Часть 1

Линь Лин стоял на вершине рекламного здания «Будущие герои!» и чувствовал себя так, будто балансирует на краю зияющей бездны. Земля была так далеко внизу, что от этого тошнило, настолько далеко, что, если он наклонялся вперед, его зрение затуманивалось, пытаясь осознать огромное расстояние — поэтому он этого не делал. Он смотрел вверх, позволяя себе смотреть не ниже вершин раскинувшегося перед ним мегаполиса. С детства ему говорили, что это современный шедевр города, свидетельство исключительности и меритократии. Теперь все, что он видел — это груду камня и стекла, мертвую, холодную и безразличную, как и мистер Чэн. Линь Лин нахмурился при мысли о своем боссе. Перебирая руки, полные содержимого стола, который он был вынужден опустошить этим утром, он достал из него калькулятор. Теперь он ему был совершенно бесполезен. Серьезно, зачем они вообще выдавали их сотрудникам, если в наши дни все пользуются телефонами? Ну да ладно. Мистер Чэн был старым лысеющим мужчиной с вдохновением и дыханием рыбы, он, вероятно, отказывался признавать, что технологии обогнали его. Высоко подняв над головой калькулятор, выданный компанией, Линь Лин бросил его прямо с края здания и смотрел, как он падает, падает, падает… И падает. Бац. Вот и все. Это был отдаленный звук. Отсюда он даже не мог увидеть, где тот приземлился. Вау. Это было действительно высоко. Но это было хорошо. Правда? Это означало, что у него не было шанса облажаться и оказаться парализованным или чем-то в этом роде. Просто быстрый, чистый удар по голове. Мертв, прежде чем он это поймет. Бездумно он отступил от края, а потом упрекнул себя в уме. Ты должен это сделать. Тебе больше ничего не осталось. О чем ты вообще думал, когда так себя вел, испытывая терпение мистера Чена, тратя его деньги и болтая лишнее? Сжимая коробку в руках, он вспомнил слова, которые кричал, выбегая из здания, охваченный обидой и ошеломленный шоком.

— Я — причина всего твоего успеха!

— Ты об этом пожалеешь!

О да. Эта мысль сопровождалась самоуничижением. Конечно, он пожалеет. Там, наверху, миллион таких, как я. У меня была одна задача. А теперь я полностью в черном списке. Вот и конец. Линь Лин с чувством окончательности поставил коробку на край крыши, на мгновение задержавшись, чтобы достать ручку с логотипом компании, ценя возможность заняться чем-то руками. Если он просто позволит себе нервничать, то вернется к старым вредным привычкам и начнет ковырять кожицу на ногтях. Вращая ручку, Линь Лин продолжал смотреть на заходящее солнце. Просто сделай это. Его передняя нога дернулась. Покончи с этим. Он шагал взад-вперед, все быстрее вертя ручку. Чего ты ждешь? Ни семьи, ни друзей, ни карьеры. Что еще тебе здесь осталось? Он сжал ручку в руке так сильно, что она заскрипела. По крайней мере, если я прыгну, мистер Чэн, возможно, увидит мое тело. Может быть, это вдохновит его на какие-то чувства. Ха! Скорее всего, нет. Он позволил себе посмотреть вниз, полностью посмотреть, а затем оглянулся на лестницу, по которой поднялся. Представил, как он трусит, сдается и спускается обратно. Здесь, наверху, может быть страшно, но внизу, у подножия лестницы, может быть хуже. Нет. Единственный способ спуститься с этой крыши — прыгнуть. Как будто под влиянием комедийных наклонностей садистского божества, как раз когда он начал настраивать себя на то, чтобы действительно сделать то, за чем пришел, мимо пролетел дирижабль с логотипом компании. Неприятно огромный и оснащенный гигантским экраном с большими динамиками, рассчитанными на то, чтобы их слышали на земле, Линь Лин отшатнулся от знакомой рекламы. — Эй, взбодрись! — прозвучал утешительный