3. Она была женщиной

3.

Зуко застыл. Вместе с ним, казалось, застыл и весь остальной мир; о чем же он думал до этого? Что хотел сделать? Хозяин огня уже не помнил. Внезапно все его волнения отошли на второй план, и на их место в его голове засели новые, в сплошном беспорядке и вперемешку с шоковым состоянием мысли. Она здесь. Зуко ни за что и никогда бы не перепутал ни этот голос, ни интонацию, с которой были поданы колкие слова, которые, ко всему прочему, кроме Тоф ему не осмелился сказать бы никто. Чувство времени поменялось, или, если говорить совсем точно — вовсе испарилось. Несколько мгновений ощущались вечностью для мужчины: за доли секунд он анализировал поворот ситуации и заодно разглядывал девушку. На ней была надета серо-коричневая рубашка, донельзя широкая и оттого висящая на ней. Смольные волосы в относительном беспорядке спадали на узкие, но очевидно крепкие плечи, руки были в ссадинах и занозах, а деревянная решетка была где-то покоцанной и даже укушенной, но такое же крепкой. Девушка же смотрела на Зуко так, будто в последний раз они разговаривали на прошлой неделе, а не долгие месяца назад. И в этом была причина; Тоф никак не смогла бы заметить, ни сейчас, ни в прошлый раз, что Хозяин огня стал выше, что его плечи расправились, а лицо излучало куда больше мужественности. Будь все иначе для нее, может, время бы точно так же потеряло свой счет. Зуко очень медленно и осторожно подошел к камере, и, опираясь на прутья, прошептал: — Ты что здесь делаешь? — Ты меня спрашиваешь? — Тоф саркастически подняла брови, изображая холодное удивление. Она все так же сидела на холодном полу в позе лотоса, скрестив руки. Эти пару мрачных дней в подземельях казались настолько долгими, что шелковые одеяла и заискивающие перед ней слуги будто остались в далекой прошлой жизни. - Лучше бы поинтересовался у своих олухов! — Ты и ты! — Зуко громко подозвал стражу. — Кто, пламя его побери, отдал приказ заключить Тоф Бейфонг? Сейчас же освободите ее! К лорду подошли двое мужчин, стоявшие к нему ближе всего. По ним было видно, что они очень волнуются, как бы ни старались сохранять спокойствие и не подавать виду. — При всем уважении, хозяин Зуко, не имеем полномочий. — Я сказал, немедленно освободите моего гостя, идиоты! — Она не предъявила доказательства того, что является вашей гостьей. Мы посчитали ее опасной. — Все так же спокойно проговорил один из них. Он, широкий и бородатый, вселял куда больше уважения, чем его карикатурный напарник — высокий и ссутулившийся молодой парень. — Я лично вышвырну из замка того, кто злоупотребляет своими полномочиями, — сквозь зубы процедил Зуко. - И с вами тоже разберусь. Вон отсюда! Все! Этот приказ стража выполнила гораздо более охотно, особенно после того, как хозяин Зуко одним движением он пустил молнию в сторону Тоф, а та инстинктивно закрыла голову руками, почувствовав напряжение. Запахло паленным деревом, и мгновение спустя, Зуко был тесно прижат к полу - спасибо, что это было дерево. - Ай! Тоф, погоди, я... - Я сделаю! Из! Тебя! Жаренный! Бифштекс! одноглазая задница огня Зуко! - каждая фраза сопровождалась крепким, в какой-то степени заслуженным ударом. Может тут и не было земли, но и без нее Тоф прекрасно справлялась. "Я так выражаю симпатию" - вовремя вспомнил Зуко, прежде чем на него обрушился еще один удар. - АЙ! Чтоб тебя! Как хорошо, что стражники ретировались до того, как узница освободилась, потому что быть избиваемым старой подругой не самый лучший способ поднять себе репутацию, а тем более, самооценку. - Тебе мало одного шрама, а?! - ТОФ! Зуко всем весом навалился на девушку, зажав ее запястья своими ладонями. такое положение, очевидно, смутило ее - она покраснела и даже будто бы перестала дышать, но ее разъярённая гримаса стала от этого еще более устрашающей. Зуко воспользовался этим моментом - - Клянусь. Клянусь, я не знаю, почему это произошло. Я накажу всех кто к этому причастен. Лично. Тоф смахнула с глаз челку. Неожиданно даже для самой себя, она впервые за долгое время не находила, что сказать. Все же 80-ти килограммовые тело, нависавшее над ней - вернее сказать, на ней, по неизвестной причине путало мысли. - Мы пойдем в другое место, и я все объясню тебе. - Зуко перешел на шепот. Он быстро встал и потянул обомлевшую Тоф за рукав, чтобы она шла за ним, и они быстрыми шагами направились по сырым коридорам подземелья к выходу. - Мне все равно, кто это сделал, тебе лицо я разукрашу... — Молчи, — Зуко прошептал это так быстро, что Тоф и уверена не была, что он что-то ей вообще шептал. Для Хозяина Огня