Часть 85 А дальше было небо...

      Юань так и не упал. Он стоял, ошеломлённо глядя на торчащий из своей груди меч — чёрную рукоять легендарного Синьмо. Медленно перевёл взгляд на Ло Бинхэ.       Его любимый Ло Бинхэ убил его.       Этого не могло быть. Не могло. Но было.       За барьером, застыв в потрясении, стоял Лю Цингэ. Его губы беззвучно шевелились, руки сжимались в кулаки.       Рядом в защиту бился Шэнь Цзю.       —Нет! Владыка! — кричал он, хрипло, отчаянно. — Владыка Юань! Нет! Вы — Бог!!!       Юань словно только сейчас это вспомнил.       — Я… бог, — тихо выдохнул он, — а значит, я не могу умереть.       — Я бог, — повторил Юань чуть громче.       — Я БОГ! — раскатилось вокруг, словно сам мир принял эту истину вместе с Юанем.       Тело Юаня вспыхнуло светом — ярким, ослепительным, как рождение новой звезды. Из пронзённого сердца вырвалось сияние, столь жгучее, что даже полный яростной ненависти Ло Бинхэ зажмурился.       Белое пламя охватило Синьмо. Оно разгорелось от места, где клинок вонзился в плоть бога, и стремительно поползло дальше: по лезвию, по гарде, к самой рукояти. С громким пронзительным визгом Синьмо содрогнулся, корчась, словно живой. Его чёрная поверхность вздулась, покрылась трещинами, а затем потекла вниз, капля за каплей превращаясь в грязную кляксу.       Ло Бинхэ дёрнулся. Судороги прошли по его телу. Руки скрючились, губы распахнулись в беззвучном крике.       — Нет… — зарычал он, но не смог договорить.       Ло Бинхэ снова содрогнулся, пальцы судорожно скребли землю, оставляя на ней глубокие борозды. Он пытался вдохнуть, но воздух не наполнял лёгкие, будто что-то разрывало его изнутри.       Слишком крепко переплелись души небесного демона и проклятого меча, слишком тесно они слились воедино. Неожиданная гибель одного потянула за собой смерть другого.       Сердце Юаня вспыхнуло ещё ярче, ослепительный свет вырвался наружу. Последний осколок проклятого клинка с воем покинул его тело, выжженный до основания. Он ударился о землю, шипя и скручиваясь, и через мгновение не осталось даже следа от некогда легендарного Синьмо.       Но Ло Бинхэ уже хрипел, умирая.       Юань, не раздумывая, бросился к нему. Его ладони легли на плечи демона, потом скользнули выше, к шее, к лицу.       — Как же так… — одними губами произнёс он.       Под пальцами — холодная бледнеющая кожа. Грудь Ло Бинхэ вздымалась прерывисто, с резкими остановками. Он не мог дышать.       — Нет-нет-нет… Пожалуйста, не надо…— Юань упал на колени, подхватывая тяжёлое безвольное тело. Он гладил спутанные, пропитанные потом и кровью волосы небесного демона.       — Живи… — шептал он, отчаянно, умоляюще. — Живи, пожалуйста… Почти получилось же!       Голос Юаня дрожал.       — Почему так… Почему…       Он гладил лицо, вновь и вновь ловил теряющее тепло тело, словно пытаясь удержать жизнь пальцами.

***

      Шэнь Цзю заново учился дышать. Его владыка Юань цел, а значит, можно жить дальше. Вместе с осознанием этого к Лорду Цинцзин вернулось здравомыслие. Он сильно сжал в пальцах заколку и мгновенно перенёсся к Юаню.       Перед ним — сломленный, утонувший в бесконечном горе Юань, чьи руки продолжали сжимать Ло Бинхэ в объятиях.       — Господин… — тихо сказал Шэнь Цзю. — Вы не даёте ему уйти.       Юань вздрогнул, словно не сразу понял смысл сказанного.       — Почему, Шэнь Цзю? — его голос дрожал. — Я не хочу, чтобы он умирал.       Ло Бинхэ рвался из объятий Юаня словно из оков, он пытался впиться в руки бога когтями и зубами, но был слишком слаб. Его грудь вздымалась рывками, а губы шевелились, словно пытаясь вытолкнуть последнее рычащее: «Ненавижу!».       Шэнь Цзю закрыл глаза, подавляя свои чувства.       — Он не хочет жить так, господин, — медленно произнёс он. — Не мучьте его. Дайте ему уйти.       Юань застыл.       — Не хочет… жить? — его пальцы ослабли. Руки бессильно упали.       Слёзы покатились по его щекам и закапали на лицо Ло Бинхэ.       Юань не плакал, когда его били, Юань не плакал, когда его пронзил Синьмо, но душа Ло Бинхэ, не желающая жить…