голос Луны, читавшей текст, который он ей дал. — Быть живым действительно означает испытывать трудности, но, пожалуйста, не теряй надежду! Вместо этого посмотри «Рецепт настоящей любви»… — АААААА! — наконец не выдержал Линь Лин. Отведя руку назад, он быстро бросил ручку прямо с края здания. Не дожидаясь звука удара, он начал ходить по краю здания, не обращая внимания на оглушающий звук рекламы. — Нет, нет, нет! ЭТО МОЯ РЕКЛАМА, СЛЫШИШЬ? МОЯ РЕКЛАМА! — вытянув руку, он показал дирижаблю средний палец. Идеальное лицо Найса безразлично смотрело на него. — МОЯ РАБОТА! МОЕ НАСЛЕДИЕ! ДВАДЦАТЬ ТРИ ГОДА, И ВОТ ЧТО Я ДОСТИГ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! — опустив голову, он закричал на пустую улицу внизу. — ВСЕ КОНЧЕНО! Я ПОГИБ! Я ПРОСТО ХОТЕЛ БЫТЬ КЕМ-ТО! ЭТО ТАК ПЛОХО? А Я НИКТО! И ТЕПЕРЬ Я ВСЕГДА БУДУ НИКТО! — он завыл на солнце. — ИДИ НА ХУЙ, ЧЭН ЯОЦЗИН! ИДИ НА ХУЙ, «БЫТЬ ГЕРОЕМ» ЭНТЕРТАЙМЕНТ! И, БОЛЬШЕ ВСЕГО, ИДИ НА ХУЙ, НАЙС! Подкрепленный силой своих слов, он наконец поднялся на полметра над краем платформы. Ярость не давала ему почувствовать тошноту. Она также не дала ему заметить, что он шагнул чуть дальше, чем собирался, желая произнести еще одну речь перед прыжком, хотя в глубине души он понимал, что просто оттягивает момент. В конце концов, выбора не было. Даже здесь, наверху, гравитация действовала по своим старым правилам, и, потеряв равновесие, Линь Лин упал. В наносекунду, пока он осознавал эту непреодолимую ошибку, Линь Лин почувствовал, как его тело превратилось в лед. Мир стал неузнаваемым адом. Небо исчезло. Чёрт. Все эмоции иссякли. Вся злость стала несущественной. Внезапно его проблемы перестали казаться такими серьезными. Я не хочу умирать! Затем, как будто сама гравитация откликнулась на его мысли. Он остановился. Вися в воздухе, Линь Лин моргнул, глядя на землю, которая все еще была далеко внизу. Он не пролетел и метра, не мог падать больше секунды. Но он все же упал. И всё же, он остановился… …что за херня? — Эй, ты. Извини, что прерываю, но я не могу тебе это позволить. Линь Лин снова моргнул. Нахмурился. Повернулся. Осознал ощущение в руке. Осознал внезапный странный вид здания, с крыши которого он только что выбросился. Все было… радужным, дезориентирующие оттенки неоновых цветов, переплетающиеся и меняющиеся, и Линь Лин поблагодарил кого-то за то, что он не был склонен к судорогам. В этом сновидческом замешательстве он посмотрел вверх и оказался лицом к лицу с последним человеком, которого он мог бы предположить увидеть. Без труда удерживая его рукой, обхватившей его запястье, Герой №1 смотрел на него, приподняв бровь из-за солнечных очков. Эй, нет, нет, что это, блять? — Ага, — произнес Икс, напрягая челюсть. — Теперь поднимайся обратно. Под сверхъестественным воздействием его слов Линь Лин почувствовал, как его тело резко дернулось вперед, ноги наконец снова коснулись камня и раствора, а тело выпрямилось. Уже спотыкаясь и теряя ориентацию, с рукой Икса, все еще удерживающей его на месте, всякая надежда на равновесие исчезла, когда герой отпустил его. Мгновенно наклонившись в сторону на дрожащих ногах, Линь Лин перестал притворяться и упал на руки и колени. — Черт! Черт! Черт! — …ты в порядке? — Чувак! — воскликнул Линь Лин, поднимая глаза. Он знал, что, лежа на земле и тяжело дыша, он выглядит диким, как будто кашляет легкими, но первое впечатление уже давно улетучилось. Или, кха, упало с крыши. — Я чуть не умер, блять! — Ах. Ну… да, — Икс смотрел на него сверху вниз, напряжение в его теле заметно ослабевало. Теперь бедный герой просто выглядел сбитым с толку. — Я думал, это было твоим