с самого начала все не складывалось по плану, что было нехорошим, очень нехорошим знаком для них обоих. А объяснить, почему, придется гораздо позже, и Зуко опасался, что снова не успеет. Он не знал, кому может доверять, и как организовать все так, чтобы ситуация играла ему на руку; определенно было необходимо заставить нужных людей думать, что Тоф Бейфонг прибыла на землю народа Огня для дружеского приема и ничего более — пусть и выглядело это ужасно подозрительно, ведь Зуко не принимал неофициальных гостей уже очень, очень давно. Тем временем Тоф казалось, что Зуко вообще забыл, что она существует — ну куда же это годится, ни здрасьте, ни до свидания, а лишь угрюмые взгляды и ор на подчиненных. Кажется, дела у юного лорда огня действительно идут совсем не ахти, — думалось ей. Она могла чувствовать его напряжение, но ей все равно было оскорбительно такое отношение, и с каждой минутой игнорирования ее раздражение увеличивалось в геометрической прогрессии. — Сколько ты там просидела? — спросил Зуко, даже не глядя на девушку. — Долгие и двое суток. Моет меньше. Никто не позаботился обеспечить меня часами, — язвительно сказала Тоф, — хотя это кажется слишком нагло с моей стороны. Эти слова остались проигнорированы; вместо того, чтобы ответить нечто еще более язвительное, Зуко за локоть остановил проходившую мимо служанку. — Ты, — девочка с опаской посмотрела на лорда Огня, — скажи госпоже О, чтобы приготовила покои для важной гостьи на третьем этаже западного крыла. Те, что выходят на балкон. И быстро! — Сию минуту, ваше величество! Зуко проследил, как она энергично убегает, после чего вновь взял Тоф за рукав и повел за собой. Девушку такое поведение не устраивало от слова совсем — сначала ее заперли в подземелье, а сейчас бесцеремонно таскают по замку, словно она беспомощная какая-то. Она резко одернула свою руку, но Зуко этого будто бы даже не заметил; лишь обернулся, чтобы убедиться, что Тоф все так же следует за ним по пятам. — Я не собираюсь жить на третьем этаже, где совсем нет никакой земли, ваше величество. — Ты и не будешь. — Зуко дергано посмотрел по сторонам, и, не обнаружив никого поблизости, быстрыми движениями отпер дверь и чуть ли не затолкнул свою гостью туда. — Остановишься у меня. Постарайся не подавать никаких признаков жизни, пока я не вернусь. — У тебя совсем голова уже прожарилась! — Тоф гневно воззрилась на Зуко. — Объясн… — Тихо, пожалуйста! — сквозь тоненькую щель в двери прошептал он. — Я потом все объясню. Обещаю. С этими словами послышался звонкий «щелк!» замка и торопливые шаги, оставившие разъяренную Тоф в немом одиночестве. Девушка была в ярости. С каждым отдаляющимся звуком шагов Зуко, она чувствовала, как быстро закипает ее терпение — ее заперли, опять! Оставили без каких-либо объяснений еще на черт возьми сколько времени, и, пусть Тоф и самолично заявляла, что ей ни к чему эти формальности, ей все равно не нравилось, как бесцеремонно с ней обошлись. Так обращаться со старыми друзьями чувствовалось неправильно, и радостное предвкушение Тоф от поездки испарилось уже окончательно. — Аргх! — она привычным движением убрала длинную челку с лица. Девушка взяла первое, что попало ей под руку, и запустила это в стену, пытаясь вложить все свое раздражение. Удачно, но эта была лишь подушка, которая мягко приземлилась на ковер. — Не подавать признаков жизни! Как только ты вернешься, я постараюсь, чтобы ТЫ не подавал признаков жизни, Хозяин Огня! Многострадальная комната пестрила золотым, бордовым и красным, дорогие подушки яростно ударялись о темно-коричневые стены и падали что куда: одна даже улетела в открытое окно — правда, Тоф этого не заметила в порыве ярости. Она была слишком занята выражением своих чувств. Девушка схватила последнюю подушку, мягкую и немного шероховатую — на нее у подушечного лорда были особенные планы. Если бы у предмета декора были зрячие глаза, он бы, пожалуй, предпочел их закрыть от страха; наэлектризованные волосы девушки поднимались вверх, лицо украшала злобная гримаса, а балахон, который ей любезно предоставили в темнице, съехал на плечо из-за ее хрупких размеров. — Тупой, грубый, приду… И тут дверь отворилась. Тоф опешила. Она так увлеклась своим занятием, что позабыла о наказе Зуко. За долю секунду она поняла, что в проходе стоит довольно грузный человек, который еще и держит что-то в своих руках. А в руках был всего лишь поднос с ароматным чаем, тем временем как в подмышке гость сжимал оранжевую подушку, которая немного заляпалась в земле. — Я вижу, вы нашли, чем себя занять! — рассмеялся Айро.

