Часть 7

Первое, что резануло - это дурацкое «Ри». Второе - наглец посмел двинуться в её сторону, как будто хотел обнять, так еще и с выражением беспокойства и облегчения на лице. Третье - Ирино непроизвольно дернулась назад, за спину Ли. Естественно, за секунду до этого он сам сделал шаг вперед, прикрывая ее и заводя их переплетенные руки за собой. - Японские имена так не сокращаются. Мог бы и выучить правила за несколько лет. И не смей к ней приближаться. Минхо без какого-либо страха поймал изумленный взгляд, спокойно его выдерживая. Несмотря на то, что парень перед ними был выше него и явно старше, Ли не собирался придерживаться этикета. - Ты кто такой? Свали отсюда! Ри, где ты была? Я вернулся за тобой, как обещал, но не нашел тебя в отеле, номер был закрыт. Я съездил домой, уладить всё, и вернулся. - О, как удобно, да? - Минхо сделал еще один шаг навстречу, перерезая путь к девушке, перекрывая её собой. Тон его не изменился - холодный, насмешливый. - И как, уладил? Отвез одну, вернулся за другой? Хорошо устроился, а? - Как ты разговариваешь со старшим?! Прояви уважение, мелкий, - его противник буквально зашипел от злости на бесцеремонное поведение. - Ты мне говоришь об уважении?! - Хо сделал еще шаг, приближаясь к чужому лицу, тоже начиная шипеть в ответ тихим, но уверенным голосом. - Уважение - это не обманывать. Это не бросать, а потом возвращаться с поджатым хвостом. Уважение - это придерживаться сделанного выбора, а не поступать так, как ты. Где было твое уважение, когда она потерялась в лесу? Где оно было, когда она мокла под дождем? Когда была в такой адской истерике, что не реагировала ни на что, когда практически не дышала? Когда она в грозу и под ливнем, ночью, оказалась одна на берегу озера, в чьей постели ты ночевал, а, уважаемый?! - Хо, забери меня отсюда. Больно. Шепот из-за его спины был таким тихим, что Ли не услышал бы, если бы всё его тело не было настроено только на одного человека в округе. Он моментально развернулся, закрывая своими широкими плечами чужие, дрожащие, как в ознобе, с опущенной вниз головой. На пушистых ресницах вновь блеснули слезы, отправляя холодные ручейки мурашек по спине Минхо. Еще немного - и Ирино снова скатится в шок. У ее менталки явно не было ресурсов бороться с чем-либо, последние крохи прямо сейчас уходили на то, чтобы хотя бы дышать. Лино аккуратно притянул девушку к себе, обнимая одной свободной рукой острые плечи, закрывая от того, кто одним существованием выбивал девушку из равновесия. У лестницы её пришлось отпустить, пропуская вперед, и Минхо поймал секунду, разворачиваясь к тому, кто посмел последовать за ними, явно не отдавая себе отчет в происходящем. - Только попробуй приблизиться к ней снова, - процедил он сквозь зубы, буквально врезаясь грудью в чужое тело, останавливая собой. - Я даже разговаривать не буду, убью тебя на месте. Если хоть секунду, что она была с тобой, ты искренне дорожил ею - съеби из её жизни не глядя. Ты сделал свой выбор. Не дожидаясь ответа, Лино вновь отвернулся и догнал девушку уже внизу ступенек, вновь закрывая собой. Тонкий слух позволил отметить, что шагов за ними больше не было. * Большую часть пути они ехали молча. Потом Минхо включил музыку, сначала тихо, затем слегка прибавил громкость. Потом и вовсе начал подпевать - сперва еле слышно, потом громче. В город они въехали под его красивое полноголосое пение и практически шоу - он танцевал руками, вовсю использовал мимику, держал Ирино за пальцы, прижимая к сердцу на особенно романтичных песнях. Всё ради того, чтобы увидеть хотя бы слабую улыбку на её лице. Минхо даже сделал бы эгьё столько раз, сколько она попросила бы - лишь бы не видеть, как исчезают краски с её лица, стоит ей отвлечься. В какой-то момент девушка вздрогнула и потянулась к бардачку, правда, тут же резко передумала. Ли вспомнил и засмеялся. - Что, вибрирует? Достань, это телефон. На озере связь не ловит. Звонить на этот номер мог только один контакт. - Чанни-хён, привет! Я заезжаю в город! - Я убью тебя! Ты обещал быть на связи, Хо! - Я и был! - Минхо отвечал с абсолютно невинным голосом и выражением лица. - Я обещал не выключать твой телефон - я не выключал. То, что связи не было, я никак не мог исправить. И вообще, хён, не ругайся! Со мной девушка, между прочим. Очень красивая. - Ты издеваешься надо мной?! - Чанни-хён, это правда! Я нашел ее на озере, как русалку, и забрал с собой в город. Хани, поздоровайся с Чанни-хёном! - Привет, Чанни-хён. Меня зовут Ирино. - Девушка послушно поздоровалась, тихо посмеиваясь такому Лино - с наивным лицом, косящему под дурачка, его выдавали только глаза, сверкающие хитростью. Чан, судя по голосу, впал в некоторое (явное) замешательство. - Привет. - Чанни-хён, я отвезу Ирино, и скоро вернусь к работе. У меня всё под контролем и в порядке. Буду ждать расписание. Пока-пока! Ли сбросил звонок, пока ему не прилетело за это нечаянное знакомство, затянувшее его с головой. Прилетит, конечно, в любом случае - но хотя бы не при девушке, а там уже всё равно. - Вы работаете вместе с этим