Глава 7. Первые ростки подозрения

      Сегодня было очередное занятие у профессора Грюма, который так сильно недолюбливал Исабель Делакур. Она его боялась, она знала, что он опытный волшебник и понимала, что ее магия сильнее только из – за того, что она моложе и у нее быстрее реакция. Плюс у нее всегда есть магия вейлы, которая в случае чего ее сразу поддержит. — Можете убрать их, — хрипло прорычал он, проковылял к своему столу и сел. — Эти книги. Они вам не понадобятся.       Друзья спрятали учебники обратно в сумки. Ли заметно волновался.       Грюм вытащил классный журнал, тряхнул длинной пегой гривой, убирая волосы с покорёженного и усеянного шрамами лица и стал называть имена, причём его обычный глаз не отрывался от списка, в то время как магический вращался по сторонам, устремляясь на студента, когда он или она отзывались.             — Хорошо, — сказал он, когда последний заявил о своём присутствии. — Профессор Люпин написал мне об вашем классе. Похоже, вы достаточно основательно овладели противодействием Тёмным созданиям — прошли боггартов, Красных Колпаков, болотных фонарников, гриндилоу, ползучих водяных и оборотней — я правильно понял?             Класс согласно зашумел.             — Но вы отстали — и очень отстали — в отношении заклятий. Поэтому я здесь для того, чтобы подтянуть вас в области того, что сами волшебники могут причинить друг другу. У меня есть год, чтобы научить вас, как разбираться с Тёмными…             — А вы не останетесь? — вырвалось у Фреда, на него с опаской посмотрела Иса, она крепко сжала палочку в руке, чтобы защищать свою пару.. Магический глаз Грюма повернулся и уставился на Уизли. Тому стало здорово не по себе, но почти в тот же момент Грюм улыбнулся — в первый раз за всё время, что они его видели. От этого его изуродованное лицо исказилось ещё больше, но тем не менее было приятно убедиться, что Грюм способен на что-то дружественное, например на улыбку. Как бы то ни было, Джордж испытал глубокое облегчение, он очень сильно испугался за брата, когда на того так уставился этот странный волшебник.             — Ты будешь сын Артура Уизли, да? А, Вас же двое, постоянно забываю. — сказал Грюм, обращая внимания на Джорджа.  — Ваш отец пару дней назад выручил меня из очень плотного капкана… Да, я пробуду здесь ровно год… окажу любезность Дамблдору… Один год, — и назад, в мою тихую обитель.              Он засмеялся горьким смехом, с силой сомкнув свои шишковатые руки.                   — Итак, прямо к делу. Заклятия. Они бывают разной силы и формы. Согласно рекомендациям Министерства магии, мне следует обучить вас некоторым антизаклятиям и на этом остановиться. Так как вы уже на шестом курсе, то на следующем занятии я покажу вам запрещённые заклятия.              В просторном кабинете Защиты от Тёмных искусств царила напряжённая атмосфера. Грюм, прихрамывая, расхаживал между рядами, его волшебный глаз безостановочно вращался, словно сканируя каждого ученика.              — Сейчас разделимся на пары, — прогремел его голос. — Хочу проверить, на что вы способны. Делакур — к мисс Паркинсон. Уизли… ты будешь работать со мной.              Исабель мгновенно напряглась. Фред, которому выпал «почётный» жребий сразиться с самим Грюмом, лишь ухмыльнулся, но Исабель видела: он волнуется.              — Профессор, — вмешалась она, — Фред ещё не знает многих заклинаний, он младше…              Грюм резко обернулся, его обычный глаз сверкнул:              — Вейлочка, то, что тебя учили в Шармбатоне, и то, что ты всё это знаешь, не значит, что ты будешь меня учить. Я сам решу, кто и что умеет.              Фред и Джордж переглянулись. Джордж шагнул вперёд:              — Делакур, хватит. Ты когда - нибудь прекратишь решать всё за нас? Мы сами справимся. Ты должна верить в нашу силу, а не унижать нас каждый раз.              Они отвернулись, демонстративно настраиваясь на поединок. Исабель замерла, чувствуя, как внутри закипает смесь обиды и тревоги. Первый раз они обратились к ней по фамилии, значит, они совсем ненавидят ее. Она вздохнула и крепко взяла палочку в руки.              Поединок начался. Грюм двигался стремительно, его заклинания били точно в цель. Фред старался отвечать, но опыт профессора был несоизмеримо выше.              Внезапно зал озарила вспышка — Грюм применил мощное оглушающее заклинание. Фред рухнул на пол, потеряв сознание. Не успел никто и вскрикнуть, как Грюм уже переключился на Джорджа.              Исабель не заметила падения Фреда — она была поглощена своим поединком с Паркинсон. Слизеринка атаковала яростно, пытаясь задеть её гордость, и Исабель полностью сосредоточилась на отражении ударов.              Прозвенел звонок. Грюм резко прекратил бой:              — Всё! Приведите в порядок раненых.              