ж, ЮНЫЕ ГЕРОИ! НАЧИНАЕТСЯ НАСТОЯЩЕЕ ИСПЫТАНИЕ! – голос Сущего Мика только усугубил мои тревожные предположения насчёт взрыва. – ВЫ ЖЕ НЕ ДУМАЛИ, ЧТО ВСЁ ТАК БУДЕТ ПРОСТО?! НЕТ! ВАМ ПРЕДСТОИТ ОДНОВРЕМЕННО ЗАЩИЩАТЬ МИРНЫХ ЖИТЕЛЕЙ И ОБОРОНЯТЬСЯ ОТ ЗЛОДЕЕВ! Попробуйте не сделать это! Из густого облака дыма и пыли начали появляться фигуры в одинаковых чёрных костюмах. Они были словно тени – бронежилеты скрывали их тела, а странные ружья, стреляющие явно не обычными пулями, а нечто иным, притягивали зловещий блеск. – Это чё ещё за фрики? – выразил общую мысль Серо. – О нет, – Изуку подпрыгнул вверх и приземлился на невысокий обломок здания, чтобы иметь больше зоны видимости. – Ребята, это не какие-то там фрики. – ДЛЯ ЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ГЕРОИ ДОЛЖНЫ УМЕТЬ РАБОТАТЬ В ДВУХ РАЗНЫХ НАПРАВЛЕНИЯХ. А ИМЕННО, СПАСАТЬ ЛЮДЕЙ И СРАЖАТЬСЯ СО ЗЛОДЕЯМИ!! ИНТЕРЕСНО, СМОЖЕТЕ ЛИ ВЫ ОСИЛИТЬ И ТО И ДРУГОЕ СРАЗУ?! – из толпы фриков выходит герой Босатка, человекоподобная касатка, с высоким и мускулистым телом, которое внушало всем страх и опасность. – Это профессиональный герой по имени Босатка! Он занимает десятое место в рейтинге героев! – Изуку начал выдавать всем информацию. – Он очень силён, а с ним и вся его команда поддержки, они тоже не промах! – А НЕ СЛИШКОМ ЛИ ЭТО ЖЕСТОКО?! – крикнул Минета. Его слова подхватил Иида. – Это не есть хорошо! – крикнул Иида, оглядываясь назад на людей. – Эвакуация ещё не закончена! Если злодеи доберутся до них, то мы провалим экзамен! С самих трибун за всем этим наблюдали Айзава и Эми. Первый сидел сложа руки, пока вторая стояла у самого края, упершись руками в него. – Стёрка, а не слишком ли это всё? – вопросила Мисс Шутка, слегка наклонив голову, словно пытаясь прочесть происходящее. Сотриголова в ответ лишь нахмурился. – Да, это слишком даже для профессионаловКомиссия героев явно не хочет допустить того, чтобы новое поколение не оправдало их ожидания.. Тем временем Босатка, двигаясь пафосной походкой, направлялся прямо к будущим героям, за спинами которых находились простые граждане. Его слова эхом разносились по беспокойной атмосфере. – У вас за спиной гражданские, а спереди наступают злодеи, – Босатка решил немного драматизировать. – Какое решение вы примете? Оставить их и сражаться с нами? Бросить бой и убежать с ними? В любом случае, и то, и другое неверно! – герой перешёл на быстрый бег. «Чёрт, они собираются напасть на гражданских!», – Изуку активировал свою причуду и был готов прыгнуть в бой, даже если враг превосходит их по численности и мощью. Но вдруг мимо него пробегает знакомый ему студент из другой академии – Йо Шиндо. Черноволосый паренёк в открытом, как у Киришимы, костюме, с которым Изуку довелось сегодня поработать. – Шиндо! – кричит Мидория. – Я их задержу! – Йо ложит руки на землю, и руки начинают вибрировать. – Лёгкая дрожь их остановит! Парень, не теряя ни минуты, положил руки на землю. В его пальцах чувствовалась напряжённая вибрация, дрожь, способная остановить даже самых решительных противников. Его пальцы устремились вглубь земли, и через мгновение сильная вибрация разнеслась по почве, словно мощное землетрясение. Данное действие дало свои плоды: люди Босатки просто не смогли противостоять искусственной силе стихии, а потому все они свалились с ног, не сумев устоять на уже неровной земле. – Через такое ни один злодей не пройдёт! – яро заявил Шиндо. – Ты в этом уверен? – А? – Шиндо накрыла большая тень. Прямо перед ним стоял во весь рост Босатка и своими красными глазами ужасающе смотрел в душу пареньку. – Недостаточно! – Босатка хватает Шиндо за плечи и использует одну из своих способностей причуды – ультразвуковые волны, которые больше напоминали настоящую звуковую атаку. – А-А-А! – Шиндо кричал от боли, но это недолго продолжалось. Уже через две секунды парнишка валялся в руках героя, как тряпичная кукла, с закатившимися глазами и обильным слюновыделением изо рта. – Вы слишком слабы, – Босатка выпустил из рук Шиндо и посмотрел на остальных. «Чёрт возьми, он слишком силён!», – по лбу Магомеда скатился нервный пот. Аура Босатки ощущалась поистине сильной, в этом не было ни капли сомнений. Все остальные на его фоне казались не более чем мошкарой, которую тот может прихлопнуть даже не пошевелив рукой. «Он поставил нас в невыгодное положение», – я оглянулся назад на гражданских, которых понемножку уводили в безопасное место другие студенты. – «Но этого мало, нам потребуется больше времени. Если мы не объединим усилия, то нам точно крышка. Но проблема не только в большом и сильном враге, первый этап нас всех потрепал», – я взглянул на свои руки, они весь в ссадинах и жутко уставшие. Всё моё тело держалось лишь благодаря двум вещам: Полной Концентрации Дыхания и моей воле. Потеряв одно, другое тут же рухнет за ним. Босатка пригнулся, и было дотошно понятно, что сейчас он собирается за раз сократить дистанцию между нами и напасть на нас. Студенты были готовы активировать свои причуды ради защиты и нападения в ответ; напряжение росло до точки кипения. Но помощь пришла вовремя: со стороны на Босатку двигался большой и толстый лёд. – Я-то думал, когда же ты появишься, – Босатка использует свои волны для разрушения этого льда, но он всё равно наступает на него. – Это всё, на что ты способна? Вдалеке Тодороки Шиори недовольно цокает из-за неудавшейся внезапной атаки: «Это даже не половина моих возможностей» – Тодороки! Уж её-то причуда точно понадобится здесь! – Изуку посмотрел на землю, по которой распространялся лёд, сковавший людей Босатки в ледяной капкан. – Все! – Иида обратил на себя всеобщее внимание. – Немедленно берите гражданских и уводите их в медпункт! Студенты тут же принялись выполнять указ Ииды. Каждый человек брал на себя как минимум одного гражданского и уводил его в нужное место. – Здесь справятся и без меня, – промолвил Магомед, наблюдавший за сценой боя Тодороки и Босатки. – Я слишком слаб сейчас, чтобы помочь ей чем-то. «Тц, упёртый какой», – Тодороки перестала посылать лёд в Босатку. И это было правильное решение, ведь здесь больше подойдёт её огонь. Шиори уже собралась реализовать свою идею в жизнь, когда тут откуда-то сверху подул мощный ветерок, а с ним и громкий, раздражающий до невозможности голос. – А вот и я! – мощный поток воздуха опустился вниз, как проявление титанической силы стихии. Ветер разбил весь лёд Тодороки, но также сбил с ног всех людей Босатки, кроме самого Босатки. – Нападение злодеев, да?! – в воздухе парила Йоараши, благодаря своей причуде она могла управлять воздушными потоками по своему желанию. – Вы приготовили для нас поистине захватывающее испытание! – Инаса хотела ещё кое-что добавить, но тут в её поле зрения попалась Тодороки. Тодороки и Йоараши, обе девушки из разных академий, прямо сейчас сверлили взглядами друг на друга. «Что она здесь забыла?», – улыбка на лице Йоараши тут же померкла. «А она здесь с какой целью?», – такая мысль была у Шиори. – Хорошо! Тодороки и Йоараши отвлекут внимание Босатки и его приспешников, а мы тем временем можем отступить! – Изуку взял в руки двоих людей и помчался вперёд. – Поспешите! – добавил Иида. Все студенты, оставшиеся на защите гражданских, начали немедленно уносить людей в другое место. Но среди них не был Магомед. Он, как стоял на одном месте, так и продолжал. И если бы его спросили о причине этого, он бы ответил так. «Мне кажется, или появление на поле боя Йоараши и Тодороки вместе не сулит ничем хорошим?», – его предчувствие прямо твердило точно также. – Они сосредоточили свои силы на эвакуации людей, – люди из комиссии, стоявшие на трибунах, следили за всеми действиями студентов и делали заметки. – Хороший выбор. Йоараши и Тодороки хорошо подойдут для того, чтобы задержать Босатку. – Но что насчёт того студента из ЮЭЙа? – один из людей обратил внимание на Магомеда. – Почему он продолжает стоять на месте и не помогает другим эвакуировать остальных? – Потому что он не лишён ума и осознаёт, что такой союз между ними не способен длиться долго, – заявляет загадочный мужчина в шляпе, стоящий на краю трибун и внимательно наблюдающий за Магомедом без помощи бинокля, в отличие от остальных. – А вы случайно не тот, кто следит за этим мальчишкой? Почему вы считаете его действия обоснованными? – Потому что так и есть, глупцы, – грубо отвечает он, задевая всех остальных смотрителей. – Этот юнец прекрасно осознаёт, что что-то здесь не так. Возможно, он догадывается или уже догадался о том, что на данный момент союз между Йоараши и Тодороки – один из худших сценариев, который только возможен. Поэтому он и предпочитает не уходить оттуда, зная, что его вмешательство здесь пригодится. – Если вы не против, можно спросить, откуда вы всё это знаете? Мужчина лишь незначительно поворачивает к ним своё лицо, скрытое в тени шляпы, но этого было достаточно, чтобы все заметили его зубы, острые, как лезвие бритвы, которые казались тщательно заточенными. А ухмылка, которая могла смело принадлежать какому-то дьяволу, только добавляла ему силу эффекта его ауры, словно он сама смерть. – Просто тот, кто прошёл через многое. Не обращайте на меня внимания, всё самое интересное ждёт вас там, внизу. Йоараши и Тодороки то и делали, что просто пялились друг на друга искоса, ища в глазах соперника скрытый злой умысел. «Нет, сейчас не для этого», – Шиори отогнала от себя все эти ненужные мысли, мешающие ей нормально работать. – «В приоритете сейчас разобраться с их главарём, а уж потом со всей его шайкой. Ветер Инасы тут не поможет, тут больше сойдёт мой огонь» Внезапно, почти механически, Тодороки отдала приказ; её голос прозвучал холодно, решительно и без колебаний. – Иди к остальным и помоги им эвакуировать гражданских! – крикнула ни с того ни с сего Шиори, говоря это Йоараши. Слова разнеслись по шумной арене, и у Йоараши на лбу набухла вена от гнева и недоумения. Она не могла сдержать вспышку. – Что ты только что сказала?! Почему твой голос звучит так, будто ты приказываешь свернуть весь план? – Твой ветер лучше подойдет для эвакуации, нежели для боя с ним. С Босаткой разберусь я сама, – Тодороки полностью сосредоточила своё внимание на Босатке. Девушка готовилась совершить свою атаку. В этот момент Инaса, которая до этого молча наблюдала, сжала руки на груди. Внутри неё бушевал шторм эмоций, и кажется, что сама стихия подвластна её воле. Вокруг неё начинали кружиться невидимые потоки воздуха, нарастая в силе, которая могла бы сразить даже самых стойких противников. «Ишь, чего удумала, стерва! Я так просто не сдамся», – Инаса потянула свои руки ближе к груди, вокруг неё ветер становился всё мощнее и мощнее. Издалека наблюдал за всей этой сценой Магомед. Его глаза скользили по напряжённым чертам лица, по дрожащим рукам бойцов и по распадающейся активности битвы. – Лучшим решением и вправду будет всё что угодно, но только не ветер, – решил Магомед, наблюдавший издалека за всем этим, уделить немного времени анализу. – Конечно, если судить по тому, что мне вообще известно о причине Инасы. Если она способна на ещё более мощные атаки, то можно было бы и попробовать, но всё-таки здесь больше подойдёт пламя Тодороки. Ну, чисто из-за того, что Босатка формально сухопутная рыба на двух ногах, ничего из этого не прикрывает слабость к высокой температуре. Левая рука Тодороки вспыхнула ярким пламенем, именуемым «Адским пламенем». Это было не просто пламя – оно было словно воплощением разрушительной силы, который когда-то принадлежал её отцу, Старателю. Его огонь мог расплавить бетон за считанные секунды, и теперь Тодороки собиралась сейчас его дочка собирается воспользоваться тем самым одним из немногих «преимуществ» быть его дитя, воплотив эту силу в «Пламенном Кулаке». Она сжала пальцы в кулак, концентрируя всю энергию в одном мощном ударе, и направила руку в сторону Босатки. сейчас его дочка собирается воспользоваться тем самым одним из немногих «преимуществ» быть его дитя. «Пламенный Кулак!», – Тодороки вобрала весь свой огонь в левый кулак, а затем, направив руку в сторону Босатки, разжала пальцы. «Покажем им!», – Йоараши собирает весь ветер вокруг своей правой руки и, поднимая высоко вверх, резко опускает вниз. В тот самый момент всё должно было пойти совсем не так, как на это надеялись наши герои: Шиори, как и планировала, выпустила своё пламя в сторону Босатки. Огромная стена пламени с огромной скоростью двигалась прямиком к герою номер десять, а тот, словно выжидая момент, стоял на одном месте с невозмутимым лицом. «Ничего, можешь недооценивать меня», – решила для себя Шиори, глядя на Босатку. – «Так даже лучше для меня» Однако, когда могучая огненная стена уже мчалась по направлению к Босатке, небеса внезапно вмешались. Мощный воздушный поток, словно чудовище с невидимой силой, сместил траекторию атаки. Пламя, усиленное волей Тодороки, вдруг оказалось вознесённым вверх, словно в знак прощания, оставив Босатку невредимым. Приспешники, стоящие рядом, переглянулись в явном недоумении. – А? – вопросительно воскликнул один из приспешников Босатки. – Что это было? «Зачем Инасе портит весь план Шиори?», – размышлял Магомед, становясь частью тех людей, которые об этом сейчас и думают. – «Разве её не попросили помочь с эвакуацией? Почему вдруг она решила атаковать вразрез атаке? Что тут вообще творится?!» Шиори стояла в замешательстве, а вот Инаса, увидев, как всю её инициативу за мгновение испортили, стиснула зубы покрепче и с не фальшивой яростью в голосе накричала на Тодороки. – Эй, дура, ты что творишь вообще?! Ты хоть знаешь, что ты только что сделала?! Твой огонь помешал мне! В то же время Тодороки больше всего хотелось заткнуть пасть этой ненормальной и преподать ей урок. Но для начала она всё равно решила кое-как прийти к миру через слова. – Лёд против него не эффективен! – ответила Шиори. – Он может ломать его сколько угодно, а вот огонь он уже не сможет принять в лоб без проблем! Твой ветер здесь бесполезен, да и к чему мне вообще мешать тебе?! – Не знаю! Ответ может быть каким угодно! И вообще, ты такой же странный, как и вся ваша семейка, кучка идиотов и нелюдей! – воскликнула Инаса именно те слова, которых от неё меньше всего ожидали. В тот самый миг Шиори удостоила Йоараши, безусловно, самым холодным и враждебным взглядом за весь сегодняшний день. – Да что ты так прицепилась к моей семье? – Шиори повернула к ней лицо и закричала. – Я не похожа на своего отца! Не сравнивай меня с… В тот же миг всё приняло неожиданный поворот событий: какая-то серая, текучая субстанция незаметно обрушилась на верхнюю правую часть тела Тодороки. За долю секунды жидкость схватилась, затвердела, как цемент, и сковала её движения, лишив возможности мгновенно реагировать. Один из приспешников Босатки криминально усмехнулся. – Цементомёт! – сказал один из приспешников Босатки, выстреливший из своего оружия. – Смесь быстро застывает и сковывает движения противника! Очень полезная вещь, когда нужно кого-то поймать! – Поверить не могу, – Босатка в то же время начал про себя бубнить. – Выясняют отношения на поле боя. «Дело дрянь!», – Шиори кое-как подняла правую руку и создала перед собой ледяную стену, закрывающую её от обстрела из цементомётов. – Поймайте ту, что в воздухе! – кричит приспешник, целясь в Йоараши. – Я вам так просто не дамся! – Инаса умело уклоняется от всех снарядов, позволяя им пролететь буквально в нескольких сантиметрах от своего тела. Её движения столь же искусны, как и её владение причудой. Линия атаки, сметённая вихрем и огнём, казалась хаотичной. Взрывы ощущались на каждом шагу, земля тряслась от ударов, а воздух наполнялся криками и ревом битвы. Атмосфера была настолько наэлектризована, что каждый новый удар и вздох казались последними в этом безумии. – А что насчёт тебя! – Йоараши кричит это Тодороки. – То даже не пытайся задурить мне голову! Вы со Старателем делите одну и ту же сторону монеты! Йоараши стиснула в гневе зубы, вспоминая момент своего детства, когда она впервые встретилась вживую с Старателем. – Это должен был быть моим самым счастливым днём в жизни. Юная Инаса, которой на тот день не было больше восьми лет, стояла в толпе людей. Все они без исключения были заворожены тем, как Старатель восседал на злодее, которого он победил всего лишь за один удар. – Самым-самым счастливым. – Мистер Старатель! – Инаса, с тетрадью в руках и надеждой в глазах, стремительно приближаясь к своему кумиру, испытывала волнение от перспективы заполучить драгоценный автограф, не обращая внимания ни на что другое. – Вы не могли бы… «Пух!», – огонь охватил тетрадь Йоараши, стоило только руке Старателя коснуться её. Инаса, от неожиданности упавшая на асфальт, слегка обожгла руки и почувствовала боль от резкого удара ладонью героя номера два. – Не мешай мне! – грубо, громко и подавляя любую силу воли сказать что-либо, ответил заворчал Старатель, удостоив раненую девочку ничем больше, чем просто косым взглядом. – В тот день я увидела в его глазах столько злобы и гнева, вперемешку с холодной агрессией, что это являлось истинной натурой моего некогда любимого героя. Старатель развернулся и на своём пламени умчался вперёд, не подумав не о избитым им до полусмерти злодея, не о маленькой Йоараши, которая в тот день потеряла часть веры в героях. – С тех пор я его видеть не хочу. – Ты и твой отец – не настоящие герои! Мой ветер – вот что действительно может нанести удар! Твой огонь сожжёт всё на своём пути, как твой мерзкий отец! – Йоараши в гневе собирается напасть на Босатку мощной атакой, которая явно создаст большие неприятности всем, кто находится близко. – Таких, как вы, я никогда не признаю! – Ты говоришь так только из ненависти к моему отцу! – Тодороки собирает в левый кулак своё пламя, гораздо больше, чем в прошлый раз. – Ты ни на что не способна, если полагаешься лишь на свои воздушные мечты! От одного случая ты навсегда возненавидела человека, и теперь презираешь меня только из-за того, что я – его дочь. Ко мне это не относится! На Босатку направляется поистине опасная атака: гигантская огненная стена и мощный вихрь, сметающий всё на своём пути. Земля от этого всё больше изуродовалась по мере того, как эти силы проходят всё больше расстояния. Босатка чувствует эти вибрации в воздухе, но он просто стоит на месте и даже не думает об уклонении или простой защите. Точно так же, как и в прошлый раз, всё пошло наперекосяк: атаки сместились в разные направления, из-за чего ни одна из них не попала ни в какую цель. – Аргх, чёрт! Ты снова мне помешала! – закричала Йоараши. Сейчас она была настолько зла, что на её лбу вздулись вены. – Почему ты не можешь просто уйти отсюда?! – Да потому что ты здесь бесполезна! – ответ Шиори был очень грубым и жестоким, несмотря на её обычную хладнокровность в повседневной жизни. Люди, стоящие на трибунах, с недоумением наблюдали за всей этой картиной, развернувшейся на поле боя. Они также критиковали действия двух студенток, которые во время драки выясняли свои отношения. – И это студенты из престижных академий? Я в них разочарован, – честно признался мужчина, откинувшись на спинку стула. – Стёрка, как ты думаешь, они смогут оставить свои разногласия? – поинтересовалась Эми, не отрывая взгляда от боя, ставшего за столь короткое время настоящим посмешищем. – Маловероятно, – честно сказал Айзава. – У Йоараши громкий характер, она делает и говорит то, что хочет, а Тодороки иногда не может совладать со своим гневом, из-за чего начинает уподобляться людям с наклонностями к жестокости в словах и действиях. Поистине, это действительно один из самых худших поворотов событий, который только мог произойти. – ВХА-ХА-ХА-ХА! – тот самый смотритель, который предсказал этот поворот событий, смеялся во всё горло, ни капли не сдерживая свой смех. И, по правде говоря, людей, стоящих рядом с ним, его жуткий хриплый смех пугал до полусмерти. – Всё прям именно так, как я и говорил! Эти двое просто не могут оставить свои разногласия на поле боя, поэтому численность возможных жертв в реальной ситуации росла бы с поражающей скоростью! Кругом кровь и ошмётки трупов, а им хоть бы хны: главное – побольше затронуть все самые тёмные уголки души другого! И ничто это не остановит! – Но, эм, – один из смотрителей немного замялся, пытаясь заговорить с этой пугающей личностью, – но есть ли сейчас хоть малейший шанс изменить эту ситуацию? – Ты имеешь в виду прекратить это? – резко голос того мужчины стал тише и как бы наполнен силой. – Д-да-да! – с небольшой запинкой отвечает ему смотритель. – Нет никакой возможности, чтобы это прекратилось, – быстро отвечает он, и пока его взгляд нацелен на кого-то снизу. – Однако, если речь идет о разрешении конфликта только этими двумя, то нет, тут без шансов. – А если кто-то вмешается в это? – Оуу, – с таинственностью в голосе говорит он. – А это сейчас может произойти. Магомед продолжал так же стоять на одном и том же месте, не смея сдвинуться с него даже на один шаг. Все его мысли были заняты тем, что он прокручивал немногочисленные воспоминания, извлекая из всех них мелкие детали, которые могли бы дать ему зацепку на верный ответ. «О нет», – в мыслях слышалось его желание не верить в то, о чём он думает. – «Как я допустил нечто такое?» Всё сошлось именно так, как он бы не хотел. Ещё с самой первой встречи он замечал некую тонкую нить враждебности между Йоараши и Тодороки, которая росла всё больше и больше с каждой новой встречей. Поначалу он это игнорировал, мол: «не моё дело совать нос в соперничество», но теперь он ясно понимал, что должен предпринять хоть что-то, а не оставаться немым зрителем. Йоараши и Тодороки, две молодые женщины с невероятно мощными причудами, но также с весьма сложными характерами, столкнулись на поле битвы и теперь не в состоянии разрешить свои конфликты, каждый раз реагируя на удары взаимными контратаками с ещё большей интенсивностью. И всё, что происходит прямо сейчас не только их вина, но и его вина тоже, ибо из-за его небольшого равнодушия он не сделал ничего, что могло бы остановить это. «И что мне теперь делать?» – Эй, мистер! – меня кто-то тянет за рукав костюма. Магомед опускает взгляд вниз и с удивлением смотрит на маленькую девочку, которую он в самом начале этапа вытащил из-под завалов. – Ты что тут делаешь? – спрашиваю я. – Тебе нужно эвакуироваться отсюда. – А зачем? – наклоняет голову набок. – Здесь же не настоящие злодеи. – Но зато есть настоящие проблемы, с которыми надо бороться, – ловко парируя, я краем глаза следил за обстановкой на поле битвы. – Тогда, почему бы вам не помочь? – спрашивает она меня, смотря своими большими глазищами. Я глубоко вздыхаю: «Дело в том, что я не могу ничем им помочь» – Это ещё почему? – Я слишком слаб, да и травмы с усталостью дают о себе знать, – про себя вспоминаю ноющую спину и колющую боль в левой пятке. – А там полдюжины приспешников главного босса, которого играет сам что ни на есть герой номер десять. Я по сравнению с ним едва ли пылинка. – Вы не верите в себя? – этот вопрос прозвучал больше как самоутверждение, чем на простой вопрос. Магомед медленно мотает головой и по-простецки отвечает: «Нет» – Но зато я верю в вас! – весело отвечает она, поднимая ручонки вверх. – Этого достаточно, чтобы вы побежали туда и помогли этим двоим разрешить все свои разногласия? Магомед слегка усмехнулся: «Возможно я смогу им помочь сразиться с врагом, но разрешить их личные проблемы вряд ли. Это как бы не моё дело» – Тогда вы можете сделать так, чтобы они хотя бы на время оставили их? – На время? – я резко поворачиваю свою голову в сторону бойни и про себя ухмыльнулся. «А ведь точно! Если я не смогу заставить их забыть свой конфликт, то могу хотя бы его отложить на другое время!» – А ты для своего возраста очень умна, гордись этим. – Ага, и вы тоже, мистер. – Я говорил тебе, чтобы ты меня так не называла? – поднимаю левую бровь. – Ты так делаешь мне искусственное старение. – Ну, вам же это подходит, мистер. Магомед слегка вздыхает, тем самым признаваясь самому себе в небольшом проигрыше. «Мне никак её не переубедить» Между тем, на поле боя продолжались ожесточённые перепалки. Ледяные стены сменялись огненными шрапнельными атаками, а вихри стремительно перемещались по разрушенной земле. Обмен яростными упрёками и ругательствами между Йоараши и Тодороки достиг абсолютного предела, превращаясь в дуэль, где каждый удар слов был тем же, что удары настоящего боя. – Мой ветер здесь годится лучше, чем твой огонь! Ты же сожжёшь случайно попавшихся тебе навстречу людей и навредишь им точно так же, как и твой мерзкий папаша! – Замолчи! Ты просто не можешь смириться с тем, что у кого-то причуда лучше, чем у тебя! Всё, на что ты способна, так это лишь обычные вихри и парить в воздухе! Против сильных врагов ты абсолютно беспомощна! – Сдалась мне такая жестокая причуда! От неё одни проблемы и твой отец только доказывает мою точку зрения! К тому же, ты просто обидчивая девочка, затаившая обиду на отца и отказавшаяся использовать пламя почти всю свою жизнь! – Ты ничем не лучше! Из-за одного единственного случая ты на всю жизнь возненавидела одного человека и теперь презираешь меня только потому, что я его дочь! Ты слишком слаба волей, чтобы двигаться дальше, когда я уже встала на путь исправления! Тодороки глубоко вздохнула, переводя дыхание. Вся эта ссора, безостановочные крики и правда утомляли её, а тут ещё и битва буквально за спиной. «Это правда, что я встала на путь исправления», – подумала Шиори, вспоминая переломный момент. – «В какой-то момент я просто не смогла найти оправдания своей слабости и хладнокровности, и мне пришлось радикально пересмотреть свою жизнь» Перед глазами мелькнули воспоминания о том дне, когда на финальном этапе спортивного фестиваля она сразилась с Магомедом, которого в то время считала ещё одной ступенью к своей собственной вершине, которую ей всего лишь нужно было преодолеть, как и множество других. «В тот день я проиграла жизненному идеалу другого человека, и с тех пор я всё больше задаюсь вопросом, что мешало мне раньше измениться» Всплыли в памяти воспоминания о детстве, о том дне, когда Шиори впервые столкнулась с героизмом Старателя, когда всё казалось таким ярким и значимым, а теперь эти прежние идеалы растворяются в пепле личных обид. Шиори посмотрела вверх на Йоараши, которая прямо сейчас сильно напоминала ей саму. Озлобленная, отчуждённая, не желающая прислушиваться к кому-либо или следовать чьим-либо рекомендациям, действующая исключительно в соответствии с собственными понятиями о людях и мире в целом, трансформировавшаяся в результате чрезвычайно волнующего события, которое изменило её навсегда. В тот день Шиори изменилась только потому, что ей наконец-то помогли. Или же, думая об этом как она, то её в тот день спас самый что ни на есть герой. И теперь, когда Йоараши тоже не может просто так отпустить свои принципы и идеалы, Тодороки может произнести лишь одну фразу.. – Тебе нужен герой, который спасёт тебя. – Ваша ссора всё испортила, – за спиной раздался немного грубоватый мужской голос. Тодороки еле-еле удалось отскочить от внезапной атаки Босатки. Мощный удар правой рукой прошёлся по земле, оставив на ней нехилый кратер, из которого герой потом достал целую и невредимую руку. – Тебя нужно немедленно убрать, – сказал Босатка, неспешным шагом подходя к ней, а затем резко развернулся в сторону Инасы и прокричал. – Но сначала разберёмся с этой! Ультразвуковая атака преодолела расстояние между Босаткой и Йоараши слишком быстро, чтобы от неё можно было уклониться. Инаса попала под удар, она схватилась руками за уши и истошно кричала от боли. По окончании атаки зрение Йоараши поплыло. Девушка перестала в полной мере чувствовать своё тело и управлять им, как и своей причудой. Ветряные потоки начали слабеть, её тело накренилось в воздухе, и она упала на землю с неумолимой скоростью. «Проклятье! Я ничего не могу с этим поделать!», – Инаса грубо рухнула на землю, ударившись лицом о твёрдую поверхность. Руки, ноги и всё тело — ничего из этого не слушалось её; только лишь глаза и рот могли всё так же выполнять свои функции. – «Что это было?! Какой-то парализующий звук?! Как такое вообще может быть?!» «Йоараши нейтрализовали так быстро и всего лишь за одну атаку?», – Тодороки была в лёгком шоке, увидев частичку истинной силы героя номер десять. – «Насколько же он силён?» – Вы должны стать сильными и надёжными героями. По крайней мере так и должно быть. Но вы не можете оставить простую обиду на потом и сосредоточиться на общей цели, – Босатка угрожающе посмотрел своими красными глазами на дочь Старателя. Его морда косатки выражала разочарованность. – Вы слишком слабы, чтобы подавить свою ненависть, поэтому у вас ничего и не получилось. Шиори стиснула в гневе зубы, направляя свою левую руку в сторону Босатки. Как и до этого огонь возник в кулаке и был готов собраться для полноценной атаки. – Ты и твой отец ничем не отличаетесь! – резко слова Йоараши ударили по сознанию девушки, нарушая концентрацию над огнём. «Чёрт возьми, да что со мной не так?!», – задавалась этим вопросом Тодороки, пытаясь снова и снова взять свой огонь под контроль. – Твоя причуда слишком жестока для героя! От неё одни проблемы! Шиори тяжело дышала, её огонь становился всё слабее и слабее, пока он и вовсе не исчез с её руки и не оставил после себя ничего, кроме неприятных воспоминаний, вторгнувшись прямиком из её детства. «Я всё также ненавижу его, но не могу ничего с этим поделать» Её фантазия дала ей видение адского пламени, принявшего силуэт лица Старателя. Всё такое злобное, гневное, словно это дух одного и того же монстра, и сейчас эти пылающие глаза смотрели прямо на неё. – Время пожинать плоды, – Босатка сделал резкий рывок в сторону оцепеневшей Тодороки. Шиори среагировала на атаку в последний момент и возвела перед собой ледяную стену. Но из-за потери сосредоточенности и концентрации защита оказалась слишком хрупкой, потому Босатка одним ударом разрушил её, откинув в сторону саму девушку. Тодороки лежала на земле спиной к ней, её взгляд выглядел таким потерянным и пустым, словно она потеряла сознание. Но нет, сознание её всё ещё с ней, просто она глубоко ушла в себя. «Как же мне противостоять этому?», – Тодороки повернула голову набок, и, увидев вдалеке Йоараши, которая всеми силами пыталась встать, почувствовала зарождение зависти к ней. – «Несмотря ни на что она пытается продолжать бой. Так что же мне не хватает? Чего у меня нету в отличии от неё?» – Вы разберитесь с остальными! – Босатка отдал приказ своим приспешникам. – Есть босс! – один из его людей ответил ему взаимностью и побежал в сторону гражданских, а вместе с ним туда же двинулись и все остальные. – А мне пора бы выбросить мусор, – Босатка демонстративно хрустнул костяшками пальцев и медленным шагом подходил к поверженной Тодороки. – Сначала оглушу и вырублю её, а затем вырублю вторую. Так я точно смогу убедиться, что вы больше ничего не…

