"Голос"

***

      Он спал, по крайней мере, тело спало.

Сознание дрейфовало, не в снах, а где-то между. Ни времени, ни пространства. Только… голос.

Говорит.

Говорит.

Не умолкает.

Я переработал стабилизаторы, теперь они выдержат выстрел из танка, но всё равно трясёт, чёрт…

…почему кофе с пеной дороже, если это просто чёртово молоко?

…не уверен, что это спасёт мир, но, по крайней мере, я занят.

      Интонации прыгали, как искры от углей. То смешок, почти детский. То пауза, в которой дрожала боль.

Локи не вслушивался.

Не разбирал смысла. Не хотел.

Но слушал.

Снова и снова.

      Потому что этот голос был… тёплым. Не властным, не требовательным, просто существующим рядом. Голос, которому не нужно было ничего от него.       И впервые за долгие месяцы он не чувствовал презрения.       Ему приходили образы:

…Книга на коленях. Лёгкий плед на плечах, свет из окна. Фригга тихо смеётся рядом.

      Резкий всполох. Вспоминается…

Крик, боль, ошейник, пустота. Синий свет режет глаза.

Глаза Таноса.

— Скажи мне, кто ты.

— Ло… — ток. Вскрик. Снова.

Скажи, кто ты.

— Никто.

      Голос возвращается сквозь тьму.

…ты бы не поверил, сколько денег уходит на краску для брони. Но это ведь важно, да? Важно выглядеть красиво, когда спасаем мир.

Отец? Нет — Один. Ларец, сокровищница.

Слова:

— Ты не мой сын.

— А кем же я был всё это время?

Молчание. Глаза прикованы к тени от копья.

Йотунхейм. Мороз по коже. А он — посреди холода, не дрожит. Стоит, и пальцы синие, и вдруг… становится ясно.

Он всегда был чужим. Просто теперь это видно.

      Голос рядом, ближе.

…я не знаю, зачем ты мне нужен, Локи. Но ты… нужен.

      Внутри Локи всё дрожит. Тело не двигается, но память бьётся, пульсирует. Как будто кто-то стучит в закрытую дверь. Он не хочет открывать, не должен. Но голос… он всё ближе.       Кровь на полу, стук шагов, Бартон с пустыми глазами, Наташа, сжимающая рану. Смех. Его собственный смех. Зачем он смеялся? Он не помнит.       И тот миг, мгновение, когда он сказал: “Сэлдвиг — ключ”       Только два слова, но они стоили ему сознания. За ними удар и темнота.

…ты даже кричать не мог. Они зашили тебе рот. Бог без голоса… чёрт побери, это безумие, Локи.

Окно, башня, шум, человек в синеве реактора.

— У меня есть армия.

— А у нас есть Халк!

— Ха...— голос дрогнул. Он помнит.

Секунда. Пауза. Как будто он забыл, зачем пришёл.

Как будто хотел, чтобы его остановили.

Я вытащил тебя. Не знаю зачем. Просто не мог иначе.

      Тьма внутри чуть отступает. Всего лишь на миг и он чувствует тепло, рядом, где-то близко.       И тут последнее воспоминание. Самое резкое, самое больное.

Он видит Тора и Одина на мосту.

— Нет, Локи.

Падение.

Холод.

Тишина.

Голос исчез.

Надолго.

Слишком надолго.

***

      Когда Локи проснулся, мир не стал яснее.       Потолок был чужим, а свет мягким. Слишком мягким, как насмешка. Он уже давно не доверял мягкости. Подушка под головой, простыня, запах чистоты. Свежий воздух, обработанный фильтрами воздух. Без химии, без крови.

И тишина.

      Не лабораторная, не тюремная, а живая, уютная.       Но это не могло быть правдой. Наверняка они начнут новый эксперимент. Его переместили в другую палату, и теперь всё повторится.

Снова.

      Он приготовился, повернулся к стене. Тело не отреагировало, но Локи давно не ждал от него послушания.       Он хотел, чтобы пришли. Он хотел, чтобы всё кончилось. Чтобы в этот раз они пошли до конца.       И всё же ничего не происходило.       Никто не зашёл, не тронул, не дал приказа, не ударил, не назвал "объектом". Никто.

…Швы.

Его губы… свободны?

      Он провёл языком по внутренней стороне, осторожно. Ничего. Ни боли, ни вкуса крови, ни пульсации магии.

Нить исчезла.

Но как?

      Они боялись, даже Фьюри. Никто не прикасался к шву. Ни разу.

Что изменилось?

Почему сейчас?

Кто осмелился?

***

И вот — шаги.

