Глава 9. Такие разные встречи

Джарет Беатрис, сама того не зная, подкинула мне ту ещё задачку. Айне не относилась к моим хорошим знакомым, поэтому ограничиться письмом с просьбой было нельзя. Требовалась личная встреча и вежливая беседа, полная скрытых и не очень намеков. От варианта с подкупом кого-нибудь из ее придворных также пришлось отказаться: сиды отличаются просто патологической честностью. Для начала я решил пересечься с Айне как бы случайно. На самом деле, мои гоблины отличались редкостной пронырливостью и при желании могли выведать все, что угодно. С их помощью я узнал, что в ближайшие выходные королева запланировала традиционный выезд к холмам, в которых обитали ее предки. В таких местах ее народ возносил молитвы ныне почти позабытым богам и проводил таинственные ритуалы. Сиды вообще любили мероприятия такого рода. Считалось, что так предки даруют им благословение. Какого рода, на что, да и зачем королеве это нужно — я не знал. Но факт был в том, что эти холмы располагались как раз между моими землями и Городом. Поэтому не было ничего подозрительного в том, что я пересекусь там со двором королевы. Я оказался прав. Более того, мое появление восприняли с удивительной и неподдельной радостью. Не прошло и пяти минут, как я понял, чем это объяснялось. Сиды — народ, отличающийся по-настоящему дивной красотой, но даже на этом фоне внешность королевы поражала воображение: длинные золотистые волосы, почти достигающие колен, огромные глаза невероятно яркого и чистого голубого цвета, совершенные черты лица и нечеловечески изящная фигура, облаченная в лазурное платье. И дополнялось это великолепие совершенно непробиваемой редкостной тупостью. Раньше я имел дело с Айне только на официальных встречах, там мы просто обменивались приличествующими фразами, раскланивались и расходились в разные стороны. Поэтому у меня сложилось впечатление, что она — истинная дочь своего народа — прекрасная, высокомерная и излишне обожающая церемониал. Кто же мог подумать, что она просто не способна выдать что-то за его пределами. Более того, усугублялось мое незавидное положение также тем, что прекрасный ротик Айне не закрывался ни на секунду: она говорила о прекрасных пейзажах, что представали перед нами, о предстоящем бале, о новых модных веяниях, появившихся у эльфов, снова о бале, о том, какой прекрасный наряд у нее там будет, о красотах полуистоптанного копытами ее лошади цветочка, о самой этой лошади и ещё раз о бале. Через четверть часа мне удалось получить заветные приглашения, ещё через час — пообещать Айне, что отправлюсь на ещё одну конную прогулку с нею в ближайшее время, а ещё через два — наконец-то вырваться на волю. Когда я вернулся в замок, в голове все ещё шумело, а в ушах стоял звук приятного, музыкального, но до невозможности въедливого голоса Айне. Теперь я просто обязан на балу хотя бы раз пересечься с Сарой: не зря же я выдержал такую психологическую атаку. К сожалению, отпущенные до следующей встречи с Айне два дня прошли слишком быстро, и я с тяжёлым сердцем отправился к ее двору. Ехал я один — пожалел гоблинов и не взял их с собой. По той же причине меня не сопровождали люди, находившиеся у меня в подчинении. Пусть меня и называют королем гоблинов, одними ими число моих подданных не ограничивается. Коня я выбрал самого прыткого и норовистого — если станет совсем невмоготу ускачу вперёд, сославшись на его необъезженность и дурной характер. В назначенный час я стоял у замка Айне и ждал, когда она наконец явится. Говорят, что точность — вежливость королей, но, видимо, к королевам это не относится. Наконец ворота открылись из них выпорхнула Айне, одетая в малинового цвета амазонку и шляпку на тон темнее, украшенную белыми перьями. За нею следовала свита, в этот раз, кстати, почему-то в сокращённом варианте. — Ах, Джарет! Простите, что заставила вас ждать, — прощебетала Айне. — Никаких проблем. Рад встрече, — я, как мог, изобразил радостный оскал и поцеловал королеве руку. — Давайте отправимся в рощу отвергнутых влюбленных. Там так романтично! — вот только романтики мне не хватало, но я покорно кивнул. Айне не унималась: — А вы знаете, Джа-а-арет, почему она так называется? — от того, как она произносила мое имя, растягивая первый слог, хотелось его немедленно