Часть 2

В центре города стояло несколько коммерческих небоскребов. Почти все они выглядели одинаково. Глядя на них, было трудно определить разницу или догадаться, что происходит внутри, в отличие от других. Единственным исключением, конечно, были те, кто там работал и должен был знать, где находиться в какое время, на каком этаже, за каким столом. На 42-м этаже бизнес-комплекса под названием «PD Consulting» сидели несколько офисных работников. Почти все они выглядели одинаково. Глядя на них, было трудно найти между ними разницу. Это не было совсем несправедливым наблюдением. Хотя каждый человек имеет свой богатый внутренний мир, черты и особенности, глубина которых становится очевидной только за пределами этих стен, было бы трудно утверждать, что кто-либо из присутствующих был чем-то необычным. Откинувшись на спинку кресла, один мужчина сдержал зевок. Глядя на экран компьютера через стандартные выпуклые очки, откидывая назад аккуратно подстриженную челку черных волос, сидя в слегка великоватом, но в остальном ничем не примечательном черном костюме… этот мужчина выглядел настолько обычно, что при первом знакомстве глаза хотелось бы пропустить его, как будто его и нет. С портфелем и галстуком, аккуратно завязанным по центру, он был тем, кого можно было бы представить в результатах поиска Google по запросу «стандартный китайский офисный работник». Одна из его коллег однажды сказала ему что-то в этом духе, либо пытаясь быть злющей, либо просто из-за социально несоответствующей смелости, но вместо того, чтобы обидеться, он усмехнулся и сказал ей, что рад, что она так думает. Никто не мог понять его, но это не имело значения, поскольку «он» и так был никому не нужен. Тем не менее, это еще не позволяло ему полностью вписаться в коллектив, и этот факт сильно раздражал мужчину, когда дверь его общего офиса распахнулась и с отвратительным треском ударилась о стену. Более одного коллеги вскочили со своих мест. Посуда, страницы с бухгалтерской и канцелярской информацией упали на пол, но виновник беспорядка проигнорировал все это. Протолкнувшись мимо заикающегося и махающего руками стажера, мужчина средних лет направился прямо к столу того самого скучного человека, который, судя по тому, как он завалился в кресло, казалось, пытался понять, как слиться с ним воедино. Вся усталость была давно забыта. — █████! Молодой человек вздрогнул, брови подскочили, губы задрожали, прежде чем сформировать умиротворяющую улыбку. — Ах. Да? — Ты точно знаешь, что ты наделал, так что не смей притворяться невинным! — прорычал старший мужчина. Он был лысеющим мужчиной лет пятидесяти с небольшими пучками седых волос, упорно торчащими по бокам головы, и слабыми остатками того, что когда-то было усами, торчащими из его лица. Хотя его зубы были отбелены до белизны, из его уст вырывалось только чистое яд. — И как ты смеешь не обращаться ко мне по должности! Ты хочешь сегодня посмеяться надо мной?! Молодой человек поморщился. — Менеджер Цзяньхун. — Ты отвечал за отчет, отправленный на прошлой неделе, твое имя стоит последним в файле! У тебя ас есть оправдание тому, что ты сделал? — прорычал менеджер Цзяньхун, потянувшись к внутреннему карману пиджака с жаром человека, хватающегося за пистолет. Вместо этого, но не менее устрашающе, он вытащил несколько листов бумаги и сунул их в лицо другому мужчине. Поправив очки, молодой человек наклонился вперед и взял то, что ему протянули. Пробежав глазами по листам, он поморщился. — О боже, — подняв глаза, он увидел смертельно черные глаза своего босса. Прежде чем он успел предпринять дальнейшие попытки умиротворения, морщинистая рука вцепилась в его рубашку, зацепилась за воротник и вытащила его из кресла. Где-то в комнате ему показалось, что он услышал женский вздох и шарканье ног, но с лицом начальника прямо перед своим он едва мог повернуть голову, чтобы посмотреть, кто глазеет на эту сцену. — О боже? О БОЖЕ?! — закипел менеджер Цзяньхун. — Ты мог бы обвинить нас всех в мошенничестве! Считай себя чертовым счастливчиком, что мой помощник заметил ошибку до того, как ее увидели на следующее утро, иначе нам бы грозило гораздо более серьезное обвинение, чем «ошибочное раскрытие информации»! Ты что, не проверяешь свою работу перед отправкой, не перечитываешь важные финансовые документы? — угрожающе повернувшись к другим сотрудникам, он помахал им дрожащим пальцем, и они отступили. — Что вы, черт возьми, делаете, когда я не смотрю? У вас нет связи? Вы болтаете, как безмозглые дети? Мне что, нужно вас контролировать, или я могу всех вас уволить? — Менеджер Цзяньхун, — попытался молодой человек, — я действительно сожалею, ошибка в цифрах была только