Часть 24. Такие разные - папы.

«Любимая, я думал ты уже спишь…» — тихо сказал Эммануэль ложась в кровать слегка коснувшись меня ладонью. Я всегда и всё порчу своими эмоциями, еще ни разу не было так, чтобы они чем-то помогли. Особенно в данном деле.Нужно взять себя в руки, и ничего не говорить ему, не мешать! И я ничего не сказала. Сделала вид, что ничего не слышала. Но вот недомогание в виде спазма усилилось. Говорить ему сейчас о нём этом все равно что приговорить к бессонной ночи и очередному, но ещё более напряжённому, дню. Вообще язык мой враг. Врач прописывал таблетки, выпью их и постепенно приду в себя. «Нет, не сплю, но уже собиралась, нам обоим нужно отдохнуть» — сказала я и посмотрела ему в глаза. «У тебя руки ледяные. Ты замёрзла?» — прижав мою руку к щеке сказал Эммануэль. «Чуть-чуть.» — ответила я и сделав усилие улыбнулась. «У тебя температура? Я позову врача.» — подытожил он и начал вставать с кровати. «Ману, ну какой врач…всё в порядке, просто вечером понервничала и вот результат.» — схватив его за руку и сохраняя улыбку ответила поцеловав в щеку. «Какая-то запоздалая реакция. Ты уверена что всё в порядке?» — серьёзным взглядом он посмотрел на меня. «Да, уверена. Сейчас выпью таблетку и будем спать.» — сказала я и попыталась встать. «Какую таблетку? Давай я принесу.» — не сводя с меня глаз, взгляд его становился ещё более серьезным или даже подозрительным. Снова тактический промах! Вот скажу — плохо, решила в кои-то веки промолчать и опять мимо…! «На столе лежат. В белой упаковке.» — сидя на кровати ответила я не глядя ему в глаза. Он подошёл к столу и несколько секунд рассматривал упаковку. «Это не успокоительное. Ты перепутала? Или у тебя что-то болит?» — сказал Эммануэль и налив в стакан воды из графина подошёл ко мне протянув таблетки. «Не то чтобы болит…но при таких ощущениях врач рекомендовала пить их. Можешь посмотреть её рекомендации.» — сказала я терпя изо всех сил. Он опустился передо мной взяв за колени поцеловал их и сказал «Я не буду смотреть, я помню наизусть. Меня всерьез беспокоит твоё здоровье, очень, сильно. Мы с тобой обсуждали это неоднократно, ты обещала свести к минимуму свою реакцию на негативные моменты. И не нужно сейчас пытаться убедить меня в том, что это сложно и почти не поддаётся контролю. Я несу ответственность за тебя, а ты за ребёнка. Прежде чем поддаться тревоге ответь себе что это изменит и в какой степени может навредить. С завтрашнего дня в соседней комнате будет круглосуточно дежурить врач, так мне будет спокойней а вам двоим безопасней. Изолировать тебя из информационного поля я к сожалению не могу, это увы невозможно, но честно скажу очень бы хотел! Можешь злиться на меня, но не обижаться. Сейчас пьёшь таблетку и спать. Если хоть на 1% станет хуже говоришь мне.» Я не сразу сориентировалась что ответить, поэтому решила просто кивнуть. Молча. Мой идеальный вариант судя по всему. «Умница!» — сказал он и лёг рядом взяв в руки какие-то документы. «А ты спать не собираешься?» — в пол голоса решилась спросить я. «Собираюсь. Когда заснёшь ты. Пока мне есть чем заняться.» — поцеловав меня в голову сказал он. Кое как я старалась думать о чём-то позитивном, чтобы волна тревоги не накрыла меня вновь. Например о том где будет проходить венчание… Учитывая, что Эммануэль католик, а я православная… «Ману…можно вопрос?» — улыбнувшись уголком губ сказала я. «Нет. Спи.» — не отрываясь от бумаг сказал спокойно он. «Я прошу тебя, один вопрос» — попыталась настоять я, поскольку любопытство терзало. «Завтра.Все вопросы пожелания предложения. Всё завтра.Спи.» — что-то исправляя в документах ответил он. «Ты католик я православная, где мы будем венчаться? В православной или католической церкви?» — широко улыбнувшись спросила я. «Конечно в католической. Епископ уже дал соответствующее разрешение. Хотя католицизм признаёт законными браки совершенные в православной церкви. Ну да не суть. Там только одна поправка, наши дети будут воспитываться только исключительно в католической вере, этот момент занесут в специальный формуляр.» — не отрываясь от чтения ответил он, а потом убрал документы и посмотрел на мое счастливое лицо. «Ты вот это сейчас как сделала?» — улыбнувшись сказал он. Иногда когда Макрон занят задавать вопросы ему одно удовольствие! Сознание будто работает надвое!) «Не понимаю о чем ты, я спать» — сдерживая смех ответила я и прижавшись к его груди закрыла глаза. Он рассмеялся, не выдержав засмеялась и я. Выключив светильник решено было спать обоим. Утро началось бодро и что немаловажно вовремя! Закончив завтрак мы приступили к сборам. На удивление я закончила их быстрей чем Эммануэль. Строгое темно синее с белыми вставками платье рубашка от Loro Piana быстро избавило меня от мук выбора, правда моментом обратив внимание на то что передо мной стояли туфли Louis Vuitton и Versace, предпочтение я отдала вторым, поскольку меня вновь посетила моя паранойя, в какой-то момент показалось, что Бриджит была в похожих туфлях на втором туре выборов. Бред полнейший, понимаю, но если уж есть выбор, то он очевиден. Мои не совсем приятные мысли прервал Макрон. «Галстук как-то завязан странно…посмотри