сменить. — Не имею понятия. — О, это очень красивая и печальная история, — тонкие пальчики королевы неожиданно цепко обхватили мое запястье, принуждая замедлиться. Я с трудом подавил желание вырваться: ссора с Айне не входила в мои планы. — Много веков назад смертный юноша случайно увидел девушку из сидов и влюбился в нее с первого взгляда. Он был так пленен ее красотой, что смог даже отыскать дорогу в потаённые холмы. Пробравшись туда, куда ранее не попадал никто из рода людского, этот юноша начал искать свою возлюбленную, но узнал, что ту унес злой маг и заточил в своем замке. Этот человек не смирился и, превозмогая немыслимые тяготы, добрался до логова темного колдуна. Там он сразился с целой армией чудовищ, а сила его любви помогла ему сразить их всех, включая самого мага. Юноша освободил возлюбленную и попросил ее руки. Айне трагически вздохнула. — Она согласилась, и жили они долго и счастливо? — Нет, конечно! — большие голубые глаза Айне широко распахнулись от изумления. — Он ведь был всего лишь человеком. Девушка отказала ему, и тот в отчаянии сбросился со скалы. Я вам ее потом покажу, она находится совсем рядом с рощей. — Интересная легенда, — осторожно сказал я. Концовка оказалась нетипичной. — Ах, я тоже так думаю! — воскликнула Айне. — В юности меня так поразила эта история, что я даже написала целую поэму по мотивам. Хотите, почитаю? Я заметил, что свита незаметно стала от нас отставать, но ответить чем-то иным, чем согласием, было бы крайне невежливо: — Буду польщён. Но не хотелось бы утруждать вас. — Мне совсем нетрудно! Я поспешил немного уменьшить ее энтузиазм: — Не смею так злоупотреблять вашей добротой. Достаточно будет небольшого отрывка. — Как скажете, — любезно ответила Айне и начала декламировать свое творение. И тут я понял, что лучше бы она продолжала вещать о моде и восторгаться травинками — ее стихи были чудовищны. Особенно для представительницы народа, который славится своим утонченным вкусом и любовью к красоте. «Она была прекрасна как рассвет,/ Светла, лучиста, он же — нет» оказалось только началом. На ритм Айне практически полностью не обращала внимания, на рифму и смысл, впрочем, тоже. «О, так ее, красавицу, люблю,/ Не ем, не пью и даже я не сплю», «Глаза ее сверкают как алмазы,/ Один, другой и оба сразу» вынести оказалось уже сложнее. На моменте «Меня ты только позови, Приду сей миг к холмам любви» выдержка мне изменила, тем более, «холмы любви " ассоциировались у меня отнюдь не с местом обитания сидов, а с несколько иными, более плотскими аспектами отношений. Я поспешно зааплодировал, не давая Айне продолжить: — Это было очень поэтично! — Вам понравилось? — Никогда такого раньше не слышал! — с чистым сердцем произнес я. Такое мне даже у самых дурных поэтов не попадалось. — А вот моему учителю словесности не понравилось. Раскритиковал в пух и прах, мои родители тогда отказались от его услуг, — сказала королева, чуть поджав губы. — Возможно, он позавидовал моему таланту. А как вы считаете, Джарет? — Я думаю, он никогда не смог бы написать чего-нибудь подобного. — Вы такой милый, Джарет! — проворковала Айне, игриво склонив голову набок. После декламаций обычная речь королевы воспринималась уже гораздо лучше, но по завершении прогулки я все равно чувствовал себя выжатым как лимон. Поэтому решительно наплевав на приличия и статус, решил пройтись по Городу, заодно выпив чего-нибудь покрепче. А то ещё приснится Айне с очередными виршами. Меня аж передёрнуло, как только я это представил. Город всегда меня успокаивал, так произошло и в этот раз: его хаотично застроенные улочки, бойкие торговцы и мельтешащие там и тут представители мелких народов всегда оказывали на меня умиротворяющее воздействие. Но от намерения пропустить стаканчик-другой я не отказался, поэтому неспеша прогулочным шагом дошел до таверны. Коня я предусмотрительно отправил домой: в его предках были единороги, поэтому опасность попасться какому-нибудь хищнику на зуб ему не грозила, как и возможность потеряться. Как и всегда внутри царил приятный полумрак, рассеиваемый только тусклым светом свечей, а ставни, на моей памяти, ещё никогда не открывались. Тяжёлые дубовые столы, длинные лавки и стены, увешанные связками трав и амулетами — по слухам, убранство не менялось здесь последние