моя, и я должен был заметить ее до отправки. Пожалуйста, это ничья вина, кроме моей. Я всё исправлю. Вздымая плечами и практически выпуская пар из ноздрей, его менеджер сделал несколько медленных, осторожных вдохов. Затем, с окончательной решимостью, он бросил другого обратно в кресло. — Тебе лучше это сделать, — прошипел он, поправляя пиджак и бросая бумаги на стол другого. — Или ты можешь считать, что твоя должность в этой компании может измениться. С этими словами старший вышел из комнаты, откуда пришел. Долгое время царила ошеломленная тишина. Для их босса и других старших сотрудников было нетипично приходить и вымещать злость на одном из них, но физическое насилие было уже эскалацией. Все взгляды обратились к молодому человеку, который выглядел удивительно равнодушным. Вина была очевидна, и он извинительно кивнул им, но в остальном казался невозмутимым, когда раскладывал свои вещи, открывал переданные ему листы и приступал к работе. Наконец один из коллег спросил: — Ты в порядке? Молодой человек поднял глаза. — Да. — …ты уверен? — попытался другой. В одной руке он крепко сжимал кофейную чашку, о которой забыл. — Твоя рубашка, она вся… — он беспомощно махнул рукой. Посмотрев вниз, мужчина понял, что тот прав. Верхняя пуговица его рубашки была оторвана, а верхняя половина была смята и испорчена, хотя еще недавно она была найс выглажена. Его галстук был перекошен. — Ой, боже мой, — это все, что он сказал, и принялся приводить себя в порядок. Сбитые с толку, но не зная, что делать, все остальные постепенно вернулись к своим делам. Молодой человек больше не заговорил до конца своей смены. Кто бы мог подумать, что неправильно поставленная запятая может вызвать такой хаос?

***

Было уже поздно, когда он сделал достаточно работы, чтобы ее сочли «достаточной», и его увольнение из компании больше не казалось неизбежным. Он знал, что нужно только время, чтобы страсти улеглись, и в конце концов ничего такого плохого не произошло, чтобы требовать дальнейших действий. Убрав свои вещи и оглядев теперь пустой — за исключением него самого — офис, он вздохнул, закрыл глаза и на мгновение погрузился в себя, нарушаемый только тиканьем настенных часов. Тик. Так. Тик. Так. Его пальцы чесались, чтобы щёлкнуть, но он не стал этого делать. Не было ничего страшного в том, чтобы пойти домой длинным путем. Кроме того, это поможет сжечь лишнюю порцию сахара, которую он добавил в свой дневной кофе. Путь домой был столь же спокойным. Это был один из тех дней, за которые он был благодарен, когда он мог погрузиться в свои мысли. Всего в десяти минутах от места назначения он остановился перед высотным зданием и задумался. Перед ним стоял автомат по продаже напитков, как он говорил, «настоящий». В его здании были только «полезные» напитки и закуски, такие как зеленый чай в бутылках, вода, крекеры и тому подобное. А тот, что стоял перед ним, был полон газированных и липких напитков, и хотя он знал, что не должен, разве он не мог себе это позволить после такого паршивого дня? Разве выговор от его менеджера не давал ему права на сладкое угощение? Приняв решение, он наклонился, изучая представленные вкусы… Только для того, чтобы выдать совершенно нехарактерный для него вопль, когда что-то разбилось о землю в двух шагах от него, разлетевшись на тысячу кусочков и разбросавшись по половине дорожки. Он сразу же оказался в ситуации «бей или беги», опыт заставил его прижаться к стене, расслабить колени и наготове держать пальцы, оглядываясь по сторонам. Никого больше не было. Даже если бы кто-то скрывался, он бы это почувствовал, так кто же…? Приглядевшись к снаряду, он широко раскрыл глаза, увидев бедную обезглавленную головку калькулятора. Кнопки и детали внутреннего оборудования были разбросаны повсюду. Он позволил себе почувствовать немного комического сожаления по поводу этой вещи. Затем, осознав ситуацию, он поднял глаза и нахмурился. Это было офисное здание. Это был калькулятор. Он знал, что окна в таких зданиях открываются сверху, так что это не было случайностью. Кто-то бросил это, и независимо от того, было ли это сделано со злым умыслом или нет, это было ужасно опасно. Оставив автомат, он отступил и приготовился перелезть через стену, чтобы дать тому, кто это сделал, по заслугам. Крик прервал это действие. Затем, быстрее, чем можно было моргнуть, на землю упала ручка. Она разорвалась, спираль прорвала пластиковый корпус, но мужчина уже был в движении. Взойдя на стену, как на еще одну ровную поверхность, Икс щелкнул пальцами и заставил мир подчиниться его воле. Направления изменились. Гравитация исчезла. То, что должно было быть бетоном и стеклом, превратилось в неопределимую