пожалуйста» — повернувшись ко мне сказал он. «Да нет, не странно, просто криво. А тебе его кто завязывал так, словно второпях?» — спросила я и развязав стала исправлять предыдущий вариант. «Никто, я сам» — сказал он и улыбнулся. Я недоумевающе посмотрела. «Просто захотелось чтобы ты лишний раз ко мне прикоснулась» — обняв меня за талию сказал Эммануэль. «Да? Неужели! То то я и думаю, с твоим то опытом оформления этого элемента…» — с язвительной улыбкой сказала я. «Чистая правда! И раз уж ты так великолепно справляешься может с ремнём мне тоже поможешь?» — нежно проведя пальцами по моей шее сказал он. «Давит?» — едва коснувшись его пальцами чуть ниже ремня и проведя ими снизу вверх спросила я улыбнувшись. «Очень» — ухмыльнулся ответив он, и поцеловал меня в губы. Зацепившись за ремень и потянув на себя я начала расстегивать его… Каждое мое движение сопровождалось всё более и более страстным поцелуем, но в дверь сильно постучали. Развернув меня к окну и встав к дверям спиной Макрон громко сказал «Да!» Дверь приоткрылась, в проёме стоял Этьенн «Месье Макрон, в Страсбурге небольшая накладка по времени, буквально в пол часа, но машина Вас уже ожидает, самолёт готов.» — словно извиняясь произнёс мужчина. «Накладка? В плюс или минус?» — держа меня за талию спросил Эммануэль. «К сожалению в минус. Но всё готово, Вас ожид…» — не договорил помощник. «5 минут» — ответил Макрон и поцеловал меня долгим страстным поцелуем. «Понял.» — ответил Этьен и вышел тихо закрыв дверь. «Идём» — сказала я стуча ладонью по концу расстегнутого ремня. «Как всегда не вовремя…» — вздохнув сказал он и застегнувшись надел пиджак. Перелёт занял чуть больше часа, за это время Эммануэль погрузившись в работу практически не отвлекался, а Этьенн рассказывал мне в общих чертах о технических и протокольных составляющих заседания Европарламента. Присутствовать там мы должны будем уже традиционно вместе. Выступление Эммануэля было запланировано на половину второго, и должно быть завершающим. «Я думаю что по времени в любом случае будет кто-то не укладываться, и примерно на 10-20 минут выступления сдвинуться вперёд. Господин Макрон спешить естественно не будет, к тому же он последний по программе. В общем думаю мы в 14.30 уже сможем возвращаться в Париж.» — сделал вывод Этьенн. «А для чего делать такую петлю? Почему нельзя лететь сразу в Берлин?» — спросила я, поскольку это показалось не совсем логичным. «Потому что в Париже к нам должны присоединиться господин Эдуар и месье Жан, этот момент президент согласовал ещё вчера.» — ответил складывая документы в папку помощник. «Понятно… А Ле Мэр?» — почему-то я вспомнила о Брюно, сама не ожидая от себя, хотя мне показалось что тандем Брюно Эдуар и Эммануэль был бы более чем логичен. А тут одного не хватает. «Господин Ле Мэр присутствовать не будет.» — ответил он и допил кофе. Самолёт заходил на посадку. За доли минут мы подъехали к зданию парламента. «Увидимся, надеюсь ты не будешь скучать» — поцеловав меня в щеку сказал Эммануэль и принялся собирать разложенные по автомобилю документы. «Буду» — ответила я и убрав из его рук папку пересела ближе коснувшись рукой груди, после чего поцеловала его страстным глубоким поцелуем нежно прикусив губу. Его рука обхватила за бедро и он потянул меня на себя. Этьенн и водитель которые оставались невольными свидетелями происходящего вышли из машины. «Я же опоздаю…» — пытаясь не прерывать поцелуй сказал он и ещё крепче сжал бедро. «Без тебя не начнут, подождут, время ещё есть» — ответила я пытаясь расстегнуть ремень. Аккуратно забросив ему галстук на плечо я расстегнула брюки и сначала опустила руку под белье, нежно его коснувшись, в этот момент он обхватил ладонями мое лицо и вновь поцеловал меня желанно и жадно….Чувствуя как с каждым моим движением руки учащается его дыхание, мое сердце начинало биться всё сильней… Горячей волной разливалась по телу кровь… От понимания того, что он очень сильно возбуждён я испытывала это чувство в разы сильней! Опустившись вниз я медленно провела по нему расслабленным языком по всей длине и обхватив губами продолжила ласкать им его во рту… В этот момент он откинул голову назад и тяжело выдохнул. Его рука сжала лежащий рядом документ в кулак, а другой рукой он слегка надавив направил мою голову вниз. С каждым моим движением его дыхание было всё громче и чаще… И с каждой секундой мое удовольствие от совершаемых для него действий усиливалось сильней! В какой-то момент я почувствовала как пульсируя по горлу распространилось тепло… Он выдохнул и убрав мои волосы от лица посмотрел на меня, погладив тыльной стороной ладони по щеке. Проведя кончиком языка от начала до конца я облизав губы посмотрела на него. Он взял меня за подбородок и провёл большим пальцем по моим губам, а я поцеловала его и после нежно обхватив губами палец коснулась кончиком языка… «Что ты со мной делаешь…я забыл зачем приехал сюда» — тихо сказал он и улыбнулся абсолютно расслабленно. В его бездонных голубых глазах была словно дымка которая полностью обволакивала взгляд… «Сейчас Этьенн тебе напомнит» — сказала я и поцеловала его ладонь. «Вот спасибо, вернула с небес на землю» — засмеялся он застёгивая