Тост за тех, кто не дожил до утра

Ночь была густой, как деготь, и такой же липкой. Окна бара «Последний причал» запотели от дыхания и спиртных паров, превратив уличные фонари в размытые желтые пятна. За стойкой, где обычно стоял бармен, теперь сидел я — с бутылкой дешевого виски и стаканом, в котором уже плавало что-то неопознанное. Компания, которая еще час назад громко спорила о политике и женщинах, теперь разбрелась по углам, как крысы перед кораблекрушением. Остались только двое: я и мой старый друг, Сергей, который сидел напротив, уставившись в стакан, будто надеялся увидеть в нем ответы на все вопросы. — Ну что, — хрипло сказал он, поднимая рюмку, — выпьем за тех, кто не дожил до утра? Я фыркнул, но чокнулся. — За тех, кто не дожил, — пробормотал я, и мы опрокинули по одной. Ожог в горле был знакомым, почти успокаивающим. — Ты знаешь, — начал Сергей, глядя куда-то сквозь меня, — я иногда думаю, что мы все уже мертвы. Просто еще не легли в землю. Я хотел пошутить, но вместо этого просто налил еще. — Может, и так. Тишина повисла между нами, тяжелая и неловкая. За соседним столиком кто-то захрапел. — Помнишь Ленку? — вдруг спросил Сергей. Я помнил. — Ну и? — Она звонила мне. Месяц назад. Я почувствовал, как что-то холодное проползло по спине. — И? — Говорила, что все еще любит меня. Я засмеялся, но звук вышел какой-то корявый. — А ты ей напомнил, что она сдохла в той аварии пять лет назад? Сергей не ответил. Он просто поднял стакан и выпил залпом. — Интересно, — пробормотал он, — сколько из нас сегодня не доживут до утра? Я посмотрел на часы. Было три ночи. — Выпьем и узнаем. Ночь затягивала нас глубже, а виски заканчивалось. Но тосты — никогда.