плоскость, сверкающую радугой, скользящую под его ногами, когда он двигался вперед. В конце этого сверкающего коридора стоял молодой человек, моложе его, глядя вниз с края обрыва и крича во всю силу легких. С резким чувством тревоги Икс увидел, как тот поднял ногу, а затем пошатнулся вперед. Позволив гравитации возобновить свое абсолютное господство, Икс повернулся и с удивлением приземлился на крыше, где только что стоял молодой человек, и протянул руку, хватаясь. К его большому облегчению, она нашла опору, крепко обхватив другую тонкую руку. Инерция заставила его дернуться, но он удержался. В этой форме даже вес взрослого мужчины был незначительным. — Привет, — представился он, не успев лучше подумать. — Извини, что прерываю, но я не могу тебе этого позволить. Мальчик наклонил голову, чтобы посмотреть на него, и уставился на него. Сначала на здание под ними, все еще страдающее от влияния Икс, затем на самого мужчину. Открыв рот, он произнес что-то вроде «что за хрень?» Икс поморщился, отступил назад и настоял, чтобы физика пошла на поводу. — Теперь поднимайся обратно. Когда другой — брюнет в мешковатой одежде — коснулся земли и оказался почти в вертикальном положении, Икс отпустил его, чтобы не тащить его, пока тот еще был дезориентирован. По-видимому, это было неправильным решением, поскольку спасенный зашатался, упал на колени и начал испускать панические восклицания. — Ты в порядке? — спросил Икс, не зная, что сказать в такой ситуации. Спасение гражданских лиц от попыток самоубийства героями не было чем-то необычным, но до сих пор он никогда не сталкивался с такой ситуацией. Обычно люди хотели его убить. Мужчина бормотал, задыхаясь, тяжело дыша, и отвечал на вопрос главного героя потоком ругательств. После особенно непонятного обмена репликами Икс наблюдал, как тот упал на спину в позе, напоминающей животное, сбитое машиной, с перекошенными руками и болтающейся головой. Была ли поблизости больница? Это было бы правильным решением, не так ли? — Ой, ты же не ударился головой? — спросил он. — Нет, я в порядке, — молодой человек закрыл лицо руками. Ха! Уверен, что так и есть. Боже мой. — Не хочешь объяснить, в каком состоянии я тебя нашел? — Нет. Я просто хочу насладиться ощущением, что мой мозг все еще находится в черепе. Вау. Всегда считал это само собой разумеющимся. Икс подумал об этом, взглянув на часы. Ему нужно было заняться некоторыми делами, ответить на электронные письма, перезвонить — но все это могло подождать. Возможно, этот человек был незнакомцем и, судя по всему, не слишком рад его видеть, но было бы отвратительно просто встать и уйти, или оставить его на земле. Кто знает, может, он попытается что-то сделать, как только X отвернется. Имея это в виду, он приготовился к неудобству и сел рядом с ним на пол. — Конечно. Я не тороплюсь, оправляйся от шока. Было немного забавно наблюдать, как брюнет пытался от него отделаться. Очевидно, это было скорее смущение, чем неприязнь, что заставляло Икс чувствовать себя менее виноватым за свою настойчивость. Тем не менее, было забавно, как он время от времени бросал взгляд и делал недовольное выражение лица, когда видел, что Икс все еще не заскучал настолько, чтобы убежать. Если это была его игра, то он сильно ошибался, Икс мог продолжать так всю ночь. Они пробыли там до тех пор, пока день не сменился вечером, а вечер — первыми сумерками. Икс позволил себе время, чтобы прояснить мысли, посвятив себя «отключению», пока другой не был готов по-настоящему поговорить. Было слишком ужасно размышлять о данной теме. Этот молодой человек был действительно молод, это было видно, ему должно быть было чуть за двадцать. Он видел гораздо меньше жизни, чем Икс, и все же его загнали на эту крышу, и он решился прыгнуть. Жизнь может быть действительно жестокой по отношению ко многим людям. Единственное, что вырвало Икса из его ложной медитации, был едва уловимый гул его часов, тех, что он носил для себя в этой личности. Они сообщали ему о мелочах, которые ему нужно было знать, и обеспечивали прямую связь с немногими, кому он позволял работать с ним над заключением деловых контрактов, рекламой и т.