mother of the gods

Пустота внутри Годжо жадно поглощала всё, что бы он ни предлагал, каких бы действий ни предпринимал. Она разевала огромную тёмную пасть, бездонную, как человеческий порок, и проглатывала всё, чем бы Сатору ни пытался её из себя изгнать. И каждый раз становилась всё требовательнее, ненасытнее.