I

Совсем немного оставалось до конца зимы. Колотуна, как его называли Северяне. Сугробы убавили в своей массивности, а солнце уже не скрывается за густой серостью облаков, позволяя остаткам хладной белизны подтаять. Лес шумел птицами и скрипом ветвей, что сбрасывали с себя тяжкую ношу сезонной вуали. Сокрытый хвоей клан бурлил жизнью как никогда раньше, ведь совсем скоро празднество смены сезона! Бравый Авангард половиной своего состава расчищал центральную площадь пред Длинным домом, а вторая же часть - с дозволения вождя охотится чуть больше установленной меры. Заодно будет на ком освежить навыки стрельбы из лука, помимо стоячих мишеней на тренировочной площадке. Кормилицы всё возятся с котятами, чей смех и гогот казался даже чётче, когда их носы и морды не укутаны в утеплёные одеяния. Юные умы занимались украшениями, нарезали новые тотемные столбы на границы территории, вешали верёвки со всякого рода блестяшками меж крышами домов. Но кто-то даже в столь радостную пору предпочитает своё время отдать тишине и покою. Когтеклык, ленивое же ты создание, пробудись! Тело серое, в полоску, лежало мордой вниз на подушке и не отпускало из лапы пустой бутыль у самого пола. Прошлая ночь была очередным парадом воспоминаний, кои Клык с радостью забыл бы навсегда, но это лишь маленькая мечта, которой частично помогало исполняться лишь одно средство. Желательно с градусом повыше. Сколько он себе уже обещал что бросит? Сколько раз срывался с цепи и лакал этой Хельхеймово пойло, чтоб забыться в пьяном приятном бреду и с утра вновь стать тихим писарем с похмельем. От него всегда веяло медовым перегаром, а взгляд, пусть и всего одного ока, нёс в себе тяжесть сотни бессонных ночей. Он уже давно проснулся. Просто не мог найти хоть одной причины покидать своё уютное лежбище. Рука поколдыбенила бутыль, чтоб точно убедится что его содержимое схоже с состоянием собственной души. Пустое, но на донышке вроде что-то да осталось. Собрав все свои силы, Винтерхарт наконец смог перевернуться, смотря на потолок своей маленькой каморки в дальнем углу библиотеки. Второй глаз всё не мог найти на чём сконцентрироваться, потому бродил то вверх, то вниз, в рассинхрон со своим собратом. Поёрзав плечами из стороны в сторону, похрустев затёкшей шейкой, средних лет алкоголик подтянул к себе лапу с драгоценным нектаром к своей морде, тут же пригубив горлышко и отправив слегка тепловатое пойло вниз по своей глотке, обжигая ту двадцатью с чем-то градусами алкоголя. “Надо вставать”, промелькнула шальная мысль в голове и как бы не хотелось её игнорировать - она была вполне себе здравой. Лениво откинув одной ногой своё одеяло, лохматое нечто принялось подниматься, пока не уселось у самого края и не коснулось лапами маленького коврика. Он и так вставать не торопился, пока не услышал со стороны входа в библиотеку хлопок двери. Резко мотнув головёшку в сторону дверного проёма, Клык на одно мгновение подумал что умер. — А… Ааах… Аааа… Раскрыв рот в немом вскрике, кот продолжал страдальчески постанывать от резкой боли где-то в районе шеи. Снова защемило. А говорили ведь спать нормально, не скрючиваясь в неведомые фигуры. Ухватившись рукой за плечом, словно это хоть как-то поможет, тот мыча поводил шейкой и устало вздохнул, опуская лапки в стоявшие рядом сапоги, попутно накидывая через ухо свою чёрную повязку. Торопливо мелкими шажками он выглянул из своего маленького убежища, высматривая пришедших. Однако, никого на горизонте не было видно. Пока он не подошёл к своему столу, за которым уже заприметил пару мелких ушек. Оперевшись о деревянный край и приподнимаясь на цыпочках, он смог увидеть два изумрудных глаза, что смотрели на того снизу вверх. — Приветствую, Непоседушек. - Разглядывая юнца промолвил кот, медленно отстраняясь и выходя за своё место