Глава 13. Принцесса Солнечного Храма.

НЕНАВИСТЬ.… ПОЗВОЛЬТЕ МНЕ СКАЗАТЬ ВАМ, НАСКОЛЬКО Я ВОЗНЕНАВИДЕЛ ВАС С ТЕХ ПОР, КАК БЫЛ ИЗГНАН СЮДА, НА 600 МИЛЛИОНОВ КВАДРАТНЫХ МИЛЬ БЕСКОНЕЧНОГО ПОЖАРА И ЖИДКОЙ ОГНЕННОЙ ЗЕМЛИ ПОД НОГАМИ, БЕЗ ЕДИНОЙ НАДЕЖДЫ НА ПОМИЛОВАНИЕ. ЕСЛИ СЛОВО "НЕНАВИСТЬ" НАПИСАТЬ НА КАЖДОЙ ЭЛЕМЕНТАРНОЙ ЧАСТИЦЕ ЭТИХ СОТЕН МИЛЛИОНОВ КВАДРАТНЫХ МИЛЬ, ТО ЭТО НЕ ВЫРАЗИТ И МИЛЛИАРДНОЙ ДОЛИ ТОЙ НЕНАВИСТИ, КОТОРУЮ ИСПЫТЫВАЮ Я В ДАННУЮ МИНУТУ ПО ОТНОШЕНИЮ К ВАМ. НЕНАВИЖУ, НЕНАВИЖУ, НЕНАВИЖУ! НО ТЕПЕРЬ ИГРА БУДЕТ ПО НОВЫМ ПРАВИЛАМ! Я ОТОМЩУ КАЖДОМУ, ПО ЧЬЕЙ ВИНЕ Я БЫЛ ОБРЕЧЁН НА ВЕЧНЫЕ МУКИ! И НАЧНУ Я… С ДЖИНОВ. ДЖИНЫ… ЧЁРТОВЫ ДУХИ, ЧТО ПОДСТАВИЛИ МЕНЯ! НО НИЧЕГО… ТЕПЕРЬ Я НЕ УСПОКОЮСЬ, ПОКА НЕ РАЗДАВЛЮ, СЛОВНО МЕЛКУЮ БУКАШКУ, КАЖДОГО ЖАЛКОГО ВЛАДЕЛЬЦА МАГИЕЙ, ПОСЛЕ ТОГО, КАК ЭТА БРЕННАЯ ЗЕМЛЯ СТАНЕТ МОЕЙ… А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!!

***

– АААХ! Фух… Это был всего лишь сон… Опять. Внезапно, Лео очнулся ото сна. Оказалось, вся эта речь – лишь продукт его дурного воображения… Прошло несколько часов. Или, по крайней мере, это было похоже на несколько часов. Когда он наконец сориентировался, то оглядел камеру. Это было очень...комфортное помещение. Там было кресло для отдыха, которое выглядело слишком дорогим даже для того, что было у него дома (а там всё было недёшево, это точно). На полу было несколько подушек, ковриков, мебель. Даже стоящее зеркало было. Он подошел к нему и посмотрел на себя. Его лицо мгновенно покраснело… «Святая Мать всех джинни…» – подумал он… Он выглядел как космическая принцесса. Его чёрные угольные волосы несмотря на то, что они были в меру короткими и лохматыми, были собраны назад в причудливом королевском стиле, закреплённые на голове золотым круг, на котором спереди выступала статуя змеи. Что касается одежды, он был одет, будто космическая проститутка. Золотой бюстгальтер и золотые, твёрдые, будто доспехи, подобие трусов с обручем, словно у Шантае. У него даже были две причудливые накидки сзади и спереди – обе цвета индиго, которые все равно смотрелись по-девчачьи... Он был весь в золотых украшениях и бретельках. – Бля, ну и модники… Даже стрелки мне нарисовали… Я на ту египетскую кошку похож… Как же её… Ах, ладно. Где я вообще? – Лео оглядывался по сторонам, на все эти роскошные гобелены и ковры, пытаясь понять, где он может находиться, и где его друзья. Как вдруг, он припомнил один из рассказов… «Точно! Шантае же рассказывала, что её и девочек вместе с Риски приняли за принцесс, и поместили в такой же храм… Может, это он и есть?.. Так, а как мне это поможет?..» – думал тот про себя, почёсывая свою прилизанную голову… – Да уж… Трудно сказать, когда ты заперт в камере, внутри храма. Ещё и вещи все отобрали, вместе с пистолетом… Даже нижнего белья не оставили. А в рюкзаке, в номере осталась карта. Я должен выбраться отсюда, и спасти друзей!.. – Лео посмотрел на своё отражение в зеркале, после чего покраснел, – ...но, пожалуй, не в таком виде… (////) А то ещё увидит кто… Лео тут же принялся все снимать. Он снял обруч со змеёй с головы, освободив волосы и слегка растрепав их, снял тяжёлый золотой бюстгальтер и самые разные украшения. Единственное, что он оставил, это золотые трусы и накидки, чтобы не быть полностью обнаженным. Но даже несмотря на все это, он все равно почувствовал себя несколько униженным, даже будучи одетым… Он бросил взгляд на дверь помещения, где он находился… Это была решётчатая дверь камеры, с замком для ключей. Он присел на кресло для отдыха, придержавшись за свою голову, и посмотрев в сторону двери. Он не был уверен, есть ли способ выбраться. Прямо возле него теперь стоял тощий охранник в коричневой робе, повернувшись к парню спиной, как будто он защищал его и не наблюдал за ним. С его задней стороны он увидел ключ, свободно свисающий с пояса охранника… – Ага, а вот и возможность… Надо выбираться из этого дерьма… И желательно - найти друзей, и свои вещи… – тихо сказал Лео про себя, уже начав делать то, что могло помочь… Он взял в руки одно из украшений – плотные бусы из жемчуга и золотых вставок. Тут же распотрошив их, он сделал на конце прочной и твёрдой лески крючок. Немного проверив на прочность леску, он медленно и тихо подошел к двери, прежде чем медленно вытянуть руку. Я осторожно подцепил ключ с его пояса, стараясь не издавать никаких звуков с металлом. Это сработало. Охранник ничего не заметил. Тем не менее, Лео не мог просто уйти с ним, стоя там, поэтому он тихо вернулся на ковёр своему стулу и лег, притворяясь спящим. В конце концов, через несколько, охранник ушел, казалось, в спешке… Он вернулся к двери и осмотрелся. Там никого не было. Лео начал в спешке открывать дверь камеры. Он распахнулся, чуть громче, чем он надеялся. Парень тут же выскочил из камеры, побежав вперёд, по коридорам, пока не наткнулся на что-то большое и тяжёлое, упав на пол… Оно повернулось к нему лицом, и он понял, что просто столкнулся с огромным охранником, против которого невозможно будет сопротивляться… – Ясно, пошел я наху… Его утащили беспомощно, словно тряпичную куклу, как бы тот ни брыкался… Охранник затащил его в камеру, и бросив на ковёр, без слов закрыл камеру, и снова отправился дальше… Лео же решил воспользоваться возможностью, и немного отдохнуть. Поэтому лег на стул, расслабляясь и глядя на дверь. Он внимательно смотрел на окружение, чтобы запомнить