намерением. — БЫЛО! — выпалил Линь Лин, сердце его колотилось. — О боже! Мне нужно прилечь на минутку. Тело уже было полностью истощено, и ему было легко перевернуться на бок, а затем растянуться на спине, не обращая внимания на то, как маленькие острые камни впивались в его кожу и голову. Боль была хорошей, даже прекрасной, она означала, что он жив! Он не мог поверить, что был так готов умереть, только чтобы насолить тому человеку! Небо над ним было так далеко, но мирные пушистые облака, плывущие мимо, казались ближе, чем земля под ним. Он жаждал протянуть руку и коснуться их, быть как Найс и летать, куда душе угодно. Но этого не произошло. Он напомнил себе об этом, но после пережитого травматического опыта эта мысль не была столь болезненной. В его поле зрения появилась голова в очках, на красивом лице мужчины отразилось смятение. — О боже. Ты же не ударился головой, правда? Ах да. Верно. Ну, никакое облегчение не скрывало этого смущения. — Нет, — стонал Линь Лин, безжизненно накрыв глаза рукой, чтобы не видеть другого. — Я в порядке. — Тогда не хочешь объяснить, в каком состоянии я тебя нашел? — Нет, — повторил он, и в его голосе прозвучала нотка раздражения. Почему это должно было интересовать Икса? Всё, что он был обязан сделать: это привести Линь Лина обратно на землю, после чего тот был свободен, с юридической точки зрения, убираться куда ему заблагорассудится. — Я просто хочу насладиться моментом, когда мой мозг всё ещё находится в черепе. Вау. Всегда считал это само собой разумеющимся. — …конечно, — пробормотал Икс, и шуршащий звук заставил Линь Лин оглянуться — и он в ужасе вздрогнул, увидев героя №1, складывающего свои длинные конечности в позу сидя, скрестив ноги. Мужчина, по-видимому, чувствовал себя комфортно, положив лицо на ладонь. — Я не тороплюсь, оправляйся от шока. — Ты можешь уйти, — взмолился Линь Лин. Почему он еще не ушел?! — Мне здесь хорошо. — Не может быть, чтобы тебе было удобно. — А тебе? — парировал Икс, и Линь Лин не нашел, чем ему ответить. Это заняло некоторое время, но он сел и наблюдал, как солнце опускается за горизонт. Все это время он ждал, что Икс заскучает и убежит, но этого не произошло. Даже после того, как прошел целый час, тот оставался вежливо сидящим рядом с ним, только единожды дернувшись, чтобы посмотреть на свои наручные часы, прежде чем вздохнуть и безразлично пожать плечами, увидев, что на них было. Раздражение сменилось чувством вины. Это Линь Лин задержал его здесь. — Ты можешь спуститься, если хочешь. — Ты готов спуститься? При этой мысли у него в животе пронзила боль. — Эм… — Правда, не волнуйся. Я просто гулял после работы, когда заметил тебя, у меня вечер свободен, — голос Икс был мягким. Линь Лину пришла в голову нелепая мысль, что тот хорошо бы справился с ASMR. — Как ты меня вообще заметил? — вдруг ему пришла в голову эта мысль, он вздрогнул и посмотрел на другого мужчину с недоумением. — Ты не мог меня увидеть с земли, с такого расстояния. — Ты довольно громко кричал. — О. Ну, да, — Линь Лин покраснел. — Но это было в самом конце. — Честно говоря, — и Икс улыбнулся ему ироничной улыбкой, от которой у него пробежались мурашки, — меня насторожил катастрофический звук калькулятора, упавшего на землю с высоты около четверти мили. Он едва не попал мне в голову, а его обломки пролетели впечатляющее расстояние через улицу. Затем мне пришлось уклоняться от не менее смертоносной ручки, о которой, к счастью, предупредил меня твой крик. Линь Лин подумал, что он может сразу же прыгнуть с крыши. — О боже, — униженный, он закрыл лицо руками. — Не волнуйся, я знаю, что ты не хотел никому причинить вред, тем более мне. Я