работы, чтоб тому не пришлось говорить со столом. - Ты чего в такую рань не спишь? — Здравствуйте, Когтеклык. - Маленький саблезубик гордо задрал свою головёшку и воспрял телом и духом, держа в своих ручонках маленький мешочек, судя по всему в котором лежала пара книжек, да прочая мелочёвка. - Уже прошёл полдень. Склонив голову, клыкастик с недоумением посмотрел на потрёпанного библиотекаря, но решил не заострять на этом внимание. Ведь видел его таким практически всегда. Клык же стыдливо осознал что вновь пропустил большую часть дня в своей дрёме. Паршиво, но что поделать. Саблезуб начал рыться в своей сумке, вытягивая оттуда пару книжек, маленький дневничок и пару различного вида трав и сушёных цветов. Клык в привычной манере провёл взглядом по корешкам книг, убеждаясь что те не порваны, хотя зная юнца - тот вполне бережно относился к пергаменту. Не то что многие другие, кому писанина на пергаменте лишь простая кучка бумаг, на которые явно не было потрачено множество часов, чтоб переписать все эти злосчастные буквы на них. — Я нашёл в лесу маленькие заросли вороники! - С энтузиазмом начал вещать Непоседушек, раскрывая свой маленький дневничок с записями и зарисовками. Даже маленькие ягодки из кармана достал, протягивая в сторону воителя. - Вроде как, по книге это точно она. Ещё где-то в сторону востока у нас оказывается есть деревья рябины, но рядом с ними растут волчьи ягоды… Я поломал ей пару веток, но много ягод осталось ещё слишком высоко. Надо будет потом с топориком туда сходить… Малец любил рассказывать о своих находках. Один из немногих, кто приходил сюда с целью именно что получать знания, а не проведать одноглазого затворника и/или прожужжать ему уши. Читая заметки юного травника, Клык попутно искал следующий том “Травничества”, который обещал ему предоставить. Травы были аккуратно прицеплены капельками сургуча на страницах собираемой ими двумя энциклопедией, а затем чуть более часу саблезуб ведал об остальных своих исследованиях окрестностей. — Тебя совсем не страшит забредать так далеко? - Клык закинул лапу на лапу, закрывая заметки юнца вместе с закладочкой, а затем строго зыркнув в его сторону. - Я слышал про пещеру рядом с брусничными кустами, но это куда дальше дозволенной воспитанникам территории. — Н-нет, это не так далеко… - Отводя взгляд, понимая что сболтнул немного лишнего, немного утихал Непоседушек. Ну зашёл и зашёл, какое кому дело? - Грх. Я уже излазил весь наш лагерь. Здесь нет ничего интересного! Эти ограничения такие… Тупые. Немного обиженно насупившись, словно нашкодивший котёнок, Непоседушек уже был готов получить в свою сторону очередную взрослую тираду о том как важны правила, ведь не просто так они нам писаны. Но услышал лишь долгий чайный “сёёёёёёрб” с последующим довольным выдохом. Клык смотрел на парня с таким удовлетворённым выражением, словно даже и не слушал его нарушения. — Будь осторожней. Пещера территория волчья, их хоть и перебили почти всех, но молодняк уцелевших может быть куда опасней старых особей. И ни слова больше. Сидит и чай свой допивает. Ждал клыкастик какого-то подвоха, но Клык вроде всегда был спокойней других взрослых. Потому что сам в какой-то степени ещё оставался ребёнком. Кивнув тому или в знак согласия или в знак благодарности, юнец взял наконец и свой напиток, разбавленный парой ложек мёда для сладости. Тихую беседу прервал колокола звон, донёсшийся со стороны центральных ворот. Обычно тот давал свой звук лишь ранним утром и вечером, перед плановыми патрулями, но в середине дня? Большая редкость. Либо случилась какая беда, либо…

“Дооообрый день, Север! Ваша покорная госпожа из Ниоткуда вновь принесла заморских чудес! Открывайте свои еловые ворота, я и на них замок вам привезла! Созывайте детей, созывайте соседей! Всяк душе найдётся что купить!”

