Часть 2

Воспоминание

***

«Когда я начинаю что-то чувствовать, я бегу. Но это не помогает. Он бежит быстрее меня» В этот момент руки Гермионы дрогнули. Перо медленно скользило по валентинке, оставляя неровные, неловкие буквы. Небрежно. Совершенно небрежно. Девушка слегка прикусила нижнюю губу, стараясь успокоиться. Ей хотелось вложить все чувства, но подходящие слова ускользали, как вода сквозь пальцы. Покупая валентинку, Гермиона надеялась, что Рон случайно заметит её. Именно поэтому она пришла сюда заранее, в это место — чтобы никто ничего не заподозрил. Возможно, ей казалось: если не может сказать вслух, то хотя бы всё случится как будто случайно. Но вдруг послышались шаги. Гермиона напряглась — рефлекторно, быстро. Наверное, кто-то из учеников… — Привет, — раздался знакомый голос, заставив её замереть. Рука с пером повисла в воздухе. Рон вошёл в помещение, бросив подруге пару вопросов. Гермиона ответила уклончиво, стараясь не привлекать лишнего внимания. Рон хмыкнул и устроился неподалёку. Он выглядел немного помятым. Гермиона делала всё, чтобы не смотреть в его сторону. В голове царил полный хаос, и она с трудом удерживалась от нервного смеха. — Ну вот… — подумала она. — Собиралась всё сделать тихо и незаметно, а он тут как тут. И теперь я пишу о своих чувствах к парню, который сидит в двух метрах от меня... Конечно, вслух она бы такого никогда не сказала. Но её нервные движения сразу бросались в глаза. Рон, похоже, интересовался только тыквенными пирожками от Молли. Гермиона отложила перо, глубоко выдохнув и решив, что доведёт дело до конца, раз уж запланировала изначально. Держа в руках валентинку, она ясно осознавала: то, что она написала, вряд ли поймёт кто-то другой. Почерк оставлял желать лучшего, да и сами предложения казались далекими от романтики. Неожиданно Рон предложил помощь. Он показывал, где лучше прикрепить валентинку, чтобы её заметили. Голос был спокойным, почти равнодушным. Наверное, он просто хотел помочь подруге. Гермиона хотела оставить валентинку в самом низу стенда, но Рон заметил, что так её никто не увидит. Она не любила, когда кто-то вмешивался в её решения. В голове прозвучал саркастичный голос: "Да-да, конечно. Валентинка вообще-то тебе, если что. Хочешь узнать, что я чувствую?" Она стояла к нему спиной, и он не мог увидеть её раздражённое выражение. Впрочем, даже представить себе, как бы он отреагировал, если бы она вручила валентинку прямо в руки, было страшно. Возможно, она просто кинула бы её и убежала. Скорее всего, Рон бы не понял и посмотрел бы растерянно, не зная, что делать. Но Гермиона знала: он — хороший человек. Он прочистил бы горло после неловкой паузы и, возможно, сказал бы что-то неловко-шутливое. Перевёл бы всё в шутку. Может, даже упомянул бы, что тоже хотел сделать валентинку — для Гарри. Вскоре в комнату вошли ещё несколько учеников, чтобы перекусить перед занятиями. Гермиона повесила сумку на плечо и вышла. Когда она шла по коридору, её не покидала мысль: Глупая... какая же глупая. А вдруг он всё понял? Или того хуже: подумает что мне кто-то нравится. Слава Мерлину, Рон не замечает моих намёков. Каждый шаг отзывался, когда она поднималась по лестнице. Но даже они были неспособны отвлечь её от мыслей.