Часть 2

***

      Она с таинственной лёгкостью поскользнулся вверх по лестнице. Душное, прокуренное общество явно не подходило её уютной бежевой кофте. Чудачка даже не думала обращать внимание на прохожих. Девушка отбивала ритм на воображаемых ударных, продолжая витать в своём выдуманные мире. От реальности её отделял серебристый кассетный плеер, барабанные палочки и нескончаемый поток воображения.       Она даже не заметила, как натолкнулась на Оливера.       - Прости, - раскрасневшись, тихонько произнесла крохотная барабанщица на фоне высокого парня.       Вместо ответа девушка встретила лишь усталый и пустой взгляд.       - Эй, я с кем разговариваю! - не выдержала подобной бестактности обиженная особа.       Оливер в очередной раз посмотрел на часы, стараясь избежать контакта с надоедливой болтуньей.       - Элизабет. Элизабет Портер, - отчетливо проговорила она с важным видом.       Оливер удивился и лениво пожал её ручку, решив, что так девчонка наконец-то отстанет:       - Оливер. Пожалуй, просто Оливер.       Отчего-то в его груди стало немного теплее. Оливер закрыл глаза и вдохнул прохладный воздух. Кажется, прошло.       Обветшалые вагончики подкатились к перрону, и Элизабет скользнула в электричку. Уставившись в окно, она улыбнулась и лишь махнула рукой. Оливер же остался на своём прежнем месте провожать взглядом уносящуюся вдаль девушку, от которой веяло теплом и уютом.       - Ещё увидимся!       Оливер ещё раз набрал в себя побольше свежего октябрьского воздуха. Увидимся ли?

***

      Старые вагоны слегка покачивало. За окном промелькнула речка, над деревьями возвышались огромные дома – такие свободные, волшебные и далёкие.       Элизабет на секунду о чём-то задумалась. Позади остался дом или скорее то, что было принято называть домом. Всю жизнь она мечтала убежать отсюда. Окружающий мир казался чужим и враждебным, а Городок будто окружён гигантской стеной, которую ни за что не преодолеть.       Иногда Лиз удавалось покупать билет и доезжать хотя бы до окраины Большого города. Там она бродила среди оживлённых улочек, смотрела на крыши высоток и мечтала однажды там оказаться.       Мысли девочки прервало никогда не работавшее радио в вагоне. Мелодия была такой знакомой и почему-то очень печальной. Голос приближался, но становился всё тише. В проходе еле перебирал ногами мужчина в оборванной, грязной одежде. То ли от жалости, то ли от отвращения кто-то поскорее совал мелочь в маленький пакет. Привычный мотив зазвучал совсем иначе: тоскливей и ещё прекрасней. Лиз полезла в карман. Ни гроша, только билет в обратную сторону. Она закрылась рюкзаком и прижала его посильнее. Слёзы сами потекли из глаз.       На следующей остановке Элизабет выбежала из вагона и побрела в неизвестном направлении.