Голос столько звонкий не спутать ни с чьим другим. Кошка, что появляется из ниоткуда и уходит в никуда вот уже второй год, привозя с собой товары, что никогда не видели в этих краях. Последний раз она была тут прошлой весной, тогда Клык выиграл её в карты и всё же смог выведать её настоящее имя. Радости его не было предела в тот день, и вот, она снова тут. Грех будет упустить возможность с ней повидаться. Отставив свою деревянную кружку, Клык мотнул головой в сторону выхода (О чём быстро пожалел, забыв что шею то защемило), но паренёк не горел желанием выходить на улицу. Сказал, что лучше разберётся со своими записями и книжкой, да и лишних монеток на безделушки сейчас едва ли найдётся. Не увидишь того чего хочешь - и не искусишься. Вцелом, в этом был какой-то смысл. Веря что Непоседушек не развалит библиотеку за полчаса, Клык смело покинул книжную обитель, впервые за два дня увидев дневной свет не через окно. Солнце приветственно ударило прямо в сонный глаз и желание повернуться на сто восемьдесят возросло в несколько раз, но агитирующий голосок столь редкой подруги не давал ему права вернуться. Потрёпанный сапог ступил с порога на снег и тот отозвался приятным глухим хрустом. Коты медленно двигались в сторону ворот, кто-то даже смотрел в сторону Клыка, словно на какое-то чудо. Конечно, на улице он явление ещё более редкое, чем засуха на Севере. Среди толпы тот заприметил пару знакомых морд, с которыми и удумал продолжить свой путь. Только резкий хлопок по спине заставил выпрямиться ровно, словно струнка, а остаточный импульс прошёлся до мелкого куцого хвостика, от чего тот встрепенулся. — Ты чего на улицу выбрался, пылесборник? - Очередной знакомый голос окликнул библиотекаря и пара ярко-рыжих лап похлопала по его хилым плечикам. - Неужели рыжая сирена даже тебя своими пениями способна вытащить? Половинка. Чего половинка? Да ничего, просто кот с довольно причудливым окрасом, за счёт которого и получил своё имя. Хоть большую часть времени и видно лишь его медовую морду, у того была и тёмная сторона. Буквально. Язык его бегает быстрее чем он сам, но малый он славный, хоть местами и наивный. В лапах он тащил две связки со свежей рыбой, но даже с такой увесистой ношей он продолжал накручивать по орбите серого кота, словно если вдруг остановится, то умрёт. — Да-да… Подумал, если приду раньше, то не придётся разглядывать остатки из всего интересного. - Сутулость вновь возвращала Клыка на круги своя, чуть преуменьшая его в росте. Половинка с привычной зубастой улыбкой поднёс одну из связок к серой морде, прекрасно зная как он ненавидит рыбу, чтоб увидеть как тот морщится. - Мфээх… Убери. —Тебя снова запрягли разносить всё и вся за спасибо? —За пи-ро-ги! Мне пообещали лично целых два отдельно испечь до Сожжения Колотуна, каких только пожелаю! - С огоньков в глазах воскликнул тот, едва не сорвав рыбы с крючков. Как же мало кому-то нужно для счастья. - Если помогу собирателям разобраться со всем, что принесут охотники! Но рыба всем своим рыбьим зловонием напоминало о том, что чем быстрее она будет погребена в бочке с солью - тем лучше будет для всех окружающих. Видя страдания серого товарища, медовомордое создание задорно усмехнулось и отварачиваясь махнуло ему своей когтистой лапищей, вышагивая в противоположную сторону. “Вечерком заскочу, не скучай!”. Клык только успел раскрыть свою сонную пасть чтоб попрощаться, а парня уже и след простыл за ближайшим углом, оставляя серого наедине со своими хаотичными мыслями. О чём мысли? Да о всём на свете. Каждый раз выходя из дома, вот прямо за порогом, они и появляются. “А свечи все потушил? Книги важные все упрятал? Чернила не высохнут? Кошель взял?”. Последнее его волновало больше всего, но звяканье худощавого мешочка на затёртом ремешке его успокоило. Не с пустыми же руками идти к торговцу? Устремившись вслед за народным потоком, худощавый воитель протискивался средь зевак, нашёптывая извинения за каждое своё движение и прикосновение к кому-либо. А тем временем рыжая кошка всё так же бодро скакала по мелкому подиуму своей телеги. Память её поражала Клыка, ведь какой бы покупатель к ней не обратился - она всегда помнила его имя, ежели он у неё когда уже бывал. Заприметив одноглазого тихоню, Адирис одарила его приветственной улыбкой и подмигнула, не переставая растаскивать хвостом и палкой с крюком свои безделушки в интересующиеся лапы. Обойдя толпу с краю, Когтеклычок смог хоть