лет пятьсот. Но прежде чем я успел пройти к одному из свободных мест, знакомый звонкий голос остановил меня: — Ба! Никак сам король гоблинов пожаловал. Составьте компанию скучающим девушкам! Иногда я хочу убить Беатрис. Чего стоит одна только ее шуточка, когда мне к оплате прислали счёт из модного салона. К счету прилагалась записка, в которой витиеватым почерком Беатрис было написано: «Будь другом, оплати нашу экипировку для бала. Это в твоих же интересах. Обещаю, такого больше не повторится. Заранее благодарю. Б.» Разумеется, средства я посыльному выдал незамедлительно, но любви к Беатрис мне ситуация не добавила. И вот опять она чего-то от меня хочет. Я развернулся с намерением осадить зарвавшуюся ведьму, да так и замер соляным столбом. Компанию моей давней знакомой составляла Сара. Девушка настороженно смотрела на меня, сжимая в руках старинную трехзубую вилку и нож, которыми, очевидно, перед моим появлением пыталась разрезать лежащий перед ней кусок мяса. Сейчас же она держала их скорее как оружие — колющее или метательное, я не смог определиться. — Присаживайся к нам! — приглашающе махнула рукой ведьма. Машинально я опустился рядом с нею. — Представлять вас, думаю, не нужно. Вроде как всё уже знакомы, — судя по блеску глаз Беатрис и хаотичности ее движений бокал перед нею стоял уже не первый. А лежащие рядом с Сарой свёртки намекали, что дамы успели забрать оплаченные мною обновки. Я молчал, Сара тоже не спешила подключаться к разговору. К счастью, неудобную паузу прервал разносчик, спросивший, что я желаю. Я с тоской покосился на своих спутниц и заказал жаркое и кофе. В такой компании мне лучше не дурманить голову алкоголем. — В общем, раз Сара тут не одна, я могу наконец-то повеселиться, — прежде чем кто-либо из нас успел что-то сказать против, ведьма весьма бодро ускакала к пляшущим в центре зала фавнам. Пользуясь тем, что Сара отвлеклась на это занимательное зрелище, я в свою очередь смотрел на нее, не отрываясь. Со дня всех святых минуло уже почти два месяца, и за все это время я ни разу видел Сару, поэтому сейчас использовал каждую секунду, стараясь запечатлеть в памяти ее образ. — Вот зараза! — Сара повернулась обратно к тарелке, а я быстро перевел взгляд на стол. — И много она успела выпить? — По-моему, это шестой, — ответила Сара. — Печально. Если бы Беатрис выпила больше, то ее бы начало скоро клонить в сон, а сейчас она только разогрелась. В таком состоянии она может и до утра тут веселиться. — Черт! Надеюсь, в этот раз она управится быстрее. Стоп, подожди. Так вы хорошо знакомы? — Разумеется, кто же не знает Беатрис? Магический мир не так велик, поэтому рано или поздно узнаешь всех мало-мальски значимых его представителей, — отрицать факт знакомства было бы крайне глупо, но наводить Сару на мысль, что Беатрис не просто так на нее вышла, мне не хотелось. Кажется, обошлось, и Сара ничего не заподозрила. — А вы как познакомились? — Она стала моим учителем. — Рад слышать, что ты решила развивать свои способности. А, видимо по этой причине твой друг в последнее время не обращался ко мне за новыми кристаллами? — Да. Спасибо за то, что помог мне. — Не стоит благодарности. И чему ты уже успела научиться? — и добавил. — Если это не секрет, конечно. Я думал, что Сара отделается общими фразами, но неожиданно для меня она стала рассказывать о своих достижениях. Поначалу довольно сдержанно, но чем дальше, тем с большей лёгкостью и удовольствием она расписывала, как проходят их занятия. Я задавал уточняющие вопросы, смеялся курьезным случаям, которые у них нередко возникали. В свою очередь рассказал Саре пару общеизвестных баек из жизни Беатрис — а там было, где развернуться. Я наслаждался каждой минутой нашей беседы и втайне мечтал, чтобы Беатрис веселилась до самого утра. К сожалению, в этот раз ведьма не отличилась выносливостью и уже чуть позже двух часов ночи вернулась в наше общество. Слабо держащуюся на ногах ведьму мы, поразмыслив, решили оставить на ночь у Сары в комнате. Я помог Саре с транспортировкой Беатрис — любопытно, что бы они делали, если бы я не зашёл сегодня в таверну? Убедившись, что больше помощь не требуется, я попрощался с ними и вернулся в замок. День, обещавший стать одним из самых неприятных в моей жизни, заканчивался очень даже хорошо.