Глава 9 — Флешфлай

      Пока троица обшаривала дом, на улице пошел противный мелкий дождик, который заслонял обзор сплошной однородной стеной. Фаермейн выбежала и даже не обратила на него внимание.       Она огляделась и ее взгляд упал на трех пауков разного размера. У всех был вид, словно они слегка поплывшие восковые фигуры, только живые. Самый большой мог бы перекусить шею, если бы захотел. Они побежали за угол. Фаермейн побежала следом, Ферум — следом за ней.       Что-то говорило о том, что эти пауки как-то связаны с пропажей Перпи, даже не беря на счет то, что пегаска поняла, как сильно их боится.       Фаермейн заглянула за угол, и увидела на покореженном штакетнике синие с розовым волоски. Они словно ждали ее.       Пауки не успели далеко убежать и, по-видимому поняв, какую глупость совершили, набросились на Фаермейн. Фаермейн от испуга завалилась на землю.       Она взяла банку с керосином, но тут же ее уронила.       Другой паук набросился на Ферума, однако отступил, когда попытался откусить от него кусочек. Он присоединился к собрату и потащил Фаермейн в неизвестном направлении. От этого единорожка забила ногами и попыталась отстранить от себя одного из пауков, но эти твари оказались довольно крепкими. Слишком крепкими.       Ферум выдвинул металлические пальцы из копыта, взял в него Спайка, торчащего из сумки единорожки и прикладом ударил одного из пауков прямо в челюсть. Хоть этот удар не раздавил твари голову, паук высвободил Фаермейн. Благодаря этому кобыла вскочила и отпрыгнула.       Она взяла баночку с керосином, набрала немного и послала из рога струю пламени. Керосин вспыхнул с некоторым хлопком и попал на паука, но тот не загорелся. Вероятно, всему виной хитиновый слой.       — Эй, дай Спайка!       Фаермейн выхватила оружие из пальцев Ферума и выстрелила несколько раз в паука, из него тут же показались синие струйки крови, ну, или какой-то другой жидкости.       Внезапно обоих пауков, и того, что был уже изранен, накрыло покрывалом зеленоватого огня. Их хитиновые шкуры не выдержали, и оба загорелись.       Третий, самый маленький, спрятался в безлистные кусты.       Фаермейн несколько секунд смотрела на них, но потом заорала:       — Эй! Придурок из стойла! Я знаю, что ты здесь! И если ты хочешь меня сжечь — валяй! Я только хочу увидеть твое безумное лицо!       — «И возможно, наградить зарядом патронов в череп», — прошептала она про себя.       Однако ответа не последовало. Никаких пони на крыше, где-то между домами не показалось.       — Эй, не делай из меня ебанутую на голову!       — Хватит орать! — шикнул на нее Ферум, — мы вышли только чтобы спасти Перпи, помнишь?       — А, да, точно.       — Я удивляюсь твоей безбашенности при каждом случае все больше.       — Бля, ну извини, такой уж выродилась!       С этими словами они направились дальше. Постепенно паутины становилось больше, и пауки становились крупнее. Однако они не превышали тех крупных пауков, что друзья встретили ранее.       Они вышли к ратуше. Ну, к тому, что когда-то было ратушей. Ее покрывал многолетний слой паутины. А к этой паутине прилипла Перпи. Она не подавала признаков жизни, лишь распласталась на косяке, а два паука, на порядок крупнее тех, что видела Фаермейн, пытались ее сорвать.       — Да что ж вы делаете, черти необразованные! — к ним из недр ратуши выполз огромный паук, настолько, что он не бы виден полностью сквозь двери! А они были высотой с двух пони, вставших друг на друга.       У Фаермейн сердце в пятки ушло. Ноги подкашивались. Победить просто огромных пауков? С натяжкой, но да. Победить разумных пауков, наверняка способных к разработке планов? Это как вообще? Она нервне сглотнула и взглянула на Ферума. На его экране сиял легкий испуг.       — Ты че, не боишься? — спросила Фаермейн.       — Не знаю. Может да, а может нет. Ну, как говорится, быть храбрым — это не отсутствие страха, а умение этот страх победить. — он криво улыбнулся.       — Ладно. Значит так. Ты перелетаешь в одного из роботов, которого ты не уничтожил, и вместе со мной начинаешь пальбу по...       Этот огромный паук отцепил Перпи и уполз внутрь. От нее остались сине-розовые волосы на стене.       Глаза Фаермейн расширились.       — Нам явно нужен другой план.