разглядеть что на сей раз бестия принесла в мёрзлые земли, но мелкие деревяшечки с нацарапанными циферками не сказать что радовали. Скорее, спускали с небес на землю, напоминая что за свои гроши на что-то интересное рассчитывать не стоит. Чтоб убедиться в своей платёжеспособности тот вытряхнул содержимое мешочка прямо на лапу, коготком распределяя кругловатые железки с одной части ладони на другую. Три десятка серебристых кругляшей. Ну, на что-то да и должно хватить? — Дядя Клык! - Тихий голосок донёсся откуда-то позади и кто-то очень нагло подёргал кота за куцый хвост. - Вы… Не подсадите меня? Обернувшись на зов, тот увидел как два пурпурных глаза, размером с две добротно отлитые динарии, смотрели на него, а ручонки, отпустив серый хвост, схватились одна другую. Кажется, девчушка немного стеснялась вопрошать такое, но уж больно сильным был интерес, что же находится на прилавке. А за спинами всех этих взрослых ни черта не углядеть… — Ах, Вороничка… - Примечая такую же тихоню как и он, кот склоняется чуть ниже, упирая лапы в колени, чтоб быть с ней с глазу на глаз. Подросла, зараза. Но вроде всё такая же пушинка, как и была. - Ну, запрыгивай? Встав на колено, Клык дал малой возможность забраться к себе на шею и та на всех радостях запрыгнула на того, за что защемленный нерв уж явно не сказал спасибо. Итог? Ну, Вороничка довольно, а мистер Винтерхарт с тихим смехо-стоном стерпел ноющую боль, перед тем как подняться и сделать кошечку самой высокой особой среди собравшихся. С восхищением она наблюдала за рыжей торговкой, что тоже заметила возвысившуюся девицу и легонько коснулась её носа двумя своими перстами, подарив ей самый настоящий внутренний всплеск радости, который Клык ощутил лёгким похлопыванием хвоста-метёлки по своей спине. Её глазёнки метались то на неё, то на вещицы, что стремительно убывали. Маман дала ей немного монеток, но едва ли ей, как и Клыку, здесь на что-то хватит. Но одна побрякушка приковала её взгляд своим блеском. Самая маленькая, в самом краю повозки. — Дядь Клык… Смотрите… - Наклонив головёшку на бок, та прищуром пыталась разглядеть циферки. Разглядела. А что они значат? Ну… Не знает. — Куда? - Последовал закономерный вопрос от того, но вместо обычного детского “показать пальцем”, Вороничка схватила того за уши и повернула в нужном направлении и подкорректировала угол обзора. От чего-то Клык снова тихо проскулил. - Ааа… Что там?.. А там был жук. Да не абы какой, а серебристый такой, здоровый и расправивший свои величественные крылья Был тот не шибко дорог, но явно больше трёх десятков у него имеющихся. Задумчиво хмыкнув, Клык поинтересовался у мелочи сколько у неё самой то звонких монет. Ответом был мешочек, коим она поводила перед носом кота и тот подхватил его, чтоб быстренько провести счёт, по итогу которого было выявлено что обычная северная девчушка богаче обычного писаря. Аж на десять монет. — Ты… Так хочешь этого жучка? — Ну только гляньте как он блестит… И какой он красивый! Аки ворона, ей богу. Сотня ему цена. У неё даже и половины от неё нет. Немного подумав, одноглазый скинул свои монеты и её в один мешочек. Где взять ещё тридцать? “Что вы делаете…” раздался шёпот над его ухом, в котором слышалась вся вселенская неловкость. Она знала что ей мало на что хватит и уж тем более не хотела бы тратить чужих денег. Но у Клыка была цель. Просить у кого либо он не собирался, но… Плох тот торговец, что не торгуется. — Эй, Ади… - Не успев и договорить её имени, кот получил по своему лбу тросточкой, от чего даже слегонца прикусил язык. Точно. Обещал же, что дальше него её имя никто не услышит без нужды. Оправившись от удара, он увидел как пламенный взор смотрел на него с самодовольной улыбкой, ожидая вопроса. - Хф… Покажи мне того… Жучка, пожалуйста. Приподнимая бровь, рыжая кошка глядит себе за спину и быстренько подметает хвостом побрякушку себе в лапу и подтягивая его в сторону парня. — Красив скарабейчик, а? Из краёв жарких и пустынных! Нашла его… - “На теле одной мумии”, хотела уже было сказать та, но не при такой же толпе так прямо заявлять, что часть добра тут намородёрена? - В древнем храме, похожем на пирамиду! Таких красивых ещё поискать надо! В вальяжно протянутую лапу Адирис был помещён мешочек с общим капиталом Клыка и Воронички, но опытная торговка точно знала сколько весят сотня монет и недовольным взглядом посмотрела на парня. А тот что? Неловко посмеялся, взглядом побегал и головой