Танец Бога Огня

Третья Ката: Обжигающее Багряное Отражение

«Ха? Что?!», – на Босатку полетели два огненных полукруга, летящие с большой скоростью и движущиеся по направлению крест на крест. Герой номер десять использовал свою ультразвуковую атаку на них; внезапная атака потеряла свою мощь и рассеялась в ничто перед самой целью. Босатка стал задаваться вопросом: «Кто-нибудь объяснить мне…»

Танец Бога Огня

Босатка краем глаза увидел пылающий меч, который был у его головы и был готов резнуть по нему.

Первая Ката: Вальс

Огненный меч прошёлся близко к своей цели, но всё же не попал, потому что Босатка в последний момент уклонился и отпрыгнул назад. – Итак, – начал герой, смотря на новоприбывшего с интересом. – В твоём резюме ничего об этом не было сказано, когда мы тебя спасали. – Тут такое дело, – ответил Магомед ему яркой ухмылкой, продолжая держать в руках свою катану, которая извергалась огнём. – Моё резюме нужно обновлять чуть ли не каждую неделю. – Ха? – Йоараши сейчас была в полном шоке. Её лицо это прекрасно выдавало через широко раскрытые глаза и рот. – Как это возможно?! – Стёрка, ты не говорил, что у тебя в классе есть ещё один повелитель пламени, – сказала Эми, глядя на далёкую картину прищуренными глазами. – А разве у него не было другой причуды? На спортивном фестивале я ничего такого не видела. – Потому что Магомед не обладает огненной причудой, – таинственно ответил Айзава, который тоже внимательно следил за этой картиной. – И скажу ещё сразу вот что: сам меч не извергает пламя; это всё делает мальчишка. Фукукадо повернула к нему голову в широко раскрытыми глазами и нервной улыбкой, спрашивая: «Как?» Шото просто-напросто пожал плечами в ответ: «Сам не знаю» – Так! Здесь какая-то несостыковка! – один из сотрудников комиссии поправлял свои очки и перелистывал страницы резюме каждого из этих сто участников экзамена. А когда он наконец нашёл нужного ему человека, то прищурил глаза на название его причуды. – «Контроль Тела»? Хм, что-то здесь не сходится! Как человек с такой причудой способен воспламенить меч? – А вас это волновать не должно! – всех их накрыла поистине сильная аура; она заставила их потерять волю стоять на месте, и из-за неё у этих людей возникли проблемы с простым дыханием. – В нашем мире существует куча способов провернуть нечто подобное. Причуды лишь врождённые инструменты, которых одних не хватит для того, чтобы стать великими. Неважно, как он это сделал, главное что он наконец-то пришёл и собирается исправлять ошибки этих двух идиоток. И я вас предупреждаю: если вы будете бесить меня тупыми вопросами, то я вам шеи сверну! УСЛЫШАЛИ МЕНЯ?! Та могущественная аура наконец-то ушла так же быстро, как и возникла. Толпа людей в чёрном одеянии принялась хвататься за спинки стульев, дабы опираться на них всем телом и жадно хватать ртом так нужный им кислород. И тот самый мужчина, который оказался причиной всех событий, снова начал пристально наблюдать за своим экзаменуемым, бесконечно задавая себе один вопрос. «Собираешься ли ты снова сделать шаг к пробуждению?» – Ма-го-ме-е-ед, – протяжным голосом выговорила его имя Тодороки, лежавшая на землю прямо позади него в двух шагах. Шиори видела лишь его спину и затылок, ни единой части лица, но откуда-то знала, что там не было ничего вроде страха и бессилия, а наоборот, было полное решительности лицо и вызов самому Босатке. – Перед тем, как начать что-либо предпринимать дальше, я бы хотел сказать кое-что этим двоим, – Магомед сказал это герою номер десять, обращаясь к нему ровным голосом. Ни злобы, ни восхищения, просто обыденным тоном, как всегда. – Оуу, – Босатка заинтересовался его словами. – И что ты хотел бы им сказать? – А вот что, – Магомед сделал глубокий вдох, прикрывая одновременно глаза. Каждый присутствующий здесь человек задавался вопросом, что именно он собирался выговорить, раз так готовился к этому. Йоараши и Тодороки могли ожидать чего-нибудь бодрящего или спокойного, но уж точно не резкую критику. – Вы… Настоящие… ИДИОТКИ!!! – крик разнёсся по всему парку как цунами, а тем, кто в тот момент находился в критической близости от него, пришлось в дальнейшем терпеть боль в ушах. «Бля, слишком перестарался!», – подумал Магомед после крика. – «Я чуть голос не сорвал!» – КАКОГО ХРЕНА ВЫ РЕШИЛИ, ЧТО ЛУЧШИЙ МОМЕНТ ДЛЯ РАЗБОРОК СВОИХ ПРОБЛЕМ – ЭТО ПРЯМО ВО ВРЕМЯ БОЯ НА ЭКЗАМЕНЕ, КОТОРЫЙ НАМ НУЖНО СДАТЬ ВСЕМИ СИЛАМИ?! А?! – Магомед направил острие своей катаны к каждой из них поочерёдно. – Я СПРАШИВАЮ ВАС! У ВАС МОЗГИ НА МЕСТЕ ИЛИ ОНИ У ВАС ОТСУТСТВУЮТ?! ИЛИ ВЫ НАСТОЛЬКО НЕНАВИДИТЕ ДРУГ ДРУГА, РАЗ ГОТОВЫ ПОЖЕРТВОВАТЬ ПОБЕДОЙ, ЛИШЬ БЫ ПОСАБАЧИТЬСЯ МЕЖДУ СОБОЙ?! ЧЁРТ, ЕСЛИ БЫ МЫ НЕ НАХОДИЛИСЬ В ВОТ ТАКОМ ЛЮДНОМ МЕСТЕ, А ТОЛЬКО МЫ С ВАМИ ТРОЕМ, Я БЫ ТАК ВАС ОБМАТЕРИЛ, ВЫ ДАЖЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ РАЗМЕР МОЕГО СЛОВАРНОГО ЗАПАСА ВСЕВОЗМОЖНЫХ МАТОВ! Резкая критика Магомеда застала врасплох этих двоих. Своими словами он смог достучаться до трезвого ума каждой из них, заставляя при этом слегка засмущаться из-за осознания горькой правды и всёцело задуматься над своим поведением. – Я понимаю, что не мне решать ваши отношения, – Магомед решил, что с него хватит этих криков, и он решил перейти к нормальной громкости. – Я даже не могу предложить наиболее близкий к реальности вариант событий, из-за которых всё это произошло. – Ты вправду думаешь, что они тебя послушают? – решил задать свой вопрос Босатка. – Я был свидетелем всей их перепалки и могу сказать одно точно: они не смогут избавиться от своей неприязни к друг другу и уж точно не смогут сработаться вместе. Так каким же образом ты хочешь их помирить? – Я? – задал встречный вопрос Магомед. – Помирить? Их? Ничего такого я делать не собираюсь, я тут по совсем другому делу. – Ничего не понимаю, – буркнула Инаса. – Зачем тогда всё это? – Для чего ты тогда пришёл? – спросила та Шиори, которая находилась достаточно близко к Магомеду. – А затем, Тодороки и Йоараши, – Магомед упомянул их обоих. – Я хочу, чтобы вы оставили все свои разногласия на время, а если быть точнее, то на эту битву. И я говорю это так, как поступил бы сам. Был бы я в таком же положении с кем-то таким, как вы, то я бы не позволил своей ненависти портить всё. Почему? Да потому что меня не должно волновать такая чепуха. Мне плевать, кто будет со мной в напарниках: знакомый или чужак, лучший друг или злейший враг всей жизни. Если перед нами стояла бы угроза сильнее каждого из нас поодиночке или даже всех вместе взятых, то я бы не зацикливался на том, кто со мной работает. Его причуда, прошлое и настоящее, его идеалы и мировоззрение, добрый он человек или совсем нет – я бы всё равно объединился с ним, потому что перед общей целью мы все одни и те же люди, а мотив здесь никакой роли не играет. Магомед сделал ещё один глубокий вдох, тщательно подбирая финальные слова в своей голове. – Поэтому, Инаса, Шиори, прошу вас, забудьте про всё ненужное для этого боя и объединитесь в одну команду, которая сможет сокрушить даже такого грозного врага, как герой номер десять.. Это ваш единственный и самый верный вариант пройти этот эпизод своей жизни и вы не должны стать самой помехой для самих себя, – Магомед сделал небольшую паузу для усиления драматического эффекта. – Ведь только, отбросив свои душевные слабости, вам открывается путь к победе. Наконец, тот долгий монолог был закончен, и Магомед замолчал, так и не произнеся больше ни одного слова. «Смог ли я достучаться до них?», – подумал я и почему-то большая часть его разума твердила «нет». На стадион обрушилась мёртвая тишина, которая прерывалась лишь бубнениями между людьми на трибунах и бегом приспешников Босатки к гражданским. «Хлоп-хлоп-хлоп», – звуки хлопка наконец-то прервали эту тишину, а тем, кто это сделал, был сам Босатка. – Удивлён, что здесь нашёлся такой молодой студент, который подаёт такие большие надежды в будущем стать настоящим героям. Ведь, как ты уже сказал, настоящий герой должен быть готов объединиться даже со своим злейшим ненавистником, чтобы одолеть своего общего врага. – Я лишь сказал то, что считаю самым рациональным в таком случае, – отвечает Магомед, напрягаясь к возможному предстоящему удару Босатки. – Но несмотря на все твои старания, эти двое сейчас просто не могут ничем противостоять мне, не говоря уже о том, чтобы банально встать на ноги. Ты же учёл такой поворот событий? Магомед быстро отвечает ему: «В СМЫСЛЕ НЕ… Кхе-кхе, то есть, конечно, я ожидал нечто подобное» – А он храбрый парень, – поделилась своим мнением о нём Эми. Героиня была поражена тем, сколько в этом человеке было смелости, силы воли и готовности вступить в столь неравный бой. – Наверное, он даже придумал план, как ему противостоять. Айзава на слова своей давней знакомой слегка усмехнулся. Совсем-совсем немножечко, но и это не ускользнуло от внимания Мисс Шутки. – Стёрка, что здесь смешного? – Ничего, ничего, – как мог, отнекивался Айзава, делая вид, что вообще не при делах. – Ну-у, ла-а-адно, – протяжно ответила Фукукадо и вновь вернулась к своему наблюдению. А Айзава тем временем продолжал думать над той деталью, которую он заметил в тот самый момент, когда Магомед сначала хотел что-то выкрикнуть, а потом сразу же скрыл своё недовольство. «Понятно. На самом деле он даже не задумывался о возможности сразиться лицом к лицу с Босаткой» Магомед всё также продолжал стоять ровно, держа в своих руках катану. Мальчишка как можно увереннее пытался смотреть в глаза Босатки, лишь бы тот не заметил его нервозность. Но вот мысли его разительно отличались от его внешнего образа. «Блядь», – с досадой подумал Магомед, ему захотелось прикусить губу. – «Сказочный ты, сука, долбаёб, Мага». Весь его план строился на том, что он вселит в сердца этих двух идиоток немного трезвости, чтобы в дальнейшем они объединились в одну команду и всё же сработались вместе, но всё пошло не так, как он планировал. Вместо этого ему придётся самому с этим разбираться. «Тц, мда блядь. На что, блядь, я надеялся? Хули я тут распинался всё это время? Чтобы в итоге пойти против него в одиночку и получить пиздюлей? Да даже если взять ту версию меня, которая изо всех сил сражалась с Ризе, то и тогда я бы проиграл ему. А тут я кое-как стою на ногах, хотя один хороший удар может мигом отправить меня в нокаут. И что мне с этим делать? Бежать уже поздно, тактика «попиздел и ушёл» не сработает, остаётся лишь надеяться, что он вырубит меня быстро и безболезненно. Поэтому, смирившись со своей участью, Магомед принимает ту стойку для меча, которой его обучал сильнейший истребитель демонов, и, вдыхая как можно больше кислорода, прогоняет его по всему телу. – Ты и вправду собираешься драться со мной один на один? – спросил Босатка. – Ну а что мне ещё делать? Крабовых палочек, к сожалению, у меня сейчас при себе нет, придётся довольствоваться тем, что дерусь с сухопутной косаткой! – Я заставлю тебя проглотить эти слова, – угрожающе сказал Босатка, а затем, совершив небольшой рывок, ринулся ко мне. Магомед отпрыгивает назад, пытаясь увеличить расстояние между ним и Босаткой. В его голове бушевали мысли о плане, при котором он мог бы продержаться как можно дольше против него. «Победить я его не смогу! Остаётся лишь продержаться как можно дольше до прихода помощи!» – Не сбежишь, – Босатка оказывается позади меня. Герой номер десять заносит кулак над моей головой. – Конец тебе.