Только тогда Исабель обернулась. Её взгляд упал на пол: Фред лежал без движения, а над ним склонился Джордж — бледный, с кровоточащей раной на плече.              На миг её охватил безумный порыв броситься к ним, но в памяти вспыхнули слова близнецов: «Ты должна верить в нашу силу…» Она сжала кулаки, развернулась и молча вышла из кабинета, не замечая печального взгляда Джорджа.              В коридоре Исабель столкнулась с Грюмом. Вспышка гнева ослепила её — она бросила в него вейловское заклинание, отвлекающее внимание, и стремительно направилась к выходу из замка.              У пруда она заметила Джинни. Увидев подругу, Исабель опустилась на траву, всё ещё дрожа от напряжения.              — Что случилось? — обеспокоенно спросила Джинни.              И Исабель рассказала — о споре с Грюмом, о ранении Фреда, о словах близнецов, о своём бессилии и злости. Голос её дрогнул:              — Они не понимают… Я не хочу их контролировать. Я просто боюсь за них. А они видят во мне врага.              Джинни вздохнула:              — Братья… Они такие. Всегда хотят доказать, что сильнее всех. Но они любят тебя, Иса. Просто не умеют это показать.              Потом Джинни заговорила о своём: о чувствах к Гарри и Габриэль, о том, что не может понять, кого любит сильнее.              Исабель внимательно выслушала и мягко сказала:       — Значит, Вы истинные, Джин. Это нормально — любить двоих. Не стоит волноваться.              Девушки просидели у пруда до заката, делясь переживаниями, находя утешение в искреннем разговоре.              Тем временем близнецы, едва приведя себя в порядок, бросились на поиски Исабель.              - Когда она обернулась и увидела тебя без сознания, она почти бросилась к нам. Но удержалась и ушла. – сказал Джордж.              - Это из – за того, что ты позволил себе грубое высказывание в ее сторону. – сказал Фред. – Сильно болит – и он провел рукой по плечу брата.              Они обошли весь замок, заглядывали в каждый уголок, спрашивали встречных учеников.              Габриэль и Гарри тоже искали Джинни — они договорились встретиться, но та исчезла.              — Где они могут быть? — нервно спрашивал Фред, оглядывая двор.       — У пруда, — вдруг догадался Джордж. — Она любит там сидеть.       Но когда они добрались до берега, там было пусто. Только следы на траве напоминали, что ктото недавно сидел.              Близнецы замерли, глядя на закат. В их сердцах смешались тревога, раскаяние и надежда — надежда найти Исабель и наконец сказать ей то, что так долго держали в себе.              Тем временем девушки сидели в гостиной. Рядом с Исой опять были ухажеры, которые чуть не в ноги ей падали. Она опять думала про своих близнецов, как они там. Она ведь даже сканирующие не кинула на Фреда, вдруг что – то серьезное. Но ее размышление прервало их появление. Она сразу стала делать активный вид работы, стала помогать Рону в придумывании разных несчастий для написания домашнего задания по прорицанию. А сами близнецы сели в дальний угол и стали заниматься делом, которое никому старались не показывать, даже подошедшему к ним Ли.                Шаря по комнате глазами в поисках ещё не использованных несчастий, Гарри увидел Фреда и Джорджа, сидевших у противоположной стены с перьями в руках над куском пергамента. Зрелище небывалое — близнецы удалились в уголок и тихо трудятся в поте лица. Обычно они предпочитали быть в гуще событий, шумно привлекая к себе внимание. Было что-то таинственное в том, с каким вниманием они склонились над пергаментом, — это напомнило Гарри, как тогда, в «Норе», они тоже сидели вдвоём, записывая что-то. В тот вечер он подумал, что это был новый бланк заказов для их «Ужастиков Умников Уизли», но сейчас, похоже, это было нечто иное. Будь так, они уж точно пригласили бы в компанию Ли Джордана поучаствовать в шутке. «Не измышляют ли ребята какой-нибудь способ пробраться на Турнир Трёх Волшебников», — подумалось ему.            Как раз в этот момент Джордж, глядя на быстро писавшего Фреда, отрицательно покачал головой и что-то очень тихо проговорил, однако в тишине пустой комнаты Гарри сумел расслышать слова: «Нет, это звучит так, словно мы обвиняем его, надо как-то поделикатнее…»                   Тут Джордж поднял голову и встретился глазами с Гарри. Тот улыбнулся и сейчас же вернулся к своим предсказаниям — ему вовсе не хотелось, чтобы Джордж счёл, что он подслушивает. Вскоре близнецы свернули пергамент, пожелали спокойной ночи и отправились спать. На самом деле никакие идеи для магазина им в голову не шли, потому что они смотрели на Ису, та что – то быстро писала на пергаменте Рона, изредка прерываясь, чтобы отогнать очередных поклонников. Братья были очень горды, что среди такой толпы ухажеров, она выбрала их. Девушка на самом деле твердо решила, что поищет себе парня, который будет заменять ей близнецов, и не будет против ей защиты и беспокойства о нем.