Глава 5. Пробуждение - часть 3

Спор между Фигурой и Тимоти длился необычно долго. Это было непохоже на них. Оба славились тем, что были самыми спокойными, самыми терпеливыми сущностями в отеле. Они ненавидели конфликты, считая их пустой тратой времени и энергии. — «Все можно решить спокойно. — говорили они. — Зачем кричать, если можно поговорить?» Но сегодня… Сегодня все пошло не так. Слова переросли в обвинения, обвинения — в обиды, обиды — в гнев. В какой-то момент Тимоти резко вскочил, Фигура сжал кулаки, и оба дали друг другу подзатыльники. Потом молчание. Фигура остался в библиотеке, уткнувшись лицом в ладони. Тимоти вышел, хлопнув дверью, и направился искать Джека. День, начавшийся так спокойно, превратился в кошмар. Сначала — ссора с Сиком. Потом — с Хайдом. Теперь — с Тимоти. И все это — за несколько часов. Библиотекарь тяжело вздохнул. — «Лучше мне сегодня вообще ни с кем не встречаться…» — подумал он. — «А то еще кого-нибудь обижу… Или обидят меня».

***

Тем временем, в другом конце отеля, атмосфера была совсем иной. Халт и Хайд возвращались с прогулки — веселые, расслабленные, смеясь над какой-то глупой шуткой, которую Халт только что рассказал. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в теплые оттенки персика и лаванды. Воздух пах свежескошенной травой и цветущей сиренью. Уже во дворе Хайд остановился у скамейки. — Подожди секунду. — сказал он, улыбаясь. — Надо завязать шнурок. Халт кивнул, все еще улыбаясь до ушей. — Догоняй! — бросил он и, помахав рукой, исчез за дверью отеля. Хайд присел, быстро завязал левый кроссовок и встал. Он повернулся к входу… И замер. Из кустов справа донесся шорох. Потом тихий смешок. Знакомый. Противный. Невозможный. Сердце упало в пятки. — Кто… Кто там?.. — прошептал он. Где-то глубоко внутри он уже знал. Но отказывался верить. — «Это не может быть… Он же… Он разбился… Упал с большой высоты… Мы все видели…» Ноги стали ватными. Руки ледяными. В горле ком, будто кто-то впился в него когтями и не давал даже пискнуть. — А ты угадай. — раздался голос. Из кустов вышел он. Среднего роста, в черном плаще, с капюшоном, скрывающим лицо. Но Хайду не нужно было видеть лицо. Он узнал его по походке, по смеху. Салли. — Салли?.. — выдохнул Хайд, медленно пятясь назад. Он уперся спиной в ствол старого дуба — тупик. Он не имел шансов. Без оружия. Без поддержки. Никто никогда не побеждал его в рукопашном бою. Никто. — Нет… Ты же… Ты ведь разбился… — бормотал Хайд, голос срывался. — Это… Это мне кажется… — Угадал. — холодно произнес Салли, остановившись в паре шагов. Его капюшон слегка приподнялся, и Хайд увидел знакомые серые глаза — светящиеся, как угли, полные злобы и насмешки. — И нет, чтобы ты знал… Я не галлюцинация. Он сделал шаг вперед. — Я выжил. Я реален. И я здесь, чтобы выполнить свои планы. — пауза. — Если ты, конечно, не против. Это не был сон. Это не была галлюцинация. Это было реально. — Что ты хочешь?! — вырвалось у Хайда — не крик, а писк, почти детский. Он присел, будто пытаясь стать меньше, незаметнее. — Уйди от меня! — Я уже сказал, — спокойно ответил Салли. — Я не остановлюсь, пока не уничтожу этот проклятый отель и всех, кто в нем живет. Его ухмылка исчезла. Взгяд стал ледяным. И вдруг удар. Хайд даже не успел понять, что происходит. Он повалился на землю, ударившись затылком о корни дерева. Попытался вскочить, но рука с железной хваткой впилась в его горло. Давление. Боль. Тьма по краям зрения. Он бил ногами, царапал ногтями, хрипел, но силы таяли с каждой секундой. Салли не спешил. Он наслаждался. — Спокойной ночи, Хайд. — прошептал он ласково. И все. Тишина. Только ветер шелестел листьями. Только птица крикнула вдалеке. И больше — ничего.