Танец Бога Огня

Четвёртая Ката: Радуга Паргелия

Кулак врезается в землю, оставляя на ней кратер. Босатка с заинтересованным взглядом смотрит вперёд на свою цель, которая в последний момент уклонилась от удара. – Это… было… близко… Фу-у-ух, – Магомед вытирает пот со лба, выполнение данной каты отняло у него немало сил. Сухопутная косатка снова идёт на него, только уже немного быстрее предыдущего раза. Мальчик крепче держит меч и посылает на него два огненных полукруга, намереваясь, если не навредить, то хотя бы замедлить. – Первый раз с этим у тебя ничего не получилось! – Босатка топает ногой по земле, куски от неё взлетает вверх. Затем герой махнул своим хвостом и послал их на мою атаку, полностью развеяв её и даже попав по мне парочкой камней. – Второй раз точно не поможет! «Чёрт, попал камнем мне в руку, а больно-то как!», – отчаянно я пытаюсь отбежать от этого монстра. – Стой на месте и дерись со мной, как настоящий герой, а не как трус! – Босатка ещё ускорился, теперь он за миг догоняет меня и бьёт открытой ладонью вниз. Я уклоняюсь от атаки, ладонь проносится в паре сантиметров от меня, разбивая землю в клочья. Я мигом прыгаю назад и думаю. «Чуть не попал!» – КХЕ! – я не ожидал хитрого удара хвостом по плечу, а учитывая тогдашнее моё положение в воздухе, меня словно швырнули в сторону. Магомед перекатывается с боку на бок по земле, пока не останавливается в десяти метрах от Босатки. Его меч выпал из рук и лежит у ног героя, а сам его владелец пытается не закричать от боли. «Фак! Моё левое плечо пиздец как болит! Не уверен, что даже смогу нормально шевелить левой рукой!», – я упираюсь правой ладонью в землю, понемногу поднимаясь на ноги. – Кхе-кхе! Кхе-кхе! – в попытке использовать Полную Концентрацию Дыхания, по моим лёгким словно проносится разряд электричества, парализовавший часть моего органа и заставивший мой тело пошатнуться и упасть на одно колено. «Ну конечно блядь! Этого мне ещё не хватало!» – Признаю, ты сражался неплохо, можно даже сказать, почти хорошо, – Босатка каким-то образом оказался передо мной, возвышаясь всей своей фигурой. «Как он успевает так незаметно подкрадываться к людям?!» – А теперь ты должен сделать выбор: либо ты сдашься, тем самым провалив экзамен, и я трогать тебя не буду, – начал нести туфту Босатка, от чего я в гневе стиснул зубы. – Или же… – Или же ты захлопнешь пасть! – я достаю свой танто и используя всю имеющуюся силу подпрыгиваю вверх, устремляя свою руку правую руку с танто в Босатку. «Туньк!», – раздаётся звук стука металла об металл. – Ха? – с непониманием смотрю через свою руку и вижу, как острие моего танто упирается в металлический браслет на руке Босатки, который до этого похоже был всё время под рукавами одежды. – Удивлён, да? – как-то с издёвкой спросил Босатка, смотря на меня свысока. – Но ты прогадал с атакой. Ты слишком много чего не учёл: своё состояние, положение тела, скорость моей реакции и хорошее зрение, с которым я увидел твою атаку за милю. Но что самое главное, ты не увидел мои сдерживающие браслеты. – Сдерживающие браслеты? – переспросил я. – Ага, те самые, которые используют для злодеев с большой физической силой. Таких у меня пять: две на руках, две на ногах и один на моём хвосте. И они чертовски тяжёлые, чтоб ты знал. Я даже сам не знаю, насколько именно, но мне приходится вкладывать немало усилий в движения. Вся уверенность Магомеда улетела так, словно её сдул ветер. Вместо неё в голове мальчишки поселилось крепкое сомнение, мешавшее всецело воспринимать реальность. «Нет, нет, нет! Этого не может быть! Он всё это время сдерживался?! Так сильно и и при этом успевал за почти любыми моими движениями и эффективно атаковать меня?! Что он за монстр?! Как я должен был с этим справиться?!» – Реальностью жестока тем, что она не всегда бывает такой, какой ты её хочешь видеть, – слова Босатки только и делали, что добивали бедного мальчика. – Увы, но нам приходится смириться с этим. Но если ты не сможешь этого сделать, то у тебя в дальнейшем не будет никаких шансов стать лучше. Ты хорошо постарался, но на этом ты должен остановиться, потому что дальше для тебя дороги нет, как я вижу. Магомед безвольно опустил руки вниз; в них, как будто, исчезла вся сила, которая только осталась. Он смотрел вниз на землю пустым взглядом, его глаза широко расширились и понемногу дрожали, словно так они выражали некое уничтожение всего мировоззрения, по которому он когда-то жил. – Что Босатка сказал ему такого, что тот словно в сломленного солдата превратился?! – крича, спрашивала Эми, смотря внимательно за всей развернувшейся картиной через недавно выпрошенный бинокль. – То, что Магомед должен был услышать и принять давным-давно, – сухо ответил Айзава. Он тоже наблюдал за картиной через бинокль. – Откуда ты это знаешь? – Прочитал по губам Босатки. – Ты и такое умеешь? – Эми с интересом оторвалась от бинокля и посмотрела на Айзаву. – Что именно он сказал ему? – Смириться с поражением от рук судьбы, – процитировал подпольный герой. – Думаю, его можно уже причислить к списку выбывших, – люди из комиссии обсуждали развернувшуюся драму на поле боя. Один из них даже осмелился что-то сказать тому мужчине, который пугал их своим присутствием и внимательно следил за Магомедом. – Не знаю, как ещё выразить свои мысли, но скажу без обиняков: ваш кандидат, как видно, уже потерпел фиаско, невзирая на все те надежды, которые вы на него возложили. И могу ещё сказать, что теперь ваша работа здесь… – Надежды? – внезапно переспросил тот мужчина. – Ты сказал, что возложил на него надежды? – А-а-а? – другой мужчина не понял. – Да, я сказал именно так. А что такого? – Ничего, – как-то спокойно ответила таинственная личность, всё так же не показывая никому из них своё лицо. – Просто мне показалось немного смешным ваше заявление: «возложили на него надежды». Но дело в том, что я не возлагал на него никаких надежд. – Что?! Но почему? Вы врёте! По вам ясно было видно, что вы… – Надежды возлагают только те, кто сам слаб, и только на тех, в кого они не верят. Я же не являюсь слабым человеком, а он не является тем человеком, в которого я не верю. – Ваша логика мне непонятна, – скептически заметил другой мужчина. – Мне поебать на то, поймёте вы меня или нет, но я прекрасно знаю, на что способен тот мальчишка и верю в него. А для веры никакой надежды не нужна. – Но он же стоит на коленях перед самим Босаткой! У него кончились силы и воля сражаться с ним дальше, так какая нахрен здесь вера поможет ему?! – А давай устроим спор: если я окажусь неправ, то я выполню любое ваше желание. А если вы окажетесь не правы, то… – То что? – с настороженностью спрашивает его тот работник. – Ваша жизнь никогда не будет прежней, – с нечеловеческим голосом отвечает ему тот, обнажая свои острые, как бритва, зубы, которые были жутче, чем у акулы. Тем временем Босатка издалека наблюдал, как его приспешники понемногу терпят неудачу от рук других студентов. Будущие герои скоординировались между собой, образуя несколько больших команд, атакующих своих врагов со всех сторон и нейтрализуя каждого из них. «Ничего страшного», – подумал Босатка. – «Всё равно я не для того пришёл, чтобы специально всеми силами пытаться выкинуть за борт каких-нибудь детишек. Ну, за исключением парочку конечно» Герой номер десять также краем глаза следил за Магомедом, ожидая от него ещё одну скрытую атаку. Конечно, сейчас он стоял на коленях почти без сил, а верхняя часть тела наклонена вперёд так сильно, что она почти касается лбом земли. «Чёрт, и даже сейчас я не могу избавиться от того чувства, что мне нужно следить за ним», – сказал Босатка, бросив быстрый взгляд на его танто, которым он ранее пытался атаковать. – «Поначалу я просто хотел перехватить его, но в какой-то момент чутьё подсказало не делать этого. Интересно, почему?» «Треск!», – громкий отчётливый звук раздался позади Босатки. Герой номер десять успевает развернуться и сложить руки перед лицом крест-накрест, когда огромная ледяная масса начинает давить на него всем весом вперёд. «Я думал ты не очухаешься никогда!», – подумал Босатка, пытаясь замедлить своё движение. – Ты допустил ошибку, не добив меня тогда, когда для этого был идеальный шанс, – промолвила Тодороки, поднявшаяся на ноги и направляющая свой лёд на Босатку. «Проклятье, я опоздала», – произнесла Шиори, бросив свой взгляд на Магомеда, который стоял на коленях и уже уткнулся лбом в землю, при этом не двигаясь. В голову девушки даже закралась мысль о том, что, возможно, тот потерял сознание от бессилия. – «Надо его увести отсюда» Но сделать задуманное у неё не получилось: Босатка вновь использовал свои ультразвуковые волны, разбивая лёд Тодороки вдребезги. Та, решив не испытывать судьбу, заморозила землю под ногами и помчалась по льду, двигаясь на большой скорости и попутно уклоняясь от атак Босатки. – Долго ты так кататься не сможешь! – Босатка стрелял своими ультразвуковыми волнами по Тодороки залпами, но каждый раз промахивался. Шиори была не просто любительницей фигурного катания, а можно даже сказать, настоящим профи в этом деле. Девушка могла стремительно развернуться в любой момент, её прыжки были столь же величественными, как и её длина, а её работа ног отличалась не просто изяществом; она завораживала и фиксировала взгляды своей красотой. «Так, посмотрим, он стреляет своими ультразвуковыми волнами залпами. Он либо не может долго использовать их без остановки, либо же он вообще не может использовать их долгое время, а лишь залпами. Тогда между ними должен быть какой-то интервал, который длится определённое время. Мне нужно выждать тот момент, когда появится нужный мне промежуток времени» Тодороки расширила свои границы льда и теперь у неё больше пространства для уклонения и атаки Босатки. – Думаешь это что-то изменит?! – Босатка запускает свои волны повсюду, ломая лёд Тодороки в ничто. Шиори возвела перед собой трамплин, на котором та подпрыгнула вверх, уклоняясь от волн Босатки. Оказавшись в воздухе, Шиори приготовилась тут же отправить лёд на свою защиту, но герой номер десять не атаковал её в такой уязвимый для неё момент и позволил ей спокойно спуститься на землю и продолжать движение вокруг него. «Значит, моя догадка верна. Он атакует волнами только залпами, а я уже выяснила самый короткий интервал – он составляет шесть секунд. Всё, что мне остаётся делать, так это дождаться его следующей атаки, приблизиться как можно быстрее к нему и использовать на нём весь свой лёд, пока я окончательно не обморозилась» Тодороки провела пальцами по своим замёрзшим участкам тела. Шиори могла разогреть себя своим пламенем в любой момент, но дело было в том, что вновь разразившаяся в груди ненависть к отцу мешала ей прийти к этому решению. «Ну ничего, и без этого справлюсь», – подумала Шиори и продолжала всё так же крутиться вокруг Босатки на большой скорости. Герой номер десять атаковал ещё раз своими ультразвуковыми волнами, и на этот раз, похоже, его атака была как никогда ближе к своей цели. «Сейчас!», – Шиори резко развернулась на такой большой скорости, почти что пролетая в метре от волн и устремляясь к Босатке на самой высокой скорости, на которую та была только способна. Глаза Босатки слегка расширились от удивления, а Тодороки к тому времени уже была на близком расстоянии от него. – У тебя ничего не получится! – Босатка изо всех сил ударил своим хвостом по земле. Сила удара разломала землю на нескольких метрах от него и заставила куски льда взлететь в воздух. – Как бы не так, – Шиори лёгким прыжком оторвалась от земли и, прижав руки и ноги ближе к себе, как торпеда, пролетела между кусками льда и оказалась уже приткнувшись к косатке. – Ледниковый период! Огромное количество льда вырвалось из руки Тодороки, и вся эта масса устремилась прямиком к Босатке. Герой номер десять успел лишь выставить руки перед лицом для защиты, но этого было попросту мало: атака поглотила его полностью, заковав в гигантскую глыбу льда, высота которой могла легко соперничать с небольшим небоскрёбом. — Чёрт! – Шиори подвернула ногу, неудачно приземлившись на землю, и на небольшой скорости рухнула, кувыркаясь по ней, до тех пор, пока в итоге не остановилась, лёжа лицом вниз. Ледяная принцесса медленно поднялась на ноги, опираясь левой рукой в землю, так как правая половина её тела снова была вся в тонком льду, из-за которого та не могла видеть одним глазом и нормально двигаться. – Тс-тс-тс, выглядит нехорошо, – слегка прикусив верхнюю губу, Шиори оглядела свою левую ногу, а точнее на лодыжку. Она слегка распухла и покраснела, двигать ею было неприятно и трудновато, а ощущение боли хоть и были для Тодороки сущим пустяком, но она всё же чуть-чуть мешала думать над чем-то другим. – Этого должно было хватить, чтобы остановить его. Она посмотрела на своё творение, размеры которого поражали своим величием. Сбежать из такого не то чтобы было очень непросто, да оттуда вообще почти невозможно выбраться, если, конечно, речь не заходит о чересчур сильных героях, таких как Старатель или Всемогущий, когда тот ещё был на посту героя. – Она… Справилась, – Инаса издалека с непреодолимым шоком наблюдала с земли за столь короткой битвой, в которой окончательную победу всё же одержала Тодороки. – Моя роль и вправду здесь была абсолютно бесполезной. Йоараши уткнулась лбом в землю, позволяя своей фирменной фуражке упасть с головы. Этот головной убор служил символом уникального стиля их академического образа, не более того. Тем не менее, Инаса носила его с величайшим удовольствием и почтением, находя в нём поддержку и утешение в сложные моменты. Но сейчас, когда она уже давно бросила попытки подняться с земли и не сыграла никакой роли в поддержании своих товарищей в завоевании победы над сильным врагом, она больше не может носить эту фуражку. Ведь теперь она была недостойна этой вещицы, как и недостойна стать настоящим героем наравне со своим некогда любимым героем. «Хоть я чертовски недолюбливаю Старателя, но втайне я и по сей день продолжаю уважать его силу и целеустремлённость. То, как он начинал свой путь от малоизвестного героя и до сегодняшнего второго места среди всех героев Японии всегда завораживало меня и мотивировало однажды пойти по его стопам, только став лучше него» Йоараши слегка усмехнулась, стоило этим мыслям пронестись в её голове. Она нашла их столь смешными и неуклюжими, как и её мечту превзойти Старателя. – Думаю, если бы он прямо сейчас увидел меня в таком состоянии, он бы сказал что-то вроде: «Ты жалкая», хе-хе, – девушка слегка посмеялась над собой. – Это самое точное описание, которое я заслуживаю. – Похоже, всё кончено, – пробубнил Айзава, разминая свою шею лёгкими движениями рук. – Босатка повержен, его приспешники скоро тоже падут, а почти все гражданские люди отправлены в медпункт. С минуты на минуту экзамен может закончиться в пользу экзаменуемых, но кто именно его пройдет, а кто нет, зависит уже от них самих. – Что ж, Стёрка, думаю, что пора бы на этом и закончить, – сказала ему Эми, садясь рядом с ним на стуле справа от него. – Сегодняшний день был очень насыщенным и чересчур утомительным. Детишкам нужен отдых не меньше нам. А ты вообще ляжешь спать сразу после всего. Шото на удивление слегка усмехнулся: «Да, ты чертовски права насчёт этого» – Я же хорошо знаю тебя, Стёрка. Как все пять пальцев на руке. Айзава устремляет свой взгляд вниз, ещё больше усмехается, потому что последнее заявление своей знакомой он нашёл глуповато смешным. «Ты ничего обо мне не знаешь» Шиори медленно бредёт в сторону своих одноклассников, намереваясь заполучить от них помощь в том, чтобы перетащить бессознательного Магомеда в безопасное место и просто наконец-то отдохнуть, а также сходить в медпункт из-за разболевшейся лодыжки.зболевшейся лодыжки. – Фу-у-ух, – Тодороки выдыхает холодный воздух изо рта, лёд на её правой половине тела понемногу растаивает и вот уже и глаз можно будет снова открыть. – Признаю, это было не так-то просто для… «Треск!», – звук, который возник из-за повреждения чего-то твёрдого донёсся до неё откуда-то сзади. «Этого не может быть!», – в шоке девушка поворачивается назад, дабы узреть ужасающую картину: её огромный ледник начинает словно трещать по швам, отдельные куски сверху отрываться от общей массы и падают вниз, а та часть, которая снизу, стала вибрировать и трястись. – Эй, Стёрка! Смотри! – Эми потрясла Айзаву за плечо, который за столь короткое время почти успел заснуть. – Там что-то происходит! – Видимо, я ошибся, – с недовольным голосом буркнул Айзава. – Битва ещё не закончилась. Тодороки отказывалась верить в происходящее ровно до того момента, когда разом весь ледник разрушился из-за мощных ультразвуковых волн, направленных в небо. – Всё-таки мне стоило поджечь его! – упрекнула себя Шиори, поняв, что допустила большую ошибку, сильно переоценив свой лёд. – Сама же знала, что лёд против него неэффективен, но всё равно отдала предпочтение ему! Из остатков некогда ледяной тюрьмы вышел почти целый и невредимый Босатка. Его одежда была помята, в некоторых местах даже разорвана, например, на рукавах и на штанах. На лице красовались несколько небольших царапин, но из травм герой не получил больше совершенно ничего. – Твой лёд силён, признаю это, но я работал в таких холодных местах мира, что для меня он просто как прохладная твёрдая водичка, – Босатка угрожающе сверкнул своими красными глазами, двигаясь к своей цели большими, но неторопливыми шагами, специально делая себя ещё страшнее. – Но больше я нянчиться ни с кем не намерен. Тодороки как можно крепче стиснула зубы и собрала немного огня в левую руку. Температура пламени гораздо ускорила процесс превращения льда на теле в воду. – Пламенный Кулак! – дочь Старателя направила это пламя в сторону Босатки. Атака летела по прямой траектории и уже почти добралась до своей цели, но герой взмахом хвоста просто развеял её как ничто. – Этот приём был слабее, чем в прошлые разы. Что на этот тебе мешает использовать его по полному? – поинтересовался Босатка. «Чёрт, я всё ещё не могу оставить свою ненависть к отцу! Хоть я немного подавила это чувство, но всё равно не могу полностью отпустить его! Оно мне мешает!» Герой номер десять побежал к Тодороки. И их столкновение было неизбежным, и девушка это прекрасно понимала. Но всё же, Шиори не была намерена сдаваться. Лёд с её тела почти весь растаял. Она напрягла своё тело для дальнейшего движения и проигнорировала любую боль в лодыжке. В обеих руках появились её силы: много льда на правой руке и немного огня на левой. Вдох, выдох, вдох, выдох… Шиори была жутко измотана. Картина перед глазами уже понемногу размялась, а также по краям бегали чёрные точки. Дыхание было сложным, неприятным из-за использования двух разных стихий в одном теле, но она продолжала терпеть это неудобство. Она сделала шаг вперёд, её левая нога чуть подкосилась из-за травмы, но она не показала этого никому, а наоборот, сделала ещё несколько столь уверенных шагов, что сложилось впечатление, будто с ней всё в порядке. «Со мной всё в порядке», – внушала себе Тодороки, готовясь защищаться от атак Босатки. – «Мне просто нужно сделать это» Первая атака, как и ожидалось, была от Босатки. Его мощный хвост был тем ещё биологическим оружием; в этом Тодороки убедилась сполна, увидев, как за один удар конечностью Босатка полностью разрушил её ледяную стену. – Пламенный Кулак! – следом атаковала Шиори, огонь вырвался из её руки и как комета полетел на врага. Босатка от него легко уклонился, приложив минимум усилий, и топнул ногой по земле, вызвав мини-землетрясение. От такого хода девушка почти упала на землю. Сделав шаг назад, она случайно сильнее надавила на левую ногу, и боль в лодыжке разразилась новой волной. «Терпи это, это всего лишь жалкая боль», – эти мысли помогли ей вернуть всю былую концентрацию и послать одновременно льда и огня в сторону врага. От первой Босатки не защитился, но вот вторую он точно словил на себя. Его правая рука слегка задымилась, но даже так на ней всё равно нет никаких следов урона. – Твой огонь сейчас слишком слаб. Используй его больше, а то проиграешь быстрее! – Босатка сделал рывок, и на этот раз его скорость была куда выше. «Проклятье!», – Шиори опёрлась на правую ногу и склонила всё тело вправо. Рука Босатки прошла мимо неё, едва ли не задев её. Но на этом всё не закончилось так радостно: в таком положении Босатка ударил её ребром ладони, а Шиори поставила левой рукой блок. Удар был силён, она оторвалась от земли, но в последний момент послала свой огонь прямо в лицо этому герою. – Неплохо, неплохо, – Босатка потёр свой опалённый нос. – Но ты должна быть лучше. – Да знаю… Я, – Шиори медленно поднималась на ноги. Левая рука болела, а лодыжка ещё сильнее. От постоянного использования льда и пламени её тело испытывало странные, но неприятные ощущения сгорания и замораживания внутренностей. «Я должна полностью отказаться от льда», – Шиори посмотрела на свою руку, которая рефлекторно потрогала ее шрам на лбу. – «Но я ещё никогда этого не делала» – Жаль, ты не можешь избавиться от своей слабости, – в голосе Босатки слышалось разочарование. – И ещё один. Серьёзно, что за поколение травмированных детей пошло? Ладно, вашего взрывного пацана я понимаю, ему нужно лишь усмирить своё буйство, но вас с тем же мальчиком с мечом и тебя мне трудно понять. Что же вами движет? – Желание победить тебя и сдать экзамен. Больше ничего, – Шиори встала во весь рост, готовясь вновь идти на бой. Босатка вздохнул громче и дольше. Видимо, ему всё это однообразие дошло до горла и уже мешает ему в виде нематериального кома. Бесит и не даёт нормально жить. – Тогда я закончу всё за раз, – Босатка атаковал Тодороки своей ультразвуковой волной. Шиори выставила на защиту лёд; он немного сдержал атаку, но в итоге рухнул, и оставшаяся часть атаки всё же достигла тела Тодороки. В тот самый момент она перестала ясно чувствовать своё тело. Она кое-как могла ими двигать, слышать и видеть, но чем дальше она боролась за своё сознание, тем быстрее приближалась к точке невозврата. «Надо… Просто… Вытерпеть… Это», – Шиори посылает свой огонь вперёд, двигаясь постоянно назад, но Босатка неумолимо приближается к ней. В это же время, где-то вдалеке, на том самом месте, где Босатка оставил одного мальчика беспомощно стоять на земле и уткнуться лбом в землю. Этот мальчишка что-то постоянно бубнил про себя, было почти невозможно различить кое-какие слова, а отдельные буквы показались бы любому пустой белибердой. «Я ни капли не стал лучше», – такая простая мысль морально давила на его душу, ещё больше втаптывая её в землю. – «Хватит всего этого самообмана» Его лицо являло собой явное отражение его моральной истощённости: ни одной яркой эмоции, ни даже заметного проявления чувств, лишь тусклая гримаса, подобная полузабытой тени. «Все мои победы до этого строились исключительно на безумнейшей удаче, и вот теперь она меня покинула. Без неё я не представляю из себя абсолютно ничего» Хотелось пальцами вбиться в землю и через кровь прокопать себе собственную безымянную могилу, из которой уже никакое позорище не выйдет больше на свет. «И что же мне делать дальше? Продолжать бессмысленную борьбу? Или же наконец признать, что я был неправ? Признаться, что мне пора уже… Смириться с самим… Самим…» Магомед глубоко сглотнул, словно он пытался высказать все мысли вслух, да только слова никак не выходят из горла. «Смириться с самим… Са-а-ами-и-им… Чёрт» Ничего у него не получалось. С виду всё так просто – просто подумать о том, чтобы смириться с самим собой… С самим собой… – Да что ж это такое? – спросил он сам себя. Он уже теперь и не может подумать о конкретной вещи, не то чтобы выговорить её хоть в мыслях, хоть вслух. – Что же мне мешает сделать это? Моя гордость? Пфр! Ну конечно, так я и поверю! После тех нескольких случаев с хитроумными женщинами она у меня сейчас на уровне ниже ламината! И всё же, что мешало ему признать неприятную правоту Босатки? – Очнись, придурок! Ты же не хочешь это признавать! – знакомый злобный голос в его голове, который сопровождал его в парочке неприятных моментов, снова решил дать о себе знать. – Отстань от меня. Сейчас мне твоя «помощь» не нужна, – буркнул Магомед. – Ошибаешься ты, очень сильно ошибаешься. Прямо сейчас тебе нужен тот, кто поможет тебе вспомнить о том, за что ты вообще вступил на столь непростой путь. – Да ну? Серьёзно? – с сарказмом ответил я. – А когда в последний раз ты приходил ко мне, то либо просил сделать что-то глупое, либо что-то опасное. Знаешь, у меня нет абсолютно никакого доверия к тебе. – Мне не к чему твоё доверие. Я хочу лишь одного – чтобы ты, жалкая, слабая и ничтожная тварь, встал и пошёл набивать рожу той сухопутной рыбе, потому что: а) ты не любитель морепродуктов; б) чтобы доказать ему, что ты не собираешься сделать ЭТО! – Слышь, сучара, если ты ещё раз назовёшь меня одним из этих трёх слов, то я пошлю тебя всеми матами мира, блядь! А насчёт последней части, то я без понятия, о чём ты! Для меня самое главное – это никогда снова мириться с… На этом моменте я резко затих. Слова остались неоговорёнными. Эмоции вновь отразились на моём лице, в то время как мой разум блуждал сквозь многогранные воспоминания. В таких чрезмерно сложных ситуациях я неизменно произносил одну и ту же фразу, которая способствовала моему постоянному напоминанию о том, ради чего я сражаюсь с того самого дня. – Обещание никогда больше не мириться… С самим собой, – эти слова были озвучены очень шокированным человеком. – Правильный ответ, капитан «Ёбаная, жалкая, слабая и ничтожная тварь»! Ты снова вспомнил о своём обещании! А раз ты это сделал, то давай пойдём по порядку. На следующий шаг тебе нужно поднять свою избитую задницу с земли и пойти мстить всем, кто заставил тебя усомниться в своих словах! И давай поживее, а то чья-нибудь жизнь может быть в опасности. Мы оба прекрасно знаем, как ты заботишься о них, а не о своей! Бай-бай! Голос в голове: стих, оставивший Магомеда вновь одного. Но, в отличие от недавнего времени, теперь у мальчика было нечто такое, что могло послужить ему козырем в этом испытании – его главное обещание всей жизни и глубочайшее разочарование в самом себе, которое потихоньку превращалось в неистовую ярость, что лучше всего подталкивало его вставать на ноги и двигаться дальше к своей цели. – Пусть мне сломают кости, разорвут мышцы и поставят на грань между жизнью и смертью! – Магомед упёрся пальцами в землю, ноги вытянулись и толкали вперёд, а голова была силой поднята с земли. – Да хоть заставят самому покончить со своей жизнью, что угодно, но только не это! – он неимоверно сильно стиснул зубы и случайно задел зубами свои дёсны, из-за чего они теперь кровоточили, а капельки крови окрашивали рот в красный цвет и падали на землю. – Никто и никогда не должен сметь говорить мне, чтобы я отказался от своей цели стать кем-то другим! Ведь я… – НЕ СОБИРАЮСЬ Я МИРИТЬСЯ С САМИМ СОБОЙ! БОЛЬШЕ НИ-КОГ-ДАААА! Внезапно вся усталость ушла, как будто её никогда и не существовало, а на её месте появилась уйма сил и энергии. Это могло значить лишь одно. «Отлично! Аутофагия всё ещё со мной! И… Что это?!» Магомед удивлённо моргнул глазами, когда теперь новое изменение пришло в его тело. Вся боль от травм, полученных за сегодняшний день, куда-то испарилась. Чувство не было похоже на то, что он был в полном порядке, а скорее напоминало притупленность боли, как от анестезии. – Ух-ты! А я такого от себя не ожидал! – я покрутился в разные стороны, изучая нововведение в функционал своей причуды. Теперь к многим другим удивительным вещам моего тела прибавилась и такая полезная способность, как притуплять боль. – Зрелище, конечно, прекрасное, но, к сожалению, ненадолго. Через время вся боль ко мне вернётся, а с ней и чудовищная усталость, – энтузиазм немного утих, когда я вспомнил об ограниченном времени таких плюшек. – Но тогда стоит взять и использовать всё новое для своих целей! «Ту-дух!», – звук взрыва недалеко от меня донёсся до моих ушей. «Что это?!», – моя голова мигом сама по себе повернулась в нужную сторону и я стал свидетелем ужасного зрелища. – «Чёрт, Шиори!» Тодороки выглядела не очень хорошо. Её движения были ограничены, тяжёлые, словно на неё нацепили цепи, сковавшие её. Даже с моего места я мог видеть, как часто она дышит, борясь с усталостью. Лёд и пламя поочерёдно выходят из её рук, но она почему-то использует больше льда, чем огонь, а поэтому лёд попросту не успевает таять и только ухудшает её состояние. Босатка только и делал, что беспощадно наступал на неё. Герой номер десять атаковал без передышки, истощая весь резерв выносливости Тодороки, чьи атаки со временем становились всё слабее и менее точными. А увидев, как Босатка пытается попасть по девушке столь опасными ударами, заставили Магомеда сделать то, чего он не обдумывал: стартовать с места и на всевозможной скорости побежать туда. «Нет времени подбирать катану, нет времени даже на долгие раздумья! Я должен придумать, что делать, за считанные секунды!» К большому сожалению, практически ничего не лезло в голову. Даже самая глупая идея стала в этот промежуток времени высшей роскошью. А время всё поджимало, и ситуация ухудшилась. Тодороки, в очередной попытке увеличить дистанцию между собой и Босаткой, случайно споткнулась из-за повреждённой ноги и упала спиной на землю. Герой номер десять воспользовался этим шансом: его рука потянулась к девушке, и, схватив её за шиворот костюма, поднял её с земли. Но Тодороки не думала сдаваться так просто: она положила левую руку на руку врага и обожгла её, заставив Босатку отпустить её. Только вот дальше она уйти не смогла: Босатка поднял левую руку, медленно сжал её в кулак и готовился нанести тот самый удар, от которого девушка уж точно ни защитится, ни уклонится. «Нельзя этого допустить! Думай скорее!», – я старался бежать как можно быстрее, изо всех сил, превозмогая любые последствия. Шиори шаталась из стороны в сторону. Битва изрядно потрепала её, у неё в ушах звенело, и всё больше чёрных пятен брыкались перед глазами. Она даже не пыталась сопротивляться. Магомед, увидев такую трагичную картину, почувствовал, как разочарование в самом себе снова нахлынуло на его сознание. Даже появилась одна такая мерзкая мысль, говорящая, чтобы он сдался и остановился. Однако, вместо того чтобы и вправду сдаться, он взревел в своих мыслях так злобно и яростно, что чуть не оглох от такого крика. «НЕ БЫТЬ ЭТОМУ!!!», – при следующем шаге, когда его нога только соприкоснулась с землёй, из под ноги вырвались одновременно огонь и электричество, которые остались незамеченным никем. Тело мальчишки словно полетело вперёд, он стал гораздо ближе к своей цели. Но оставался один вопрос: «Как он будет спасать Шиори?» – Запомни одну вещь: когда отвечаешь на удар, ответь ему своим же как можно сильнее. «А?», – мои глаза расширились в недоумении, когда в мою голову внезапно нахлынули одни воспоминания, связанные с Омой и его учениями.