***

      Спрайтбот подлетел к наименее запаутининному окну на первом этаже и взглянул внутрь. Внутри все было запаутинино, даже само окно вдоль рамы. Он подлетел ко второму этажу. Там находился, судя по силуэту, стол. На нем лежало тело Перпи. На ней сидело несколько пауков и пытались ее шевелить. Они крутили уши, щекотали ноздри, даже залезали под хвост. К ним подполз огромный паук, и блотспрайт смог его более-менее рассмотреть вблизи. Он был словно оплавлен, спина была в паутине, ей были покрыты какие-то горбы.       — В следующий раз, если такой будет, я съем тех гениев, которые ее так обездвижили. Дураку понятно, что для обездвиживания нужна небольшая порция яда!       Пока паук орал, из его спины исходила тонкая струйка розового дыма.       Не желая привлекать лишнего внимания, Спрайтбот улетел к Фаермейн с бездвижженным роботом. Затем робот ожил, а спрайтбот повисел несколько секунд молча, потом на нем вновь заиграла патриотическая музыка, и он улетел восвояси.       — Значит, что я смог узнать. Они хотят, чтобы Перпл Клауд была в сознании. Для чего — не пойму. Это значит, что есть шансы, что она жива, — доложил Ферум. — И, кажется, у меня есть план. — его экран перекосила усмешка. Он достал из сумки циллиндры, которые оказались динамитом. Их фитиль был спрятан на дне.       — У тебя все это время был ДИНАМИТ?! И ты не додумался его использовать?! — глаза Фаермейн полыхнули недобрым огоньком.       — Он бы нам и не помог! Ты видела, как быстро они передвигаются? Ни ты, ни я бы по ним не попали.       Фаермейн понимающе кивнула, но все равно казалась несколько оскорбленной.       — Значит слушай: ты подкрадываешься к нему сзади и подрываешь его сразу после того, как я дам сигнал в виде стука копыт, ни раньше ни позже, а я с ним проведу милую беседу. Все до гениального просто, не так ли?       Фаермейн кивнула.       Ферум рысцой побежал к их логову, пытаясь скрыть звук трения металла о металл. Фаермейн ускакала в бок. Пауки, встречающиеся на пути не были интеллектуалами. Ну, или были. По крайней мере, Феруму на его просьбу провести к главному пауку отвечали паутинчатыми плевками или набрасывались. Но как было озвучено ранее, им не доставляли особого удовольствия попытки откусить кусочек металла.       Когда он почти дошел до двери, его встретила голова тарантула, того самого, что шевелил Перпи.       — Ферум, не ты ли это? — спросил он удивленно скрипучим, хлюпающим голосом. Казалось, он сам не говорил.       — И-и откуда ты меня знаешь? — спросил Ферум ради поддержания разговора.       — О, неужели ты не наведался домой ради дисков?       — Каких еще дисков? — фальшиво удивился робот.       — О, заходи, я все тебе расскажу.       Тарантул уполз внутрь, на экране Ферума появилась анимация вдоха и выдоха. Внутри паутины все же было не так много, как казалось снаружи. Ферум осмотрелся и увидел этого тарантула на стене прямо над ним. Присмотревшись, он увидел на его спине вплавленного темного, почти черного пони-пегаса. От него исходил розовый дымок, копыта покрылись пушком, однако крылья продолжали время от времени дергаться. Его глаза сплавились, а рот наоборот, был неестественно широк для пони. Голова крутилась почти на сто восемьдесят градусов.       — Видимо, Хувз не додумался оставить хотя бы подсказку в этой машине, — фыркнул он. — Как же он так не учел эту мелочь?       — Какую подсказку? Для чего?       Вот тут план по убалтыванию паука заработал как нельзя лучше. Ферум понятия не имел, о чем говорил паучище.       — Видишь ли, твой создатель решил сделать для тебя квестик. Он боялся, что если дать тебе всю информацию целиком, ты посчитаешь себя полноправным членом Союза Спасения и выдворишь его, но, при этом, хотел, чтобы ты обладал всей информацией, которая была доступна ему самому.       Ферум тупо заморгал, на что пони рассмеялся, но смех был скорее похож на стон умирающего животного. Казалось, что челюсть вот-вот отвалится.       — Во время войны был создан тайный Союз Спасения. В него входили Хувз, я, Роддлер Висп и Мелдиби. Меня кстати зовут Флешфлай. Ну и каждый занимался своим делом, — паук переполз на пол. Краем камеры Ферум заметил Фаермейн, приготовившуюся для подрыва.       — А какое дело было у тебя? Ну, пока ты не сплавился с пауком.       — О, я занимался разведением этих гадов, — уголки рта поползли почти до самых ушей, — видишь ли, у некоторых племен зебр есть какой-то там бог Маккадхи. Это восьминогое нечто, иногда выбегающее, чтобы покарать за грехи. И я подумал, что было бы неплохо ввести огромных пауков в бой. Если зебры не разбегутся, то станут едой пауков, — это сообщение вызвало новую волну смеха из уст пегаса, то ли от собственной гениальности, то ли от давным-давно потерянного рассудка.       — Н-но они ведь не были введены ведь так? — этот вопрос был задан скорее чтобы успокоить мысли об огромных пауках, разрывающих тела. Глаза Ферума забегали.       — Надо же, Хувз и с эмоциями поиграл! И как же так получилось, что в простенькой программе столько поместилось?! — уголки рта поплыли еще дальше. Просто удивительно, что челюсть никак не хотела отваливаться! — Да, они не были введены. Раздуть то я их раздул, но вот приучить их не есть пони — это та еще задачка, — голова перекрутилась, а губы собрались в кучку. — В итоге все полетело, я не успел закончить мой проект, и на Кантерлот напали.       — Хорошо, ну... А почему ты сросся с пауком?       Флешфлай подпрыгнул к Феруму, отчего Фаермейн, находившаяся под ним готова была рвать и метать.       — Хочешь знать почему я сросся с Спайди?       Ферум отклонился.       — Наверно, ты не в курсе, что на Кантерлот напали. Так вот. В конце войны Кантерлот окутало Розовым облаком. Это токсичный дым, который убьет тебя за секунды, а потом сплавит с полом! — Флешфлай залился истеричным смехом. — а меня он сплавил с моим питомцем, в итоге мы друг-друга спасли!       — Ну, я встретился с другом Создателя, узнал, что хотел, так что могу идти, наверное. — Ферум как бы невзначай стукнул копытом пару раз. Фаермейн тут же принялась зажигать фитили.       — О, нет. Ты был бы очень полезен для создания моего преемника. Как раз нужен кто-то разумный для удержания той красотки.       Светящиеся глаза Ферума округлились, но он постарался не подавать вида, что напуган.       — Надо же, ты даже эмоции скрываешь естественно! Ты знаешь ее? Ну, если решишь что-нибудь вытворить, мои творения разберут тебя вплоть до гаек! — пони вновь залился безумным смехом.       Однако это длилось недолго. Динамит, брошенный Фаермейн взорвался под ним, забрызгав все темно-зеленой жижей. От нее не только несло тухлятиной, но и над ней поднимался розовый дымок, как тогда, когда Ферум следил за пауком, однако его было больше, гораздо больше.       — Э, надо сваливать! — крикнула Фаермейн.       Но не тут-то было. Со всех сторон к ним поползли огромные пауки.       — Так, бери меня, летим за Перпи!       Фаермейн запрыгнула верхом на Ферума, он тяжело поднялся и подлетел к окну, где он ранее видел Перпи. Она по-прежнему не шевелилась. Фаермейн с помощью левитации вынесла Перпи через разбитое окно, немного поцарапав об острый край грудь. Затем Ферум начал снижаться.       Ферум пыхтел от натуги, Фаермейн было нелегче. «Внимание, включен аварийный генератор!»       — И насколько это плохо?! — спросила Фаермейн.       — Скажу так: если сейчас не приземлимся, может быть больно!       Некоторые пауки начали пулять липкие комки, один приклеил ногу Фаермейн к Феруму, а второй попал Перпи в голову.       — К Флешфлаю себя приебите! — крикнула Фаермейн.       Затем, не отдавая себе отчета, она взяла телекинезом оставшийся динамит, подожгла фитиль и швырнула в пауков. Надо ли говорить, что это было чересчур? Двух цилиндров хватило, чтобы большинство тварей, если не сжечь, то разорвать и разметать. Но это ее не остановило. Она брала пауков и купала в огне их собственных братьев.       — Ты же за Перпи должна следить!       Фаермейн опомнилась и увидела Перпи, лежащую на земле. Ферум спустился, единирожка кое-как отлепила ногу и, прихрамывая, побежала к Перпи. Что-то было в этой жиже такого, что жгло плоть.       Фаермейн поспешила убрать эту гадость с мордашки. Она залепила половину головы, открытой осталась лишь одна ноздря. На месте попадания остались ожоги. Полмордашки стало сплошным ожогом!       — Вот дерьмо... — только и смогла произнести кобылка.       — Она еще не умерла, ее можно спасти. Главное найти хорошего врача. Правда, с этим как повезет... — попытался поддержать Ферум.       Лицо Фаермейн озарила улыбка.       — Форестер, — это одно слово, такое теплое, хоть не совсем родное осветило Фаермейн. Она знала, что делать...       — Не могу найти этот город в моей базе памяти. Это какой-то новый, да?       ... как только расскажет Ферум все то, что ранее слушала Перед Клауд. Заметка: Новый уровень. Новая способность — подрывник. Ваши навыки боя теперь позволяют использовать взрывающее орудие уровня один.