***

— Фигура! Голос пронзил тишину библиотеки, как нож сквозь шелк. Библиотекарь вздернулся, будто его ударило током. Его колено врезалось в край стола — резко, больно — и чашка с ромашковым чаем пошатнулась. Фигура протянул руку… Но не успел. Брызги. Лужа на столе. Капли на полу. И — главное — книга. Не просто книга. «Жизнь диких животных Северной Америки» — редкое издание, подарок от босса, с его личной подписью на форзаце. Та самая, которую Фигура берег, как зеницу ока. Он застыл. Внутри что-то лопнуло. Ну вот. Снова покой нарушен. Он уже думал об этом утром: может, пора запирать библиотеку изнутри? Пускать только в случае катастрофы? Потому что в последнее время все бегут сюда, будто это волшебная палата, где за две минуты решатся все проблемы мира. А потом — чай на книгах, крики, паника… — Что вы от меня хотите?! — вырвалось у него. Он ударил кулаками по столу так, что стены, казалось, задрожали. Лицо исказилось от боли, от усталости, от бессилия. Мужчина оскалился. Даже Сик — всегда дерзкий, всегда готовый к стычке — отшатнулся, глаз расширился. За ним стоял Айс, чьи восемь глаз были широко раскрыты, как блюдца. — Ой… — прошептал он, виновато глядя то на мокрую книгу, то на Фигуру. — Ты это… Не злись, пожалуйста. Извини нас… За книгу. — Я подумаю. — прошипел Фигура, с трудом сдерживая дрожь в голосе. Он аккуратно поднял том, но страницы уже намокли, чернила поплыли. — Что вы здесь забыли? — Мы по делу. — быстро вмешался Сик, стараясь говорить спокойно, но в его голосе слышалась тревога. — Это срочно. — он сделал паузу. — Ты не видел Хайда или Халта? Или обоих? Библиотекарь нахмурился. — Халта видел минут двадцать назад. Сказал, что Хайд во дворе. У него шнурок развязался, остановился завязывать. А сам ушел к себе. — он посмотрел на Айса. — А ты? — Мы не можем найти ни одного, ни второго. — выпалил Айс, голос дрожал. — Уже всех спрашивали. Никто ничего не знает. Фигура похолодел. Сик обычно никогда не интересовался, где кто находится. Никогда. Если он волнуется, значит, что-то случилось. — А что? — спросил он, и в голосе уже не было злости, только страх. — Что-то стряслось? Айс и Сик переглянулись. Потом первый схватил брюнета за плечи, начал трясти и закричал: — О нет! Сик, они пропали! Что нам делать?! Где их искать?! Мы не можем… — Фигура! — крик перебил его. В дверях появился Джек. Он дрожал с головы до ног, будто его только что вытащили из ледяной реки. Лицо бледное, глаза дико расширены. Казалось, вот-вот слезы хлынут, но он сдержался только чтобы выговорить: — Хайд и Халт пропали! — Ребята! — в библиотеку ввалился Раш, и даже он — всегда такой собранный — был бледен, как мел, и трясся, как осиновый лист. — Кажется… Амбуш пропал! Тишина. Джек уставился на Раша, не веря ушам. Фигура и Айс раскрыли рты. Сик рухнул на пол, будто подкосились ноги. Что происходит? Через минуту в библиотеку ворвались все остальные. Глитч. Визг. Тимоти. И никто из них не знал, что делать. — Весь отель облазили! — закричал Тимоти, закрыв лицо руками. — С пола до потолка! Их нет нигде! — Вы искали во дворе? — машинально спросил Фигура. — Нет. — покачал головой Визг. — Сейчас рабочее время. Сомневаюсь, что они там. — Все равно проверьте! — рявкнул библиотекарь, и в его голосе впервые за день прозвучала командная нота. — Рабочее, не рабочее, а их надо найти! — он встал, опершись на мокрый стол. — Обыщите каждую комнату. Каждый угол. Чердак. Подвал. Парк. Кухню. Прачечную. Все! Если они не найдутся до вечера, босс узнает. Пусть принимает меры. — он сделал паузу. — А сейчас за дело! Сущности дружно кивнули и бросились врассыпную. Только Тимоти остался. Он дождался, пока дверь закроется, повернул ключ и подошел к Фигуре вплотную. По одному его взгляду библиотекарь понял: он знает. — Думаешь, в этом замешан Салли? — тихо спросил Тимоти. — Амбуш ведь говорил, что он выжил… И я предполагаю, что его возвращение и исчезновение наших друзей никакое не совпадение. Фигура не ответил сразу. Он смотрел в окно — туда, где за деревьями начинался парк. Где, возможно, находились его друзья. — Скорее всего. — наконец произнес он. — Салли… Извини за выражение… Та еще тварь. С ним не бывает просто. — Тогда почему мы не сказали всем? — Тимоти скрестил руки, глаза горели. — Если мы все вместе найдем Салли, то быстрее найдем Хайда, Халта, Амбуша! Разве не так? — Нет. — отрезал Фигура. — Я не хочу, чтобы они знали об этом сейчас. — он повернулся к Тимоти с нескрываемым упрямством в глазах. — И даже не пытайся уговорить меня. Я буду стоять на своем. Тимоти замер. «Не хочу?» «Сейчас?» А когда — «потом?» Когда уже может быть поздно? Что с ним происходит? Почему он такой… Непонятный? — Ты хоть сам сейчас понял, что сказал? — спросил парень, голос дрожал от разочарования. — Ты понимаешь, что это важно? Такие вещи нельзя держать в секрете! Особенно если от этого зависит жить нам или умереть. — он сделал шаг ближе. — Что с тобой в последнее время не так? Общаться невозможно! Фигура молчал. Не отвернулся. Не ответил. Просто смотрел в окно, будто там, за стеклом, был единственный ответ. Тимоти вздохнул. Потом тихо, с болью, произнес: — Я в тебе разочарован. Ты не тот Фигура, которого я знал всю свою жизнь. Он развернулся и вышел, не хлопнув дверью — просто закрыл ее тихо, будто прощаясь. А библиотекарь остался. Он не обернулся. Продолжал смотреть в окно. На пустой двор. На тихий парк. На тьму, которая, казалось, медленно ползла к отелю. — «Прости, Тимоти…» — подумал он. — «Но если я скажу им правду… Они не выживут. Ни один».