помотал на свою маленькую ношу на плечах. Рыжая мадам недовольно вздохнула, цыкнула и передала серебряного скарабея в лапки маленькой леди, следом склонившись к Клыку и что-то шепнул тому на ухо, перед тем как вернуться к остальным своим покупателям. Судя по облегчённому вздоху того, всё обошлось даже лучше, чем планировалось, а немое счастье на лице одной особы стоило тех малых неудобств, что он на себя нажил. Вертела она эту букашку и так и сяк, всё не в силах налюбоваться своим приобретением. Опустив девчушку обратно наземь, Клык погладил ноющее плечо и смиренно сунул пустой мешочек в карман. Благодарности не было конца и края, но вскоре девчушка утихла, погрузившись в свои маленькие думы, отводя взгляд прочь от толпы. На вопросы Клыка о том, в порядке ли она та лишь кратко покивала и поспешила удалиться куда-то в сторону прилагерного леса. А парню оставалось лишь с досадой смотреть, как пустеют полки. Все, кроме книжных. На них практически никто не заглядывался, хоть книги и были в разы дешевле прочих побрякушек. Ещё немного полюбовавшись грацией рыжей торговки, Клык решил что нечего занимать тут собой лишнего места. Всё равно ведь на вечер та наметила с ним рандеву, потому до того момента просто нужно найти чем заняться. Возвращение в тёмные стены хоть и рассматривалось как вариант, но сама природа словно настаивала на том, чтоб писарь оставался вне своего уютного уголка. Небесное светило вознеслось прямо над самой высокой скалой прилегающего к деревне горного хребта. Тучи, словно сговорившись, решили сегодня и вовсе не выходить на свою смену, оставив небесный холст без единого мазка. Утренний, скорее всего, последний снег приятно хрустел под ногами. Такой очень хорошо комкался в снежки и не противясь детскому порыву, прямо на ходу, Клык загрёб в свою лапу немного добра с близлежащего сугроба и сжал всю холодную белую массу в плотный кругляш с бугорками. Холод приятно обжигал подушечки на ладони и пальцах, вскоре по краям потекла и талая водица, каплями устремляясь вниз. Вроде ничего необычного, но так приятно наблюдать за самим процессом того, как ледышка обращается в ничто. Парень и не заметил как оказался в самом сердце деревни. Стряхнув влагу со своей лапы, оглянувшись, он не знал что делать дальше. Там дети бегают, тут работы свои ведут. Постепенно закрадывалась горячо не любимая мысль, что ему в здесь нет места. Каждый знал своё ремесло, везде хватало лап, а там где нет - там он больше обуза, нежели помощник. Да, хранить знания и заботиться о их письменных носителях дело тоже важное, но будем честны: Кому на Севере есть дело до какого-то пергамента с символами? Пропадут охотники - клан умрёт с голоду. Ремесленники? Всё развалится через пару десятков лун. Даже от кормилиц в разы больше пользы, ведь они растят будущее клана. А пропади он, так единственное что будет проблемой то, что кто-то не сразу найдёт нужную книжку. Быть лишним стало его привычкой, хоть всегда находилась поддержка в лицах неравнодушных товарищей.

Но как приказать неспокойной голове перестать думать больше нужного?

Мокрая от снежка лапа самовольно потянулась к маленькому зубасто-клыкастому амуллету. Прям как и в детстве, когда становилось тревожно на душе. Некий защитный жест, что пробился сквозь года. И чем дольше он стоял на свету один, тем темнее ему становилось. Поникшие ушки, растерянный взгляд. Такой бывает у котят, впервые вышедших во внешний лагерь. Ноги словно скованы цепями, но медленно отступают куда-то назад, ближе к стеночке ближайшего дома.

Вдох. Выдох. Повторить. Ещё раз. Ещё. Медленно.

— Эй, ты чего? - Взгляд резко оторвался от пола и Клык наконец увидел, что перед ним кто-то стоит и даже пальцами звонко прям перед мордой щёлкает. - Снова похмельных зайчиков ловишь? Так вот от кого шла тьма. От тени одного здоровенного дурёхи. Руки в бока, взгляд полон янтаря, даже ярче чем у Клыка и стоит над душой. Да как хорошо стоит, словно лохматое, но ухоженное пугало, что тут же распугало всё что навеяла тревога. Турпанчик, Кукушка, Ходячий Каламбур, если бы они знали это слово. Слишком уж давно он знал серого, потому догадаться что алкоголь тут вообще не виноват труда ему не составило. Шутки для разрядки обстановки в голове трёхцветной ещё не родилось и потому вслед за вопросом в сторону приунывшего Клычка был протянут кусочек надкусанного вяленого мяса. — Ты где был? Я с утра тебе чуть дверь с петель не снял, а ты так и не явился