брюки, а затем продолжил «Так, со счастливым лицом мне выходить нельзя, тебе кстати тоже.» «А с помятой речью тебе можно выступать?» — закончив поправлять прическу, и взяв скомканный им лист бумаги двумя пальцами, сказала я. «Мда… ну минус 5 минут из речи» — сказал он и потёр лоб. «Так где там всё остальное, давай сюда!» — с улыбкой я потянулась к папке. «Нет нет, стой, отдай! Нужно идти» — сдерживая смех сказал Эммануэль и потянулся ко мне за папкой. «Просто так не отдам» — прищурив глаза ответила я. «Любимая время…я опаздываю! Чего ты хочешь говори?» — сказал он и поцеловал в губы. «Ещё» — обхватив его с нежностью за шею руками я прижалась к его телу для дальнейшего продолжения поцелуя. Стремительно с нарастающей страстью он чувственно поцеловал меня, крепко и уверенно держа за талию. «Ещё один такой поцелуй и мне не нужна будет ни эта папка, ни это заседание, ни-че-го! Только ты… Я безумно тебя люблю…» — глядя мне в глаза сказал Эммануэль и провёл пальцами по моим волосам убрав прядь за ухо. «Я тоже тебя очень сильно люблю Эммануэль» — с легкой улыбкой сказала я поправив ему галстук и ворот рубашки. Синхронно мы вышли из машины. Необъяснимо почему. Может потому, что в этот момент ни он ни я из-за переполняемых тело и душу чувств не подумали, что кто-то может это как-то иначе расценить. Может потому, что и вовсе не думали ни о ком кроме друг друга. Но факт оставался фактом. От такой неосторожности с нашей стороны Этьенн с удивлением посмотрел на нас, но резко собравшись с мыслями принялся рассказывать Макрону об очередности приветствия членов Европарламента. Сказать что заседание проходило стремительно я не могу, но в целом процесс продвигался. Приглашённые участники выделялись активностью, а вот гости и пресса заметно скучали, лишь иногда оживляясь при смене оратора. За несколько минут до конца Этьенн показал на часы. Это означало что пора возвращаться в кортеж. Не спеша вместе с охраной мы вышли в холл. Выйдя на улицу я ощутила как лёгкие наполнил свежий воздух! Да и в целом погода однозначно радовала. Стало даже немного жаль что сейчас придётся покинуть город не прогулявшись…но впереди ожидало 2 перелёта, не до прогулок увы. Через несколько минут у автомобиля появилась делегация провожающая Эммануэля и он сам. «Ну и как?» — спросил он, снимая галстук который будто удушающе действовал на него. «Ты был неповторим! Реакция присутствующих тому доказательство» — улыбнувшись ответила я, и обхватив его ладонями за шею поцеловала. В абсолютно довольной улыбке расплылся и он. Бесконечное признание, похвала и восхищение — то чем такие люди как Макрон дышат, видят стимул и черпают силы для дальнейшего роста и развития. Присутствие критики если и имеет место быть, то исключительно конструктивной и никакой другой. Им она тоже порой заменяет кислород, но! Как всем известно, критиковать Макрона практически невозможно, всему он находит объяснение, поскольку свои действия продумывает на шаг вперёд, за очень очень редким исключением, ну или в случае чп. Кстати и за это зачастую получает порцию недовольства от населения… к примеру многие считают что полномочий на нем уж слишком много, и частью их он должен поделиться с членами правительства, а так же чаще прислушиваться к их прогнозам и советам, так как многих не устраивает что большинство решений он принимает единолично сам. Возможно от части есть истина в их словах, хотя бы потому что это облегчило бы ему самому жизнь, но с другой стороны президент который ничего не решает это не президент, а скорей так…наместник. Но если отбросить это всё, то от близкого человека ему определённо требуется постоянная поддержка, вышеупомянутое восхищение, реже советы, ещё реже критика. Уж с чем с чем, а с последним отлично справятся оппоненты, ни к чему это делать близким в подобных объемах. Вернувшись в Париж в хорошем расположении духа, Эммануэль попросил Тристана подготовить пакет документов для поездки в Берлин. «Ману, мы туда надолго летим?» — решила поинтересоваться я поскольку это не обсуждалось. «Думаю что нет, посмотри график пожалуйста» — не отрывая взгляда от мака сказал он. «В 12 переговоры с Китаем, в 16.20 мероприятие…понятно, ночью возвращаемся?» — констатировала я. «Да, сокровище моё. Возвращаемся. Где Тристан?!» — недовольным тоном спросил он. «А что ты хотел? Этьенн здесь, позвать?» — предложила я. «Да…позови.» — окончательно провалившись в свои мысли и работу ответил Эммануэль. Я подошла к двери и открыв почти столкнулась в них с Бриджит. «Добрый день» — улыбнувшись сказала я и обернулась на Макрона. «И Вам.» — глядя мне в глаза поприветствовала она. «Эммануэль потрудись объяснить!» — практически крича она вошла в кабинет с этими словами. «Я не приглашал тебя Бриджит.» — не отрывая взгляда от бумаг сказал Макрон. «И хочу заметить что не только сюда Макрон!» — недовольно она бросила сумку в кресло. Я вышла в приемную «Этьенн, никуда пожалуйста не уходи, далеко. Эммануэль хотел поговорить с тобой, но как видишь планы немного изменились… В общем имей ввиду» — попросила мужчину я. «Да, конечно, мадмуазель. Вы только пожалуйста ЕСЛИ ЧТО сообщите, чтобы мы отреагировать успели.» — тревожно сказал он намекая на предыдущий инцидент. Я кивнула и вернулась в кабинет. «В таком случае для начала здравствуй. Что я по твоему должен тебе объяснять? Куда сюда? Бриджит, у меня нет на это всё ни желания ни времени. Я очень занят. Побыстрей.» — сложив руки на столе, а затем откинувшись на спинку кресла, сказал он. «Теперь обязанности первой леди будет исполнять она?!» — махнув в мою сторону рукой воскликнула Бриджит. «Она — Элен. Сбавь тон. Если ты пришла выяснять отношения, то покинь мой кабинет. Кто сопровождает меня в поездках решаю я. Первая леди Франции ты, де-юре. Всё? Можешь быть свободна.» — взгляд Эммануэля был тяжёлым и строгим, но голос звучал спокойно и твёрдо. «Нет не всё! Будь любезен послушай.