стоял у стены и рассматривал автомат по продаже напитков, так что ты не мог меня там увидеть. — Я чуть не убил тебя, черт возьми. — Ты чуть не убил себя, — голос Икса снова стал немного резким. — Больше беспокойся о том, что ты хотел сделать, а не о том, чего не сделал. — Ты поверишь мне, если я скажу, что падение было несчастным случаем? — Я бы усомнился. А что, это было так? — …ладно, не совсем, — Линь Лин сдался. — Я не хотел прыгать, я потерял равновесие, но да. Да, я пришел сюда, чтобы покончить с собой, — эти слова сняли груз с его груди, но одновременно наложили новый, отягощенный стыдом. — Ты видишь смысл в разговоре? — Что, с тобой? — Икс кивнул. — Я… ты хочешь все это услышать? Серьезно, ты уже сидишь здесь со мной. Всё в порядке. — Да, всё хорошо, — твердо согласился Икс, обратив его слова против него самого. — Если это тебе поможет, назови это компенсацией. В конце концов, ты так долго держал меня в напряжении. Линь Лин сжался в комок, обнимая колени. Всё это было настолько нереальным, что он задался вопросом, не упал ли он на самом деле, и его мозг придумывает какую-то чушь, чтобы отвлечь его в последние минуты. Ну, если это так, то, полагает Линь Лин, у него не было причин сдерживаться. Галлюцинация не могла судить его. — Это действительно глупо, — наконец произнес он с горечью. — Ничто не оправдывает все мои крики. Я просто… меня уволили с работы по глупой причине, и я всё испортил, выбежав оттуда и орать во всю глотку. Я ни за что не вернусь в эту индустрию, а это мой единственный навык, я даже переехал сюда, чтобы заниматься этой карьерой, так что я… — осознав, что он дергает себя за волосы, он опустил свою тревожную руку обратно на тело. — Наверное, я запаниковал и подумал, что всё кончено. Прости. Вряд ли ты это поймешь. Должно быть, это звучит слишком мелодраматично, — слезы навернулись на глаза, и он поспешно их вытер. — Вовсе нет, — пробормотал Икс со странным выражением лица. — Корпоративный мир жесток, и практически невозможно вернуться на рынок, из которого тебя вытеснили. Нет ничего глупого в том, чтобы чувствовать себя опустошенным из-за того, что вся твоя работа была стерта из твоей истории. — Что ты знаешь об этом? Лучший герой посмотрел на него непостижимым, но пронзительным взглядом. Трудно было понять, что он имел в виду. — Ладно… — пробормотал Линь Лин, вздохнув. — Я ценю, что ты понимаешь мою точку зрения, но, в конце концов, всё это все равно не имеет значения. Оправданные чувства или нет, я всё равно в пролёте. Я снимаю квартиру в центре города, я не могу позволить себе даже просрочить один платеж. А когда меня выселят? Для меня все будет кончено. Мне некуда будет пойти. Наступила неловкая тишина. Икс, казалось, погрузился в раздумья, что Линь Лин посчитала милым, но ненужным. Ничего не поделаешь, разве что Икс вернется на его прежнее место работы и потребует, чтобы его босс принял его обратно. И хотя это могло бы сработать, звучало это унизительно и невыгодно. Его и раньше считали обузой, и если бы его заставили продлить контракт против их воли, он знал, что его рабочая жизнь превратилась бы в новый ад, и он снова оказался бы на этой крыше. — Что… — Икс щелкнул языком, выглядя задумчивым. — Какую работу ты выполнял? Какова была твоя роль в компании? Что это было, собеседование? — Э-эм… менеджер по социальным сетям и креативный директор. Реклама телешоу для героев по контракту, все такое. — Реклама. Как такая? — Икс ткнул пальцем в дирижабль, который был почти не виден, но все еще находился на своем маршруте. — Верно, — согласился Линь Лин, чувствуя себя несчастным. — И именно эта. И все остальные из той же серии. И