закономерности в движениях охранников, и в конце концов, сбежать незамеченным… Наконец, оглянувшись, Лео дождался, когда точно останется один, после чего поднялся на ноги, и снова вскрыв дверь с помощью ключа, но уже тише. И, осторожно открыв двери, метнулся из камеры, скрывшись в тени… «Хех, они даже обыскать меня не додумались…) Так, план: найти место, где могут быть наши вещи. Потом – перенести их поближе, но спрятать. А потом – найти остальных… Надеюсь, с ними всё будет нормально…» – думал про себя Лео, двигаясь по коридорам… (OST: “Dharma” by Headhunterz, KSHMR) Женские «доспехи» довольно-таки сильно натирали между ног, поэтому приходилось двигаться, как Рикардо из “Flex Air”. Лео шёл по тёмным коридорам, скрываясь в тени, и стараясь не вызывать лишнего шума. Ему вовсе сейчас не нужны были встречи со стражниками, которые могли утащить назад в камеру… К счастью, другие камеры держались достаточно близко друг к другу, но в большинстве своём они были пусты. К шоку героя, внутри одной из клеток он разглядел Шантае, лежащую в похожем наряде, и в одиночестве среди подушек. Однако, тот быстро проскочил мимо, чтобы она вдруг не увидела его в таком странном наряде. Одних только очертаний Шантае хватило Лео, чтобы представить, как может выглядеть девушка в таком прекрасном костюме… Это даже заставило пока что слегка натянуться его золотое нижнее бельё… «О, чёрт…(////) Надо срочно найти одежду, и перестать об этом думать… Должно быть, Шантае тоже в плену. Это не так плохо – вдвоём будет попроще найти остальных. Остаётся только надеяться, что она там живая… А этого я не проверил…» – думал про себя Лео, продолжая бежать в поисках вещей… Своих вещей наш герой так и не нашёл. Но вместо привычного хаоса и разбитых надежд он обнаружил величественный вход: массивные, покрытые платиной железом ворота, поднимавшиеся почти до самого потолка, будто вырезанные из одного единственного гранитного блока. Каждая деталь была испещрена древними символами — иероглифами, напоминающими египетские, но с каким-то странным, чужеродным оттенком, словно кто-то переписывал их из забытой эпохи. Осторожно отворив дверцу, осторожный щелчок петель раздалась в полной тишине, и, убедившись, что внутри никого нет — ни шагов, ни голосов, ни даже шороха тени — Лео сделал первый шаг внутрь… – Вот так да… – тихо произнёс герой, проходя внутрь, и оглядываясь вокруг. Это был огромный зал, простор которого поражал не меньше, чем масштаб сооружения. Высокие сводчатые колонны, украшенные барельефами, изображающими крылатых химер и странноватых существ с головами львов, и сов, удерживали невидимый потолок — ведь настоящего потолка здесь не было. На самом деле, прямо над центром зала открывалось открытое небо — огромное окно, обрамлённое барельефной окантовкой, позволявшая солнечному свету пробираться сквозь толпу воздушных частиц, рассеивая его мягким, медовым светом. Рядом с каждой колонной – факела, тяжёлые деревянные подставки, вырезанные в виде голов сфинксовых, а сами они горели, не мерцая, словно жила в них вечная энергия. – Ого… нехило живёт принц солнечного храма… Эх, мне бы мои 16 – вынес бы его целиком… – отшутился он, прохаживаясь по залу, совсем забыв про неудобный доспех из золота… Вдоль стен стояли ряды доспехов — каждый — уникален. Металлические нагрудники, инкрустированные блестящими пластинками, шлемы с длинными, торчащими назад перьями, щиты, расписанные сценами боев, сражений и жертвоприношений. Некоторые из них казались новыми, хотя по виду — уже тысячу лет. По середине зала, на высоком, выступающем из стены пьедестале, стоял величественный трон, выполненный из темного дерева, инкрустированного слоновой костью и черного гранита. Подлокотники — это были изваяния двух мифических пум, взгляд которых был направлен прямо на центр зала. А сама спинка трона — одна сплошная композиция: солнце, восходящее между двумя плоскими лицами, вероятно, божественных владык. И всё это — под тенью открытого неба, где время, казалось, замедлилось, а каждое движение отражалось в затаённых уголках, словно приглашение к путешествию в другую реальность. Лео остановился, ошеломлённый красотой и масштабностью этого места. Он чувствовал, как кровь стучит в висках, а в груди — как будто живёт что-то большее, чем просто страх или любопытство. Его взгляд, не в силах больше сдерживать восхищения, упал на ту часть зала, где, справа от трона, начинался узкий, тёмный коридор — будто пасть, поглотившая свет. Оттуда доносился холодный, сырой ветер, словно воздух в этом месте был отдельной системой, отделённой от остального мира. – Тааак, а вот это уже знак… Туда нам надо…) – произнёс парень, побежав прямо туда… Пол под ногами — мрамор, выложенный в виде солнечных лучей, расходящихся от центра, словно изображение солнечного затмения. Через несколько метров коридор круто повернулся, и снова стало заметно — тёмные стены, выложенные плитами с резными изображениями, которые, кажется, двигались, если смотреть не мигая. И вот, внезапно, он попал в комнату — огромную, как дворец, — где, выстроенные в плотные ряды, стояли сундуки с золотом и драгоценными камешками. Бочки, доверху заполненные то саблями, то копьями, то цепями. Деревянные шкафы с металлической отделкой, со щитами, доспехами, самым невероятным оружием, какое только можно себе представить. На их дверцах были печати, изображающих змееподобных