Часть 9. Снова те же грабли с ночными визитами в дом Кота.

Итак, что мы имеем? Пропавший не мог сам свалить. Как показал обыск, опрос персонала и некоторые улики, пропавший номер один, как и пропавший номер три, не мог сам выбраться из номера и не выходил из него в коридор. Единственный выход оттуда помимо двери – окно. Следов верёвок не было, как и крючьев, как и вообще любых способов смыться такими тривиальными способами. У пропавшего номер два была возможность просто свалить, выпрыгнув из окна, так как он жил на втором этаже. Возможность просто выпрыгнуть была – резонов, на первый взгляд, не было. Что имеем далее? А ничего. Пока что понятно только одно: кто-то явно похищает туристов. Это явно не местные, потому что если бы это были именно местные, то пропажи происходили бы ранее, так как это не первая партия туристов. Однако эппллузианцев тоже не стоит списывать со счетов. Будь я маньяком, который внезапно обнаружил свои наклонности к похищению посторонних, когда эти самые посторонние стали появляться в городе, я бы выждал какое-то время и не стал бы похищать туристов из первой же партии. Однако и тут стоит остановиться на секунду. Допустим, я маньяк, который похищает своих жертв. У каждого маньяка есть две важные составляющие: психическое отклонение, которое побуждает его убивать, насиловать, похищать или калечить, и «точка бифуркации», своеобразный «Рубикон», с которого начинается его «карьера» маньяка. Именно тогда психически нестабильная личность становится маньяком. Первая жертва. Зачастую, если это не какой-то особый вид маньяков, которые занимаются своим «делом» с какой-то «высшей целью», то после первой жертвы должно настать затишье. Наступает откат, во время которого маньяк осмысляет свою природу, смиряется с ней и начинает получать удовольствие, и уже тогда наступает «серия». Тут же… серия началась с ходу, без затишья. Маньяк, если бы он был из местных похитил бы кого-нибудь из предыдущих партий, а такого не было. Это не бог весть какой аргумент, но это позволяет в качестве первой и основной версии выставить именно причастность туристов. Вторая, менее вероятная, на первый взгляд – это кто-то из местных. Тогда вопрос: кто? Земнопони отпадают. Да, их больше всех, но они, во-первых, самые шумные, а во-вторых, у них не было возможности похитить трёх из четырёх жертв. Значит земнопони вычёркиваем. Единороги тоже отпадают, потому что нет среди местных таких сильных единорогов, которые могли бы телепортироваться или вслепую вытащить телекинезом жертву из номера. Значит, пегасы. Заодно отметка: проверить единорогов и пегасов из приезжих на ранее посещённые места и проверить, что там было на тему похищений. Это придётся делать запросы сразу в несколько ведомств, чтобы получить справки и отчёты. Некоторую ясность могут внести… «следы» на внешнем фасаде отеля как раз у окна одной из жертв. Там буквально отодрана штукатурка. Буквально, целый кусок. Не отбита, не отвалилась сама, а кто-то её целенаправленно отодрал. Вопрос: зачем? Наш маньяк задел это место копытом, оставил какой-то след и на всякий случай решил вырвать кусок стены со штукатуркой, чтобы его не нашли? Бред, но давайте будем честны: обыватели и в нашем мире ведутся на всякий бред из ментовских сериалов и псевдо-детективных историй. Ну скажите на милость, как можно снять отпечатки с, допустим, гильз? А как их снять с шершавых поверхностей на оружии, например, с противоскользящего покрытия на рукоятке или курке? Только дилетант может верить в подобный бред! Вот потожировые с рукоятки снять можно. Но не с гильзы, они на ней все сгорают во время выстрела от очень, очень больших температур. Так, если это не местные, не единороги и не земнопони, то вариантов мало – пегасы-туристы. Либо единороги-туристы, если среди них есть умелые маги, способные с помощью магии провернуть нечто подобное. Возможно, это грифон, Экзо Улрикс, правда он слинял из города куда-то в прерии после того, как мы с ним пообщались по поводу происходящего. Ну, вернее, я снял с него допрос. Правда, почти весь его опрос состоял из того, что он восхищался тем, что встретил кого-то «уникального», неизвестного ранее на Эквусе. Мерзковато, на самом деле, он восторгался мной, как блядской вырезкой или куском