***

Поиски длились часы. Бесконечные, мучительные, безрезультатные часы. Сначала пропали Халт, Хайд и Амбуш. Потом Глитч, Сик, Тимоти, Джек, Раш, Визг. Один за другим — как свечи в бурю. Их не было нигде. Не в комнатах. Не в подвале. Не на чердаке. Не в парке. Они исчезли — будто их стерли из реальности. Отель умер. Коридоры пусты. Окна темны. Тишина густая, как смола. Остались только двое: Фигура и Айс. — А ведь прав был Сик. — пробормотал Айс, шагая рядом с библиотекарем по лестнице на чердак. — Когда пытался заставить босса поставить камеры… — он вздохнул. — Упрямец не захотел. Сказал: «Для чего вам эти камеры сдались?» — горькая усмешка. — А сейчас они нужны как воздух. — Не сказал бы. — отозвался Фигура все с той же ледяной равнодушностью, что уже сводила Айса с ума. — Камеры легко перехитрить. Закрыть объектив. Выключить питание. От них толку никакого. — Может, хватит?! — парень резко остановился, глаза сверкнули. — Ты начинаешь раздражать своим равнодушием. Как так можно?! — он сжал кулаки. — Я тебя не узнаю. Где тот Фигура, которого все знали и любили? Мужчина не ответил. Просто продолжил идти, будто Айс не более, чем воздух. — «Ну и пожалуйста!» — подумал парень. — «Если тебе все равно, тогда мне тоже!» — Да пошел ты! — фыркнул он, разворачиваясь. — Я иду к боссу. Пусть хоть он вразумит тебя. Надеюсь, он у себя. — На здоровье. — пожал плечами Фигура, даже не обернувшись. Айс побежал. Он не знал, что это последний раз, когда он видит библиотекаря в порядке. Через несколько минут послышался крик. Истошный. Отчаянный. Короткий. Библиотекарь резко обернулся. Посмотрел в сторону, откуда донесся звук. Сердце сжалось. Но ноги не двинулись. Он стоял. Как статуя. Как приговор. И в этот момент удар. Что-то тяжелое, тупое — по затылку. Мир вспыхнул белым, потом черным. Он рухнул на пол, не успев даже крикнуть. — Отлично. Просто отлично! — раздался голос, полный ядовитой радости. Салли бросил на пол топор рукоятью вниз, чтобы не убить сразу. Он пнул бездыханное тело Фигуры ногой. — Последний есть. — хмыкнул. — Не думал, что будет так просто и быстро. Но он не заметил, как из тени подвала выскочил другой. — Рано радуешься! — прорычал Амбуш, и его удар отбросил Салли к стене. Изгнанник оглушенно ударился головой, но сразу вскочил. Увидел — и засмеялся. — Снова ты, милый? — прошипел он, потирая висок. — Как освободился? Я же проверял. Веревка была завязана туго! — Не твоего ума дело! — огрызнулся Амбуш, сжимая в руках топор, найденный в подвале. — Что ты сделал с моими друзьями?! — Устранил. — спокойно ответил Салли. — Но не переживай. Они живы. Я никого не убивал. — Это должно меня успокоить?! — зашипел Амбуш, дрожа от ярости. — С меня хватит. На этот раз я избавлюсь от тебя наверняка. — Ты уже пытался в подвале. — усмехнулся Салли, поднимая свой топор. — И что? — он встал в стойку. — Видимо, тебе было мало. Тогда повторим. Но учти: на этот раз я буду более жестоким. И битва началась. Топоры сверкали. Удары глухие, точные, смертельные. Оба изранены, усталы, но не сдаются. Казалось, они равны. Но Салли… Салли не потерял ни капли мастерства. Наоборот — стал опаснее. Они отскочили, перевели дыхание. Груди вздымались. Глаза горели ненавистью. — Этот кошмар закончится здесь и сейчас! — выкрикнул Амбуш и бросился в атаку. — Вот тут я с тобой соглашусь. — прошипел Салли. Минуты превратились в час. Час — в вечность. Амбуш выбил топор из рук Салли. Изгнанник ударил коленом в подбородок. Оружие было выкинуто прочь. Либо оба с оружием, либо врукопашную. Амбуш помнит, как проиграл в прошлый раз. Но сейчас — не тогда. Они дрались, как звери. Кусали. Царапали. Били. Амбуш даже попытался выбросить Салли в окно, но не хватило сил. И тогда финал. Салли схватил соперника, врезал его в стену. Тот рухнул на пол. Потерял сознание. Изгнанник победил. Он поднял топор. Посмотрел на бездыханное тело. В глазах были боль и печаль. — «Прости…» Он зажмурился. Замахнулся. И разрубил напополам. Потом отвернулся, выбросил топор и рухнул на колени. А через минуту потерял сознание.