Твои эгоистичные и лишенные всякой совести поступки возмутительны! Я просила тебя дать мне недельный отпуск, у меня были планы! Но ты сказал мне нет! И что я наблюдаю сейчас?! Да за это время я смогла бы провести его в своё удовольствие! Это твоё уважение ко мне?» — не унималась Бриджит. «Ты просила меня об этом когда? До инаугурации. На инаугурации меня должна сопровождать первая леди, увы! Ты поднимала эту тему после? Нет. Какие к черту могут быть ко мне претензии?! Это мне нужно?! Я должен об этом помнить?! Бриджит, остановись.» — сказал он явно пытаясь сдерживаться чтобы не грубить, а затем продолжил «Если тебе нужен отдых, передай дела Аннет, и прекрасного тебе времяпрепровождения! А сейчас извини, я очень занят.» «Но ты мог бы» — сново пыталась возразить она, но ее перебил Эммануэль «Значит не мог.Бриджит ты стала плохо меня слышать?» — сказал он тоном от которого пробирал мороз по коже. И если бы взглядом можно было убить то это был бы как раз тот случай. И именно этот тяжёлый взгляд исподлобья заставил ее замолчать. «Всего доброго!» — сказала она мне взяв сумку из кресла, и быстрыми шагами вышла из кабинета. «Ману не нервничай. Вдох выдох! Я пока приглашу Этьенна.» — спокойно сказала я и вышла в приемную. Он покачал головой и вздохнув снова погрузился в документы. Комментировать тут что-то было бы излишним, а главное бессмысленным. После их недолгого совещания мы стали собираться в Берлин. Самолёт уже ожидал в аэропорту. Для меня Германия нечто больше чем просто страна. Несколько лет я жила там с родителями из-за работы отца, туда же в своё время переехали мои бабушка и дедушка которых к сожалению уже нет в живых. Несколько раз в год я приезжала к ним в гости, и Берлин всегда ассоциировался с уютом, вкуснейшей выпечкой и бабушкиными нежными руками, которыми она гладила меня по голове вечерами и рассказывала разные истории из своей жизни… Они с дедушкой до последних своих дней были влюблены и счастливы! Они всегда были вместе! Они не боялись менять свою жизнь и получать от неё только удовольствие! Путешествовать по всему миру рука об руку- легко! Ходить в походы со сплавом по реке — запросто! Покорить вершину горы в Швейцарии в 67 лет? Не вопрос! Главное вместе и рядом друг с другом. Они спешили жить и старались наполнить её яркостью моментов, впечатлениями, положительными эмоциями! Умерли они тоже с небольшой разницей в несколько лет. Что для меня до сих пор отзывается болью в душе. Но если старость, то только такая, решила я когда-то для себя! Если и любить то только так, как любили друг друга они! А ещё именно от бабушки я переняла многие качества… Быть смелей и не бояться рискнуть, любить и стараться понять людей которые находятся рядом, хотя порой это кажется нереальным! Обожать путешествия и активный отдых! От этих мыслей стало немного тоскливо, но долго чувство это не продлилось, так как Эдуар решил показать всем свою младшую дочку Сару, которая была похожа толи на ангела толи на принцессу, определиться мы так и не смогли!) Из-за большой занятости и сложных взаимоотношений с бывшей супругой они не часто видятся, хотя старшие сыновья проводят с ним довольно много времени… Но несмотря на это, регулярно эта милашка радует папу присылая видео на которых передаёт ему трогательные приветы и даже рассказывает стихи. Наблюдать, как трое взрослых серьёзных мужчин с умилением смотрят в экран телефона на ребёнка, невозможно было равнодушно! В какой-то момент пока Эдуар показывал очередное видео Эммануэль поднял на меня блестящие, от какой-то внезапно возникшей в этот момент радости, глаза, и улыбнулся. Зная, что хочет он именно дочку, было не сложно догадаться, что вызвало его улыбку. «У нас была замечательная няня, любовь к чтению и стихам привила ей скорее она! Хоть Эдит и критиковала ее за излишний консерватизм. Но без этого выпускниками Принстона и не становятся. Она идеальный педагог для начальной школы.» — рассуждал Эдуар. «Всё хорошо в меру. Но учитывая то, какие плоды это принесло, не так уж он оказался и плох! Кстати, а не эта ли няня была у младшего сына Брюно?» — спросил Эммануэль. «Да! Она! Помнишь он ещё рассказывал что младший в 4 года начал читать лучше чем средний в 7! Хотя мы тогда решили, что просто Луи больше похож на Полин!» — сказал Эдуар и все засмеялись. «То есть ты можешь с уверенностью рекомендовать её?» — спросил Эммануэль. Я толкнула его в ногу под столиком что разделял нас, но он только взял