Часть 4

– А… где Дженни? Я пытаюсь говорить твердо, но голос больше напоминает писк. Руками я кутаюсь в мяг- кое полотенце, а взглядом то и дело скольжу вниз, чтобы убедиться, что мое тело полностью прикрыто. Парень смотрит на меня; уголки его рта немного приподнимаются, но он не говорит ни слова. – Ты слышишь? Я спросила тебя, где Дженни, – повторяю я, стараясь на этот раз говорить вежливей. Выражение его лица меняется. Наконец, он бормочет «Я не знаю» и отворачивается к маленькому экрану на тумбочке Дженни. Что он тут делает? У него что, нет своей комнаты? Я сдерживаюсь, стараясь оставить грубости при себе. – О’кей… Не мог бы ты… выйти куда-нибудь, чтоб я могла одеться? Кажется, он даже не заметил, что я в полотенце. Или заметил, но это не произвело на него впечатления. – Не обольщайся, смотреть на тебя не собираюсь, – усмехается он и отворачивается, закрыв лицо руками. У него сильный английский акцент, раньше я этого не заметила. Наверное, потому, что раньше он со мной не разговаривал. Не сообразив, как отреагировать, я фыркаю и подхожу к своей тумбочке. Что именно он имел в виду под «не собираюсь смотреть»? Может быть, он счел меня непривлекательной. Я поспешно надеваю белье, белую рубашку и шорты цвета хаки. – Ну, ты все? – спрашивает он, и этим переполняет чашу моего терпения. – А ты не мог бы повежливей? Я, кажется, тебе ничего не сделала. Так в чем дело? Я кричу, может быть, несколько громче, чем хотела, но, судя по удивлению на лице моего обидчика, слова произвели впечатление. Мгновение он молча на меня смотрит. И когда я уже ожидаю услышать извинения, раз- ражается смехом. Его смех звучный и глубокий, его можно было бы назвать приятным, если бы он не был таким обидным. Когда он хохочет, на щеках появляются ямочки. Я чувствую себя полной идиоткой. Я вообще стараюсь избегать конфликтов, а этот парень, кажется, последний, с кем я стала бы ссориться. Открывается дверь, входит Дженни. – Извини, я поздно. У меня адское похмелье, – с трудом произносит она, и ее взгляд скачет между мной и парнем с татуировками. – Извини, Лиса, я забыла сказать, что Чонгук зайдет. – И извиняюще пожимает плечами. Мне хочется думать, что мы со Дженни сможем притереться друг к другу, в каком-то смысле даже стать подругами, но при ее образе жизни и компании мне просто трудно в это поверить. – Твой бойфренд не очень-то вежлив, – выпаливаю я прежде, чем могу остановиться. Дженни смотрит на парня на своей кровати, и оба начинают хохотать. Да что с вами со всеми, почему вы смеетесь надо мной? Это начинает по-настоящему раздражать. – Чонгук не мой бойфренд! – задыхаясь, произносит она. Успокоившись, она хмуро поворачивается к Чонгуку: – Что ты ей сказал? – А потом, снова повернувшись ко мне: – Чонгук… просто не умеет по-другому разговаривать. Отлично, значит, она говорит, что Чонгук – просто грубиян. Парень из Англии пожимает плечами и пультом переключает канал. – Сегодня вечером вечеринка. Ты должна пойти с нами, Лиса, – говорит Дженни. Теперь моя очередь улыбнуться. – Вечеринки – это не мое. К тому же мне нужно приобрести кое-какие вещи в комнату, на стол и стену. Я смотрю на Чонгука, который ведет себя так, будто никого из нас в комнате больше нет. – Пойдем… всего лишь вечеринка! Ты теперь в колледже, так что одна вечеринка не повредит, – уговаривает Дженни. – Погоди, а как ты собираешься в магазин? Я думала, у тебя нет машины? – Я собиралась поехать на автобусе. К тому же я не могу пойти на вечеринку, я же никого там не знаю, – говорю я, и Чонгук вновь хохочет – еще одно подтверждение, что он собирается уделять мне не больше внимания, чем требуется для того, чтоб надо мной посмеяться. – Я собираюсь почитать и поболтать по скайпу с Чимином. – Ты же не собираешься ехать на автобусе в субботу! Он будет битком. Чонгук подбросит тебя по пути… правда, Чонгук? И на вечеринке ты знаешь меня. Так что приходи… хорошо? – Дженни драматически сжимает руки. Я знаю ее всего один день, могу ли я ей доверять? В голове всплывают предупрежде- ния мамы об опасности вечеринок. За то недолгое время, что я знаю соседку, она показалась довольно приятной. Но вечеринка? – Не знаю… Нет, я не хочу, чтобы Чонгук подвозил меня в магазин. Чонгук удивленно разворачивается на кровати Дженни. – Как же так! А я так мечтал об этом, – сухо отвечает он тоном, полным сарказма, и мне хочется швырнуть книжку в его кудрявую голову. – Ладно, Джен, видишь, она не собирается приходить, – усмехаясь, говорит он с сильным акцентом. Любопытство, которого во мне достаточно, подмывает спросить, откуда он. А чувство противоречия заставляет перечить. – На самом деле, да, я приду, – говорю я с такой милой улыбкой, какую только смогла изобразить. – Наверное, там будет весело. Чонгук недоверчиво покачивает головой, а Дженни взвизгивает и крепко меня обнимает. – Да! Еще как весело! – кричит она. И в глубине души я очень надеюсь, что она окажется права