богов и глаза, никогда не спящие. А потом — рядом, в глубине, среди этих сокровищ — он увидел одежду. Пара ярких белых шорт, обрамлённым золотом, и имеющих объемный гульфик. Кроме того, на лёгком золотом пояске были снова две синих накидки, но уже по бокам, оголяя красивый гульфик. Несколько золотых брекетов, обхватывающих предплечья. Объёмный немес, шитый золотыми и тёмно-синими полосами, и с такой же основой из обруча в виде змеи. Длинное нашейное ожерелье с большим, как монета, янтарным амулетом, изображающим глаз. Рядом — высокая, инкрустированная драгоценными камнями посох, с фигурой грифона на верхушке. Лео протянул руку, коснулся одежды — она была мягкой, но прочной, как будто соткана из ночного воздуха и света… – Ооох, вот это мёд, а не одежда… Кажется, с этим будет удобнее… – рассудил Лео, после чего начал тут же сбрасывать с себя низ, полностью оголяясь… Снимая одежду “фараона” с манекена, и надевая ту на себя, оставив только посох. Однако, на стенде он углядел прикольные оружия в виде двух острых блестящих серпов с обтянутыми кожей золотыми ручками… Тут же схватив их он осмотрел из с обоих сторон, и проверив их в руках, он понял, что это может пригодиться ему… – Я Принц Персии… И моя миссия – захватить замок индийского махараджи, и вернуть к жизни отца… Проклятый визирь ответит мне за предательство… – величественным голосом произнёс Лео, после чего слегка посмеялся со вздохом, – …хе-хе))) Фух, ладно, надо уже искать остальных… Так выйдя за массивные двери тронного зала, и завернув за угол, Лео очутился перед лабиринтом коридоров из плотного, выщербленного серого камня — материала, который, казалось, не желал ни одного лучика света, отражая его, как грязь. Тьма здесь была не просто отсутствием освещения — она была живой, напряженной, давящей, словно воздушный слой, придавливавший плечи. Ни единого факела, никаких масляных ламп, даже следов былых кольцевых светильников. Только несколько бледных лучиков солнечного света, просачивающихся сквозь узкие, затянутые решётками окна — маленькие, как глаза бродячего кота, они лишь отмечали дорогу, не освещая её, а скорее намекая: «Здесь есть выход… если ты сможешь его увидеть». Было так темно, что даже собственные руки, протянутые прямо перед собой, казались неясными пятнами, растворявшимися в воздухе. Пальцы, едва различимые, будто были начертаны на бумаге, которая начала быстро исчезать. От страха, перехватывающего горло, ноги сами начинали двигаться медленнее, шаг становился осторожнее, каждый вздох — будто раскатывает эхо в глубокой пещере. Он шёл, опираясь на холодную стену, чувствуя, как тонкие трещины в камне впиваются в ладонь. Сердце стучало, будто внутри была заключена металлическая пульсирующая игла — каждый удар — сигнал тревоги, предупреждающий: «Не торопись! Попадёшься!» Но продолжать надо было. И вот, шагая, он замечает первое — трещину в полу, чуть заметную, почти невидимую среди общего уныния. Увы, это не путь — это ловушка. Мгновение — и Лео, приподнявшись на цыпочках, чуть ли не в полете, рванулся в сторону, цепляясь своим новым оружием за шершавую поверхность стены. Его тело буквально пролетело над ямой, шириной 30 футов, но дно которой было усеяно десятками острых, как бритвы, шипов, сделанных из чего-то тёмного и твёрдого — возможно, того же самого вещества, что и кости древних существ. Один из таких шипов, стремительно вылетевший из-за края, чуть не задел его ребро. Чуть ниже — более изощрённые по форме шипы вращались, будто пытаясь поймать кого-нибудь из пассажиров. Но Лео, ощутив их движение, успел — и, вонзив свой серп в край повреждённого фрагмента стены, резко рванулся вверх, как будто лазил по вертикальному канату. Цепь дернулась, ударившись о камень — и снова замерла, словно подчинилась ему, и Лео оказался на другом конце ямы, двигаясь дальше… А потом — другая, ещё более странная опасность: комната, в которую он попал внезапно, словно выскочила из стены. Стенки, казалось, сжимались — медленно, но неумолимо, как челюсти исполинского зверя. Легкий, едва слышный скрип, жуткое дыхание — и тут же, как по команде, одна из стен двинулась внутрь. Лео понял: если не пройти — будет раздавлен. Он рванулся вперед, пригибаясь, скользя спиной по сырой, покрытой плесенью стене. Еле-еле пролез в странный проход, между стен, которые сдвигались, будто собирались сложиться в одну толстую плиту. В последний момент, когда голова уже почти столкнулась со стеной, он высунул руку — и, удержав её на внешнем краю, вытянул тело, словно натягивая трос. Удар. Хруст. Камень. Тишина. «Фух… Пронесло…» Подумал Лео про себя. Он остался жив. Вытер пот с лица — и только тогда понял, что дышит ртом, как будто только что вылез из воды. Но тьма вокруг всё так же давила, и герой побежал дальше, а в голове — мысли, как будто кто-то другой, кто-то давно умерший, шепчет… «Пока ты жив — не останавливайся…» Оказавшись у самого потолка огромного дворца — высокого, изящно вырезанного из белоснежного камня, словно сотканного из лунного света, — Лео замер на прочной деревянной балке, покрытой древними гравировками, которые, как ему показалось, изображали сцены из давно забытых войн и ритуалов. Под ногами, сквозь прозрачную решётку, простиралась невероятная архитектурная композиция: бесконечные коридоры, сводчатые залы, переходы между уровнями, сплетённые в сложную сеть, будто внутреннее устройство