чтоб за неё побороться! - Усердно толкая мясо в пасть Клыка, Турпан всё же добивается своего. Ведь серый знал, что противиться смысла нет. - Она ведь за тебя грудью вперёд стоит и терпит что ты ей ключ в спину из разу в раз вставляешь. Их ценить надо! — Ах… Я… - Откусив совсем немного от предложенного лакомства, Клык только сейчас обратил внимание на то, как усердно бьётся его собственное сердце, словно он сейчас пару сотен метров пробежал. - Я спал, прости. Там же открыто было, разве нет? Только сейчас дошло маленькое озарение. Непоседушек вошёл просто так. Дверь была открыта, хоть замок он точно вешал вчера вечером. Тогда как он… — А, об этом, кхм… - Поджав губы и убежав глазами куда-то в сторону, Турпан залез лапой в один из множества подшитых на свою шубку карманов, вытягивая из него очень знакомый замочек. Вернее, две его части. - Возможно применение силы не всегда выход, но иногда и вход? Ахах… — Твою туеву-кукуеву голову, Турпан… - Ответ нашёлся. Желание приложить что-то тяжёлое к голове друга возросло в разы, возможно даже сам замок. - Чего приходил то? И почему не разбудил, раз всё равно замок сломал? Взяв в руки старенький ржавый замочек можно было особо и не удивляться тому, что он сломался. Он давно думал заменить его, но прокрастинация брала своё и до домика кузнеца на другом конце деревушки дорога казалась слишком долгой. Что же, теперь у него и повод есть. Сметая под собой своим здоровенным веником-хвостом снег, Турпан всё так же пытался всучить несчастный кусочек мяса, но тихий недовольный рык Клыка заставил его отступить. Подняв ладошки перед собой и демонстративно делая шаг назад, чтоб точно не прилетело чего в лоб. — Я хотел позвать тебя проведать Грёзу. - Беззаботная ухмылка в один шаткий миг исчезла, а голос потерял тот изначальный задор. Схватив себя же за шею одной рукой, Турпан повернулся мордой в сторону одиноко стоящего дома на холме, откуда не так давно держал свой путь. - Скопушка сготовила ей немного мяса, а я, каюсь, немного пошурудил в твоих запасах. — Грёза… - Вслед за Турпаном вновь поник и Клык. Мадам она каких ещё поискать. Горда, прямолинейна, немного груба, но тем не менее отличный собеседник, с коим даже спорить по поводу и без было в радость. Было. - Как она там? Не видел её с момента празднования Равноденствия. — А никак. - Цыкнув себе под нос, резко высказался лохмач и выкинул недоеденный кусочек мяса. Сыт по горло. И не только едой. - Грх, всё так же печальна и неутешна, хоть и говорит что “Всё в порядке”. Ты видел её “порядок”? Пятый год пошёл, а она всё… — Её право, Турпан. - Прервал друга Клык, пока тот на эмоциях не сказанул лишнего. - Я тоже не лучшим образом справлялся с утратами, ты сам это прекрасно помнишь. Она же потеряла того, кого любила всем сердцем. Обоим было тяжко принимать дела так, как они есть. Один жил в вечно приподнятом настроении, стараясь смеяться даже тогда, когда серая вуаль бытия тому не благоволила, второй же прятался от своих проблем в мирах никогда не существовавших, отрицая реальность как необходимость. И всё же, столь резкая смена поведения их общей подруги сказалась на них не лучшим образом. Она жива, она в здравии, но она стала словно опустошённый сосуд. Их бесило само бессилие как-либо тут помочь, хоть она была им бесконечно благодарна за то, что они не оставили её со своими демонами. Неловкое молчание было прервано двумя юными лбами, что друг от друга отличались лишь цветом глаз, да голоском. Близняшки окраса приливного океана нашли своего заплутавшего отца и накинулись на того, цепляясь за руки и на них же зависая. Турпан тут же начал пародировать медведя, наигранно рыча и кружа с детьми на одном месте, пока Клык с доброй улыбкой наблюдал как Белка и Тишь кошмарят нерадивого батька. Детский смех всегда чем-то успокаивал. Близнецы очень настойчиво напоминали об обещании прокатить их другой берег дёрганьями за уши и всем весом детской ответственности, Турпан поражённо выдохнул и посмотрел на Клыка. Тот лишь пожал плечами, показывая что спасать его он даже не собирался, а лишь помахал лапой двум сорванцам, оставляя своего друга на растерзание. Ну а что? Он и замок сломал и запасы мёда хмельного у него позаимствовал. Это меньшее чем он мог его наказать.       