***

      Шэнь Цзю ненавидел Ло Бинхэ. Ненавидел за свою жестокую, мучительную гибель. За сожжённый дотла Цанцюн. За каждого, кого уничтожила слепая злоба небесного демона. И теперь… теперь его владыка, его бог, плакал над телом его злейшего врага. Это было почти невыносимо.       Шэнь Цзю побледнел, сжал кулаки так, что ногти больно вонзились в ладони. Но он подавил дрожь, подавил раздирающую сердце ненависть. Юань был его богом — милосердным даже к чудовищу.       Поэтому, как бы ни хотелось закричать, Шэнь Цзю лишь тихо сказал:       — Освободите его, владыка… И тогда он уйдёт в новую жизнь, прощённый Вами.       Юань поднял на него заплаканные глаза. В этот миг он снова был тем самым юношей — семнадцатилетним, с короткими слегка растрёпанными волосами, с широко распахнутыми глазами, на дне которых мерцала медовая искра. Таким, каким Шэнь Цзю хотел бы видеть его всегда.       «Пусть так и будет, — молился бывший Лорд Цинцзин. — Если ради счастья моего бога нужно простить монстра… Что ж, я готов и на это.»       Шэнь Цзю перевёл взгляд на Ло Бинхэ. Красные глаза демона были выпучены, их всё так же наполняла ярость.       — Позвольте ему родиться заново, владыка, — сказал он. — Без кармы, без грехов прошлой жизни. Пусть сам выберет свой путь. Вы можете это сделать.       Юань всхлипнул. Его пальцы осторожно коснулись спутанных волос Ло Бинхэ, провели по холодному лбу.       — Я… — его голос дрогнул. — Я отпускаю тебя!       Снова погладил, словно прощаясь.       — Выбери свой путь сам! Ты больше не родишься всеми гонимым полукровкой… Стань демоном. Или человеком. Кем сам пожелаешь.       Он поднял голову к небу, и в его глазах вспыхнуло то самое божественное сияние, что заставляло склониться даже небеса.       — Это разрешаю я! Бог Юань!       Ло Бинхэ хрипнул последний раз. И умер. Его душа, похожая на маленькую тёмную бабочку, дрожащими крыльями коснулась воздуха, нехотя поднимаясь вверх. Медленно, медленно — по золотистому лучу солнца.       Шэнь Цзю провёл ладонью по воздуху, и тело Ло Бинхэ послушно рассыпалось пеплом. Никто не заметил, как несколько чёрных крупинок тихо скользнули в его рукав.       Юань тяжело поднялся. Он не смотрел на тёмное пятно на земле — на то, что осталось от Ло Бинхэ. Вместо этого он ещё раз огляделся вокруг: на искорёженные деревья, на истерзанную, израненную землю, на красный сумрак вокруг, на белый город за невидимым барьером.