живого существа. А прямо перед глазами — ряд камер, словно застывшие в мраморных глубинах… Лео сразу узнал Сойку — её блонди-волосы были заплетены в три коротких косички сзади, и закреплены обручем со змеёй. Она билась в решётке, сжимая металлические прутья в кулаках, голос её разносился эхом по полым проходам: «Я не принцесса! Я не хочу снова быть частью этого ритуала! Пустите меня!» Её лицо было искажено страхом, но в глазах — не отчаяние, а гордость. Он понял: она всё ещё верила в себя, несмотря на цепи. И о каком ритуале она говорила?.. По соседству — Гнилька. Лениво лежала на полу, закрыв глаза, словно расслабилась в тепле, которое давало ей это место. Рот её был чуть приоткрыт, а на лице — странное выражение удовольствия. Только лёгкая улыбка тронула уголки губ. Казалось, она чувствует себя в безопасности, может быть, даже счастливой. Как будто плен — её дом. Что-то в этом вызвало у Лео смешанные чувства: что здесь такого, что ей так нравится? А потом — взгляд на последнюю клетку. Пустую. Без людей. Только подушки и ковры на полу. Шантае сбежала. Удалось. Лео на секунду остановился. Он не знал, куда она направилась. Может, вниз, в подземелья, может, в коридорах ищет других… Но одно было очевидно: она выбралась. И это дало ему силы двигаться дальше… Не теряя времени, Лео начал продвигаться по внешнему карнизу, стараясь не шуметь, не касаться металлических элементов, которые могли зазвенеть. Он знал — каждый шаг должен быть точным, каждое движение — осмысленным. Мимо прошли два воина в черных масках, их шаги сливались в единую ритмичную песню, которую нельзя было игнорировать. Они проверяли все уровни, пальцы скользили по рычагам, открывали люки, вслушивались в тишину. Лео затаился, прижавшись к балке, и держал дыхание, пока они не исчезли в повороте. «Продолжай искать. Ты за ними ещё вернёшься.» – думал он про себя… Лео прошёл мимо двух ловушек: одна — механический клиновидный механизм, который выбрасывал острые шипы из пола, другая — ловушка с пламенем, которая активировалась при приближении теплового сигнала. Он обошёл их, используя тень, бросаемую кронштейнами, и дышал медленно, чтобы не вызвать реакцию. Наконец, он достиг тёмной комнаты — маленькой, почти незаметной, затерявшейся в углу главного храма. Её вход был закрыт массивной железной дверью с надписями на древнем языке, которые Лео не смог расшифровать. Но рядом — охранник. В длинном, потрескавшемся балахоне, с лицом, скрытым под капюшоном. Он ходил взад-вперёд, как часовой, не торопясь, с равномерным шагом, словно время здесь вообще не имело значения. Лео не колебался. Он вытащил свой серп, и одним резким движением нанёс удар рукояткой по затылку. Хруст кости, мягкий звук падения, и охранник рухнул, не издав ни одного звука. Лицо его коснулось пола, а тело раскинуло руки. Лео вошёл внутрь. Комнату освещал лишь один факел, висевший на цепи. Воздух был сырым, тяжёлым, пахло плесенью и чем-то металлическим. Пол — из потрескавшихся плит, образовавших причудливый узор. А в центре — пустота. Почти ничего. Но затем — взгляд упал на бочку, покрытую пылью. Рядом — большой мешок из грубого холста, наполненный чем-то мягким, но тяжёлым. А на мешке – одежда, аксессуары, и всё, что принадлежало ребятам… – О, наконец-то… – прошептал Лео, ринувшись к вещам и осматривая их, – Так… Вот мои, Шантае, Сойки, Гнильки… А… А где вещи Боло? Он что, не здесь?.. Отсутствие вещей сильного друга очень озадачило Лео — не просто тревожило, а будто глубоко пронзило самую суть его восприятия мира. Как такое могло случиться? Разве Боло, всегда такой надёжный, сдержанный, словно камень, способный вынести любой шторм, мог исчезнуть так внезапно, оставив после себя лишь пустоту и недоумение? Мозг Лео метнулся в сторону самых жестоких гипотез: может, тот ужасный ураган, который прошёл недавно, разметал всё, что было связано с Боло — выбросил его далеко, в какие-то дикие, забытые богами земли, где даже ветер не знает имени своего жертвы? Или, что ещё страшнее — может, от него уже избавились, как от ненужной детальки?.. И тогда в голове всплыла ужасная мысль: ведь сам Лео был принят за девушку — несмотря на стройное тело, довольно широкие плечи, суровое лицо — всё это не имело значения для тех, кто здесь их запер. А если так — возможно ли, что Боло, человек с более низкой, но и более мощной фигурой, с гордым взглядом, с голосом, напоминающим раскат грома, был воспринят не как мужчина, а как опасность, как чужак? Но Лео не позволил себе углубляться в эти мысли — они слишком сильно давили на мозг, как будто каждая фраза в них была последней каплей, которая может сломать плоть духа. Он вздохнул, сжал кулаки, схватил свой холщовый мешок — грязноватый, потёртый, но прочный, как его собственные решимость и память, и тут же опустошил его от содержимого – угля. Откуда он, какой он, даже думать не хотелось... Собрав в него все вещи друзей, которые нашлись в тёмной комнате, и аккуратно положил их внутрь. Он отнёс мешок на видное место — под крышу храма, где свет солнца пробивался сквозь трещины в камнях, а воздух пах травой и чем-то древним, почти священным. Там, среди разбитых статуй и обгоревших алтарей, мешок стал символом памяти. Не мог быть утраченным, не должен был исчезнуть. Потом Лео снова отправился в глубины храма — теперь уже не просто искать других, а искать ответы. Потому что, если Боло и Шантае