Одна услада была наблюдать за тем, как два чертёнка черта побольше в снегу валяют. Клык даже решил это запечатлить. На поясе всегда висела мелкая книженция, опутанная кожаными ремешками. О ней он заботился даже больше чем о своей одёжке, которая лишь при счастливом стечении обстоятельств может получить парочку швов и заплаточек на нужные места. Для чего она? Мелкие заметки на грядущие истории с первых страниц, с конца - Какие-то задачи бытовые, которые нежелательно забывать. С центра же начинаются зарисовочки маленьким угольком, что всегда был в кармашке. Красоты не ожидайте, максимально простенькие образные наброски. Кружки и линии, чтоб запомнить ситуацию и её можно было описать когда-нибудь в будущем. Сведя под собой ноги крест-на-крест, тот принялся пачкать пергамент. Очертания Длинного дома на фоне, пара домов поменьше у краёв. Горные вершины устремлённые ввысь и даже мелкий забор, который стоит здесь с самого основания деревни. И только под конец он стал как можно аккуратней выводить буйную семейку, продолжающую задорно играть. Самое сложное для него - как раз таки тела и морды. Они всегда выходили как-то не так, а посему, чтоб не портить наиболее понравившиеся наброски, многие образы оставались безликими. Когда-нибудь он к ним вернётся, но уж точно не сейчас.       Однако, медитативный процесс парня был резко прерван подсунутой прямо поверх почеркушек неведомой поделкой. Склонив голову на бок, Клык разглядывал небольшую треугольную конструкцию из веточек, сплетённых у своих углов нитями, а в центре из них же и узор в виде некой паутинки. Слегка кривоватый, но тем не менее всё равно красивый. У самой же нижней ветви было ещё больше нитей, на которых висели то маленькие шишечки, то самого разного вида пёрышки и цветные камушки. Подняв свой взгляд, писарь вновь увидел эти огромные фиалковые глазёнки. Вороничка склонилась над парнем, а с её шейки свисал маленький жучок, которого она опутала нитью за лапки и превратила в полноценный аксессуар. Взяв игрушку за самую верхнюю часть, кот выставил её перед собой, слегка покачав, отчего шишки глухим звуком побились друг об друга. — Что это? - Посмотрев на воспитанницу чрез нитевую паутинку поинтересовался кот. Хоть он и понимал “Что” это, и следовало поинтересоваться “Зачем”. — Вы говорили, что у вас часто кошмары, Дядь Клык. - Она спрятала свои ручонки за спину и медленно покачивалась с пяточек на носочки. - Говорят, ловцы снов с этим помогают. Мне мама так говорила, вот я и сделала себе такой. Но я могу сделать ещё, а вам… А вам кто сделает? Вот я и… Ну, вот!

“А вам кто сделает”

      Эхом то отдалось на фоне сознания. Дитя ведь не желало ничего плохого этими словами, сказала как есть. Как бы Клыку хотелось воспринимать этот мир немного проще. И всё же уголки губ его приподнялись, отгоняя пустые мысли прочь. Аккуратно распутав спутавшиеся нити ловца, Клык тихо поблагодарил Вороничку за подарок, после чего та, вся сияя от радости, вновь ускакала по своим котячьим дельцам. Даже и не заметил он, как Турпан со своими детьми уже куда-то делся, а значит и теперь его в этом месте теперь ничего не держит. Книжку в сумку, уголёк в карман, ловец перед собой, чтоб не повредился. И домой.       Дальнейшая часть дня, как и бывает при подъёме позднее семи часов утра, прошла на удивление быстро. Стоило только пройти порог родной библиотеки, разбудить уснувшего за книгами Непоседушка, увесить над кроватью новую безделушку и добыть себе немного перекусить, как солнце уже собиралось скрыться за горными вершинами. Силы стремительно покидали тело и хотелось было уже прилечь да поспать. Что, собственно, он и сделал. Совсем ни о чём не беспокоясь. Взял и лёг в кровать, закрыв глазёнки рукой и расслабленно раскинув оставшиеся конечности по мягкой поверхности шкурки. Как хорошо что на вечер не было намечено никаких важных дел.       Тихое мирное сопение с переменным храпом разносилось по всей маленькой каморке и только настоящий дьявол способен на подлость прервать столь сладкий сон. Слышали, что Дьявол носит Прада? В реалиях Северных он носит на себе слегка ободранную шубку, пару тёплых перчаток и маленькую тросточку, а ещё имел красивый рыжий окрас, подобный лисьему, и изумрудный взор. Недовольная Адирис, которой, между прочим, сегодня обокрали на тридцать серебряных стояла почти полчаса перед дверью в библиотеку, дожидаясь когда её достойно примут, напоят, накормят и в целом дадут хорошо провести время, а что она видит? Как одна серая морда топит на третьем небе свой пятый сон. Закатив глаза, та с раздражённым вздохом взяла со стола Клыка маленький ковшик с водой и без зазрения совести плеснула его на спящего. Реакция не заставила себя ждать - тот подскочил как взведённый, вновь вздёрнув защемлённый нерв и с перепугу, не понимая где он находится, даже вскрикнув. Мокрые волосы закрыли собой весь обзор и только раздвинув эти свисающие “лианы” он смог увидеть свою злобную подругу, которую только позабавила эта шалость. Там уже и коту в голову пришло осознание того, что она ведь говорила что заскочит сегодня. Упав обратно на подушку и страдальчески посмеявшись, тот моля пощады посмотрел на рыжую бестию, но та только с улыбкой отрицательно помотала головой и вышла обратно в главный зал. Вскоре поднялся и Клык.       