п. Действительно, на его запястье светилось настойчивое сообщение с просьбой перезвонить. Зная, что в этой ситуации звонок на работу не принесет ничего хорошего, Икс отмахнулся от него. Будет время перезвонить, но не сейчас. — Ты можешь меня оставить… если хочешь, — прошептал брюнет. Его лицо было полно вины. Хм. — Ты готов к спуску? Конфликт, ясный как день. Этот человек показывал все на своем лице. Честная душа. — Эм… — Правда, не волнуйся. Я просто гулял после работы, когда заметил тебя, у меня вечер свободен, — сказал Икс, хитро отказываясь признать, что на самом деле он мог что-то замышлять в этот момент. Это было нечто. Более того, это было нечто большее, чем просто нечто. Странно было то, как другой смотрел на него, широко раскрыв глаза и открыв рот, что заставляло Икса чувствовать себя неправильно. Затем мужчина вздрогнул, и Икс с трудом сдержался, чтобы не вздрогнуть в ответ. — Как ты меня вообще заметил? Наблюдая, как осознание превращается в унижение, когда он объяснял обстоятельства, которые обратили его внимание на бедственное положение другого, Икс быстро переключился на тему, которая была важнее всего. Было действительно интересно услышать о его проблемах. Молодой человек, возможно, не знал этого, но все, что он говорил, было очень близко Иксу. Как █████, он испытал свою долю недовольства на рабочем месте, и сегодняшний день не был даже одним из худших из всех ситуаций, с которыми ему приходилось сталкиваться. Сегодняшний день также не был первым, когда его работа оказалась под угрозой из-за честной ошибки. Корпоративный мир был жестоким, и было больно осознавать, что он сломал некоторых в таком возрасте. Если бы он сам находился в более нестабильном положении, могла ли сегодняшняя речь его менеджера потрясти его так же сильно? Икс с трудом представлял себе этот альтернативный мир, но он знал, что это возможно. Другая версия его самого, или, возможно, другой человек… оказавшись в той чрезвычайно стрессовой ситуации, в которой он оказался сегодня, мог бы легко поддаться мрачным мыслям. Должно было быть что-то, что он мог сделать, кроме как бросить этого яркого молодого человека в отделение, где его, без сомнения, будут плохо обращаться и злословить, держать там, пока не истечет срок его контракта и его перспективы не ухудшатся. — Как… какую работу ты выполнял? Какова была твоя роль в компании? — спросил Икс. — Ну… менеджер по социальным сетям и креативный директор. Реклама телешоу для героев по контракту, такие вещи. Икс взглянул на пролетающий мимо них дирижабль, оснащенный нелепо огромным телевизором, из которого громко звучала одна из таких реклам. — Реклама. Как она? — спросил он. И этот… этот парень, этот мужчина. Икс был искренне впечатлен, узнав, что он создал именно эту рекламу, и не только ее, но и большую часть рекламной кампании Найса. Икс сам не сталкивался с этим героем, но он знал о нем и видел его, и большую роль в этом сыграло отличное управление брендом этого восходящего героя. Оно было идеальным, как он и утверждал, и этот парень внес немалый вклад в такое восприятие общественности благодаря своей работе. Особенно больно было слышать, как он открыто высмеивал себя. Называл себя рабом зарплаты без перспектив, посредственностью, хотя он был совсем не таким. Икс посмотрел на него, подумал о том, что собирался сделать, и все же сделал это. Его самый сокровенный секрет исчез одним движением руки, исчез из-за необходимости увидеть, как ужасное выражение самоненависти исчезло с лица другого человека. Это было почти как раздеться догола, чувство уязвимости охватило его, хотя, конечно, в этой форме он сохранил те же способности, что и раньше. — Итак, как я теперь выгляжу? — спросил он, надеясь донести свою мысль. — Горячо. …? Осознав, что он сказал, молодой человек ожил в ужасе и запнулся, пытаясь оправдаться, явно потрясенный своим промахом. Шок прошел, и на его место пришло теплое чувство. Какой странный, милый парень! Икс не мог не смеяться. Посмотрел вниз. Посмеялся еще раз. — Эй! — Извини! — Икс фыркнул, качая головой. Это было действительно так странно! Не говоря уже о комплименте, быть увиденным в таком виде? Разве не его сверхмощная личность обычно вызывала благоговейный трепет? — Это полностью моя вина, я неверно выразился. Но я очень ценю это! — Перестань. После этого слова стали даваться легче. Возможно, именно этот обмен разрядил оставшееся напряжение, или просто подсознательно ослабилась бдительность, когда он показал себя таким, какой он есть на самом деле. X почувствовал прилив счастья, когда предложил молодому человеку работу и увидел, как тот просиял. Его день был почти закончен, и закончился на высокой ноте! А потом… Держа героя 15-го ранга под мышкой, Икс поднял брюнета к себе на руки — «Линь Лин», как оказалось. Было немного мило, как Линь Лин прижался к нему с широко раскрытыми глазами. Менее мило было то, что ему пришлось остановить двух человек, которые хотели прыгнуть с одной крыши в один и тот же день. — Давайте спустимся отсюда, — вздохнул он и поклялся снести всю свою империю XFC и перенаправить свои усилия на создание какого-то учреждения по оказанию психологической помощи разочарованным молодым людям.

Щелчок.