🀃 🀃 🀃

– Ты будешь учить меня Адамантиновой Кате? – с интересом спросил я тогда Ому. Ома утвердительно кивнул: «Да, я собираюсь начать твоё обучение Адамантиновой Кате здесь и сейчас» Это было сразу после той драки, случившейся из-за того, что я решил обучить другого человека нескольким техникам из стиля Нико без на то одобрения Омы. И когда Токита чуть снова не грохнул меня в тот же момент. Я уже говорил, что эта ночь пиздец какая странная? – Итак, начнём с теории: ты помнишь, как работает данная ката? – Пфр! Ну конечно! Адамантиновая Ката строится на том, чтобы напрячь все свои мышцы в том или ином месте тела и использовать это в качестве «копья и щита». – Ладно, а как именно нужно напрягать свои мышцы? – с ехидной улыбкой спросила Токита. – Сжать их как можно сильнее, – уверенно ответил я. – Ома, кончай с теорией. Я хочу практиковаться. – Не спеши, у тебя нет самой важной вещи. – И какой же? – Контроль над мышцами, – ответил Ома. – И я не говорю про их перемещение по телу, даже не смей это упоминать! Магомед недовольно опустил руку и закрыл рот. – Если говорить о контроле, то определённую часть пути ты уже прошёл, научившись перемещать свои мышцы почти в любое место своего тела. Но я говорю о более высоком контроле. Ты должен уметь контролировать каждое мышечное волокно для использования Адамантиновой Каты. – Оуу, – моя улыбка стала нервной. – Это звучит чертовски сложно. – Я бы так не сказал. На деле, ты как раз использовал «Металлокрушитель» в своём последнем ударе и очень даже неплохо. – Да ну тебя! – я стал размахивать руками. – Ты, наверное, шутишь! Я же не обладаю таким контролем, о котором ты говоришь! Да и такое я бы точно не упустил из виду! «В том-то и дело, что упустил», – Оме хотелось в тот момент тяжело вздохнуть и потереть своё лицо. Их сосуд был настолько же талантливым, насколько и невнимательным. – «Надеюсь, со временем это пройдёт» – Хочешь верь, а хочешь не верь, но так всё и было, – Ома немного пригнулся и ткнул пальцем в лоб своему ученику. – Ты сделал это, так почему ты не можешь повторить это? – Потому что я не умею? – выдал Магомед неуверенно ответ. – Может, ты мне покажешь, как это делается, и я попытаюсь это повторить? Знаешь, может, визуальное изучение мне больше поможет? – Ну, почему бы и нет?! – яро заявил Ома, подходя к одинокой стене, которая была выше на голову Токиты и была толще его груди. – Я буду делать это медленно, так что ничего не упусти. Ома сжал свою руку в кулак и первые три секунды ничего не происходило. Но затем я услышал такой звук, как будто что-то сильно-сильно сжимают, как кусок резины, и из-за этого оно издаёт такой звук. Сразу после этого рука Омы стала заметно краснеть от кончиков пальцев до середины между кистью и локтя, а вены на конечности слегка распухли. Рука Токиты ни капли не дрожала и не двигалась, но даже так я прекрасно осознавал, какая сила таилась в этом кулаке. – «Металлокрушитель» является техникой для атаки. Такой удар будет гораздо мощнее, чем без этой техники, так что полюбуйся результатом. Токита устремил свой взор на ту стену и, слегка выдохнул, ударил «Металлокрушителем» по ней. В момент контакта точка на мишени, казалось, взорвалась от крошечного снаряда; осколки кирпичей разлетелись в стороны, а мои уши заполнил звук хлопка воздуха, и я инстинктивно закрыл глаза от облака пыли. – Ну вот, именно так и действует «Металлокрушитель», – Ома с беззаботной улыбкой показал на жалкие остатки той стены, которые теперь лежат у его ног. – Да и рука после этого целая, – мужчина повертел своей здоровой рукой в разные стороны. – Вау, вот это техника, – я даже немного присвистнул от увиденного зрелища. – Что ж, с показом мы закончили, – Ома отряхнул пыль с рук. – Теперь пора объяснить тебе… – Как я понял, ты сжимаешь свои мышцы и концентрируешь в них всю силу руки? – прервал я его, как только в мою голову полезла возможная разгадка работы техники. – И когда ты бьёшь «Металлокушителем» по какой-либо цели, то вся эта сила разом выходит из твоего кулака и ударяется об неё? А «Металлокрушитель» схож с «Несокрушимым» тем, что путём сжатия мышц ты также укрепляешь и их защиту, отчего удар техникой не будет сильно травмировать тебя самого? Я правильно всё понял? Ома смотрел на ученика сначала немного удивлённым взглядом и лицом. Но потом расслабил до лёгкой улыбки и выпрямился во весь рост. – Ты понял всё это за одну единственную демонстрацию? Я, честно говоря, приятно удивлён. Давно такой аналитический ум скрываешь? – Да нет же, никакой это не аналитический ум, – небрежно махнул рукой, не веря в слова Омы. – Просто увидел и понял, что тут такого? – ПРОСТО УВИДЕЛ И ПОНЯЛ, ЧТО ТУТ ТАКОГО?! ХА-ХА-ХА-ХА! – чертовски знакомый голос из воспоминаний Омы внезапно нахлынул из глубин сознания. Токита, хоть и не показывал этого внешне, внутри слегка вспотел и даже сглотнул несуществующий ком в горле, и всё это лишь из-за того, что фраза его ученика слишком напоминает манеру речи одного из его давних знакомых и, к сожалению, его напарника по сегодняшней судьбе. «Ну уж нет, ещё одному психопату я мозги вдалбливать не собираюсь! Мне и первого хватило!» – Насчёт принципа работы «Металлокругителя»: ты понял всё абсолютно правильно. Но вот последняя часть требует исправления. Использование этой техники не слишком безопасно, а даже наоборот: в неумелых руках она чрезвычайно опасна, так как, сжимая мышцы, ты зажимаешь между ними и кровеносные сосуды, которые могут разорваться от такого удара или сделать это уже при напряжении мышц. Так что, в случае чего, я запрещаю тебе использовать «Металлокрушитель», пока ты не научишься в достаточной мере использовать эту технику. – Оуу, – мой энтузиазм немного понизился после слов, но затем решимость изучить эту технику слегка возросла. – А насколько велики мои шансы вообще обучиться ей? – Я слышу нотки слабой самооценки? – с немного строгим лицом спросил Ома, скрестив руки на груди. – Я? Не, что ты? Пфр! – я для оправдания зачем-то размахивал руками перед собой и пытался не смотреть напрямую на Ому. – Такая чушь про низкую самооценку не про меня! Со мной всё в порядке! Видишь? – пальцами обеих рук скосил себе «счастливую» улыбку. – Всё просто отлично! – Так и знал: ты снова недооцениваешь себя, – прямыми словами Токита на абсолютной победе разгромил все мои жалкие попытки скрыть все эти вездесущие проблемы с низкой самооценкой. Я убрал с лица свои пальцы, опустил плечи и руки вниз, и с беспристрастным взглядом посмотрел под ноги, не зная, как и чем ответить на заявление Омы. Да и хотелось ли мне обсуждать эту тему? Никак нет, я с ней, можно сказать, знаком ещё с детства прошлой жизни, и она там выросла и перетекла уже в эту жизнь окрепшим сорняком, от которого, вроде, хочется отказаться, но вот красота данного экземпляра заставляет меня желать оставить эту красивую дрянь у себя. Токита, смотря на эту немного грустную картину, пытался придумать своей башкой как немного приободрить своего ученика. Но, как знал Ома и как ему твердил его учитель, он никогда не обладал острым умом и не умел говорить действительно умные вещи прямо до позднего момента его взросления. А до этого всю жизнь он был человеком, отдалённым от понятия «придумать что-то не связанное с бойней». Однако, учитель у него был умным человеком, к большому счастью, и уделял время не только тренировкам своего никудышного ученика, но и многим другим вещам, как манере общения и всему тому, что делает человека человеком. И он сам постоянно использовал свои знания на Оме, так что Токита просто взял из воспоминаний тех давних лет один трюк Нико и тут же воспользовался им. – Эй, малыш, – Ома положил свою могучую руку на голову ученика и ободряюще улыбнулся ему. – Подними голову и посмотри на меня. – Хм? – Магомед сделал то, что он просил. Токита продолжил: «Знаешь, как-то мой учитель говорил мне, что в битве между талантом и тяжёлой работой всегда побеждает второе. Я тогда спросил его «почему?». А он ответил тем, что если идти по пути к силе только одним из этих способов, то талант рано или поздно закончится, а вот тяжёлая работа может длиться всю жизнь. – Не понимаю. Ты же не просишь меня тренироваться всю жизнь ради одной только техники? – я скорчил что-то наподобие подозрительной рожи. – Да нет же, считай это предпосылкой к большему. Я хочу сказать, что если ты будешь трудиться изо всех сил и сможешь преодолеть любые трудности и риски, то сила придёт к тебе, но только тогда, когда наступит тот самый нужный момент. Так что, – Ома уверенно встал во весь рост. – Просто постарайся, и у тебя всё получится. Уголки моих губ поднялись вверх. Совсем чуть-чуть, но даже этого хватило, чтобы Оме понять, что его слова дошли до сердца его слушателя. – Спасибо, Ома, я буду следовать твоему совету. И словам твоего учителя тоже: всю ту грусть и хмурость как рукой сняло. Серьёзно, как ты можешь в один момент быть машиной для убийств, а в другой хорошим и добрым учителем? – Хех, за это я должен поблагодарить своего учителя, – гордо упомянул Ома о том человеке, который кардинально изменил его жизнь. – Большую часть времени он был самым добрым и отзывчивым человеком на Земле, которого я знал… Но. Вдруг лицо Омы резко изменилось по содержанию эмоций. Если до этого были только радость, спокойствие и гордость, то теперь оно было лишено любых тёплых красок и сменилось слегка испуганным выражением лица с настоящей безнадёжностью в глазах, с примесью страха, пугающего волнения и отчаяния. Магомед, впервые увидев Ому в таком виде, не смог найти слов для ответа. – Но в редкие моменты он превращался в настоящего дьявола, пришедшего из самых глубоких недр ада, созданного им самим. И вот тогда я впервые за долгие годы жизни в Изнанке почувствовал страх, ибо Нико был тем, кто мог это сделать со мной: кем угодно, но точно не человеком. – С-с-страшно, – мои зубы на самом деле начали стучаться друг о друга, ведь я боялся гнева Омы, а тут оказывается существовал тот, кого сам Токита боялся до невозможности, даже спустя свою собственную смерть, всем своим существованием. – Но не будем вспоминать о плохом! – внезапно Ома вернул к себе тот прежний живой вид, а те страх и отчаяния куда-то пропали бесследно. – Нико был строг лишь тогда, когда от него это требовалось, и то он не убивал почти никого в моменты ярости, так что он оставался тем же добрячком! «Понятно. Страх перед ним слегка промыл тебе мозги», – подумал я. – Да и к тому же он применял насилие на тренировках ко мне исключительно из-за одной моей особенности: я лучше учился и совершенствовался тогда, когда моя жизнь была в опасности. – Развитие в стрессовых ситуациях? – уточнил я. – Да, оно самое, – Ома бросил на меня непонятный взгляд. – И кстати, до меня только сейчас дошло, что мы с тобой очень похожи в этом. Вспомни, в каких ситуациях ты раскрывал свой потенциал? Только тогда, когда твоя жизнь была в опасности или же гораздо больше, чем чья-то чужая жизнь. Ты совершенно не ценишь свою жизнь, – последние слова Токита проговорил с небольшой серьёзностью. Магомед нервно улыбнулся и почесал затылок: «Прости, если растроил тебя этим. Но я ничего не могу с этим поделать» – Я ни капли не расстроен этим, – честно сказал Ома, что меня немного удивило. – Ты, наверное, думаешь, почему я так говорю? Да потому что я тоже большую часть жизни отдал на чужую жизнь, совершенно наплевав на свою, и это происходило не один раз и даже не один десяток раз. Так что, Магомед, скажу вот что: если ты ценишь чужую, а не свою жизнь, но также не позволяешь себе умереть впустую, то ты просто чертовски сильный духом парень, которого я знаю. – Я просто делаю то, что в моих силах, и считаю это самым правильным решением. – Ну тогда это твой выбор, а к чему он приведёт тебя, никому не дано знать. Но долой все эти душевные разговоры; мы должны начать твоё обучение «Металлокрушителю». – Ладно, я готов! Хоть это будет чертовски трудно: научиться управлять своими мышцами так тонко. – На самом деле, есть два способа обучиться этой технике. – А? – я слегка расширил рот от удивления. – Что, правда? Почему ты молчал об этом? Что это за способы? – Потому что Адамантиновую Кату можно изучить двумя способами, каждый из которых работает по-своему и лучше подходит для разных людей. Чтобы научиться этой кате, ты либо должен научиться тонко управлять всеми волокнами своих мышц, либо просто-напросто как можно сильнее их напрячь. – А в чём подвох? Он же здесь есть? – Есть, есть. Второй способ наиболее сложный и опасный, да и подходит он гораздо меньше людям, чем тот же первый способ. Главная сложность состоит в попытке просто сжать свои мышцы и собрать в них всю их силу чрезмерно сильным желанием и старанием. Здесь говорится не о сжатии руки в кулак со всей силой, а о буквальном выходе за пределы всего этого. Токита окинул взглядом свою левую руку и сжал её в кулак. – Когда твои мышцы начинают рваться, суставы трястись, кости трескаться, а кровеносные сосуды лопаться, то только тогда ты сможешь овладеть этим приёмом и понять, каково это быть щитом и копьём. – Ладно-ладно, я понял. Это чертовски сложный и опасный способ, так что нам придётся начинать с первого. – Хорошо, как хочешь. Мы начнём с «Металлокрушителя», а потом с «Несокрушимого». А кстати, знаешь, почему я решил научить тебя использовать сначала первое, а потом второе? – Да нет, я даже не задумывался об этом. А разве есть какая-то причина? – Для «Несокрушимого» ты ещё недостаточно хорошо развит физически, так что твоя защита, хоть и будет защищать тебя, но плоховато. А вот «Металлокрушитель» станет тем копьём, которым ты сможешь ответить на чужой удар. Ведь как меня учил Нико: «Запомни одну вещь: когда отвечаешь на удар, ответь ему своим же как можно сильнее» – Твой учитель был слишком туманным человеком, – прокомментировал я. – Ну, он постоянно сначала говорил что-то по-умному, а потом уже объяснял мне так, чтобы я это понял. Так что, теперь твоя очередь, мой юный ученик. В глазах Магомеда Ома в тот момент он стал тем самым человеком, который вложил в своего единственного ученика не только свои знания и умения, но и свою веру. «Клянусь, я не подведу тебя, Ома»

🀃 🀃 🀃

Магомед вернулся опять-таки в свой реальный мир, где прямо сейчас он бежит на помощь к Шиори, которую собирается вынести одним ударом Босатка. Взгляд мальчишки стал жёстче, гораздо жёстче. Зубы сильнее стиснулись, всё сильнее надавливая на дёсны и пуская из них кровь. Правая рука протянулась в сторону, пальцы напряглись изо всех сил, а мысли человека в ту же минуту были яростными и громкими. «Я не разочарую ни себя, ни Ому, ни кого-либо ещё!», – рука сжалась в кулак со всей силой, на которую он был способен, но этого было мало. – «Пусть мышцы разорвутся, суставы содрогнутся, кости затрещат, а кровеносные сосуды лопнут!» Хватка на руке стала сильнее. Кончики пальцев уже не находили себе места, и потому они толкались внутрь кожи и слегка продырявили плоть конечности. Первые капли крови уже капали на землю, рука начала трястись, в некоторых местах появились непонятные «ямочки», вены стали более заметными, а кожа покраснела. «Слишком мало! Надо больше!», – взревел в мыслях Магомед, уже находясь в десяти шагах от своей цели. В то же время Тодороки стояла на одном месте, как вкопанная, лишь изредка шатаясь из стороны в сторону. В её ушах гудел «белый шум», а мир перед глазами сильно изменился. «Неужели я в конце-то концов проиграю?», – пронеслась такая одиночка мысль в голове у девушки. Чьё-то массивное тело встало перед ней, сильно топнув ногой по земле. Шиори слегка подняла взгляд вверх. Свет солнца за спиной существа сделал его фигуру практически неузнаваемой, превратив в тёмное существо, чья рука сжалась в кулак и уже летела прямо в лицо девушки. Она проиграет опять здесь и сейчас, и ничто ей не поможет избежать столь трагичной судьбы. – НЕ СМЕЙ ЭТОГО ДЕЛАТЬ! – позади неё остался чей-то до невозможности громкий крик, который мог сотрясти всю землю и небеса. Шиори поймала себя на том, что кто-то мягко схватил её за левое плечо и легонько оттолкнул назад. Она с удивлением в глазах разглядела часть лица своего одноклассника, который пронёсся мимо так быстро и близко. Выражение на его лице было очень злобным и сердитым, а добавив к этой картинке слегка кровоточащие зубы, это делало его уже страшным. – НЕ В ЭТОТ РАЗ! – всё так же громко взревел Магомед, сжимая свой правый кулак ещё сильнее, чем когда-либо в своих обеих жизнях. «Треск!», – Шиори услышала тошнотворный звук от руки Магомеда. Мельком она заметила, как его рука стала чересчур красной от кончиков пальцев до локтя. Мышцы конечности словно стали тоньше, но она всё же почувствовала в них великую силу. – А-А-А-А-А-А! – Магомед наносит свой собственный удар по Босатке, вложив в него всю свою силу.

Стиль Нико

Адамантиновая Ката: Металлокрушитель!

Кулаки обоих мужчин столкнулись между собой, и казалось, что кулак Босатки без всяких проблем одолеет своего оппонента. Но случилось то, чего никто не мог ожидать. «Тудух!»,– после столкновения двух ударов кулаки противников тут же отпрянули друг от друга, так словно общая сила, вложенная в них, разорвала их прикосновение силой, которая создала мелкую ударную волну, поднявшую с земли пыль. – Как это?! – недоумевал Босатка, когда его кулак буквально отскочил от того удара точно так же, как и кулак его оппонента. – Откуда в нём такая сила?! «Ахх, чёрт», – Магомед еле устоял на ногах после той ударной волны и быстро вернул равновесие. Мельком взглянув на свою правую руку, которая сильно изменилась внешне, он только и мог, что широко ухмыльнуться. – «Я сделал это, Ома!» Но оставалось еще одно дельце, которое он не мог оставить без внимания. – Я ещё не закончил! – пользуясь моментом растерянности Босатки, Магомед рывком сокращает между ними расстояние и приготовляет ещё удар.

Стиль Нико

Адамантиновая Ката: Металлокрушитель

Герой номер десять слегка согнулся от удара в живот. Про себя косатка удивлялась новообретённой силе юнца, которая могла заставить его почувствовать это даже через свою толстую шкуру. «Что у него с рукой? Это какая-то хрень от причуды или что-то типа супер навороченной техники?» – Неважно, всё равно недостаточно! – Босатка направил левый кулак на наглого пацана. «Хм», – хмыкнул про себя Магомед. – «Этого я и ждал»

Стиль Нико

Огненная Ката: Призрачный Шаг

Силуэт тела мальчика оказался обманкой, всего лишь остаточным изображением. Настоящий же Магомед был уже сбоку, где Босатка его не достанет.

Стиль Нико

Адамантиновая Ката: Металлокрушитель

«Прям по почке! Он что, знает, куда бить?!», – Босатка прыжком увеличил между ним и этим мальчиком расстояние и слегка потёр поражённое место. – Как это? – Шиори, стоявшая в стороне и наблюдавшая за всей этой короткой, но уже обзаведшейся стольким вниманием и интересом к себе битвой. «И снова он меня спас», – подумала Шиори, чувствуя, что уже изрядно влезла в долги перед своим спасителем. Магомед чувствовал эту силу. Да, вся сила напряжённых до предела мышц в руке была сжата в одном месте, в кулаке и она освобождалась словно пушечное ядро, залетевшее в свою цель. Если бы сейчас была свободная минутка, он бы постарался как можно больше нарадоваться этому событию. Но чувство ярости было сильнее его желания. Откуда взялось столько гнева? Почему он всё ещё хочет отомстить Босатке за что-то, но непонятно, за что именно? Как долго это будет продолжаться? «К чёрту все эти мысли!», – Магомед внешней стороной ладони правой руки протёр лицо и губы, а потом смахнул рукой, избавляясь от капель крови. – «Всё закончится здесь и сейчас!», – мальчишка уверенно вновь поднимает свою правую руку, готовясь снова атаковать Босатку «Металлокрушителем».

Стиль Нико

Огненная Ката: Бушующее Пламя

Быстрый рывок в сторону своего противника, и тот уже находится в зоне досягаемости для удара. Магомед сильно замахивается рукой, и когда он уже столь близок к цели, а его скорость от рывка начинает падать, наносит свой удар.