меня за руку. «Да! Лучше чем она сложно будет найти кого-то во Франции. Её послужной список безупречен!» — сказал Эдуар. А Жан внезапно спросил с улыбкой «Эммануэль ты с какой целью интересуешься? Мы чего-то не знаем?» «Не знаю чего вы там не знаете. Информация полезная. У тебя через год два внуки появятся, вспомнишь ещё.» — пытаясь найти выход из сложившейся ситуации сказал Макрон. «Ему бы жениться ещё! Он же у меня парень своеобразный…» — сказал Жан, и всю посадку мы слушали о том, как сложно воспитывать детей в наше неспокойное время. Самолёт приземлился. Нас встретил кортеж. Между проведением официально протокольной части встречи с канцлером и неформальной беседы, мне позвонила Эстель. «Эли! Эскизы платьев готовы как мы с тобой и планировали! Я только что была в Елисейском, правда по своим вопросам, но в этот момент как раз проходила встреча с представителями дома Dior, Givenchy, Chanel, Yves Saint Laurent и Dolce & Gabbana. Все уверенно сказали подготовленные 5 образов просто фантастика! Я узнала, что на днях запланирована твоя встреча с ними, чтобы утвердить чьи больше по душе. Когда вы возвращаетесь? Я могу присутствовать на ней вместе с тобой? Мне так не терпится посмотреть! Ты не против?» — с восторгом сказала она. «Отличная новость! Конечно я не против, о чем речь! Мы вернёмся уже сегодня ночью, поэтому как только будет оговорено конкретное время и дата я обязательно тебе сообщу! И спасибо за оперативную информацию!» — с превосходным настроением от её вестей ответила я. «Супер! Буду ждать! Только смотри чтобы наш жених не присутствовал никоим образом! Знаю я его любопытство.» — сказала Эстель и мы рассмеялись. На этой веселой нотке завершив попрощавшись звонок. У Макрона и Шольца началась неформальная часть встречи состоящая из прогулки. Наконец-то по пути к месту мы смогли немного поговорить. «Не утомилась? Как самочувствие?» — спросил Эммануэль передавая какие-то документы Этьенну. «Нет, всё в порядке! Звонила Эстель» — довольно улыбаясь сказала я, но не успела ничего рассказать, так как в этот момент к нам подошёл канцлер вместе с помощником. Обратившись ко мне на английском Олаф сделал комплимент и предложил присоединиться к прогулке, а также пригласить делегацию. Я ответила ему на немецком, что польщена и с большим удовольствием принимаю его предложение, делегацию сейчас оповестят. «У Вас отличный уровень владения языком! Но я слышу баварский диалект.» — сказал на родном языке Олаф. «Что он сказал?» — наклонился ко мне Эммануэль. «Сказал что у меня не плохой немецкий но он слышит баварский диалект» — быстро пересказала я. «Баварский диалект…наивный. Русский не хочет…» — тихо шепотом сказал мне Макрон и улыбнулся канцлеру. «Ману…» — ещё тише чем он сказала я понимая, что переводчик стоящий рядом может услышать, и выглядеть мы будем не то что неловко, а откровенно некрасиво. «Что Ману… Разве не так?» — улыбнувшись сказал мне он придерживая рукой за талию. Судя по поведению ситуация его забавляла. Но мы встретили два растерянных и не совсем понимающих что происходит взгляда от Шольца и переводчика. Выглядело это и впрямь странно для них со стороны…«Спутница» президента тихонько что-то говорит ему на французском, а он в свою очередь с ухмылкой обнимает её за талию и упоминает русских. Картина маслом. «Господин Макрон, если вы не против, пойдёмте?» — обратился помощник канцлера. Выйдя на улицу в процессе беседы они подошли к прессе, а мы с Этьенном остались с делегацией. «Что-то я устал.» — сказал помощник и оперевшись о стену ослабил галстук. Первый раз я слышала от него слова о какой либо усталости! Мне казалось, что такие чувства для Этьенна чужда! Но, оказывается что мои подозрения о том, что он робот не подтвердились!) «Я думаю, что скоро мы все сможем отдохнуть. Держись» — ответила я и повернувшись посмотрела на Эммануэля. Общение их с канцлером длилось непродолжительно. На прощание господин Шольц поцеловал мою руку и обнял Макрона с широкой улыбкой. При возвращении в Париж мужчины решили отметить удачный визит. Однако я заметила что Эммануэль периодически зовёт то одного то другого помощника, и то и дело проверяет телефон. «Ты ждёшь чей-то звонок?» — сев в кресло рядом спросила я. «Я? Жду звонок? С чего ты взяла? Какой звонок?» — допив виски ответил он не смотря в глаза. «Ты постоянно проверяешь телефон, уже 4 раза подходил Франсуа и Этьенн. Мне вот тоже интересно какой такой важный звонок вы ожидаете господин президент?» — положив руку ему на бедро внимательно смотря сказала я. «Ваша фамилия не Пуаро? Или возможно Марпл?» — язвительно ответил Эммануэль. «Коломбо!» — так же язвительно ответила я. «Мадмуазель Коломбо, считаю что для Вас мадам Макрон звучало бы намного лучше» — коснувшись моего подбородка рукой сказал он, и поцеловал меня в губы. «Чей звонок вы ожидаете с таким нетерпением месье Макрон?» — с ухмылкой спросила я, а он рассмеялся и ответил «Ты удивительная» «Удивительная что Ваши сладкие речи не сбивают меня с толку?» — сказала я с улыбкой. «И это тоже… Я хотел сегодня провести переговоры по прилёту…да и мы задерживаемся из-за погодных условий, и уже достаточно поздно. Лучше перенести, правда?» — сказал он пристально глядя мне в глаза. «Конечно.