***

Прошел день. Прошла ночь. Ничего не изменилось. На следующее утро двое туристов, проходивших мимо отеля, заметили распахнутую дверь. Решили заглянуть. Увиденное ошеломило их. Разрубленное тело. Пустые коридоры. Тишина, как в могиле. Позже в подвале, в самом дальнем углу, нашли остальных — связанных, в бессознательном состоянии, но живых. Полиция. Скорая. Морг. Сущностей приняли за персонал — обычных людей. Отправили в больницу. Айса отдельно: «У этого парня… Восемь глаз. Надо наблюдать». Единственный труп — Амбуша — увезли в морг. Что теперь? Как жить дальше? Как забыть? Как простить? Мирная жизнь сущностей оборвалась навсегда. А в подвале, среди пыли и теней, топор все еще лежал на полу — свежая кровь медленно стекала по лезвию, капая на каменные плиты, как слезы мира, который больше не будет прежним.

***

Когда последние полицейские фонари погасли за поворотом, а луна скрылась за черными тучами, в пустом холле отеля воздух дрогнул. Из угла, где сходились самые густые тени, выросла фигура. Шэдоу. Он возник, как будто сама тьма решила обрести форму. Высокий, бесформенный, лишенный черт, плоти. Лишь движущаяся тень, чьи очертания то сжимались, то расплывались, будто дым. Только два белых огонька — яркие, холодные, немигающие — горели там, где должны быть глаза. Он медленно прошел по холлу, не оставляя следов. Его присутствие не издавало звуков, но воздух становился тяжелее, будто давление перед грозой. Шэдоу остановился у стойки ресепшн. Посмотрел на разбитую вазу. На пятно крови у двери. На пыльную лестницу, ведущую в никуда. Ни жеста. Ни слова. Но в тишине, казалось, прозвучало: «Вы почти справились…» Из его ладони выпал маленький засушенный клевер. Он упал на дерево с тихим шелестом. Потом Шэдоу повернулся и растворился в стене, как тень от свечи, которую задули. После себя он оставил только клевер, тишину и пустоту, в которой еще долго будет эхом звучать вопрос: «Кто следующий?»