те, что были до них, и так далее. В общем, всё, что касается Луны, и почти всё, что касается Найса. Икс, казалось, поднял брови до линии волос. — Хм. И почему тебя уволили? Линь Лин выпрямился, наполняя легкие воздухом. На мгновение он позволил себе забыть об окружающей обстановке, проявив ту личность, которую он использовал в своих записях, ту личность, которую он вложил в свой сценарий. — «В эту эпоху, когда герои куются доверием!» — начал он, немного развеселившись от того, как глаза Икс за очками широко раскрылись, вероятно, наконец-то узнав его голос из множества рекламных роликов, когда он интонировал таким образом. — «Все создает героев, и каждый может быть героем!» — закончив, он сделал старый добрый жест пальцами в виде пистолета, характерный для бренда Найса. Икс казался озадаченным, хотя в уголке его рта появилась улыбка. — Мне нравится. — А я о чем! — воскликнул Линь Лин, невероятно облегченный тем, что его постоянно подтверждают. — Это должно было вдохновлять! Но мистер Чэн… — ой, а он может просто сказать это имя герою? — Сказал мне, что я должен сосредоточиться только на герое, без дополнительных сообщений. Начал кричать мне в лицо, что я ребенок, играющий в притворство, спрашивая, как я могу быть героем, такой, какой я есть. И я знаю это! Он не ошибается, но… — он замолчал. — Нет, он совершенно прав. Во мне нет ничего примечательного. Никаких способностей. Никаких особых черт. Я… средний, посредственный, — эти слова были так горьки на вкус. — Мне нужно было принять реальность. Такой наемный работник, как я, никогда не сможет стать героем. — Никогда, да? — Икс погладил подбородок. — Ты действительно так думаешь? — Эм. Ничто не противоречит моим словам. Все из топ-10 — знаменитости, они появляются на обложках журналов и устраивают вечеринки в высотных зданиях. Разве я похож на кого-то, кто подходит под это описание? — беспомощно спросил Линь Лин. Икс посмотрел на него, по-настоящему посмотрел — и его выражение лица изменилось. Прежде чем Линь Лин смог понять, что это значит, остальная часть Икс изменилась. Линь Лин мог только смотреть и глазеть, как человек перед ним менялся на его глазах, превращаясь из великолепного мужчины в знакомом шикарном белом костюме и авиаторских очках в… В… в другого очень-очень красивого мужчину. Было трудно осознать то, что он видел, когда этот факт бросился ему в глаза. Линь Лин был в полной заднице. — Итак, — сказал Икс, голос его остался прежним, несмотря на незнакомый облик, — как я теперь выгляжу? — Горячо, — пробормотал Линь Лин, а затем его мозг двинулся с места. Он чувствовал, будто его мозг был неправильно подключен, он был таким чертовым неудачником, всегда так слаб перед красивыми лицами… — О нет! О боже. Нет, я не имел в виду… Икс выглядел ошеломленным. Затем, неожиданно, он запрокинул голову и громко рассмеялся. Смех закончился, но затем он, казалось, заметил униженное выражение лица Линь Лина, и внезапно смех возобновился. — Эй! — воскликнул Линь Лин. — Извини! — Икс усмехнулся, покачав головой. Мужчина выглядел так красиво, улыбаясь, уже будучи видением в белом, черный, казалось, подходил ему еще больше. Он выглядел проще, да, более скромно, но всё равно можно было увидеть его яркую индивидуальность. — Это полностью моя вина, я неверно выразился. Но я действительно ценю это. — Перестань, — простонал Линь Лин. Хихиканье постепенно стихло, пока наконец не прекратилось. Однако на лице собеседника всё ещё играла улыбка, когда он говорил. — Я хотел сказать… разве я сейчас похож на героя? Без сил, в повседневной жизни. Если бы ты встретил меня на улице, ты бы действительно подумал, что я способен