Однозначно. На сегодня с работой нужно завершать, по расписанию отдых!» — ответила я и поцеловала его в щеку. Хотя его поведение показалось мне немного странным. Ну да ладно… Самолёт зашёл на посадку. Дорога в Елисейский не заняла много времени, и с делами на этот день было действительно решено закончить. На протяжении нескольких дней я с головой ушла в процесс решения вопросов касающихся организации нашего венчания, получая при этом просто неповторимое удовольствие! Хотелось не упустить ни малейшей детали! Чтобы всё прошло не просто хорошо, а безупречно! Единственное, что отвлекало от этого важнейшего процесса, это бесконечные примерки платьев, чаще всего по несколько раз в день. Но то, что по итогу должно было получиться, приводило в абсолютный восторг! А вот варианты букета невесты я оставила на усмотрение модельеров которые уже совместно с флористами определят тот, что будет является наиболее подходящим. Делегировала полномочия как могла!) Венчание и дальнейшее проведение торжества было решено провести в замке Шамбор, алтарь должен будет расположиться на берегу прилегающей к территории реки Коссон. А крупнейший в Европе закрытый парк замка распростершийся на 5463 гектара и окруженный 32-километровой стеной, самой протяженной во Франции, полностью удовлетворял пожелания Эммануэля касаемо безопасности и анонимности. На 3 недели замок и вся прилегающая территория будет закрыта для посещения, и полностью переоборудована для проведения торжества. И кто бы мог подумать что сложнее всего при этом будет выбрать комнату для нас из 440 предложенных в замке. Второй день было принято решение провести в Сен-Тропе, вдвоём, на яхте. Из эпохи ренессанса и пышных торжеств для родных и близких, мы перенесёмся в современную атмосферу праздника для двоих! Таким образом нам удалось удовлетворить предпочтения всех путём не хитрого компромисса! Чему мы с Эммануэлем были безмерно рады! Спасибо Франсуазе которая принимает не менее активное участие в подготовке как и Эстель, и Сабина супруга Лорана. Для меня это особенно важно, так как кроме них рядом со мной ближе нет больше никого. И пожалуй для всех эта подготовка была предзнаменованием чего-то абсолютно нового, однозначно счастливого и безумно трепетного! Не обошлось без уже традиционной растасовки гостей от Эммануэля. Порядка 19 раз за эти дни мы меняли рассадку и их список. Ману казалось, что сначала мы кого-то недосчитались, потом, что некоторых приглашать не стоит так как они не входят в круг близких. В общем конечный вариант был ещё далёк до утверждения. Однако медленно но верно мы приближались к заветной дате! «Ты звонила своей подруге?» — за ужином задал вопрос Макрон. «Ещё нет, на днях планирую поговорить с ней. Просто пока не решён вопрос с моими родителями мне сложно будет объяснить ей происходящее…по крайней мере пока я не смогла подобрать нужных слов.» — ответила я внутри ощутив чувство тревоги. Конечно мысли о семье не покидали меня. Я переживала. Очень. Но изо всех сил старалась отпустить этот момент и положиться на Эммануэля. «Я тебя понял. Кстати о семье. Утром нам к врачу? Я перенёс совещание и у меня будет 40 минут, мы ведь успеем?» — с улыбкой глядя на меня сказал он. «Любимый, откуда же мне знать… Но думаю, что да…в конце концов это просто узи.» — задумавшись ответила я. «Отлично! А что по поводу репетиций танца? Я попробовал сместить в расписании некоторые вечерние совещания, но времени все равно крайне мало» — спросил Эммануэль. «Кстати, по поводу танца. Я считаю, что репетиции не стоят того чтобы ты ставил себя в ещё более неудобное положение. Это формальность. Поэтому думаю нам хватит парочки перед непосредственно самим венчанием. У меня другой вопрос…» — сказала я и замолчала, в горле появился ком… «Идеально! Полностью согласен! Спасибо нежность моя, я даже не рассчитывал на такое! Так а что за вопрос?» — сказал он обрадовавшись что теперь сможет работать, а не мучиться на бесконечных тренировках репетируя танец, и наклонив голову попытался заглянуть мне в глаза которые я опустила. «По традиции к алтарю меня должен вести отец, или ближайший родственник….» — тихо сказала я пересилив прилив горечи в душе. «Я знаю. Не переживай. Так или иначе вопрос этот будет скоро решён. Кстати раз уж зашла речь о традициях. Я подумал что свидетелями с моей стороны будут Брюно и Эдуар, как ты на это смотришь?» — улыбнувшись попытался сменить тему он. «Я очень на это надеюсь Эммануэль…очень. А по поводу свидетелей…не могу сказать что это неожиданно!» — улыбнулась я и продолжила «Думаю что они будут рады твоему решению! Тогда если Лика будет присутствовать то с моей стороны будет она и Сабина.» «Сабина? А Лоран в курсе?» — удивленно он посмотрел на меня. «Да…что-то не так? И у меня ещё вопрос…но я не знаю как тебе его точней и правильней задать.» — сказала я. «Нет! Конечно нет! Всё хорошо! Просто я узнаю это от тебя, а ведь мы с братом виделись на днях. Ну в прочем это Лоран, чему я удивляюсь. По поводу чего вопрос? Задавай.» — ответил Эммануэль внимательно глядя на меня. «По поводу Элен» — сказала я. Было неловко, но одновременно важно задать этот