Стиль Нико

Адамантиновая Ката: Металлокрушитель

Это был сильнейший «Металлокоушитель» в исполнении Магомеда. Удар пришёлся в том месте, где рёбра соединяются между собой, в самом центре. Босатка издал едва слышимый звук кашля. Герой номер десять отошёл назад на один шаг, рукой держась за то место. – Ого! Стёрка, он заставил Босатку сделать шаг назад! – Эми теперь снова стояла у трибун, но только её желание оказаться ближе к той битве стало сильнее, если судить по тому, как её нога почти пересекает специальный барьер на краях трибун. – Тот удар был настолько силён, или же он предпринял какую-нибудь хитрость?! – Возможно, и то, и другое, – ответил ей Айзава, прищурив свой взгляд. – Перед ударом он использовал какую-то другую технику, которая позволила ему набрать высокую скорость за столь малое время. Ускорение придало его удару больше кинетической энергии, что, в итоге, дало такую мощную комбинацию. Но здесь также играет роль место, куда он нанёс удар. – Он не случайно выбрал место для удара, я правильно поняла? – спросила Эми. – Да, правильно, этот мальчишка может и не умён стратегически, как Мидория, или не столь креативный, как Яойрозу, но с его обширными знаниями анатомии и строения тела человека никто в классе не сможет сравниться. Я уверен, что и в 1-В классе почти никто не может дотянуться до его уровня. Добавьте к этому его необычайную силу и неплохие боевые навыки, и вы получите одного из сильнейших учеников в моём классе. – Ты и вправду ставишь его в топ сильнейших в своём классе? – с долей неверия спрашивает Эми, повернувшись к нему головой. – Ты уж извини меня за критику, но разве он способен победить Тодороки или того же Бакуго в бою один на один? – Нет, не способен даже на одностороннюю битву с ними, – честно ответил Айзава, немного смутив Фукукадо своим странным прямым ответом. Ведь тогда девушка задаётся вопросом о важности его предыдущих слов. – Но ты не думай об этом слишком много, а лучше погляди, чем там бой закончится. – Ну ла-а-адно, – протяжно ответила Эми, медленно повернув голову вперёд с выражением подозрительности в отношении своего собеседника. «Этот проблемный ребёнок и вправду не способен даже отдалённо приблизиться к силе тех трёх и тех, кто ниже них», – подумал Шото, продолжая пытаться вычислить шансы своего самого странного ученика на победу. – «Разница просто велика, даже слишком, а про опыт использования причуды я вообще молчу, за исключением лишь Мидории у всех остальных этот параметр насчитывает чуть больше десятилетия развития, но и здесь Изуку быстро развивается. По сравнению с более чем половиной класса Магомед слаб» Айзава посмотрел в сторону огромной арены, в том самом месте, где между тем самым учеником и героем номер десять вот-вот должна разгореться ещё одна битва. И, даже если Босатка очень сильно сдерживается даже под своими утяжелителями и наигранно притворяется, что атаки мальчишки принесли ему ощутимый урон, у Магомеда нет шансов на победу или ничью. «Но в то же время он очень силён духом и силой воли», – вид раненого ученика, который несмотря на все ранения и отсутствующие шансы продолжить бой хть на пару минут, но всё равно готового идти в бой привлекло внимание не только Сотриголовы, но и многих зрителей с трибун и тех, кто следит за шоу через камеры. – «Хоть Мидория и развивается большими темпами в кое-какие моменты, но Магомед в отличии от него делает это хоть и в меньшем количестве, но буквально каждый день он становится сильнее себя вчерашнего» Подпольный герой чутка подтягивается вперёд, руки сложены под подбородком, а пальцы сплетены между собой. Взгляд мужчины стал немного хмурым и даже серьёзным. «Я не солгал, говоря Эми, что Магомед является одним из сильнейших учеников в моём классе. Конечно, он всё равно не сможет победить в бою один на один Тодороки или Бакуго, но он с лёгкостью мог бы одолеть их», – в голове Айзавы проскакивает одна такая интересная мысль, которая невольно вызывала у него лёгкую улыбку и даже большой интерес к данной возможному стечению обстоятельств жизни. – «Он и я сильно сходимся в одном и том же: мы оба стараемся ни при каких обстоятельствах не прибегать к чрезмерному насилию или даже к попытке кого-то убить, если ситуация этого не требует. Потому мы постоянно сдерживаемся на подсознательном уровне, пока замки, которые мы вознесли над всеми худшими уголками наших сердец, не дадут трещины» – Ага! Значит, тебе всё-таки можно навредить! – с широкой ухмылкой и с небольшой одышкой проговорил Магомед, снова поднимая правую руку и выставив её возле своего лица. – Тогда я продолжу бить тебя, пока не… «Хруст!», – тошнотворный звук возле правого уха стал той причиной, по которой мальчишка не договорил. Магомед встал, как вкопанный, когда ему в лицо брызнула немного крови. Боковым зрением правого глаза он увидел ужасную картину: его рука дрожала, кожа на костяшках, как будто, порвалась, и из ран течёт алая жидкость, а пальцы изогнуты под неестественным углом и слегка шевелятся из-за того, что нервы в них, как и мелкие вены, просто не выдержали столь внушительной мощи сжатия мышц и были просто-напросто испорчены. «Охх, чёрт!», – вся та самоуверенность мигом улетучилась. Магомед левой рукой схватился за правую руку, пытаясь разминать пальцы и остановить небольшое кровотечение, ведь мышцы в ней теперь не закрывали собой эти раны, как было всегда. – Ты пошёл на риск, не до конца осознавая, насколько он велик. – Босатка в тот же момент встал во весь рост и, угрожающе глядя на меня сверху вниз, совершил небольшой рывок в мою сторону, поворачивая при этом всем своим телом вправо. В глазах встревоженного мальчика отражался массивный хвост Босатки, мчащийся к нему в правый бок с такой скоростью и силой, что удар принесёт очень много проблем, если он не сделает с этим что-то. Магомед пытался придумать лучшее решение за столь короткий миг, которое он мог бы реализовать. Уклониться не получится, атаковать бесполезно, как и предпринимать попытку поставить блок, ибо удар будет слишком силён. «Ничто мне из этого не поможет!», – вопил я в мыслях, видя, как хвост Босатки чётко движется к моему боку и я не смогу от него убежать. Вдох, выдох, вдох, выдох… В голове он слышит своё собственное дыхание. Мысли в голове распутываются и освобождают место для ясности ума. Мальчишка стиснул зубы и принял более устойчивое положение, переместив свой центр тяжести ниже и напрягая мышцы в том месте, куда должен прийти удар. «Тогда я приму его как есть!» «Вжух!», – звук рассекаемого воздуха ознаменовал тот самый момент, когда хвост Босатки столкнулся с бедным телом Магомеда. Тело мальчика оторвалось от земли и полетело в сторону. Оно вертелось в разные стороны, пока плечо не зацепило землю, и тот не покатился по ней, как бревно, столкнувшись в итоге с небольшим куском льда, оставшимся от предыдущей битвы Тодороки с косаткой. «Ещё один», – подумал Босатка, выпрямляясь после атаки и отряхнув хвост от пыли. – «После этого он точно не должен… ЧТО?!» Красные глаза сухопутной косатки расширились в дичайшем удивлении. Он не мог поверить в то, что происходило перед ним. Магомед… Он… Вставал! Чёрт возьми, да после такой атаки в открытое место тела он не то чтобы должен лежать, а быть в отключке в тяжёлом состоянии! Как ему удалось поднять своё тело с земли?! – О-о-ой, бля-я-я, – я перестал следить за речью, так как сейчас были проблемы похуже. – Как я умудрился пережить нечто подобное? Этот удар был силён, даже слишком. Уж что, а вот тот момент, когда я полечу в небольшое путешествие и грубо приземлюсь на землю, я точно не предугадал. Но не это меня волновало, а совсем иное. Как я умудрился после этого встать на ноги? Моё тело, конечно, на время избавило меня от сильного чувства боли, но даже так должно же быть хоть какое-то повреждение тела, от которого я не смог бы уйти без видимого ущерба. – Вот зараза, – недовольно буркнул я, видя, как на месте попадания удара отсутствует небольшой кусочек одежды. – А ведь Мэй так старалась, а я её так отблагодарю? Я с интересом сую пальцы в дыру, дабы проверить там свою плоть. Ожидая почувствовать там тёплые струйки крови и растерзанную кожу, я был, так сказать, сильно удивлён, когда получил в ответ на свои ожидания твёрдую, как камень, поверхность. – Хм? Как это? – теперь всецело охваченный этой таинственной находкой, я тяну за край одежды и слегка оголяю свой торс. То, что я увидел там, одновременно поразило и ужаснуло меня: на месте удара сияла большая рана, которая слегка кровоточила и была очень красной. Но не только это было причиной моего шока: моя плоть там приняла немного другой вид, словно её слегка скомкали, как бумагу. Не успел я что-то сказать, как мышцы там расслабились и вернулись в привычный вид, а бока выглядели немного получше, если не считать кровоточащие раны. Существовало лишь одно объяснение этому чуду. «Это был «Несокрушимый»?!»