Летающий остров

      Юань снова обернулся к Шэнь Цзю.       — Я бог… и мне подчиняется мир?       В его голосе не было сомнений, но в глазах — в этих карих глазах было ожидание. Он смотрел так, словно готов был поверить любому слову Шэнь Цзю.       Шэнь Цзю, не колеблясь, склонился в глубоком поклоне.       — Да, владыка.       Юань прикрыл глаза. И всё изменилось.       Когда он вновь открыл их, от прежнего облика не осталось и следа. Исчезли растрёпанная одежда и юношеская хрупкость. Он вырос. Плечи стали шире, фигура налилась силой, движения стали властными, уверенными. Теперь перед Шэнь Цзю стоял мужчина, чей возраст нельзя было определить точно — он выглядел зрелым, лет тридцати, а в его взгляде мерцала вечность.       Золотая парча драгоценных одежд легла на плечи, ниспадая до самой земли. Волосы отросли ниже пояса и аккуратно заплелись в сложную причёску. С тихим звоном голову накрыла корона — словно у первых богов. Перед Шэнь Цзю стоял настоящий владыка этого мира, чья божественность сияла в каждой детали.       — Господин… — Шэнь Цзю невольно сделал шаг вперёд.       Но богу не нужна была помощь.       Юань сложил руки перед собой, медленно повернул ладони — и мир дрогнул.       В тот же миг весь Цанцюн задрожал, словно пробуждаясь от тысячелетнего сна. Где-то в глубине гор раздался глухой, тяжёлый хруст, от которого содрогнулась земля. Воздух наполнился глухим гулом.       А потом — произошло невозможное.       Весь огромный массив земли, с его двенадцатью пиками, со всей горной цепью, плато, с озёрами и реками, с горой Аньдин и городом у подножия, с лугами, садами и лесами…       Всё это медленно начало подниматься ввысь.       Демонические крысы, жившие в основании Цанцюн, замерли в своих норах, вздыбив шерсть от страха. Люди закричали, выбегая из храма. Дети в восторге тянули руки вверх. Животные тревожно вскидывали головы.       А всё огромное плато с жителями, животными и даже демоническими крысами поднималось всё выше и выше, занимая своё место высоко в небе.       Шэнь Цзю потрясённо смотрел вниз, на быстро удаляющуюся землю.       Но это было только начало.

Очищение земли

      Сила бога, осознавшего себя и принявшего своё всемогущество, опустилась на землю. Она вспыхнула золотым сиянием, разлилась широкой волной, стремительно захлестнула всё.       Мир вздрогнул, как если бы его сердце на мгновение остановилось, но потом вновь забилось в очищенном, обновлённом ритме.       Могущественная энергия неслась вперёд, сметая с лица земли всё тёмное и наносное. Она пробивалась сквозь древние камни, проникала в расщелины, лилась высохшими руслам рек, заполняя чёрную топь почти иссякших озёр. Огонь её сияния очищал каждый клочок земли, выжигая яд, что копился десятилетиями, и пробуждая всё живое.       Напрасно пытались спрятаться демонические монстры, цепляясь когтями за землю, камни и друг друга. Золотая сила подхватывала их, тащила вперёд, неумолимо, без остановки. Она выковыривала их из нор, в которые они в страхе забивались, вытягивала из складок земли, находила в подземных логовищах.       Ни одна тварь не ускользнула. Их несло всё дальше в демонические земли. Туда, где им и следовало быть.       Воздух очистился. Он разделился, обретая свою изначальную структуру. Больше не существовало смешения духовной и демонической ци, не было ни капли яда в потоках энергий. Чистая жизненная сила — цзин наполнила человеческие земли.       А демоническая ци… Она, подчиняясь неотвратимому желанию бога, поднялась ввысь огромными закрученными чёрными столпами. Её втянуло, закрутило, сплело в вихри, а потом вытянуло из человеческих земель, как гнилую кровь из раны. Её тоже отшвырнуло за границу смертного мира.       Даже высшие демоны не смогли сопротивляться. Они извивались, царапая землю. Они кричали, молили о пощаде, выли в безумном страхе, но их всё равно тащило прочь, возвращая в их исконный мир.       Сила Юаня вспыхнула, заискрилась радужной плёнкой, и жёстким непреодолимым барьером встала на границе между мирами, делая границу непроницаемой, отрезая мир людей от мира демонов. Ци больше не смешивалась. Ни одно существо больше не могло проникнуть туда — и ни одно не могло вырваться оттуда.       Над обновлённым миром снова раскинулось голубое небо и засияло солнце.       Исконный порядок был восстановлен.

Конец 04.03.2025