вопрос ему. «По поводу себя?» — с усмешкой произнёс он и сделал глоток воды. «Ману, ты же понимаешь о ком я… При всём уважении к мадам Франсуазе, мне очень неловко перед твоим отцом, на данный момент в списке гостей до сих пор нет его супруги… Но я признаться даже не знаю, как поступают в таких случаях. Мадам Элен очень милая женщина, и думаю твоему отцу было бы » — я не успела закончить предложение… «Я думал на эту тему. И хоть родители с усилием поддерживают отношения, я с тобой согласен, не пригласить ее будет однозначно грубым жестом в адрес отца и брата. Но рассадку тогда нужно будет пересмотреть ещё раз…» — подытожил он и самому стало смешно от упоминания этой злосчастной рассадки. «Я не сомневалась что к ней мы ещё вернёмся» — с широкой улыбкой я потянулась чтобы поцеловать его. Ночь прошла абсолютно бессонно. Тревога охватила меня целиком и полностью, хотя по сути поводов для такого сильнейшего беспокойства не было. Всё шло своим чередом, пусть далеко и не так как хотелось бы. Разве что немного успокаивал своим видом мирно спящий под одеялом Эммануэль. По итогу за ночь удалось погрузиться в сон на пару часов. Не дожидаясь будильника я пошла собираться к врачу. «Что-то я волнуюсь. Немного.» — звучали как признание слова Эммануэля уже по дороге к врачу. Что удивило меня в крайней степени! До последней минуты он сохранял полное спокойствие, даже я глядя на него успокоилась и отгоняла от себя тревожность по поводу и без. И вдруг такая новость! Я поцеловала его, и крепко обняла. «Переживаешь что мои шутки про тройню окажутся реальностью?» — пошутила я чтобы хоть как-то разрядить, правда особо мне было тоже не смешно. Впрочем переживала я сильней всего за здоровье ребёнка и развитие. «Я буду рад любому их количеству… Врачу только сказать нужно пусть далеко салфетки с нашатырем не убирают.» — сказал с улыбкой Эммануэль и нас проводили в кабинет. Увы быстро все сделать и уйти не удалось. Только после непродолжительной беседы между собой на тему здравоохранения Эммануэль дал врачу приступить к процедуре. Хотя стоит ещё разобраться кто из них был больше заинтересован в ней!) Зато к этому моменту волнение мое от ожидания почти прошло. Плюс был однозначный. Сама процедура заняла около 10 минут. В эти 10 минут нам рассказали о точном сроке, локализации плодного яйца и наконец самый забавляющий нас факт на который мы частенько шутили, количество плодов! Он был один. Я посмотрела в этот момент на Эммануэля, но судя по его улыбке он был бы счастлив даже если бы нам сообщили о том что их там 4! «Один, Эммануэль» — сказала я улыбнувшись. Он несколько раз поцеловал мою руку а потом лоб. «Ты только посмотри!» — кивнув в сторону монитора уз-аппарата он. «Патологий на данном сроке я не наблюдаю. Всё отлично.» — сказал врач и принялся рассказывать то, что изображено на мониторе. «К этому моменту сердечко уже имеет четыре отделения, оно ещё формируется но мы можем сейчас наблюдать как оно стучит! Кровеносные сосуды сформировались у эмбриона начался собственный кровоток. Формируются зачатки конечностей, вот здесь если присмотреться видны глазки, ушки и челюсть.Так же формируется мозг, нервная система, лёгкие, желудок и печень» — рассказывал врач с умилением глядя на нас. «А почему оно бьется так часто? Волнуется?» — вроде шутя но в тоже время с какой-то тревогой спросил Макрон. «Сердце эмбриона в норме бьется в два раза чаще чем у взрослого, примерно до 160 ударов в минуту. А вот волнуются здесь только двое, будущая мама и папа! Но я с уверенностью Вам заявляю, причин для этого нет.» — спокойно с улыбкой сказал врач. Я снова посмотрела на Эммануэля и он просто светился от счастья! Улыбка не сходила с лица, и я впервые в жизни увидела как человек внимательно рассматривает монитор на котором лично для меня было вообще ничего не понятно!) Где уж там врач видел зачатки конечностей, глазки и ушки к своему стыду я не могла понять! Но глядя на Ману казалось, что он там видит не эмбрион — а центр вселенной! И не в процессе развития, а уже полностью сформировавшегося! Ещё некоторое время врач беседовал с нами, рассказывая всё в подробностях. Вопросов я задать не успела так как всех их озвучил «наш папа». Теперь уже с уверенностью я могла называть его именно так. Ведь вся беременность была уже не только на словах и отражалась на моем состоянии здоровья, но и на снимках которые к слову Эммануэль бережно уложил в свою папку, а не мою. Чек-лист мой состоял разве что из рекомендаций по борьбе с токсикозом. А так же несколько листов о том что можно а что нельзя, и как это влияет на развитие плода. «А вот ещё. Скажите, после какой недели можно будет определить пол?» — уже уходя спросил он. «После 20, поскольку на этом сроке половые признаки будут практически сформированы и визуализироваться достаточно хорошо.» — ответил врач. «Благодарю Вас!» — Эммануэль пожал ему руку. «А я от всей души ещё раз поздравляю вас господин Макрон и вашу супругу!» — с не менее счастливым лицом сказал врач, и ещё несколько минут они продолжили общение. Выйдя из кабинета он буквально схватил меня на руки «Спасибо любимая» — сказал он и потянулся чтобы поцеловать. Обхватив ладонями