Стиль Нико

Адамантиновая Ката: Несокрушимый

«Сначала «Металлокрушитель», а теперь и «Несокрушимый»! Что дальше?! Я смогу наконец-то использовать Кату Пере…» Мои размышления были прерваны залпом ультразвуковых волн, обрушившимися на меня откуда-то спереди. Я хотел было схватиться за уши, но на полпути к ним мои руки словно стали в разы тяжелее и мигом спустились вниз, безвольно свисая там. Ноги подкосились, на них было трудно устоять, да и вообще зрение так сильно поплыло, что твёрдая почва казалась мне волной средь обезумевшего океана, а нарушенный слух это только подтвердит. – Больше ты мне не помешаешь! – Босатка левой рукой крепко схватил Магомеда за её раненую левую руку, а правую сжал в кулак и сделал длинный шаг вперёд, намереваясь опрокинуть мальчишку на спину и добить одним ударом. – Ты очень хорошо постарался, но теперь пришёл конец! – Стёрка, он его сейчас убьёт! – Фукукадо боялась наихудшего возможного поворота событий в таких обстоятельствах. Эми даже могла спрыгнуть вниз на арену и побежать спасать этого мальчика, но Айзава остановил её всего лишь парочкой слов. – Эми, постой! – громким голосом с приказным тоном сказал Шото. – С ним всё будет в порядке! Эми хотела повернуть к нему голову и что-то выкрикнуть ему в лицо, но когда вдалеке тот самый мальчишка начал падать на землю, а кулак Босатки уже навис над его головой, она в страхе замерла, не зная, что ей предпринять. Не одна Мисс Шутка чувствовала себя столь бесполезной, как сейчас. Точно такое же чувство разделили с ней обе девушки на том же поле боя – Тодороки и Йоараши. «Он не может закончить так», – Шиори отказалась в это верить. – «Всё, что я видела до этого момента, тому подтверждение», – она пыталась встать с земли, но при попытке её лодыжка разболелась настолько, что она мигом рухнула опять на землю, упираясь в неё руками. Дочь Старателя чувствовала себя настоящим слабаком. Она не могла атаковать ничем с такого расстояния в своём-то состоянии, даже не встать с земли. – Вставай! Чёрт возьми, ты можешь это сделать! – Инаса тоже не могла подняться на ноги, а атаковать Босатку с такого расстояния у неё не получится. – Только ты среди нас всех здесь настоящий герой, а настоящие герои никогда не проигрывают! «В отличие от той же себя», – дополняла она своё заявление мыслями в голове, что заставило её почувствовать себя ещё более подавленной, чем сейчас. – Двигайся, ублюдок! – на трибунах тол самый загадочный человек сжал в своей хватке металлическую ограду, сильно помяв её. Он очень гневно шептал своё послание тому самому мальчику, в котором он нашёл нечто такое, за что можно было зацепиться. – Сделай хоть что-то! К сожалению, даже если бы все они кричали так громко, как только могли, ничего, вышедшее из уст, всё равно бы не дошло до того самого адресата. Он ведь попросту не слышал ничего и никого, кроме своих мыслей. «Это конец для меня», – сказал Магомед, глядя вверх с расслабленным выражением лица на небо, пока его взгляд не зацепился за кулак Босатки, движущийся к нему, чтобы добить его окончательно. – «Я сделал всё что мог» Тело сейчас падало вниз, поскольку его толкали туда. Правая рука находится в крепком захвате противника, а от левой всё равно нет толку. «Всё, на что я надеюсь, так это вырубиться быстро и безболезненно» Или же всё так и могло произойти, если бы не было одного важного примечания. Оно было связано с мозгом этого юного героя. Когда его владелец исчерпал все возможные варианты и способы добиться успеха, он начал работать с такой силой, словно на кону стоит жизнь его хозяина. Это было похоже на то, как время вокруг Магомеда резко замедлилось, как и он сам, но мысли его в тот самый короткий промежуток времени были кристально чисты, как не были такими уже очень давно. «И снова это происходит», – с долей саркастичности подумал Магомед, оказавшись в знакомой обстановке. – «Каждый раз, когда мне нужно из шкуры вон вылезти, но теперь я не вижу никаких вариантов как мне справиться с этой проблемой» Он решил для интереса пробежаться по фигуре Босатки, пока его взгляд строго не зацепился за его кулак. С ним происходило что-то странное: его окутывали несколько голубовато-прозрачных тонких вихрей воздуха, или же, если нужно другое сравнение, как «воздушная вода», неважно. Все они шли со всего тела Босатки и двигались оттуда равномерно к атакующей конечности, а даже выходили за пределы вперёд, как будто они были указателями этих самых странных потоков. «Интересно, смогу ли я сдвинуть их с места?», – подумал Магомед, сам того не замечая, как мысли снова становятся затуманенными, как и миг назад, а картина перед глазами возвращается к привычной всем форме. В реальности же Босатка закончил все нужные приготовления для атаки и обрушил свой яростный кулак прямиком на лицо своей жертвы, от которой он должен был избавиться ещё давно, но делает он это только сейчас. «От этого он никогда не уйдёт!» В тот же миг почти все зрители этой сцены перестали дышать и моргать, боясь пропустить всё самое худшее и интересное. Всё было предрешено судьбой ещё давным-давно перед самим боем. Но похоже, что у кое-кого были совсем другие планы на эту дрянную судьбу. Магомед неожиданно для Босатки устремляет левую руку вперёд, но, вместо того чтобы атаковать, он хватается за толстое запястье врага снизу, чем вводит того в ступор. Затем он двигается левой ногой назад, упирается на неё в землю и занимает устойчивое положение. Но всё это ничто по сравнению с тем, что произошло тогда, после всего: внезапно Босатка ощутил, как будто его тянет куда-то вперёд за руку, но вот чувства сильной хватки на руке он не почувствовал. Тогда же Магомед сильно прогибается назад, продолжая всё так же держать рукой за запястье противника. И вот тогда ноги Босатки отрываются от земли, и он словно взлетает. «ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!», – Босатке пришлось в быстром темпе отпустить правую руку мальчишки и прикрыть своё лицо, так как он попросту перелетел Магомеда и грубо приземлился в нескольких метрах позади него. Герой номер десять не мог поверить в произошедшее. Его одной рукой швырнул через себя какой-то первокурсник, когда сам Босатка весил несколько сотен килограммов, а Магомед явно не обладал уж слишком большой физической силой. «Нет, всё было не так», – косатка начала думать более рационально. – «Он не швырнул меня своей силой. Не знаю, как это объяснить, но когда он схватил меня за руку и слегка поднял её, меня словно потянуло за ней. Что же это было такое?» – Э? – первые пять секунд Эми пыталась сообразить что именно сейчас произошло. А когда до неё дошла реальность, она закричала от неверия. – Он швырнул через себя Босатку?! Как он это сделал?! Стёрка, ты был прав, этот парнишка и вправду достоин зваться одним из сильнейших в твоём классе! – Я даже не мог представить нечто подобное, – пробормотал Айзава. «Теперь я окончательно убедился в этом», – подумал таинственный мужчина на трибуне. Он положил руку под подбородок и чесал его, раздумывая. – «Да, точно, этот мальчишка чёртов практикант стиля Нико. Мне следовало догадаться раньше. Сначала техники из Пламенной Каты, потом две техники из Адамантиновой Каты. Напоследок он использовал самую базовую технику Каты Перенаправления – «Плакучая Ива». Он смог перенаправить поток силы той сухопутной рыбы, и его бросили через него. Наблюдатель лишь сильнее нахмурился, видя, как Магомед пару секунд шатается из стороны в сторону и, наконец, падает спиной на землю, больше не в силах что-либо сделать. «Но он только начинающий практикант этого стиля. Видно невооружённым глазом, что его техники сильно не отточены даже до приемлемого уровня. Он их чередует, но мало, и его тело ещё не готово для Адамантиновой Каты. А Кату Перенаправления он, по всей видимости, использует впервые, ведь он и сам не в курсе произошедшего. Но, признаюсь честно, он меня не разочаровал!» «Ты меня уже достал!», – взревел в мыслях от ярости Босатка, гневно сверля взглядом на лежащего на земле Магомеда. – «Слишком много проблем от тебя! Теперь-то я разберусь с тобой здесь и сейчас!», – его громоздкая фигура угрожающе побежала на мальчишку. На тот момент Магомед еле держался в сознании. Все силы были уже полностью истрачены, и он едва ли мог даже пошевелить пальцами или приоткрыть рот. Единственное, что он мог делать, это слушать звук приближающегося противника и смотреть тупо на небо почти слипшимися от усталости глазами. – Достаточно! – Босатка тянет рукой к мальчишке, и не было точно понятно, что именно он собирается с ним делать. Но всё равно никаким его планам не суждено было сбыться: его тело остановилось в полуметре от тела мальчика и не могло сдвинуться дальше. С непониманием произошедшего он оборачивается и видит, как какая-то длинная мясистая конечность схватила его хвост своей трёхпалой когтистой лапой и крепко держит на одном месте. – Что это ещё за ФИГНЯ-Я-Я?! – внезапно конечность оттянула его назад с такой силой, с которой ему было трудно совладать и швырнула куда-то в сторону, подальше от Магомеда. – Кхе-кхе! – Магомед вдохнул пыли и закашлял. С трудом повернул голову вправо из-за доносящихся с той стороны чьих-то шагов. – А? Таинственная фигура нависла над его головой, и даже если солнце и тёмные пятна перед глазами мешали видеть всё целиком, он не мог не узнать те самые кроваво-красные глаза и ту милую, но опасную улыбку на лице одной девушки. – Ри-и-изе-е-е? – протягивая буквы выговорил то самое имя пришедшей девушки мальчишка. – Та самая! – ещё шире улыбнулась Ризе, нависнув над его лицом. Её кагуне был рядом и извивался в разные стороны, словно он был её сторожевым псом, который охранял её как свою хозяйку и был готов среагировать на любую угрозу моментально. – Пришла, наконец, спасти твою тушку! Магомед одарил её слабой улыбкой и сказал лишь одно слово: «Спа-си-бо» Его глаза тут же закрылись, и он теперь был в отключке. Глаза Кашимиро пробежались по его телу, анализируя все полученные им травмы. «Даже несмотря на те жуткие травмы, полученные в битве со мной, он всё равно отважился сразиться лицом к лицу с самим номером десять», – укол вины в сердце заставляет Ризе сжать свои руки в кулаки и с помощью одного кагуне осторожно поднять его с земли, держа за спиной, где его никто не достанет. – «Пришёл черёд возвращать добро за добро» – Стёрка, смотри, моя ученица спасает твоего ученика! Ну разве это не мило?! – яро заявила Эми, чувствуя в груди растущую гордость за Ризе. – Тут что-то гораздо большее, чем кажется на первый взгляд. – Ризе Кашимиро, ну, конечно, я должен был догадаться. Девушка резко повернула голову вправо, а, увидев там идущего к ней Босатку, она вся напряглась. Ведь сейчас аура этого героя была гораздо сильнее и угрожающей, чем до её вмешательства. – Я многое слышал о тебе, но в первую очередь речь всегда шла о твоей несравненной силе, способной соперничать с силой дочери Старателя или же с той же Йоараши Инаса. – Обо мне много чего говорят. Хотелось бы уточнения, – отвечает Ризе, выпуская из своей спины все оставшиеся кагуне. Её боевая чуйка кричала ей об опасности. – Да и глупо сравнивать меня с кем-то вроде них. Я сильно отличаюсь. – Все они так говорили, с самого начала вплоть до своего поражения, – Босатка останавливает на расстоянии десяти метров от местонахождения Ризе. – Но на деле это был пустой трёп детишек, а я желал увидеть кое-что другое. – Тогда я преподнесу тебе то, чего ты хочешь! – Кашимиро встала в свою своеобразную стойку: руки широко раздвинуты, а пальцы растопырены, ногти на них стали как когти. – Оуу, – только это и сказал Босатка. – Моё желание стоит выше твоей победы. Всё произошло слишком быстро, чтобы это можно было вообще увидеть: в ушах Ризе раздался звук взрыва земли, воздух дунул ей в лицо, и всё, что она сделала в тот самый миг, так это с помощью кагуне оттолкнулась от земли и прыгнула назад. «Я подозревала, что он слишком силён, только вот недостаточно хорошо подготовилась к этому!» На прежнем месте Босатки земля была разрушена полностью, точно так же, как и на прошлом месте Ризе. Герой номер десять спокойно вытаскивает свой кулак из уничтоженной почвы и смотрит своими красными глазами на Ризе. – Хех, успела, – тон был наигранным, с ноткой саркастичности. – Ещё чуть-чуть, и я бы попал. «Ещё бы чуть-чуть и я бы лежала на земле в отключке!», – воскликнула в мыслях Ризе. Босатка снова атаковал Ризе, и на этот раз она была готова: ловким движением кагуне она вынудила его замедлиться, а затем и вовсе устремила их в него. Кагуне двигались быстро и смертоносно, извиваясь в разные стороны, чтобы от них было сложнее уклониться или защититься. – Слишком легко, – Босатка взял один из кагуне в захват и скрутил его. Как только второй уже был на подходе, он, не глядя на него, пнул хвостом, откинув его далеко от себя, а от третьего сверху просто отошёл в сторону и швырнул того, что у него было при себе. Герой номер десять посмотрел на Ризе высокомерным взглядом и спросил: «Это всё?» Кашимиро стиснула зубы. Её кагуне начали краснеть, поверхность их стала гладкой и общий вид был таким, словно они состояла из какой-то красной энергии, принявшая форму этих кагуне. Ризе направила их все на Босатку, теперь они были ещё быстрее. Герой номер десять был вынужден атаковать их обеими руками и хвостом, вертясь по полю боя в разные стороны. Кашимиро резко остановила один из кагуне и, высоко подняв его вверх, преобразила его в шипастую руку со множеством шипов в разных местах. Этим смертоносным оружием она атаковала Босатку, герой пытался уклонится, но тут две кагуне неожиданно вылезли из земли из под ног и схватились за нижние конечности, не давая уйти. Шипастый кагуне упал вниз так быстро,что стал размытым пятном в воздухе. Герою номер десять пришлось ставить блок, атака попала прямо по нему. Поднялась пыль и куски земли, а Ризе всё не могла отделаться от чувства тревоги и опасности, витающее в воздухе. «Что дальше?», – подумала девушка, собираясь уже вернуть кагуне к себе. Но неожиданно пронеслась ударная волна такой мощи, что она смогла оттолкнуть её кагуне, её саму и разогнать всю пыль и даже оторвать куски земли. – Это что ещё значит? – Ризе прикрывала лицо рукой от пыли в глаза и смотрела вдалеке на интересную картину: Босатка держал в своих руках два каких-то браслетов, толстые такие и бросил их на землю, которая сразу же покрылась трещинами и как будто взорвалась изнутри. – Наконец-то я могу размять свои ноги, – с ноткой удовольствия в голосе сказал Босатка и вправду начал разминать свои нижние конечности. – А то целый день хожу в этих грёбаных утяжелителях, совсем ноги свело. «Только не говорите мне, что его заставили сдерживаться?!», – завопила в мыслях Ризе. – «Мне стоит тогда заняться тактическим отступлением и…» «Вжух!», – звук рассекаемого воздуха проносится откуда спереди. Не успела Ризе и что-то сделать, как в следующий миг в её левую щеку прилетает смачный удар, а её тело отделяется от земли и взлетает вверх. – Блядь, держу! – Кашимиро держала свой кагуне с бессознательным человеком ближе к телу, стараясь успешно приземлиться на землю. – Куда он делся?! – Ты не меня ищешь?! – донёсся крик сверху. Ризе как раз в тот момент летела головой вверх и своими округленными от шока глазами увидела Босатку сверху, который каким-то образом оказался там. – Пора спускаться на землю! – он быстро завертелся в воздухе и ударил хвостом по корпусу Кашимиро, отправляя её лететь стремительно вниз. «Надо смягчить падение!», – Ризе окутала себе и Магомеда всеми четырьмя кагуне, сделав своеобразный кокон. Массивное тело с грохотом упало вниз, как метеорит, ещё больше изуродовав землю на поле боя. Босатка приземляется на землю в крутой позе и медленно встаёт на ноги. – Посмотрим, где же ты, – косатка пустила по земле слабые волны, которые прошлись на полсотни метров от него и анализировали всю поверхность сверху донизу. «А вот и вы», – в уме Босатки представилась картина мира, состоящая только из чёрных нитей, которые в огромном количестве прорисовывают, так сказать, силуэт мира для него. И вдалеке от «видит» движущийся объект, чья теневая фигура из тех же линий двигалась. – «Закончим с этим!» Герой номер десять рывком сократил ту небольшую дистанцию между ним и целью и, решив не терять время, по памяти сунул руку в облако пыли и кое-кого поймал. Он ожидал увидеть руку или ногу Ризе или же обнаружить свою хватку на теле бессознательного Магомеда. Но вот увидеть в своей руке чью-то часть ноги в фиолетовой чешуйке он точно не ожидал. – А? – он приблизил находку ближе к глазам, изучая её. – Чья эта?! – Она моя! – перед лицом появилась летающая голова девушки с зелёными волосами с зубастой улыбкой, который так и кричала ему «Ага, попался!». – Протри глаза! Внезапно в глаза Босатки бросили смесь песка, земли и пыли, от которой он не смог уклониться или же защититься. Герой отпустил ногу девушки и принялся протирать свои глаза, про себя крича небольшие оскорбления. – Твою ж мать! Чёрт! Мои глаза! – Босатка всё никак не мог оправиться от этого. Летающая голова присоединилась к общему телу, принадлежащему никому иному, как Токаге Сецуне. Девушка взмахнула своими волосами и закричала: «Тяжёлая артиллерия в бой!» – Какую артиллерию?! – переспросил ослепший Босатка. Ответ не заставил себя долго ждать: огромная розовая рука, состоящая то ли из слизи, то ли из желе, схватила тушку Босатки и, высоко подняв её над землёй, резко опустила вниз, припечатав к земле. – Бр-бр-бр! – Сансан издала воинственное бульканье, продолжая прижимать Босатку к земле как можно дольше. – Так держать, Сансан! – поддержала её Сецуна и повернулась назад к незнакомой девушке, которая только недавно приземлилась на землю. – Эй, ты! Ты в порядке? Ризе пару раз помотала головой, в ушах у неё сильно звенело, а щека зудела от того мощного удара хвостом. – Жить буду, – Ризе массирует свою шею. – Но это было близко. В тот самый момент, когда она приземлилась на землю, у неё было только несколько секунд, чтобы быстро встать на ноги и перенестись в другое место. Благо, к ней неожиданно пришла помощь в виде одноклассницы и зубастой девушки из ЮЭЙ. – С этим понятно, но что с ним? – Токаге выделила последнее слово среди прочих, тем самым показывая свой больший интерес к состоянию Магомеда. – С ним всё то же самое, – Ризе велела своему кагуне приблизиться ближе и раскрыться. Там они обнаружили всё того же бессознательного паренька, который выглядел не хуже, чем его недавний вариант. – Надо его увести отсюда, здесь слишком… Внезапно из-под руки Сансан вырвалась сильная волна ультразвуковых волн. Их воздействие на тело девочки было губительным. Рука просто взорвалась, как желе, и её части расплескались по округе. – Бр-бр-бр! – Сансан недовольно отошла назад; отсутствующая рука медленно восстанавливалась к всеобщему счастью, но тот неприятный опыт точно останется в их памяти. – Ах, чёрт! Надо же было так попасться! – Босатка тёр свои разболевшиеся глаза. Пыль всё так же мешала ему видеть, а добавьте к этому куски непонятной розовой субстанции, и вы получите очень разъярённую косатку. – Вам это с рук не сойдёт! – Надо либо атаковать его сейчас, пока он не может видеть, либо отступить! – подала идею Сецуна, готовясь разделиться на части и ворваться в очередную бойню. – Ты остаёшься с ним, – твёрдым голосом сказала Кашимиро, протянув с помощью кагуне Магомеда и уложив его на землю. – Что?! Но почему?! С каких пор ты здесь самая главная?! – разразилась тирадой Токаге. – С тех пор, как я так захотела. Ты уже сделала всё, что смогла; не думаю, что, разделившись на части, ты сможешь противостоять ему. Лучшим решением будет, если ты возьмёшь Магомеда и уведёшь его отсюда. – Говоришь так, словно я тебе буду только мешать, – грубое замечание от Сецуны. – Так и есть. Я не смогу сражаться со всей силой, когда нам приходится одновременно кого-то защищать. Тем более… – Бр-бр-бр! – в их диалог вмешалась Сансан, она что-то пыталась сказать, но её проигнорировали. – Сансан, не вмешивайся! – Ты видела его мощь? Он слишком силён! А пока он слеп, мы можем вместе увезти его отсюда и самим присоединиться к остальным! – Сначала ты хотела с ним драться, а теперь говоришь об отступлении?! – В этом нет ничего позорного, если ты на это намекаешь! – сказала Сецуна. – Бр-бр-бр! – Сансан кричала ещё сильнее, она дёргала обеих девушек за руки и пыталась им что-то сказать. – Сансан, чего ты хочешь?! – грубо спросила ту Ризе. – Не видишь, я тут пытаюсь внести немного здравомыслия в голову этой… Договорить она не успела, как на них понеслась ультразвуковая волна. Ризе инстинктивно пыталась защититься своим кагуне, а Сецуна подхватила на руки Магомеда и попыталась улететь от атаки, но никто из них не успевал. Спасение пришло от Сансан; она своей рукой оттолкнула обеих в сторону, а сама приняла всю мощь атаки на себя. – Чтоб тебя! – Токаге грубо приземлилась на землю. Ей еле удалось улететь от этих волн, но они задели её правую ногу, и теперь та безвольно лежала на земле. – Сансан! – она с ужасом смотрела на то, что стало с её новообретённой подругой. Для неё это был плохой исход: её тело словно взорвалось изнутри, куски субстанции разлетелись в разные стороны, а среди них была и целая голова. Голова покатилась к Сецуне, она с шоком смотрела на лицо Сансан, которое выражало лишь боль и отчаяние. – Зачем ты так с собой?! – с небольшим упрёком она взяла голову на колени. – Бр-бр-бр, – слабо ответила Сансан. Из низа шеи медленно вырастало новое тело, но процесс был слишком долгим и даже возможно болезненным. «Вот теперь я вас вижу», – Босатка смог воплотить свой план в реальность. С помощью своей эхолокации он смог в уме спроектировать более чёткую картину мира, хоть и состоящую из простых чёрных нитей, которые понемногу вибрировали и дрожали. Но самым главным достижением стали объёмные силуэты тех вредителей, которые за сегодняшний день принесли ему уйму проблем, и теперь он знает, где они. Кашимиро отодвинула от себя свои кагуне и посмотрела на то, что стало с Сансан. «Неужели… Это из-за меня?», – жестокая реальность наконец дошла до неё в виде укола совести в сердце. – «Это из-за меня Сансан так пострадала» Кашимиро посмотрела на свои руки, словно они были теми, кто сотворил такое с ней. А ведь её просили всего лишь выслушать. – Больше вы от меня не уйдёте, – послышался голос Босатки. Ризе повернула голову в его сторону. Секунда, две, три, Ризе стиснула зубы в гневе и помчалась к нему на всех парах, устремляя свои кагуне на того, кто сегодня изрядно потрепал ей нервы. – Ты поплатишься за всё! – Ризе наносит удар по Босатке, а тот отвечает ей своим ударом. Ударная