***

— Не держите зла на моего племянника, дорогая Тоф, — Айро любезно подлил в ее пиалу еще чая.- Трудные, трудные времена наступили во дворце. Они удобно устроились на полу в центре подушечного хаоса, попевая любезно заваренный чай, такой же неописуемо приятный, как и много лет назад. — Трудные, — девушка галантно испила горячий напиток. — Но, не будь я другом Зуко, я бы с удовольствием присоединилась к заговорщикам. Уж больно много он о себе возомнил. — Не скажи. Молодой хозяин пытается взять на себя слишком, слишком много… На землю народа Огня уже опускалась прохлада, такая, какая бывает в конце августа. Сквозь окно вяло пробивались солнечные лучи: вечерело. Тоф, выразив свои чувства весьма необычным путем и попив ароматный чай с приятным человеком чувствовала себя значительно лучше, пусть все еще злилась на Зуко. Однако желание помочь при этом никуда не делось; узнав о том, что на друга готовится заговор с целью смещения его с престола Народа огня, девушка даже немного испугалась за него. Но основным аспектом было не совсем искреннее волнение, а, скорее, тяга к приключениям и скука. Тоф и ехала сюда как раз ради чего-то такого. — Все же… Айро, я, конечно, очень постараюсь помочь, но мое «зрение» не так работает. Я не могу точно определять, насколько человек честен, ведь он может оставаться совершенно спокойным даже когда врет. Старик многозначительно вздохнул. — Для нас и это было бы огромным шагом вперед, чтобы отсеять хотя бы часть заговорщиков. Зуко никому не может сейчас доверять.

***

Сердце колотилось слишком быстро, то ли от того, что лорд огня спешно спускался по бетонной лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек сразу, то ли от резкого наплыва мыслей. Мужчина все пытался расставить их по местам и сфокусироваться на своей настоящей задаче, но вместо этого запутывался еще больше. Он только что был у Ли Манхоу — человека, который был ответственен за безопасность дворца. Еще с порога гневный Зуко заявил, что тот может сам отправляться за решетку после такого безалаберного злоупотребления своими полномочиями — на что Манхоу предоставил хозяину огня отчетность о происшествии неделю назад. По бумагам, Тоф Бейфонг заявилась на порог замка и желала видеть Лорда Огня Зуко. Когда ее попросили подождать аудиенцию с ним месяц, она сказала, что если она не увидит его сейчас, то «сделает из стен каменный сад с истуканами», и, так как всем было предельно известно, каким сильным магом она является, ее немедленно отправили в одну из самых защищенных камер темницы. Это действительно выглядело как полная и довольно логичная цепочка событий, и было очень даже похоже на Тоф. Но все-таки кое-где и прослеживались несостыковки: Как они могли не узнать уважаемого члена команды аватара? Если же они знали, кто такая Тоф Бейфонг, как они могли не учесть тот факт, что она является другом Зуко? Почему его не пустили именно туда, где была Тоф? Эти вопросы Зуко не мог себе позволить задать. Сделав это, он бы навлек на себя подозрения в осведомленности о заговоре, что ему делать было нельзя. Пока все ощущается более или менее мирно, и никто из сторон не приступил к действиям, всем доверенным Лорду огня надлежало хранить строгое молчание и притворятся слепыми к интригам заговорщиков. Каждый из них понимал, что малейшее подозрения об ответных действиях повлекут за собой угрозу для Зуко, а им все еще нужно было время для составления плана. К тому же, мужчина и сам мог ответить себе на эти вопросы; конечно, они знали, кто такая Тоф Бейфонг — сильнейший маг земли, покорительница металла, добрый друг аватара Аанга, и они могли подумать, что она прибыла сюда для защиты правителя (что в какой-то мере было правдиво) и под предлогом «протокола» запереть ее, и уже потом думать, что делать с девушкой дальше. Не пустили Зуко именно к ней, так как уже сейчас, проходя то самое место, кроме хмурых взглядов стражей никаких других действий предпринято не было. Именно поэтому Зуко продолжал сохранять молчание, когда вел Тоф в свои покои: слишком много лишних ушей. Сейчас он чувствовал себя очень виновато перед ней: сначала неделя не в самом лучшем месте, а теперь просьба сидеть и не высовываться, без никаких объяснений. Он даже не успел на нее толком взглянуть — и боялся, что уже не успеет, так как будет заживо похоронен в землю. Эту проблему, однако, тоже придется отложить — Зуко подошел к камере Озая. — Ты завел себе новую подружку! — сказал он. — Симпатичная. Хорошо, что слепая. Зуко зажмурился и запустил пальцы в волосы. Голос пленника был хриплым от долгих дней молчания, и он будто стал еще худее и страшнее. — Какого черта ты молчал все это время? — Понизь свой тон. Я все еще тебе отец. А то тут ходишь, командуешь, много о себе возомнил. Но, сын мой, недолго еще твое правление продлится. Зуко напряг все мышцы. — Сколько бы оно не продлилось, будет уж получше твоего. — Не пудри мне мозги, Зуко. Ты ведь обо всем знаешь. И девчонку эту привел — зачем? Хочешь, чтобы она тебя защитила? Сдохнешь и ты, и она с тобой. — Уж лучше ты бы молчал. С этими словами он развернулся и зашагал к выходу. Не торопясь и стараясь источать спокойствие и привычную неприязнь, будто он не задумался над словами чокнутого — тем временем как внутри он вновь дрожал от страха. Одно неверное слово, и та маленькая крупица плана, что у них уже есть, рухнет. Озай с ними, а это точно означает, что и Азула. Скорее всего, то была проверка того, насколько Зуко осведомлен — и мужчина тешил себя надеждами, что прошел ее правильно. Преодолев привычное расстояние, он достиг до своих покоев: отперев комнату, он осторожно вошел. В воздухе витал запах чая — дядя заходил, и у них с Тоф, видимо, была подушечная война. Зуко даже понравился новый вид этой доселе однообразной комнаты: может, он даже оставит все так. Но только одна деталь его беспокоила — было смертельно тихо. Подруге это было несвойственно от слова совсем. — Тоф? — аккуратно позвал он. Зуко обвел комнату взглядом, и уже было начал волноваться, как нашел мирно сопящую девушку на его кровати в собственной ночной рубашке, которую ей, вероятно, любезно предложил Айро. Белый сатин хорошо смотрелся на ней, придавая ее коже сияние, и было уж точно удобнее того безобразия, что она носила в темнице. Наверное, она впервые спит так хорошо за долгое время, подумалось Зуко. Лицо Тоф выглядело очень расслабленным и счастливым. Мужчина поймал себя на мысли, что любуется ей, но взгляд не отвел; воспользовавшись относительной безопасности он мог позволить себе еще какое-то время безнаказанно смотреть на Тоф, что ощущалось донельзя странно. Он едва ли смотрел на нее, когда они были младше, и воспринимал ее, скорее, как младшего брата, поэтому особо не помнил, как она выглядела тогда. В прошлый раз все было иначе; шоком было увидеть неумытую девчонку выросшей, и очень красивой девушкой. Хорошо было то, что по характеру она будто бы и не изменилась — все такая же боевая и самодостаточная. То, что она была здесь, уже стало огромным плюсом, хотя бы из-за нового дизайна его комнаты. Только вот неожиданным осознанием стало то, что… она была женщиной, и это было очень странно. Зуко отвернулся. Ему стало отчего-то стыдно на нее смотреть, пусть и сначала и воспринимал это как нечто совершенно обычное… с таким раскладом все может значительно усложниться.