мраморной говядины в сельской мясной лавке! Даже странно сказать, но пусть он катится! Как он сказал администраторше, он, во-первых, не хочет стать новым пропавшим, а во-вторых собирается узнать что-нибудь о кухне бизонов. Если нападения прекратятся, то его можно считать основным подозреваемым. Если нет… будет записан карандашом, а не ручкой. Я откинулся на спинку стула и устало потёр лицо. Пока картинка не складывается полностью. Есть зацепки, и над ними надо работать, но эй! Я полевой разведчик, а не штабной! Сопоставлять всю эту хрень меня не учили! Да и в ментовке я не то, чтобы сильно углублялся в эти дебри! Я работал администратором, работал оперативником, но не следаком! А ещё я, блядь, один! У меня нет целого отдела, нет лабы, нет оперов, нет блядского персонала! И сейчас мне приходится самому изображать из себя весь сраный персонал, вместо того, чтобы строить из себя стандартного киношного шерифа, которых, как известно, бывает два типа – дохляк, которого доедают койоты, и вечно сонный старик, которому нет дела ни до чего, пока не начинается стрельба в самом городе. Но я, блядь, тут! И я, блядь, строю из себя Шер-лока, а не шер-ифа! Сейчас вечер и мне надо отдохнуть, а раз так, то я собираюсь это сделать. Если я что-то точно и смогу сказать о работе следаков, так это то, что в их работе нельзя быть пьяным и сонным, иначе забредёшь в такие дебри, что правильная дорога к разгадке будет напрочь потеряна. Накинув на плечи китель, я направился в свой дом. Да, теперь я не живу в сарае, что не может не радовать. Пришёл, поужинал, разделся и лёг спать, погасив свечи, кроме одной – той, что на прикроватной тумбочке. Я хотел немного почитать. И вроде бы всё спокойно и можно ложиться спать, как вдруг… Створка окна тихо, незаметно начала открываться за плотными шторами. Я задул свечу и затаил дыхание. Это… странно. Такого ещё не было раньше, так что это вряд ли сквозняк, а раз так… Воры. Убийцы. Тот самый маньяк. Вариантов не много. Благо, пистолет заряженный лежит под подушкой. Кто бы ни был гость, он у меня попляшет! Окно открылось. Шторы начали колыхаться от сквозняка. А вот они колышутся уже от того, что их убирают в сторону. Из-за штор показалось копыто. Цвет не виден, видно лишь, что шерсть кажется свалявшейся даже при таком скудном освещении. Следом за копытом появилось второе, а потом и голова пони. Я через полуоткрытые веки продолжал смотреть на своего нежданного визитёра. Тот же, в свою очередь, вынул из седельной сумки под крылом (гость был пегасом) какой-то бутыль и какую-то тряпку. Хлороформ? Очень весело! Это только в фильмах хлороформ оказывает моментальный и долговременный эффект, на самом деле там всё куда сложнее. Когда визитёр оказался близко, я выхватил пистолет и выстрелил! Попал я этому пегасу куда-то в район жопы, от чего он завопил и бросился наутёк. Слишком быстро бросился. Я в темноте не смог взять правильный прицел и если и попал в него после ещё нескольких выстрелов, то точно не нанёс критических ран, поскольку его спешное бегство прошло более чем удачно. – Чёрт! – Выругался я, а после чихнул от порохового дыма. – Сбежал, падаль! Натянув штаны, я заткнул пистолет за ремень на пояснице и затеплил свечу. Надо осмотреть комнату, всё-таки это можно считать местом преступления. При свете свечи я осмотрел пол, окно, стену здания снаружи вокруг окна, заодно успокоив вываливших на улицы разбуженных пони. – Всем успокоиться! Вам нечего бояться! Всем вернуться по домам! Не забывайте запереть двери и убедиться, что окна нельзя открыть снаружи, в городе орудует банда воров-домушников, постарайтесь защитить своё имущество! Как только я успокоил пони на улице, я вернулся к осмотру и обнаружил то, что может указать на злоумышленника. Коричневое перо и седельные сумки с некоторым барахлом, в том числе с бутылью хлороформа и несколькими тряпками. Всё это я убрал до утра, чтобы присовокупить к расследованию, а пока я затёр кровь на полу и закрыл окно поплотнее. Эх, жаль, что тут нет возможности провести анализ ДНК, но салфетку, которую я пропитал кровью, я всё равно убрал к уликам. Мало ли, тут может существовать какое-то заклинание единорогов, которое покажет, кому принадлежит эта кровь. Твою мать, и не уснуть ведь теперь!

