ЭПИЛОГ

Они всё-таки решили поехать. Вечер встречи выпускников, и Гермиона надеялась, что спустя пять лет на них перестанут смотреть как на василиска. Короткий, полный ужаса взгляд и – быстро отвести глаза. Нечто невообразимое. Гарри и Рону понадобилось так много времени, чтобы просто смириться с этим. Начать общаться хотя бы удалённо. Она не видела их со дня выпуска и нервничала. Когда они оказались лицом к лицу, Рон не смотрел на неё, а Гарри просто обнял. И у Гермионы отлегло от сердца. – Мы тебе рады, Гермиона. И какой бы выбор ты ни сделала, мы его примем. Похоже, вся жизнь нашего трио — это сплошные испытания. Он улыбался. – Да, потому что видеть рядом с тобой Малфоя — регулярное испытание для моих нервов, — буркнул Рон. Гарри хмыкнул. – Гермиона всегда знала, что делает. И я всегда ей доверял. Доверяю и сейчас, – Поттер снова заключил её в объятия. – Я просто надеюсь, что ты будешь в порядке. – Если мы узнаем, что ты не в порядке, то оторвём ему голову! – не унимался Уизли. – Рон, я прошу тебя, — усмехнулась Гермиона. – У нас с Драко всё в порядке. Он не обижает меня. Он делает меня счастливой. Произнеся эти слова, девушка поняла, что это чистая правда, и что действительно счастлива. Безо всяких условностей. Когда она наговорилась, наконец, с друзьями, восторженно обменявшись новостями и выслушав о том, каким крутым вещам Гарри и Рон обучились за время стажировки в аврорате, девушка вернулась к Малфою. Они не стали садиться ни за стол Слизерина, ни за стол Гриффиндора. Решили прогуляться до башни старост. До места, где всё началось. Разумеется, сейчас там жили другие люди, поэтому вежливо поздоровавшись с сонно кивнувшим им портретом наездницы, прошли дальше. Прогулялись по коридорам и поднялись на Астрономическую башню. Драко накинул на Гермиону согревающие чары, как только они вышли на открытую, продуваемую пронизывающим зимним ветром площадку. Для надёжности набросил ей на плечи ещё и свою мантию. – Грейнджер, — его голос упал на октаву, когда он склонился к ней, надевая мантию. – Не хочешь по-быстрому перепихнуться? За время учёбы мы так и не сделали этого на Астрономической башне. – Малфой, ты что, сдурел? — она отшатнулась, шутливо шлёпнув его по руке. – Сейчас зима, такой холод вокруг! – Тогда тоже была зима, помнишь? — он наступал на неё, хищно улыбаясь. Она помнила. Первый раз. Ни ледяной ветер, ни мокрая одежда, ни то, что под ними было лишь его пальто и слои снега и льда, им тогда не помешало. — А что, если сейчас мне… — она отступила на несколько шагов, нерешительно сжала губы и подняла на него глаза. — Что, если сейчас мне нельзя переохлаждаться? — Что ты имеешь в виду? — он остановился, прищурившись и испытующе глядя на неё. — Помнишь нашу годовщину? — она невольно улыбнулась. — Ты тогда так меня вымотал, что я сразу уснула. А потом просто закрутилась и… совсем забыла про… Глаза Малфоя слегка расширились, а затем он подался вперёд. Гермиона уже давно не боялась его реакции, знала, что даже с демоном внутри он никогда не причинит ей боли. Нежеланной боли. Она встретила его взгляд и объятия. Малфой ткнулся губами в её макушку, проговорив в волосы: – Грейнджер, нам… будет непросто. Гермиона довольно выдохнула, расслабляясь в его руках. – Как будто когда-то было просто. … Уходя на прогулку с Грейнджер по замку, Драко бросил Нотту сигареты – тот забыл свои и стрелял у всех. Снейп предупредил, что проклянёт любого выпускника на месте, если кто-то посмеет курить в общем зале, поэтому они с Блейзом прошлись до коридора, поневоле недолго сопровождая Грейнджер и Малфоя. Наблюдавший за ними Тео цокнул языком. – Ты когда-нибудь мог себе представить, что это возможно? Он и она? Это же…, — он развёл руками, словно ему не хватало слов, чтобы описать степень этого всеобъемлющего пиздеца. – Ну, мы все начинаем отношения с огромными ожиданиями, – обычно немногословный Блейз слегка захмелел от пятого стакана огневиски и решил потрепаться с однокурсником, давно же не виделись. – Большинство из нас, по крайней мере. А эти отношения совершенно точно начинались как сплошная безнадёга. Они оба ничего друг от друга не ждали. Если бы он женился на какой-нибудь Астории, ему было бы гораздо проще. У них были одинаковые взгляды, их одинаково воспитывали. А какой любви можно ждать от человека, которого ты травил на протяжении нескольких лет? Того, кого тебя науськивали ненавидеть? Разве можно полюбить того, кто обзывал тебя грязнокровкой? Кто всегда презирал? Но их отношения так охуительно прекрасны, потому что дают надежду на то, что всегда найдётся человек, который примет тебя безусловно, со всеми твоими недостатками, каким бы дерьмом ты на самом деле ни был. Это просто какая-то грёбаная сказка!.. Я бы ни за что на такое не подписался. Нотт только пожал плечами. Ему нечего было на это возразить. Он сделал по примеру Блейза глубокую затяжку и скривился. – Салазар, это что – ягоды? Смородина? Дай лучше свои. У Малфоя какое-то приторное говно, – скривился он. У него было такое в первый раз. С первой затяжки – и сразу неприязнь. Во рту всё ещё оставалось послевкусие горькой смородины. Нет. Он бы ни за что не смог полюбить эти дерьмовые сигареты.