на то, что ты знаешь обо мне? Колебание. — Ты не обидишь меня, — настаивал Икс. — Наверное, нет, — признался Линь Лин. — Ты действительно выглядишь, как обычный офисный работник. — Ты никогда не поверишь, чем я занимаюсь на работе, — тепло поддразнил Икс. — Твой босс глуп. Люди боготворят нас и забывают, что именно это боготворение дает нам наши силы, а не какие-то врожденные качества. Любой может быть героем? Ну, это вполне соответствует действительности. — Правда? — Я до сих пор ворую пакетики сахара из кофемашины на работе, — Икс наклонился вперед, чтобы шепнуть заговорщицким тоном. — Включи это в какой-нибудь слоган бренда, используй для рекламы. Линь Лин фыркнул, почувствовав облегчение. — Это мило. Приятно, знать, что ты такой. Спасибо. — Не за что, — ответил Икс. — Хотя я бы предпочел, чтобы ты никому об этом не рассказывал. — Конечно. Хотя я не думаю, что кто-то станет слушать безработного неудачника. — Безработный? — глаза Икса заблестели. — Оставь это мне. Признаю, обычно я перекладываю эту сторону своего имиджа на третьих лиц, но, возможно, посредник поможет. Добавит сплоченности. Добавит индивидуальности. Линь Лин онемел. — Не может быть, — а потом почувствовал вину. — Ты не должен так раздавать милостыню, не из жалости. — Это не так, — заверил Икс. — Поверь мне, я видел твои работы. Они хороши. Я лично убедился в качестве твоей работы и думаю, что ты добился бы гораздо большего за пределами места, которое загнало тебя сюда. — Чувак, я… я даже не знаю, что сказать. — Тогда пока ничего не говори. Почему бы мне не отвезти тебя домой, а ты там всё обдумаешь? Линь Лин собирался ответить и поблагодарить его еще более горячо, когда его охватило странное чувство, по коже пробежали мурашки, и на руках и затылке выступила гусиная кожа. Странное предчувствие заставило его оглянуться назад, на другую сторону здания, на объявление «Купи дом!» с очаровательным лицом Найса… И увидеть самого Найса, спускающегося с небес, бесстрастного, смотрящего прямо на него. — Э-э… — Линь Лин ущипнул себя. Нет, это не сон. Это не помогло, потому что образ не казался оправданным, сколько бы он ни смотрел на него. Найс приближался, каким-то образом, по какой-то причине, и всё, что Линь Лин мог сделать, это глазеть и гадать, стоит ли ему что-то сказать, пока его мозг не замыкался при виде ног героя из топ-15, покидающих край здания, тела, изгибающегося, когда парень принимал свою фирменную позу. Не было никаких признаков того, что он собирался лететь. Это что, национальный день «попыток самоубийства» или что-то в этом роде?! — подумал он в истерике, беспомощно и вяло наблюдая, как Икс поднялся рядом с ним быстрее молнии, снова оказавшись на краю, куда быстрее, чем человеческий глаз мог уследить, и схватил Найса за спину его прекрасно сшитого плаща и воротника. О боже, Икс выглядел не очень счастливым. Найс выглядел озадаченным, уставившись в лицо какого-то странного офисного работника. Икс выглядел невероятно раздражённым. — Ладно, — сказал Икс. — Быстро. Как у тебя со светочувствительностью? Найс нахмурился, по-видимому, слишком растерявшись, чтобы даже попытаться вырваться из рук незнакомца или дать понять, что он понимает ситуацию, в которой оказался. — Кхм, — он неловко, фальшиво рассмеялся. — Хочешь сфотографироваться? — Господи, помоги мне… — Он имеет в виду эпилепсию! — крикнул Линь Лин с земли, вскакивая и махая руками. — Он хочет знать, есть ли у тебя эпилепсия! — О! — сказал Найс, все еще осторожно сохраняя невозмутимое и сбитое с толку выражение лица. — Нет? — Хорошо, — проворчал Икс, подтянув их обоих к себе и щелкнув пальцами. — Давайте убираться отсюда.