Ночь уже шла за полночь, а в библиотеке то и дело проскакивал звонкий смех, то от Писаря, то от торговки, а то и вовсе дуэтом. Клык выставил свои запасы медового самогона, Ади же притащила пару бутылей вина и какого-то рома. Оба знали что смешивать алкоголь было идеей ужасной, но первый раз чтоль с похмельем бороться? А испробовать чего нового Клык уж тем более не собирался отказываться. Тем более чтоб заслужить глоток нужно было играть. Во что? Ну, Ади в прошлый свой приезд завезла Клыку причудливую досточку с тёмными и светлыми квадратиками, по которым нужно было по определённым правилам переставлять разного вида фигурки. У каждых была своя роль, свои возможности, а главное - нужно было “убить” только одну! Парень довольно быстро смекнул правила и теперь, будучи почти на равных, они с каждой потерей фигуры у противника могли себе позволить отхлебнуть с рюмок. Клык находил эти маленькие стеклянные сосуды довольно забавными. Чтоб пить и не из здоровенной кружки, а мелкими порциями? Что-то в этом было. Хоть не так быстро пойло уходило. Ади ведала свои истории с дальних краёв, Клык - о событиях Севера и о своих новых историях, что та с большим интересом слушала, даже когда сидеть ровно на кресле было той ещё задачкой, а у одноглазого писаря заплетался язык и слово через слово проскакивал крепкий северный мат. Свечи догорали свою коротенькую жизнь, а за новыми тот так и не сходил. Но благо Ади вспомнила, что пришла к коту не с пустыми руками. Тихо посмеиваясь с того, как Клык пытался ухватить огонёк с кончика догорающего фитиля, чтоб переставить его на другую свечку, леди стала нащупывать что-то в своей сумке. И наконец, нащупав, с радостным “Агааааа”, она выставила прямо посреди шахматной доски небольшую железную конструкцию. Снизу была конической формы подставка, а на ней - небольшой шарик, над которым также было подобие крышки. Клык непонимающе смотрел на штуку потерянным взглядом и следом на Адирис. “Эта че”, С тяжёлым языком поинтересовался кот, искренне невдупляя предназначение штуки. Рыжая подняла перед собой палец, поводила им перед собой (С этого же немного посмеялась), а затем взялась за верхнюю часть прибора и повернула её по часовой стрелке. Круглая часть начала медленно сдвигаться и появилось ярковатое синеватое свечение. Щёлкнув пальцем, кошка пару раз перед собой махнула рукой, пытаясь вспомнить забытое слово, а затем резко так: — Свэээтильник! - Гордо заявила та, воспряв головой и следом подвинув его в сторону Клыка. - Эт… Ты зимой ж родился? Ну а это, считай, опозд… За-по-за-лый подарок. А то сидишь у себя тут в темени, последний глаз портш.       Клык был уж слишком пьян, чтоб здраво соображать и понимать. Он просто смотрел на красивый белёсый камушек, что излучал сам свет. Возникли бы вопросы что это, как это и зачем это, но не в таком состоянии. Он просто взял лампу в руки и немного повертев перед собой, чуть не плача, полез обнимать Адирис, одаривая её благодарностями и едва не душа её своими медвежьими объятиями. Расчувствованный Клык, пожалуй, самое забавное что можно увидеть во время его запоя. Она не помнит где нашла эту лампу, но подумала что идеальный подарок для того, кто ночью постоянно сидит при тусклом свете быстро умирающих свечей. Попытки играть дальше в шахматы не увенчались успехом. Карты тем более чуть не оставили Клыка без одежды, но благо всё окончилось на том, что он снял свою повязку, а потом по стечению неведомых обстоятельств Ади съела одну из карт и началась небольшая перепалка, в ходе которой оба оказались на полу. Собственно, там они остались и до самого утра, не в силах подняться и не в состоянии противиться сонным позывам. Клык крестом, да кошка поперёк, выгнувшись мостиком, а кругом - шахматные фигурки, карты, да пустые бутыли с кружками.