***

Снова работа. Снова осмотр нового места преступления, только на сей раз более пристальный, заодно осмотреть окрестности и забраться на крышу. Я пока знаю только то, что это был коричневый пегас, а надо бы чего-то более существенное подыскать, но и этот круг подозреваемых не очень велик! Он вообще никакой! Среди местных попросту нет ни одного коричневого пегаса, получившего ранения прошлой ночью – все здоровы! Среди туристов же коричневых пегасов совсем нет! Может, перо – это обманка? – Вы тут шериф? – Завалился ко мне в офис один из двух туристов-минотавров. – Я. – Кивнул я, вздыхая устало. – Вы по какому, собственно, вопросу? – Мой брат пропал. Он ушёл в степи к бизонам, чтобы навестить их, а после не вернулся! – Ваш брат? А, погодите, второй минотавр, точно. – Кивнул я понятливо. – Когда он покинул город? – Два дня назад. Я тогда остался тут по причине того, что у меня подвернулось копыто. Брат же пошёл в степи и пропал! Я знаю, что какой-то псих похищает пони, раньше я думал, что нас это не коснётся и мы не в зоне риска, но теперь он похитил моего брата Стоун Арма! Я требую, чтобы вы занялись его поисками и допустили меня к ним! – Так, давайте успокоимся и поэтапно вспомним происходящее. Куда конкретно направился ваш брат? – В стойбище бизонов, куда же ещё! – Фыркнул минотавр, выпустив пар из ноздрей. – Что же, понятно. – Кивнул я. – Вы уверены, что он направился именно туда? – Хватит задавать эти нелепые вопросы! Мой брат ушёл к бизонам до вечера и пропал, а вы задаёте эти нелепые вопросы! – Это не нелепые вопросы. Я беру у вас показания. Вы утверждаете, что ваш брат пропал. Основания какие? Он ушёл к бизонам и не вернулся в срок. Я должен точно знать, на самом ли деле он ушёл к бизонам, или направился ещё куда. – Я только что вернулся из стойбища бизонов! Они сказали мне, что он ушёл обратно в Эппллузу, но он не вернулся! – Это можно было сказать с самого начала. Что вам могли ещё сказать бизоны? – Они сказали, что вместе с ним ушёл грифон, это так же было позавчера вечером, но ни брата, ни грифона! – Экзо Улрикс? – Полуутвердительно спросил я. – Хм, двое пропавших разом, плюс попытка моего похищения. Кажется, наш маньяк слетел с нарезки и потерял тормоза. Сейчас я могу вас заверить, что я найду вашего брата, во всяком случае, сделаю всё возможное для этого. А теперь извините меня, но мне пора идти в стойбище вождя Громового Копыта, а значит посторонние должны покинуть участок, чтобы я мог его запереть. – Я иду с вами! – Нет, не идёте. Я не собираюсь подвергать гражданских опасности. И это не обсуждается, мистер… – Моё имя Айрон Арм, и запомни: Айрон Арм никогда не отступает! – Сегодня придется отступить, потому что я – майор Сергей Котов, шериф Эппллузы, и я тоже не собираюсь уступать сегодня! Так что ты либо уйдёшь с дороги, либо я запру тебя в камере! Не мешай мне работать! Как бы сильно ты не любил своего брата, ты будешь мешаться у меня под ногами! Если ты просто останешься в городе, то этим ты уже сильно поможешь и мне, и ему! – Я не собираюсь обсуждать своё участие! Это мой кодекс чести! Мы, минотавры, всегда горой друг за друга, особенно за родню! Если мой брат в опасности, а я ему не помогу, то это позор на меня на наших родителей, если они воспитали позорного меня, и на брата, потому что его тоже воспитали опозоренные родители! – Значит, ты не отступишься, да? – Вздохнул я, потирая переносицу. Честь… ещё с Кавказа понял, что если в подобной ситуации фигурирует какая-то «честь», как это понимают подобные упёртые бараны, которых не мало среди горцев, то переспорить их будет почти невозможно. – Ни за что. – Упрямо посмотрел он на меня. – И фраза в стиле «ты уже помог своему брату, когда обратился ко мне» тоже не проканает? – Не-а! – Что же, раз так, то хрен с тобой! – Махнул я рукой, направляясь к двери. – Пошли уже! Минотавр вышел из здания и стал ждать, когда я закрою дверь, нетерпеливо потопывая копытом. – Теперь пошли. – Сказал я, двигаясь на выход из города. Минотавр Айрон Арм шёл