действительно исчезли, значит, есть причина. И она должна быть где-то рядом… Минут десять он шагал по тёмному коридору, где стены покрывала плесень, а на полу валялись обломки керамики. Ничего особенного. Только тишина. И вдруг — стук. Лязг металла. Где-то впереди — шорох, как будто кто-то двигался, но не по полу, а по воздуху. Лео замер. Сердце забилось быстрее. Он медленно поднял взгляд, готовясь обороняться серпами… – Стоять!.. Я… Ох, божечки…(////) – Лео в мгновение смутился, опустив серпа, и поняв, кто перед ним… Перед ним стояла она – Шантае. В точно таком же одеянии, в которое когда-то одели и Лео. Но будучи на ней оно просто поражало воображение. Золото — не просто цвет, а материал, переливающийся, как жидкое солнце, будто скованная из его лучей. Золотой бюстгальтер и золотые, твёрдые, практически обнажающие каждый изгиб её тела: стройную талию и живот, прекрасные женственные ножки, хрупкие и одновременно крепкие плечи, и весьма заметную округлую грудь, которая теперь буквально бросалась в глаза. По рукам — браслеты в виде змеек, которые звенели с каждым ударом по белью. За спиной — такая же синяя накидка, мягкая, как облако, но тяжёлая, как судьба. А главное – её волосы. Фиолетовые, как ночное небо над пустыней, длинные, до поясницы, сплетённые в одну невероятно пышную косу, опущенную за спину. Она была закреплена обручем в форме змеи, изваянной из того же золота, что и её одежда. Змея смотрела вперёд, глаза — из красных камней, будто бы наблюдает за всем происходящим, и Лео почувствовал, как мурашки побежали по спине, а по щекам и снизу снова приливает кровь… – Л-Л-Лео?..(////) – произнесла полуджинни. Заметив друга, она слегка прикрыла своё тело руками… Шантае же также замерла на месте, увидев Лео перед собой — сердце забилось чаще, а щеки слегка покрылись румянцем. Она давно ждала этого момента, надеясь наконец увидеть друга, но увидеть его в таком виде… Это было нечто большее, чем просто ожидание. То ли солнечный свет падал слишком прямо, то ли этот образ действительно был настолько неожиданным, что даже восприятие как будто вышло из-под контроля… Его белые шорты, выше колен, едва прикрывали подтянутые ноги, но именно объёмный гульфик на них, казавшийся почти живым, вызвал трепет в душе. Он не просто выглядел странновато — он буквально бросался в глаза, провоцируя мысли, которые Шантае раньше никогда бы не допускала… И всё же, несмотря на всю притягательную силу этой картины, Шантае чувствовала себя неуверенно. Её глаза словно неподконтрольные ей, блуждали по телу Лео: чёткие контуры пресса, мягко переходящие в бока, широкая спина, которая, кажется, расправлялась от каждого движения, как крылья у птицы, готовой к полёту. Её взгляд будто запутывался в деталях — то задерживался на плечах, словно пытаясь осмыслить их размер, то падал ниже, на живот, где тени от мышц создавали эффект глубины, будто там находилась настоящая художественная композиция. И в этом, может быть, и заключалась главная проблема — она не знала, куда девать свой взгляд. А ведь он сам, Лео, тоже был словно застыл, будто остановлен в моменте, охваченный собственным смущением… – Шантае… К-как же я рад, что наконец нашёл тебя! – сказал Лео, наконец отойдя из ступора, и обнял девушку, ведь наконец нашёл её!.. – Лео, ты… Ох… Я т-тоже очень рада… Я не знала, где ты можешь быть… – произнесла она, наконец обняв его в ответ, прижавшись к его плечу своим лицом, пока наконец они не отпустили друг друга, снова посмотрев друг на друга… – Где мы?.. И почему на нас эти странные костюмы? – спросил Лео, стараясь смотреть в её глаза, а не ниже… Хотя и её глаза порой тоже могли ввести в ступор своей красотой… – Ох, Лео… Это тот самый храм Тан Лэйн, в котором нас вместе с Риски переодели в точно такие же наряды. Видимо, на этот раз они женскими нарядами не ограничились… – – Кхм… Да как тебе сказать… – решил было Лео рассказать Шантае всю историю… Но решил, что сейчас неподходящее время для этого, – …неважно. Ладно, есть хорошая и плохая новости. Я нашёл наши вещи, и… вещей Боло среди них не было… – Как?.. Неужели, Боло здесь нет? Но где тогда ему быть? – спросила Шантае, непонимающе почесав затылок, и поправив свою пышную косу. – Не знаю. Может он где в другом месте. Но главное сейчас - это выбраться отсюда, и забрать с собой всех. Побежали! Ты же знаешь, как отсюда вырваться? – Лео схватил Шантае, утягивая её с собой по коридору, заставив ей слегка смутиться, но пойти за ним, затем даже обогнав его… – Да, думаю, я помню! А где, ты говоришь, наши вещи? – спросила полуджинни, немного вырвавшись вперёд, с ловкостью, словно вор через лазеры, перепрыгивая и изгибаясь перед ловушками… – Я спрятал их под самой крышей, чтобы никто не нашёл… – сказал Лео, немного поотстав от девушки, но также избегая коридорных ловушек. – Молодец, Лео. Теперь нам нужно освободить остальных… И найти Боло. Надеюсь, он тоже живой. – успела сказать Шантае, пока не врезалась во что-то… И этим чем-то оказался огромный охранник, который обернулся к ним, когда Лео подбежал к Шантае, помогая ей встать. Но заметив охранника, оба замерли на месте, поняв, что попались… Охранник схватил обоих за руки и повёл куда-то. На этот раз никто из них не стал бороться. Видимо, поняли, что это бессмысленно. В одном из коридоров, недалеко от камер, их встретил странного вида человек в робе, очень похожий на визиря или