его лицо я нежно поцеловала в губы. От переполняющих чувств, и видимо гормонов, у меня проступили слёзы на глазах…я не знала что ответить и лишь сильней прижалась к нему. «Если бы ты могла себе представить как я счастлив!» — произнёс тихо он и посмотрел мне в глаза. Видимо в кабинете он держался из последних сил, а волю эмоции получили лишь сейчас. Его глаза заблестели, пальцами он взялся за переносицу и широко улыбнувшись после, несколько раз поцеловал меня в щеки губы и лоб. День был наполнен счастьем! И даже изнуряющие примерки не испортили моего настроения. Как вдруг…позвонил мой телефон. Это был отец. И увы, разговор продлился не долго. В ультимативной форме мне было сказано, что я неразумный ребёнок, и на следующей неделе обязана вернуться в Россию, пока по хорошему. Во избежание ошибки которая может испортить мне всю оставшуюся жизнь. Ни о каких детях, отношениях и прочем отец слушать даже не стал. Единственное, что прозвучало от него в отношении Эммануэля, так это то что он преступник и лучшее из того что может сделать он, это отвезти меня в аэропорт и забыть о моем существовании раз и навсегда. На этом монолог был окончен, именно монолог, иначе его назвать язык не поворачивается… Первый разговор за столько времени…они связались со мной… И даже не спросил как я чувствую себя… Что вообще со мной сейчас… Ничего! Я поспешила в кабинет к Макрону чтобы сообщить о случившемся. «Для начала успокойся» — с мрачным взглядом, но абсолютно спокойно сказал он. Естественно его спокойствие было связано с тем, что он все это уже знал. Но видимо надеялся, что мой отец сменит гнев на милость после разговора с ним, но увы чуда не произошло. Я к этому моменту была готова разреветься, но держалась лишь на том о чем говорил мне врач. Никакого стресса. Получалось плохо, но я пыталась. Он вызвал Валери и попросил Этьенна отменить вечернее совещание. От этих его действий охватывала внутренняя паника. Все шло к тому, что видимо скандал между ними неизбежен, так как отец настроен также решительно как и Эммануэль. «Сейчас ты пойдёшь в сад с Мари и Лаурой, погуляешь, подышишь воздухом, тебе нужно успокоиться слышишь меня? Прошу, думай о себе и малыше. Больше ни о чем.» — пытаясь улыбнуться сказал Эммануэль и сел рядом со мной на диван. «А так же, я хочу чтобы ты на время отдала мне телефон по которому тебе звонят родители. На время! Я скоро его верну. Хорошо?» — произнёс он протянув руку. Единственное чего я хотела всем сердцем и душой, чтобы всё это закончилось! Каким образом для меня уже было не столько важно! И сделать я была готова уже что угодно. Кивнув я протянула ему телефон, а он поцеловал меня в висок и прижал к себе. В комнату вошли врач и Мари. Следом за ними Валери и Этьенн. «Идёмте мадам…» — осторожно сказала Лаура, подойдя и наклонившись ко мне. «Я люблю тебя, всё будет хорошо, поняла?» — напоследок сказал Эммануэль. «Поняла…я тоже тебя люблю» — поцеловав его я вышла вместе с женщинами. В голове путались мысли, я не понимала от чего настолько категоричны самые родные для меня люди. Что случилось то уже случилось, неужели при всём при этом они не готовы принять мой выбор? Как можно любить, но в то же время быть столь жестокими? Или таким образом выглядит забота? Их страх за мое будущее? Но ведь разве все так страшно? Я любима этим мужчиной, а ребёнку рады все кроме них! Почему? Потому что я впервые в жизни поступила не так как хотели они? Потому что не оправдала ожиданий и теперь они пытаются взять под свой контроль всё заново? Я ничего не понимаю. Я не могу объяснить то, что происходит. Но одно я знаю точно, ребёнок родиться, если они не хотят смириться с этим то увы, видит бог не я буду инициатором разрыва отношений между нами. На протяжении долгого времени Мари и Лаура пытались отвлекать меня. Врач рассказывала как важно сейчас позитивно мыслить и как благотворно это скажется на формирующейся нервной системе малыша, как полезно это для моего здоровья, и рекомендовала разные техники дыхания чтобы успокоиться и прийти в равновесие, а Мари делилась опытом по использованию нескольких техник, и о том какое счастье иметь детей, своих у неё было трое но все они были уже взрослыми. «Отпустив беду от сердца» и придя в себя, я поблагодарила женщин за внимание и поддержку. Мари предложила проводить меня в комнату. Лёжа на кровати я не думала ни о чем. Просто слушала тишину. Но ее нарушил щелчок двери. Это был Макрон. Сердце невольно застучало с бешеной скоростью. Медленно он вошёл в комнату с мрачным и недовольным взглядом, но посмотрев на меня попытался улыбнуться уголком губ. Присев на край кровати рядом, Макрон поцеловал мой лоб, а потом погладил по животу. «Как ты себя чувствуешь? Всё в порядке?» — сказал он. «В порядке… Стараюсь не нервничать, насколько это возможно.» — ответила я едва сдерживая себя чтобы не задать по-настоящему интересующий меня вопрос. «Ты у меня умница…» — сказал он и на этой фразе раздался стук в дверь. Это был Этьенн. «Господин президент вызывали?» — торопливо обратился мужчина. «Да, распорядись на утро подготовить самолёт в Россию.» — произнёс Эммануэль и повернувшись взял меня за руку пронзительно посмотрев в глаза.