      Тихие, небрежные, не как у ассистентов или военных. Он не хотел смотреть, не мог. Нельзя показывать интерес. Любая реакция, это зацепка. За неё дёрнут. Снова. Надо быть пустым, призраком. Пусть он им наскучит, пусть оставят.

…но голос.

Этот голос.

      Он говорил во сне. Он тот самый. Тёплый, живой, странный.       Локи напрягся, он знал про звуковые галлюцинации. Но это был именно тот самый голос и Локи не мог его игнорировать.

“Он? Нет. Не может быть”.

Бог Лжи не выдержал, повернул голову и увидел... человека.

Не в белом.

Не с планшетом.

Не со шприцом.

Не угроза.

И не друг.

Просто — человек.

      В одежде, что не предназначена для лабораторий. В глазах странная смесь. Радость? Печаль? Или надежда?

Я вытащил тебя, — говорит он.

“Вытащил?”

“Что за бред?!”

“Никто не вытаскивает. Здесь некуда вытаскивать. Здесь не бывает свободы. Здесь…”

Помнишь, я тот, которого ты выкинул из окна в башне?

…

“Какая башня?”

      Слово колышется где-то на краю памяти, как пыль в солнечном луче.

Где-то было. Когда-то.

Железо, свет, ярость.

Боль...

Старк

      Имя резонирует. Не из воспоминаний, а из глубин, из самого центра магии, которую выжгли из него.

"Старк"

"Человек из железа"

"Вот ты кто"

"Голос"

"Сны"

"Тепло"

“…Ты вытащил меня...”

“Но зачем?”

      Локи не задаёт вопрос. Он не говорит. Он не двигается. Но внутри, на миг, появляется непривычная дрожь. Лёгкая, как от едва слышного аккорда.

Он молчит, но наблюдает.

И впервые за долгое время его кто-то называет по имени.

***

      Голос Джарвиса нарушил хрупкую тишину, нависшую между ними: — Сэр, думаю, вам стоит предложить гостю хотя бы стакан воды.       Миллиардер вздрогнул, словно очнулся от транса.             Конечно, вода!       Как ему самому в голову не пришла такая очевидная вещь? — Чёрт, ты же… — он подался вперёд, — ты же не пил… месяцами.. наверное. Проклятье.       Он резко поднялся, почти споткнувшись о собственные мысли, и через минуту уже вернулся с высоким стеклянным стаканом. Вода — чистая, прохладная, безо льда, без ничего лишнего.       Бог Лжи смотрел, не на воду, а на него. Внимательно, пытаясь распознать подвох в каждом движении.       Тони протянул стакан: — Прости, — тихо, почти виновато. — Не сразу сообразил.       Локи перевёл взгляд с лица мужчины на стакан. Долго. Безмолвно. И снова обратно. В глазах не было страха, только осторожность. И лёгкая, почти неуловимая… недоверчивая заинтересованность. — Я не пытаюсь тебя отравить, — тут же заговорил Тони, вскинув руку, как в жесте капитуляции. — Это не лекарство, не яд, не уловка. Просто… вода.

Пауза.

— Ты же хочешь пить?       Лёгкое, почти незаметное покачивание головы.       Миллиардер замер, но тут же выдохнул и едва не рассмеялся от облегчения. — Боже. Ты ответил. — Его голос сорвался. — Пусть и молча, но это уже что-то. Да?       Маг не улыбнулся. Но уголок его рта чуть дрогнул, не в усмешке, не в издёвке. Просто… дрогнул. — Не хочешь пить? — Старк моргнул. — Ладно. Ничего. Я не настаиваю. Просто... скажи, что тебе нужно. Всё, что хочешь — я сделаю. Еду? Другую комнату? Одеяло? Десять минут тишины?       Маг смотрел. Как будто впервые в жизни кто-то спросил не что ты можешь дать, а что тебе нужно.

"Почему ты так добр ко мне?"

"Ты ведь смертный. Ты должен бояться. Презирать. Мстить"

"Я же хотел разрушить твой мир. Я убил…"

      Но голос… не слушался. Слишком долго молчал, слишком давно был отнят. Он хотел, но не смог. Только дыхание чуть изменилось. И Тони это заметил. — Эй… — он присел рядом. — Ты пытался что-то сказать?       Он весь засветился, словно ему подарили солнце. — Ты пытался… да? Чёрт, это отлично! Это прогресс! — он выдохнул, потом хмыкнул. — Ты, правда, хочешь говорить с тем, кого однажды швырнул из окна? Либо я слишком неотразим, либо ты очень, очень запутался, бог мой.       Локи смотрел. Всё ещё сдержанно. Но где-то внутри, глубоко зажёгся маленький огонёк. Незаметно для окружающих. Только для него. И, может быть… для Тони.

"Странный ты смертный," — подумал он. — "Но… я пока не против послушать, что ты скажешь”