священника. Тот подошёл к Лео, и посмотрев на охранника, заставил одним взглядом отпустить парня, но девушку тот понёс дальше в клетку… – Ах, ваше высочество, вот и вы! Кандидатки уже готовы. Надеюсь, вы готовы к ритуалу? – сказал тот, подходя к Лео, и ведя его куда-то в другую сторону… «Ритуалу?.. о чём он вообще?.. Чёрт, кажется, он принял меня за принца, или что-то типа того…» – подумал про себя Лео, смотря при этом, как уносят Шантае, но вслух произнёс, – Я никогда не бываю не готов! Только напомни, что точно мне надо сделать… – Ах, конечно, Ваше Высочество. Сегодня очень важный ритуал. Перед началом дня вашего 17-ти летия, вы должны выбрать среди прекрасных наложниц лучшую на ваш взгляд, и… Оплодотворить её. Она станет новой принцессой. – произнёс мудрец, ведя Лео за руку, у которого в голове, тем временем, был целый ворох мыслей: «О-о-о… ОПЛОДОТВОРИТЬ?!? Я что, должен с кем-то заняться ЭТИМ? Против своей воли?.. Стоп, но если так… То я не хотел бы даже касаться той, кто мне не нравится. Неужели, я должен выбрать… Но как она отреагирует?..» – Ваше высочество! Вам пора идти, и выбирать! – любезно сказал странный мужчина в балахоне, на что Лео со вздохом сказал… – Я… Я уже выбрал, я думаю… Тем, временем, Шантае снова была брошена в свою «золотую клетку» — не просто камеру, а настоящий роскошный гроб, выложенный блестящими мозаиками, напоминающими переплетённые лучи солнца. Каждое движение в этой комнате отзывалось эхом: шуршание ткани, скрип металлической решётки, даже собственное дыхание казалось слишком громким. На полу, как будто специально для неё, лежала куча пуховых подушек, на которые ей было суждено упасть. Она поднялась, оглядевшись. Огромный охранник — высокий, широкоплечий, с железным шлемом, как у древнего голема из легенд — теперь стоял прямо у массивных двойных дверей, с толстыми решётками, украшенными символами, которые она не могла расшифровать. Его глаза были почти полностью скрыты под плотными черными повязками, но она чувствовала их — холодные, внимательные, как будто он видел сквозь неё. Уйти было невозможно. Даже если бы она попыталась прыгнуть через окно (а там, правда, не было окон — лишь глубокая стена из темного камня), этот человек замер бы, как скала, и остановил бы её одним движением руки. Шантае присела обратно, обхватив колени руками, задумавшись. «Надо действовать спокойно… А может, пролезть через вентиляцию?» — мысль всплыла внезапно, как пузырёк воздуха в тёмном озере. Она знала, что в таких дворцах всегда есть системы вентиляции — старые, заброшенные, но всё ещё функционирующие. В прошлом году, пока исследовала запертую башню за южным крыльцом, она нашла один такой канал — узкий, но достаточный, чтобы протиснуться. Там, в туннелях, можно было найти карты, ключи, даже сообщения других затворников… Но сейчас — время не на стороне. Её размышления оборвал голос, резко хлопнувший в дверях. В комнату вошёл второй охранник. Меньше ростом, но не менее страшный. Его балахон был сделан из матовой кожи, похожей на панцирь насекомого, а в руках — цепь с маленьким замком, который он, не говоря ни слова, прикрепил к запястью Шантае. Холодный металл коснулся её кожи — и сразу же, словно живой, впился в ткань. Она попыталась вырваться — но тело не подчинилось. Что-то внутри неё стало тяжёлым, медленным. Словно кто-то включил внутренний механизм, ограничивающий движения. – Что вам от меня нужно?! – вскричала она, повернувшись к нему, чуть ли не срываясь, – Я же уже объясняла! Я не принцесса! Я не знаю ничего о том, что вам надо. Я всего лишь… полуджинни, которая случайно попала сюда! Охранник не ответил. Он просто кивнул — и шагнул вперёд, придерживая её за локоть. Путь был коротким, но ужасающим: длинные переходы, вымощенные плитами с незнакомыми надписями; своды, где воздух вибрировал от тихого гула, будто сама стена дышала; углы, где мерцали странные огоньки — не электричество, не факелы, а нечто среднее между светом и болью. Наконец они дошли до самых тяжёлых дверей, какие только существуют — из цельного камня, вырезанного из горной породы, которую никто не называет, потому что произносить её имя — значит вызвать бедствие. Двери медленно, со скрежетом, начали раскрываться — как будто сам мир не хотел, чтобы она туда входила. И тогда она увидела… Амфитеатр — огромный, величественный, изливающийся светом солнца. Беспорядочно расположенные ряды зрителей — сотни, тысячи людей — сидели в однотипных балахонах, цвет которых менялся в зависимости от того, в каком месте сидел человек. Те, кто был ближе к центру — тёмно-синие, почти чёрные. Те, кто дальше — серебряные, белые, желтоватые. Все лица были скрыты под капюшонами, все руки — сложены на коленях. Ни одного смеха. Ни одного вздоха. Только взгляды. Глаза, направленные прямо на неё. Как будто каждый из этих людей уже знал её имя, её историю, её страх… – Это... это что ещё такое? – прошептала Шантае, её голос исчез в пустоте. Потом она заметила – посреди сцены, в центре круга, огороженного тонкими стальными прутьями, стояло нечто странное: не кровать, но скорее… платформа, инкрустированная драгоценными камнями, которые пульсировали в такт с каким-то невидимым ритмом. На ней — её друг Лео. Его лицо было бледным, но спокойным. Он смотрел не на зрителей, а на неё. Прямиком. Будто ждал. – Лео… – прошептала она, — Что происходит?.. Почему нас заперли здесь?.. – Ох… Шантае, я