волна была сильна, но недостаточно сильна, чтобы оттолкнуть их друг от друга. Босатка бьёт её хвостом в бок, Кашимиро прокатывается ногами по земле, но собирается с силами и идёт снова к нему. Её кагуне извиваются во все стороны, нанося небольшие повреждения по Босатке, но тот словно и не чувствует этих ударов. – Я получал гораздо больше, чем ты даже можешь себе представить, – говорит Босатка, оказываясь перед ней и нанося удар в живот. – КХЕ! – Ризе выплёвывает изо рта кровь; её, как пушечное ядро, выпустили из пушки и заставили лететь. Кагуне вбиваются в землю, тормозя её полёт. Косатка бежит к ней, каждый шаг существа ощущается по вибрации земли. – А-А-А-А! – со всей силой Ризе своими кагуне по земле, уничтожая её в мелкие камушки, но даже здесь Босатка преуспел. Хвостом он отправляет всё это обратно к ней, а затем, оказавшись перед ней, атакует ультразвуковыми волнами свою цель. Кашимиро словно оказалась в трансе. Движения её стали медлительными и неточными. Но даже так, сдаваться так просто она не намерена: схватив врага обеими руками за затылок, она бьёт его головой по большому носу, заставив сделать шаг назад. – Здесь собралось столько настоящих героев, – буркнула про себя Инаса, наблюдая за жестокой бойней вдали. – Не то, что я. Ризе продолжала сражаться с Босаткой даже после того, как на неё использовали те самые злосчастные ультразвуковые волны. Тодороки пыталась встать и присоединиться к битве, даже если до этого она уже изрядно потрепалась, а ужасная травма ноги не оставляла никаких шансов. Сецуна разрывалась между двумя выборами: остаться с Магомедом и Сансан для их защиты или же присоединиться к битве против общего противника. Йоараши не знала, что ей делать дальше. Абсолютно ничего дельного не хотело лезть ей в голову. – Может, уже пора сдаться? Оставить все свои мечты стать героем? – вот такую мысль она озвучила. Напоследок она решила ещё раз взглянуть на ту битву, протекающую вдали от неё. Босатка всё так же жёстко теснил Ризе, да только она в ответ всё так же сопротивлялась ему, терпя все эти удары и раны на теле. – Сражаться изо всех сил, несмотря ни на что, и идти до конца ради победы – вот в чём истинная сущность героя, – Инаса посмотрела чуть влево, на бессознательного парня, который, хоть и был гораздо слабее её, Тодороки и Кашимиро, но всё равно сражался изо всех сил и, несмотря на любые трудности, всегда вставал. – Почему я не могу сделать так же? Вопрос терзал её душу, рвал на куски и заставлял разум истерично искать ответ на вопрос. – Ведь только отбросив свои душевные слабости вам открывается путь к победе. Последние слова, сказанные одним человеком, вдруг всплыли в сознание с Тодороки. Йоараши сделала многозадачное лицо, а позже в шоке от осознания широко раскрыла глаза. – Ну конечно. Чтобы доказать, что я достойна стать настоящим героем, я для начала должна отбросить всё то, что мне мешает! В первую очередь, все сомнения! Глаза девушки начали загораться новой решимостью. Это чувство поначалу было слабым, как огонёк от простой спички. Но с каждым прошедшим мигом огонь становился всё сильнее и сильнее, пока не стал настолько сильным, что попросту сжигал все те сомнения в душе Инасы. – Встать, даже когда все шансы против тебя! Пусть пламя моего сердца направляет меня на нужный путь к званию настоящего героя! Йоараши стиснула зубы и упёрлась руками в землю, поднимая своё тело на ноги. Такое простое действие требовало от неё титанических усилий не только мышц, но и воли. «Однажды меня спасли, и даже если это не был герой с истинной натурой, тот день и этот человек изменили мою жизнь навсегда! И я собираюсь вернуть долг, спасая тех, кто в этом нуждается!» Ветер закрутился вокруг её тела, отвечая на возросшую в ней решимость следовать своему пути. Разом Йоараши встаёт на ноги, и теперь она стоит так твёрдо, как никогда раньше в своей жизни. – И доказать себе, что достойна зваться героем, – Инaса подбирает с земли свою фуражку и надевает её обратно на свою голову, где ей и законное место. – Пора исправлять свои ошибки! – устремив руки за спину, она выдувает столько ветра, что она разом взлетела в воздух и движется подобно самолёту. В тот момент Босатка уже собрался добить Ризе. Девушка всё ещё стояла на ногах, её прочное тело позволяло это, но ту оглушающую атаку даже она не переживёт без последствий. – Одной проблемой меньше! – с долей радости закричал Босатка, намереваясь ударить по своей цели. Но и на этот раз ей что-то помешало: ветер подул на него с такой силой, что его попросту сдуло с того места и отправило куда-то подальше от Ризе. – А? – Кашимиро пыталась сообразить, что только что произошло. Её голова так сильно болела, что и думать было сложно. – Можете больше не переживать, – донёсся голос сверху, Ризе посмотрела туда, где в воздухе парила Йоараши с серьёзным видом. – Больше он до вас не достанет. – Хех, – тихонько посмеялась Ризе, потирая опухшее лицо. – Над временем для прибытия на помощь тебе нужно поработать. – Поверь мне, я только сейчас поняла это, – отвечает ей Инаса и полетела вперёд, к Босатке. – Долго ты оправлялась! – крикнул Босатка, посылая на неё свои волны. Йоараши могла бы просто увернуться от них, но решила сделать вот что: вызвав очень мощный и сконцентрированный воздушный поток, она направила его на эти волны. Ультразвуковые волны были попросту рассеяны, а Йоараши закричала следующее: «Больше они меня не достанут!» – Что?! – Босатка не мог поверить в это, пока на него обращался настоящий смерч, в центре которого находился он сам. – А-А-А-А-А! – с воинственным криком Йоараши спускает его на землю, но не позволяет ему встать. Вместо этого она закручивает воздух по спирали и двигает всю эту воздушную массу вдоль земли. Почва разрушается в ничто, когда Босатка всем телом бьётся об неё и летит дальше, вынужденный терпеть всё это. Напоследок она снова поднимает его высоко вверх, а затем с неимоверной силой бьёт его о землю, отчего земля слегка потряслась. – Ладно, так уж и быть, – Шиори смотрела на Йоараши с чуточкой шока в глазах. – Беру свои слова обратно: его причуда чертовски полезна. – Фу-у-ух! – Йоараши вытерла лоб со лба. Она вложила во все эти атаки столько сил и всё ради того, чтобы одолеть единственного врага. Казалось бы, после такого Босатка уж точно не встанет на ноги. Но вот боевое чутьё Инасы говорило совсем наоборот. Так и произошло: в воздухе раздался тихий гудящий звук, который то усиливался, то ослабевал каждые две секунды. – Хм? Что это? – задалась вопросом Инаса. Следующий миг всё решил: звуковая волна, чья мощь превышала все предшествующие ей волны, пронеслась по земле, раздробив её и направляясь прямиком к Йоараши. Девушка собрала весь ветер, который только могла за столь малое время, и атаковала им эти волны. Да только затея эта не сильно уж помогла. Атака попала по ней, Инаса описала это как столкновение с грузовиком, который сбил её с ног (в её случае с воздуха). – Кхе-кхе! – Инаса стремительно полетела в сторону; её падение было неизбежным. В воздухе пронёсся звук треска, а через секунду Инаса приземляется на небольшую ледяную горку, с которой она скатится по земле. Таким образом, её падение заметно смягчилось, и она не упала сразу на землю. – Кхе-кхе! Чудненько, не думала, что скажу тебе это, но спасибо, – сказала Йоараши, лёжа на земле, никто иной, как Тодороки. – Хм, – тихонько хмыкнула Шиори, убирая свой лёд с руки. Она стояла неровно, больше опираясь на здоровую ногу. В её глазах читались не рассказанные слова и не показанные чувства, но она, как всегда, хорошо прятала всё это. – Вставай уже. У нас есть дело поважнее. Инаса со своего положения (лёжа спиной на земле) подняла только голову и посмотрела вперёд. А когда увидела то, о чём говорила Тодороки, то вернула голову в обратное положение и ударила ногами и руками по земле. – Вот же хрень! – неожиданно для Тодороки девушка ругнулась. – Да вы что, издеваетесь над нами?! Его вообще можно уложить?! Вдалеке из клуба дыма медленно шёл герой номер десять. Его одежда изрядно потрепалась, на теле видны несколько небольших ссадин, а глаза всё так же закрыты. Но, несмотря на всё это, этот мужчина шёл всё так же твёрдо и прямо, как и в самом начале. И сейчас он был не в самом лучшем расположении духа. – Вам было дано столько свободы действий, но всё, на что вы её потратили, оказалось пустышкой! Теперь я забираю её у вас обратно и… «Тунк!», – небольшой камушек с силой влетел ему в лицо. Герой остановился и повернул голову в ту сторону, откуда это прилетело. Вдалеке он почувствовал знакомое присутствие необычной девушки, у которой из спины торчало непонятно что. – Ой! Прости, что прервала твой драгоценный монолог! – с язвительной улыбкой крикнула Ризе. Кашимиро была вся в ранах. Приняв большую часть ударов Босатки даже её прочное тело не могло пережить всё это без последствий. Но даже так, сейчас она уверенно стояла на ногах и бросалась камнями в Босатку, тем самым провоцируя его на ещё один бой. Босатка глубоко вздохнул и потёр своё измученное лицо. Всё, что он хотел прямо сейчас, так это просто пойти в свою любимую кафешку с огромным аквариумом, где он мог бы понаблюдать за прекрасными обитателями океана, не совавая туда в лишний раз. «Но нет! Позвонили мне и попросили в свой выходной день прийти сюда и подыграть им злодеем! А в итоге мне глаза ослепили пылью и камнями кидаются, как в необразованное животное! Клянусь, как только всё это закончится, я возьму отпуск!» Разумная косатка не знала, на кого ей первой напасть: на ту наглую Ризе или же на дуэт из Тодороки и Йоараши? «Они всё также отказываются объединить свои усилия против меня», – подумал Босатка, вспоминая то недавнее глупое шоу, которое те двое продемонстрировали ему в ещё самом начале. – «Ничего не изменилось, так что я разберусь с наглецой» С твёрдым намерением он двинулся в сторону Ризе, проигнорировав присутствие Тодороки и Йоараши на горизонте. Он до них ещё доберётся, вот только проучит одну девку и сразу же вернётся за ними. – Чёрт, он идёт к Ризе! Надо спасать её! – Инаса медленно, но верно поднималась с земли и была готова в любой момент двинуться на помощь товарищу. – Бесполезно, наши силы не возымеют на него никакого эффекта, – обнародовала неприятную правду Шиори. – Даже после всего, что мы с тобой на него обрушили, он всё равно стоит на ногах. Есть ли смысл продолжать впустую тратить наши силы? – Можно поступить иначе! – рявкнула Йоараши. То, что они сейчас так хорошо общаются между собой, ни капли не означает даже малейшего перемирия. Они всё так же ненавидят друг друга. – Есть же какой-нибудь способ его остановить! Например, что не любят косатки? С таким вопросом она посмотрела на Тодороки. Та, заметив её ожидание, немного смутилась и ответила прямо. – Мне откуда знать слабости косаток? Тем более что он наполовину человек. Единственное, что я знаю, так это то, что косатки являются морскими животными и не могут долго прожить без воды или в слишком тёплом месте. – Значит, мы должны использовать твой огонь, чтобы победить его? – выразила общую мысль Йоараши, и к концу её лицо переменилось с нейтрального на недовольное. – Есть ли другой способ? Мне это не… Шиори грубо перебила её: «Не нравится? Ты именно это хотела сказать? Поверь мне, мне не меньше тебя не хочется воспользоваться этим. Тем более, одного огня тут не хватит; придётся его чем-то усилить. Возможно, здесь может помочь твой ветер» – Отказываюсь! – Инаса сложила руки перед собой в виде икса как знак несогласия и запрета. – Я не стану подпитывать твоё гнусное пламя моим ветром! И даже не упоминай эту возможность! На это всё! – девушка скрестила руки на груди и, шмыгнув носом, разом повернулась спиной к Тодороки. Между ними повисла гробовая тишина, которую ни одна из них не желала прерывать из-за одной взаимной вещи – ненависти к друг другу. А время всё поджимало. Уже совсем скоро Ризе столкнётся с Босаткой и уж точно не сможет в одиночку совладать с ним. Тогда останутся лишь они двое, кто сможет хоть как-то противостоять ему. Но вместо того, чтобы договориться об общем плане, они позволяют обиде взять вверх над своим трезвым умом. – Скажи, Тодороки, ты действительно ненавидишь своего отца? – вдруг спрашивает ту Йоараши, нахмурившись. Шиори подбирает нужные слова и отвечает: «Ты даже не представляешь насколько сильно» – Тогда почему ты решила стать героем? А вот уже был вопрос личностного характера, на который ей не хотелось отвечать кому-либо, кого она терпеть не может. Но делать было нечего, другого не дано. – Чтобы доказать, что я смогу стать достойным героем лишь с одним своим льдом, – прямо отвечает она, а позже смотрит на свои руки, и её лицо слегка грустнеет. – Так было до того дня, пока кое-кто не показал мне, насколько суровой может быть судьба, если не отдать для достижения целей всего себя. А позже помог мне пересмотреть свою цель и встать на другой путь, который кажется мне более правильным и надёжным чем прежний, – девушка сжимает свои руки в кулаки. – За это я ему очень благодарна. – Кажется, до тебя тоже дошли его слова, – сказала Инаса и слегка усмехнулась от иронии судьбы. Ведь они говорили об одном и том же человеке. – Он был прав, говоря, что для достижения своих целей мы должны на время забыть обиды и оставить все слабости в стороне. И хотя я жутко зла на тебя, я не могу подвести тех, кому я должна помочь. – Хочешь сказать, создать короткое перемирие? – сложив все пазлы картинки сказала Шиори. Йоараши протяжно вздохнула: «Да, перемирие. Оставить любую ненависть в сторонке и хоть раз за весь бой объединить свои усилия для общей цели, чтобы успешно пройти этот эпизод наших жизней. Так ведь он описал этот день, да?» – Верно сказано. – Ну, тогда что? – Инаса повернулась к ней и, медленно и с неприязнью протягиваю свою руку. – Сделаем это? Шиори хорошо обдумывала слова своей советницы. Пламя ненависти к своему отцу всё ещё бушевало в её сердце и мешало пользоваться огнём как угодно. «В ту ночь он сказал мне, что я должна превзойти не кого-то другого, а саму себя. Стать… Лучшей версией себя», – Шиори взглянула на свою левую руку, на её лице отразилась стальная уверенность. – «И сделать, чтобы отец в итоге оказался неправ!» Ненависть к отцу, которое принимало его собственный лик, мигом испарилась в сознании Тодороки. Она никуда не ушла, просто-напросто отошла обратно в самые глубины сознания, где она никому не помешает. В тот же миг пламя на левой руке Тодороки вновь вспыхнуло с той же силой, что и раньше. Сжав руку в кулак и подняв её вверх к лицу, она решительным кивком ответила Йоараши. – Давай сделаем это. На лице Инасы воцарилась широкая ухмылка, которая предвещала кому-то не самый лучший день. – Тогда приступим и спасём всех! – вокруг Йоараши закружился ветер, а пламя Тодороки стало больше. Ризе с уверенной ухмылкой глядела на приближающегося к ней Босатку. Некоторые раны она успела зажить, но даже так шансов на победу в одиночку очень мало. Но именно этого и желала Кашимиро: ответить на тот вызов, с которым ей не справиться, но это даст приятные ощущения того, что она наконец сражалась изо всех сил. – Ну давай! Подходи! Закончим всё здесь и сейчас! – крикнула Ризе, приготовив свои кагуне к атаке. Босатка встал на одном месте и ответил ей: «Знаешь, у тебя шансов на победу не больше, чем у того парнишки» – Может быть, но я гораздо сильнее, чем он! Для тебя я буду большей помехой, чем был… – Нет, не будешь! – неожиданно прервал её Босатка и под удивлённым взглядом девушки пояснил. – Ты можешь атаковать меня сколько угодно и чем угодно, но если к тебе я могу легко адаптироваться, то в случае с ним – нет, ведь он всегда достаёт из рукава бесчисленные тузы и всегда действует так, как я не ожидаю от него. Тебя я могу прочитать подобно книге, но вот его нужно сперва расшифровать. До такого ещё никто из вас другой не достиг. Герой номер десять уже собирался сделать рывок в сторону Ризе, как вдруг он почувствовал то, чего он не ощущал за весь день: его инстинкты животного завопили о надвигающейся угрозе. – Хм? – с недопониманием и интересом Босатка смотрит вниз на землю. Вдруг все те чёрные нити стали вибрировать ещё сильнее с каждой секундой, а это явление распространялось откуда-то со стороны. – Что за…, – Ризе резко повернула голову вправо, а когда она увидела нечто ужасное, то улыбка на её лице стала нервной. – Опа! Это для тебя! – с такими словами она с помощью своих кагуне отпрыгнула далеко назад. Босатка повернул голову в ту сторону, откуда веяло тёплым воздухом. Вскоре он стал жарким, как в самый солнечный день, а позже - ещё теплее, словно Босатка стоял над костром. «Охх, чёрт!», – ругнулся в мыслях Босатка, поняв что к чему слишком поздно. За мгновение ока его окружило пламя, которое разом распространилось на большом радиусе от местонахождения Босатки. Герой попытался что-то предпринять, да только пламя закружилось по кругу и поднималось всё выше и выше. Так за какие-то считанные заслуги он оказался в самом настоящем огненном смерче, из которого не было выхода. «Подумать только», – Босатка сразу понял, что к чему. – «Они всё же сделали это» – Продолжаем держать его там! – кричала Инаса, направляя и усиливая своим ветром пламя. – И без тебя знаю! – Шиори высвободила ещё больше огня, и огненный смерч вырос ещё больше. Оба работали синхронно и в идеальном соотношении использованных ими сил. Пламя Тодороки было сильным, но ему не хватало дальнобойности, а ветер Йоараши был наоборот: недостаточно сильным, но его влияние простиралось на большие расстояния. Девушки решили эти проблемы, и теперь каждая стихия идеально дополняет друг друга. Отбросив на время любую ненависть, способную натравить их друг на друга ради общей цели, они наконец преодолели ещё один шаг на пути к становлению героями. – Стёрка! Они наконец-то сделали! – радостно кричала Мисс Шутка, тряся своего знакомого за плечи. – Они наконец-то объединили свои силы, как и следовало сделать ещё в самом начале! – Лучше поздно, чем никогда, – недовольно буркнул Айзава, стараясь вырваться из хватки этой, по его мнению, ненормальной женщины. – Ну ни хрена себе, конечно, вы там устроили! – кричала во всю Ризе, широко расставив руки по сторонам, словно она пыталась ими обхватить этот огненный смерч. – А вы умеете зажигать! – Да, да, мы тебя услышали, – саркастически сказала Сецуна. Она всё так же находилась рядом с бессознательным Магомедом, а ближе к его лицу была Сансан, которая успела восстановить себе половину туловища и просто лежала комочком рядом с ним. – О нет! Ребята! – один из людей героя отвлёкся от битвы и обратил всеобщее внимание на гигантский огненный смерч. – Наш босс в крайне тяжёлом положении! Из-за огня вода в его теле быстрее испаряется, и с каждой минутой он становится всё слабее, пока и вовсе не упадёт без сил! Надо ему срочно… Его прервал мощный удар хвостом по животу от Оджиро. Мальчик в кимоно быстро двигался между рядами людей в чёрном и бил каждого встречного в уязвимое место. – Никуда вы не пойдёте! – Звуковая волна! – Джиро с помощью своей причуды оглушила нескольких людей Босатки. – Ну что ж, ублюдки! – уже оправившийся от того раза Йо Шиндо положил руки на землю и создал мощные вибрации. Почва раскололась, и недозлодеи упали на ноги. – Покончим со всем здесь и сейчас! – МУЖИК! ЭТО ТАК МУЖЕСТВЕННО! – одновременно выкрикнули одни и те же слова Киришима и ТецуТецу и набросились на злодеев. – Охх, идиоты, – сказали одновременно Ицука и Яойрозу. Огненный смерч уже давно сжёг любую растительность на том месте своей мощью. Да что уж говорить о растениях? Смерч, словно из самих глубин ада, явился в этот мир по прихоти дьявола и уничтожал всю землю, оказавшуюся там по случаю жизни. Но там было одно существо, которое умудрилось выживать. И имя ему Босатка. «Объединили свои причуды, чтобы одолеть меня?», – Босатка достал из потайного кармана свою стальную бутыль с водой и облил её своё голову и тело. Глаза наконец-то смогли вновь увидеть мир и им пришлось тут же прищуриться от огня. – «Выходит, они поняли свои ошибки, преодолели их и стали сильнее и мудрее, чем раньше» Впервые за весь этап экзамена на лице Босатки воцарилась истинная улыбка, наполненная гордостью за этих детишек. «Конечно, не обошлось без его вмешательства», – герой вспомнил о том мальце, который противостоял ему до самого конца. – «Жаль, что он сейчас не видит это своими глазами. Но пора бы уже остановить это шоу» – Сколько ещё мы должны его жарить там?! – крича спросила Йоараши, продолжая из последних сил посылать свой ветер вперёд. – Не знаю! Возможно, он уже в отключке от нехватки кислорода! – ответила в той же манере Тодороки. Её левая рука уже разболелась от того количества посылаемого огня. Внезапно внутри смерча произошло нечто такое, что вызвало мощную ударную волну. Её сил хватило, чтобы ослабить это бедствие. Тодороки и Йоараши сразу же после этого остановились, перестав использовать свои причуды. Оба громко и глубоко дышали, а Тодороки даже была готова с ног свалиться от нехватки сил. Огненный смерч исчез, оставив после себя языки пламени на земле. В центре исчезнувшего ужасного природного бедствия стоял Босатка, тяжело дыша. Перед глазами у него всё качалось из стороны в сторону, как морские волны. – Проклятие! Он всё ещё стоит! – крикнула с негодованием Йоараши. – Нет, тут не всё так просто, – заверила её Тодороки. – Никто, кроме Старателя и раньше Всемогущего, не был способен пережить это без последствий. Возможно, сейчас он в крайне неудобном положении. Босатка сделал пару шагов вперёд, стараясь идти как можно ровнее. Воды в организме осталось мало, он обезвожен и находится в слабом состоянии. И, походу, кто-то об этом уже догадался. Мощный удар пришёлся по бокам Босатки, а тот даже и не заметил этого. Его тело отошло назад на десять шагов, прежде чем уверенно встало на одно место. – Значит, прошло время для твоей неуязвимости! – со злорадной ухмылкой сказала Ризе, широко ухмыляясь. – Теперь ты абсолютно беспомощен перед всем тем, что я выброшу на тебя! – Никто в мире не обладает абсолютной неуязвимостью. Я не исключение, – пояснил Босатка. – Но не только здесь ты ошиблась. – Оу, так в чём же ещё?! Не хочешь поделиться со мной?! – Я также не абсолютно беззащитен против тебя. Из тела Босатки вышла мощная ударная волна, принявшая прозрачную форму купола, который быстро расширился во все стороны. Кашимиро скрестила руки перед лицом, её тело отлетело назад с небольшой скоростью. В её ушах опять-таки звенел «белый шум», а картина мира перед глазами снова пошатнулась. Босатка собирался ещё раз атаковать Ризе, пока есть такой крошечный промежуток времени.