рядом со мной, не отставая и не забегая вперёд. Кончики его рогов едва доставали мне до плеча, ноги у него были более чем короткие, но это не мешало ему двигаться в моём темпе. – Значит, вы туристы. – Не спросил а, скорее, утвердил я. – Туристы. – Кивнул он. – Приехали в Эквестрию, чтобы путешествовать и по возможности соревноваться в брутальном спорте, но у пони почти нет брутального спорта. Только мы расстроились, как услышали про бизоньи бега. Это нас заинтересовало – бык быка всегда поймёт, вот мы и приехали сюда ради ваших местных бизонов. – Понятно. – Кивнул я, двигаясь дальше. – А ты? Ты вообще кто? – Окинул он меня взглядом. – Когда я впервые увидел тебя издалека, подумал было, что ты минотавр. – Ага, я это уже слышал. – Хмыкнул я. – Я человек. Попал в ваш мир чёрт пойми как после удара молнии. В своём мире я был майором полиции, тут пока суть да дело тоже решил работать «по специальности», пока не смогу попасть к местной правительнице и попросить её отправить меня домой. Кто же знал, что пока я буду «подрабатывать», тут начнётся свистопляска с похищениями? – И как там, в другом мире? – После минутного молчания спросил Айрон. – Да так, войны, эпидемии, политические конфликты, перерастающие в вооружённые, кризисы, идущие друг за другом, короче, скучная проза жизни. – Не, война – эт плохо. – Сказал воинственный, как мне казалось, минотавр. – Война – это что? Это большая бойня. Бойня, а не добрая драка. В чём смысл с кем-то драться, если ты собираешься его убить? Вот в обычной драке – там да! Победил – и либо ещё долго тыкаешь мордой в грязь врага, если он сволочь, либо даёшь ему руку и идёшь вместе бухать, если он ровный бык. – Где-то я уже видел подобный способ заводить друзей… – Сказал я, вспоминая нескольких своих сослуживцев. – Во! Самые добрые друзья так и появляются! К тому же, с такими в драку потом не страшно вступать – вы оба знаете, на что вы способны и оба знаете, что не боитесь почесать кулаками о рога противника! А вообще, ты мне про ваш спорт расскажи! – А что спорт? Обычный. Вот есть у нас игра – футбол. Две команды гоняют по большому ровному полю мячик, пытаясь запинать его в ворота противника. Есть баскетбол – это когда мяч кидают руками по комнате, стараясь забросить его в корзину соперника. Есть биатлон – это когда бегаешь на лыжах, а потом стреляешь по мишени. Есть бокс – это когда два человека бьют друг друга кулаками, набирая очки. – О, звучит интересно! С этого и надо было начинать! – Заявил Айрон, улыбаясь. – А какие правила? – Если коротко – дерутся в мягких перчатках, бить по шарам нельзя, по голове лучше не бить, ниже пояса тоже, если упал – десять секунд, чтобы встать, если не встал – проиграл. Я не очень этим интересовался, я не люблю смотреть на то, как другие занимаются спортом. Раньше я сам занимался спортом, пока мне не разворотило ногу на войне, с тех пор особо не побегать, а бег – он практически в любом спорте нужен. – Да, неприятно… – Сказал печально минотавр. – И что, болит? – Обычно перед ливнем или грозой может разболеться, а так – терпимо. – Ну, ты прям барометр! – Усмехнулся Айрон. – Разве что очень ворчливый. – Хмыкнул я, продолжая идти. – Знаешь, я уже несколько раз ходил в стойбище бизонов. В первый раз я ходил туда с одним из пони, и это был кошмар! – Что у вас там случилось? – Поинтересовался минотавр. – Это непарнокопытное чудовище трещало без умолку! – Чуть не застонал я, вспомнив, как много трещал Брейбёрн. – Но нужно во всём искать плюсы – теперь я могу составить генеалогическое древо всего семейства Эппл. – Это не те ли Эпплы, которые выращивают яблоки по всей Эквестрии? – Уточнил минотавр. – Ага, они самые. И если бы я не знал, что в моём мире тоже есть яблоки, то я бы решил, что именно эти земнопони их вывели много веков назад. – Кажется, я где-то слышал такую байку. – Почесал между рогами Айрон. – Наверняка просто байка, потому что в моём мире тоже есть яблоки. Так, пока мы шли, за разговорами пролетело время и впереди показалось стойбище бизонов.