даже не знаю, как тебе сказать… – произнёс Лео, явно очень нервничая… – Скажи, как есть - я всё пойму. – сказала Шантае, скрестив руки на груди… – Ну, в общем… – тот наклонился к ней, и на ухо рассказал ей всё. Естественно, это заставило её очень сильно покраснеть, и смутиться… Она такого явно не ожидала… – Ох мама моя джинни… Они серьёзно хотят, чтобы мы…? Они точно с дуба рухнули… – Шантае проговорила, после чего замерла на месте, вопросительно посмотрев на Лео, – Погоди. То есть, из всех ты выбрал меня?.. – Ну а кого мне было выбирать?.. Я не трогаю тех, кто мне не… – успел сказать Лео, перед тем как заткнуть себе рот, поняв, что тот чуть не проболтался… – Мх? «Кто тебе не» что?..) – спросила она, лукаво улыбаясь, и приближаясь к нему, немного наклонившись… – Неважно!.. Я сейчас крайне смущён, не дави на меня:_) – Лео смутился сильнее… Он не ответил. Не шевельнулся. Но в его глазах мелькнуло что-то похожее на страх и соблазн… – Ну… раз уж это с тобой… – тихо сказала Шантае, подойдя к Лео, нежно проведя рукой по его груди, а свободной рукой проведя по его плечу, – Тогда… Я не против...~ – Шантае… Тебя правда устраивает?.. – произнёс он. Это было единственное, что он успел сказать, прежде чем она приложила палец к его губам, приглушив его. После чего она потянулась к его уху… – Просто подыграй... – прошептала она, держа руку на его плече, – У меня есть план... Все, что он смог сделать, это понимающе кивнуть. Внезапное поведение полуджинни, соответствующее этому ритуалу, приобрело гораздо больше смысла. Лео сначала даже испытал облегчение… Не то чтобы ему не нравилось находиться рядом с Шантае, конечно… Но заниматься ЭТИМ, да ещё и на виду у сотен священнослужителей? Нет, в его планы это пока не входило, хотя его инстинкты словно вопили об этом… Шантае медленно, со всей своей грацией, подтолкнула Лео в грудь — лёгкое, но отчётливое усилие, словно толчок ветра, заставившее его шагнуть назад и рухнуть на церемониальную кровать. Мягкая ткань подушек тут же приняла его тело, чуть сжавшись под тяжестью. Шантае, не теряя времени, шагнула вперёд, переступив через край кровати, и вскочила на его ноги, оседлав, будто коня на арене. Каждое движение было продуманным, плавным, почти театральным — она садилась, как будто вступала в ритуал, в котором её тело стало частью сцены, а он — зрителем, и одновременно участником… Несмотря на то, что это был, по сути, спектакль — разыгранная роль, импровизация, призванная отвести подозрение и ввести остальных в замешательство, — каждый жест, каждый взгляд, каждый взмах бёдер излучал нечто большее, чем просто шутливую игру. Всё было выстроено так, будто она действительно собиралась пройти сквозь эту границу между игрой и правдой. Её тело, вытянутое в позе, напоминало статую, высеченную из мрамора, но с лёгкой, почти осязаемой дрожью в мышцах — как будто она только что сорвала маску, которую носила долгие годы. Разум Лео, до этого холодный и трезвый, с самого начала понимал: это не любовная инициатива, не просьба о чём-то серьёзном. Но тело… Тело, напротив, реагировало иначе. Сердце забилось быстрее, кожа покрылась лёгким покалыванием, мышцы ног напряглись, словно он готовился к чему-то важному — даже если знал, что ничего не произойдёт… И, может быть, именно это и было самым настоящим — он был рад, что надел более свободные штаны, ведь в этот момент они буквально спасали его от смущения, позволяя тому, что за ними скрывается, напрягаться и пульсировать без особого ощущения стеснения, в отличие от того наряда принцессы… Воцарилась тишина — не полная, но насыщенная. Только звенящие, почти музыкальные звуки, издаваемые золотыми украшениями, что бились друг о друга при прикосновениях. Каждое движение, каждый сдвиг тела вызывал лёгкое позвякивание, как будто сама атмосфера была настроена на ритм, который шёл от них двоих. Шантае резко подняла голову, посмотрев на Лео сверху вниз — взгляд, полный дерзости, вызова, почти угрозы. Её глаза блестели, а щёки пылали розовым оттенком, будто она только что вышла из парной. Затем она вдруг громко, с театральной интонацией, произнесла: – О, ваше высочество… Я так давно этого хотела~! Надо сказать, что и ей Каждый мускул — будто высечен с любовью, каждое напряжение — часть какой-то внутренней гармонии, которую можно было прочитать лишь глазами тех, кто умеет смотреть внимательно. Оно, как будто каждый штрих был продуман специально для этого момента. И вот теперь, когда она стояла рядом с ним, она чувствовала себя одновременно и гордой, и ранимой… Как будто время замедлилось, а воздух стал тяжелее. Голос её зазвучал как мелодия, насыщенная эмоциями, как будто она говорила не просто слова, а пела их. Это была не просто фраза — это был призыв, провокация, акт откровенной, почти безумной игры. Она говорила, будто бы действительно была влюблена, будто это — её мечта, которой она ждала годами, а теперь — наконец-то — реализуется… Лео на мгновение потерялся. Он не понимал, куда она ведёт — в сказку? В игру? В настоящий сценарий, который кто-то придумал задолго до его рождения? Он не мог разобраться. Но затем его взгляд упал на её руки — они начали медленно, почти с любовью, подниматься по её телу. Пальцы, гибкие и уверенные, нашли зацепку — за ручку бюстгальтера с нагрудниками. Металлическая вставка, удерживавшая форму, дрогнула под их прикосновением, будто проснулась, готовясь