Полное Покрытие: 10%!

На сцену неожиданно врывается Мидория. Её тело окутывали зелёные молнии, и он быстро приблизился к Босатке, прыгнув к нему по пути и замахнувшись ногой.

Манчестерский Удар!

Нога Мидории встретилась со сдерживающим браслетом Босатки на правой руке. Пыль под ними поднялась в воздух от такой силы. «Треск!», – на браслете появилась небольшая трещина, но Босатку это не смутило ни капли. Он даже рукой не пошевелил, сколько бы Мидория ни вложил сил в удар. И вот в тот самый момент, когда могла произойти ещё одна битва, из громкоговорителей со всего стадиона раздался голос Сущего Мика. – ЭТАП ОКОНЧЕН! – голос героя заставил буквально каждого внизу остановиться и встать как вкопанный. – ВСЕ ПОСТРАДАВШИЕ ГРАЖДАНЕ БЫЛИ ДОСТАВЛЕНЫ В МЕДПУНКТ, КАК И ГОВОРИЛОСЬ В УСЛОВИЯХ СДАЧИ ЭТАПА! НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЕ ЛЮБЫЕ КОНФРОНТАЦИИ И ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ НАЗАД! ВЕДЬ С ЭТОГО САМОГО МОМЕНТА ЭКЗАМЕН ОКОНЧАТЕЛЬНО ЗАВЕРШЁН! – Неужели это закончилось? – Токаге позволила себе сесть на землю и перевести дыхание. – Сансан, ты слышала? Всё закончилось! – Бр-бр-бр! – радостно побулькнула Сансан, раскидывая свои желейные руки. Сецуна слегка посмеялась от такой забавной картины, но потом посмотрела на всё ещё бессознательного Магомеда и подошла к нему. – Эй, хмурышка, ты слышал это? Экзамен наконец-то закончился. Жаль только, что ты этого не увидишь. Токаге разделилась на несколько частей, и каждая из них полетела по полю, чтобы подобрать с земли упавшее оружие её друга и вернуть его ему позже. «Погодите!», – тут Сецуна резко встала как вкопанная. – «А он вообще считает меня другом? А я его? Кто мы для друг друга вообще такие, чем просто знакомые?» – Тебе повезло, что закончилось всё так удачно, – окинув серьёзным взглядом Мидорию, Босатка резко развернулся и потопал восвояси. – Но вы неплохо показали себя. На вас можно будет положиться в будущем. – Спасибо вам, сэр! – без доли стеснения проговорил Изуку, слегка поклонившись герою старшего по званию и опыту. «Хорошие нынче пошли студенты», – подумал Босатка. Он окинул взглядом трещину на своём браслете и слегка нахмурился. – «Если бы наш бой продолжался бы, я бы наверно не смог бы долго сопротивляться» – Чтоб тебя, зеленушка, – пробубнила под нос Ризе, гневно глядя на уходящего Мидорию с расстояния. – В следующий раз, если попробуешь сделать что-то подобное, я тебе все кости переломаю. Кашимиро глубоко вздохнула, успокаивая свой гнев внутри себя, как её учила этому Мисс Шутка. Кагуне девушки спрятались где-то в спине, и она, не сказав больше ничего, ушла куда-то сама по себе. – Что ж, полагаю, больше нет смысла оставаться в напряжении, – в попытке немного разрядить обстановку сказала Инаса, но её нервная улыбка сама по себе выдавала плохую реализацию её плана. – Пойдём, что ли, в кафетерию? Там как раз… – Спасибо, я не голодна, – резко прервала её Тодороки, окинув ту беспристрастным взглядом. – И вообще, забыла? Мы как бы ненавидим друг друга. Улыбка на лице Йоараши мигом испарилась, уступив место хмурости и холодной нейтральности. – Кто сказал тебе, что я об этом забыла? Поверь мне, такое само по себе не пройдет никогда. Тодороки и Йоараши молча смотрели друг на друга в глаза, выражая в своих взглядах все самые худшие пожелания. Первая решила оставить всё это и уйти своим путём, но она кое-что не предусмотрела. «Что б тебя, чертова лодыжка!», – конечности девушки подкосилась из-за травмы и она начала уже падать на землю лицом вниз. Но вдруг её за руки подхватывает Йоараши и удерживает прямо. Тодороки тут же с недоумением и с угрозой посмотрела в лицо Инасы. – Пусти меня, я сама. Перемирие между нами закончилось, и мне больше не нужна твоя… – В одном ты права: перемирие и вправду закончилось, – прервала её Йоараши, перекинув свою руку через руку Тодороки на плечо, а второй придерживая её. – Но в другом нет. Тебе нужна помощь, и я не делаю это для того, чтобы ущемить твою гордость и ещё что-то. Я делаю это чисто из-за обещания стать настоящим героем, а настоящий герой готов прийти на помощь даже тем, кого он ненавидит. Так что, говори, что хочешь, но пока мы не дойдём хоть до холла, отпускать я тебя не собираюсь. Тодороки хотела сказать кое-что очень и очень оскорбительное и унизительное для Йоараши, или же просто-напросто заморозить её всю, раз она держит её с правой стороны. Но что-то ничего из этого не произошло. Вместо запланированного, Шиори неожиданно для себя глубоко вздохнула в разочаровании и сказала лишь три слова. – Только один раз. – Большего я и не желала, – Йоараши двинулась вперёд, а Шиори под её крылом сделала шаг в ту же сторону, меньше опираясь на больную ногу. В мыслях девушка много раз крутила одну и ту же мысль. «Неужто я так сильно изменилась?»

🀃 🀃 🀃

– Итак, ребята, экзамен закончился. Теперь попрошу вас сделать одну вещь! – человек из комиссии обратился к своим товарищам по профессии. – Все же записали все действия своих наблюдаемых студентов?! В таком случае пусть каждый из вас сейчас спустится к ним вниз и передаст каждому из них свои записки, где находится информация о всех ошибках и правильных действиях! И поживее мне тут, а не то… Неожиданно его накрыло чувство непреодолимого страха, пришедшее откуда-то сзади. Не успел мужчина что-то сделать, как кто-то перекинул ему руку на плечо и с фальшивой добротой в голосе обратился к нему. – Ну что, вы заладили, как бешеная собака? – таинственная личность была к нему так близка, как никогда раньше, но даже так мужчина не видел его лица под той шляпой. – Давайте лучше вспомним про нашу небольшую сделку. – Сделка? Какая сделка? Не помню, чтобы хоть как-то подписывался на такое! – зубы неверно стучатся, с лба катится холодный пот, пока мужчина пытается выгрести себя из того дерьма, в которое он влез по собственной воле. – Знаете, я человек вообще не рисковый! Не люблю такие вещи, как азарт! Тут незнакомец сжал свои пальцына на плече бедного мужчины, заставляя того терпеть боль, хоть прикушенная губа выдавала истинные чувства человека. – Мальчишка показал то, на что он способен, и удивил вас всех. Теперь же, если вспоминать награду, а точнее любое желание для победителя, которое должен исполнить проигравший, я хочу воспользоваться этим прямо сейчас. «О боже-божк-боже! Да он чёртов псих во всей красе! Что бы он не пожелал, от этого я никогда не отправлюсь!» Мужчина внутри молился, чтобы желание было не просто выполнимым, но и тем, после которого он обязательно выживет и не пострадает до такой степени, что на всю жизнь останется калекой. – Слушай внимательно. Моё желание состоит в том, чтобы…, – незнакомец кажись специально растягивал этот ужасный момент. Жизнь другого человека могла оборваться в тот же миг, пока незнакомец по-дружески не похлопал его по плечу и не подсунул ему в руки свои запасы наблюдений. – Пожалуйста, передайте это за меня тому мальчишке! Я просто очень спешу, не хотелось бы опоздать! – он говорил с таким дружелюбным голосом, что у другого мужика создавались противоречия представления о нём. – Вы же справитесь с этой задачей? Мужчина вяло кивнул в ответ и нервно улыбнулся: «Д-д-да» – Вот и славненько! – незнакомец потопал широкими шагами к выходу. – П-п-постойте! – другой собрал в кулак всю оставшуюся силу и задал важный вопрос, про который нельзя забыть. – А он п-п-прошёл? Ну, т-т-тот м-мальчик! Незнакомец остановился и повернул к нему голову, показывая в тени своей шляпы острые зубы, похлеще чем у акулы или даже дьявола. – Определённо, да! Есть, конечно, парочка моментов с жёстким проёбом, но в остальном я остался им доволен! Вы уж извините меня, но мне пора! – с последними словами этот мужчина спустился вниз по лестнице и скрылся из виду всех людей из комиссии. «Пух!», – тот самый мужчина упал на колени и опёрся руками в пол. Всё тело его дрожало, как осиновый лист, а в глазах отражался неимоверный страх перед тем существом. – Ваша жизнь никогда не будет прежней, – именно тогда он вспоминает те самые слова, которые он, как назло, не воспринял всерьёз до сего момента. «Он был прав! Моя жизнь никогда не будет прежней!»

🀃 🀃 🀃

– Это был чересчур насыщенный разными событиями день, Стёрка, – Эми разминала руки и спину и уже собиралась спуститься вниз к своим ученикам. – Пойдём поговорим с нашими учениками. Узнаем, как там у них дела. – Ты иди вперёд, а я догоню, – пробормотал Айзава, глядя куда-то вперёд. – Просто подумаю над кое-чем и сразу же спущусь. – Окей! Но тогда тебе придётся пообедать со мной в кафетерии! – показав с игривым шестом указательными пальцами на подпольного героя, Мисс Шутка мигом спустилась вниз по лестнице. Айзава на заявление ничего не сказал, а так и продолжал смотреть куда-то вдаль, думая, почему ему вдруг стало так не по себе. – Грядёт что-то ужасное, – произнёс он вердикт, вставая со стула и медленно топая к лестнице.