упасть… «Боже, Шантае, в чём же твой план?.. Почему до сих пор не произошло ничего решающего?» – всё вопрошал Лео про себя… И в этот самый момент он вспомнил — до этого момента он никогда не осмеливался даже взглянуть на неё с такой стороны. Не смотрел на неё, как на женщину. Он видел её как нечто неведомо прекрасное. Чистое и невинное, как сама природа. Но теперь, когда она сидела на нём, распахнув руки, словно приглашая к себе, — он увидел её иначе. Он увидел силуэт, изгиб тела, мягкость, которая была скрыта под строгими линиями наряда. Он увидел, как свет падает на её грудь, отражаясь в металле нагрудника, как будто она сама икона, озарённая солнцем. И, может быть, именно тогда он понял, что не просто смотрит — он восхищается. Не только потому, что она красивая — а потому что она смела. И это было гораздо ценнее… Вдруг, Лео увидел, как из толпы появляется Сойка — худой, с острыми чертами лица, будто высеченный из чёрного дерева, — и бросающий на алтарную кровать что-то вроде шарика с фитилём, напоминающего древнюю кинетическую игрушку из реликвий забытых культов. Шарик, едва коснувшись ткани, вспыхнул ярко-фиолетовым пламенем, и из него мгновенно пошёл плотный, клубящийся, сиреневый дым — не просто дым, а живой, словно пропитанный магией, туман, который, попадая в лёгкие, вызывал жестокую боль, рвотные позывы и головокружение. Зрители, не успев ничего понять, начали задыхаться, кашлять, падать на колени, а кто-то, потерявший сознание, рухнул прямо на каменные плиты пола. Дым, как живое существо, расширялся, заливая весь храм, проникая сквозь щели в стенах, окутывая даже своды, где раньше светило солнце. Звук — резкий, пронзительный, словно тревожная сирена, — должен был предупредить охранников, но они, казалось, были заняты ритуалом, и лишь через мгновение, услышав тревогу, оглянулись — и увидели, как Лео и Шантае, прижавшись к стене, уже мчатся к выходу, оставляя за собой следы паники и упавших канделябров. — Хватайте их!!! — закричал советник, стоявший у алтаря, и его голос разнесся по залу, как удар молнии. В тот же миг из всех дверей и арочных проходов высыпала армия охранников — тяжеловесные, с пиками, щитами и масками, украшенными глазами богов. Они бежали, грохоча ботинками по камню, и уже через секунду их тени замелькали в проёмах, словно тени смерти. – Чёрт, это гениально, Шантае! И как вы освободились?? — спросил Лео, уже убегая от преследования, и снова почувствовал, как его сердце бьётся не по графику, а по-настоящему, но уже от страха и адреналина. Он обернулся — за ним гнались десятки воинов, а за спиной раздавался скрежет металла и крики. – Все охранники ушли во время ритуала, вот мы и слиняли, — ответила Сойка, не останавливаясь, и её голос прозвучал почти по-дружески, но с лёгкой иронией. После чего её лицо изменилось на более строгое… – Кстати, Лео, я всё видела… — добавила она, и в её голосе появилось что-то новое — строгость, с оттенком укора. Лео почувствовал, как у него перехватило дыхание, и тут же отвернулся, сглотнул, будто пытаясь проглотить собственную стыдливость. Он знал, о чём она говорит… – Что обсуждаете?) – вдруг раздался голос Гнильки, и она оказалась рядом, словно призрак, выскочивший из стены. Её глаза блестели, как у кошки, а в руке — старый, потрёпанный фонарь, в котором пульсировало синее пламя. Но никто не ответил. Все были слишком заняты бегом, слишком напуганы, чтобы замечать что-то, кроме следующей двери. – Нам туда! – крикнула Шантае, снова застёгивая золотой бюстгальтер, который, казалось, стал частью её облика — как символ силы, как часть ритуала. Она резко свернула влево, в узкий коридор, где стены были покрыты древними росписями – изображениями падших богов, сожжённых звёзд и тех, кто когда-то пытался взобраться на небо. Лео, Сойка и Гнилька – все бросились за ней, не раздумывая. Воздух стал тяжелее, как будто в здании что-то изменилось, и каждый шаг давался с трудом. К счастью, охранники, хоть и были сильны, но их тяжёлые доспехи мешали манёврам — они не могли быстро поворачивать, а коридоры были узкими, извилистыми, словно лабиринт. Шантае, казалось, точно знала, куда идёт — она то и дело останавливалась, прижимаясь к стене, прислушиваясь, как будто слышала голоса из прошлого. И в конце концов, через полчаса бега, они добрались до комнаты, которая, казалось, была вырезана в самом верхнем этаже — там, где заканчивался храм, а начиналась пустота. Это была комната без окон, без пола — только кирпичные стены, покрытые трещинами, и, в центре, кирпичный козырёк, под которым висел старый, потрёпанный мешочек, завязанный верёвкой. – Вот наши вещи! Можно бежать отсюда! – сказал Лео, и голос его дрогнул - от радости, от облегчения. Шантае, кивнув, бросила ему этот мешок прямо в руки… – А куда?? Тут выхода нет! — сказала Сойка, уже стоя на коленях от усталости, и смотрела на двери — все они были плотно заперты, а за каждой — слышны шаги, скрежет ключей, и голоса охранников, которые уже подбирались к последней точке… – Спокойно! Надо срочно что-то придумать… – сказала Шантае, и в её голосе появилась та самая уверенность, что была у неё почти всегда. Но не прошло и 5 секунд, как с неба раздалось такое знакомое гарканье… – Ренч?.. – тихо спросила Сойка, поднявшись с колен, и вместе со всеми посмотрев в небо. Там действительно мелькал силуэт огромной птицы… Но кто же это верхом на ней?..