парнем? - Ага. Чан-хён у нас лидер, очень ответственный и переживательный. Весь в меня, только сильно более закрытый и тревожный, - с легкой улыбкой произнес Хо. - Тем не менее, именно ему я обязан своей карьерой и тем, что занимаюсь любимым делом. Он всегда защищал меня и поддерживал. Если я кому-то что-то и должен в этой жизни, так это ему. - Здорово иметь такого человека рядом. - Да. Поэтому я и выразился так категорично в отношении твоих «друзей» ночью. Потому что Чан-хён никогда не оставил бы меня в дерьме, даже если бы я оказался в нем в тысячный раз и по собственному желанию. Никто из парней не оставил бы. Ирино на некоторое время отвернулась к окну, потом глубоко вдохнула и развернулась обратно. - Минхо, мне жаль, что мы познакомились вот так. Мне жаль, что ты оказался втянут в это всё, что я не устояла и воспользовалась тобой. Я благодарна тебе за всё, что ты сделал для меня, но… я не хочу, чтобы ты был всего лишь заменой кому-то. Это неправильно и несправедливо по отношению к тебе. Я легко бы могла влюбиться в тебя, ты такой… мне не устоять. Но… Девушка помотала головой из стороны в сторону и опустила её в пол, невольно подвешивая паузу. Ли такого не любил. - Но? - Хо несколько раз переместил взгляд между дорогой и девушкой, постукивая по рулю в нетерпении. Та не выдержала. - Но это неправильно, доставаться тебе сломанной игрушкой, со всем этим гребаным эмоциональным багажом за спиной. С неадекватным восприятием реальности. Неправильно, что тебе пришлось пройти через мою истерику, мои проблемы. Со мной не всё в порядке, Хо, от слова «совсем», и ты не заслуживаешь ранить себя в попытках склеить эти осколки. Ты заслуживаешь искренней любви, смеха, безраздельного внимания и обожания, а не того, что рядом кто-то будет замирать в страхе, видя схожий со своим прошлым силуэт в толпе, или будет топить тебя в своей паранойе, выращенной чужими стараниями. - Я услышал тебя, хани. Давай поговорим об этом, когда будем прощаться, хорошо? - еще один внимательный взгляд из-под челки на все так же опущенную голову - Минхо видел, что Ирино еле сдерживается, чтобы не расплакаться, кусает губы так, что точно останутся синяки, сжимает пальцы по очереди - и не стал давить. Но сам задумался. План был - самый первый, когда он еще не знал ни имени, ни придет ли в себя эта русалка - довезти её куда-то, где ей помогут, и закончить свое участие в этой истории. Однако, сейчас он с каждым своим шагом только вяз глубже, да еще и не сопротивлялся этому. Более того, разумный, простой, рассудительный, ментально стабильный Ли Минхо вдруг отчетливо понял значение термина «синдром спасателя», о котором никогда ранее не задумывался и который уж точно раньше не имел к нему отношения. Он бы тоже не хотел быть «заменой». Но он хотел бы, чтобы Ирино улыбалась без этой душераздирающей тоски в глазах. Минхо снова протянул руку, перехватывая чужую, и притянул на подлокотник, ближе к себе. Остаток пути проходил в молчании и тихой музыке. - Не сворачивай во двор, проедь до следующего подъезда - там въезд на подземную парковку комплекса. Не хочу идти через улицу. - Как скажешь, хани. Неплохое место. Район кажется уютным. - Да, он и правда такой, - девушка заметно расслабилась, когда за ними опустилась автоматическая гаражная дверь. - Я обычно бегаю вдоль парка до озера и обратно - это восточная сторона, и мне нравится встречать рассвет на улице. А мои окна выходят на запад, так что я могу ловить еще и закаты. - Ты бегаешь? Я тоже, стараюсь десятку каждый день, но работа не всегда позволяет - бывает много командировок. Пробежимся как-нибудь вместе. Не вопрос. Утверждение, однозначное и прямое, как и любое его действие до этого. - Минхо, ты зайдешь ко мне? Я бы хотела отблагодарить тебя. Пообедаем вместе, и… я больше не буду тебя задерживать. Ли только сжал сильнее чужую замершую ладонь. - Конечно зайду. Честно говоря, я немного устал после дороги, поэтому предложение абсолютно вовремя. Машина ровно встала на указанное парковочное место, мотор затих, в тишине щелкнул центральный замок, готовясь выпустить пару из машины. - Что? - Лино усмехнулся, ловя внимательный, но слегка расплывчатый взгляд со стороны. - Твои волосы. Тебе так идет этот блонд. Ты с ним такой… - Девушка описала рукой неопределенный жест в воздухе. - Опасный, тревожащий, притягательный. И все же как будто настоящий, несмотря на то, что цвет тебе не родной. - Как и тебе. Ты давно в блонде? - поинтересовался Минхо, забирая вещи с заднего сиденья. - Да… три года. Блонд… нравится Садже. Ирино помолчала. - Вторая… тоже блондинка. С такой же стрижкой. Не знаю, кто из нас был первой. - Хани, - Ли тут же оказался возле девушки, подхватывая её подбородок, поднимая взгляд на себя. - Чувства и отношения - это не соревнование. Не важно, кто первый, а кто второй, потому что участник должен быть единственным. Иначе это бессмысленно. Я знаю, что тебе больно. Но также знаю, что ты понимаешь, что я прав. Всё закончилось. Тебе больше не нужно ничего никому доказывать. Это была не твоя война, она закончилась, и ты в ней не проигравшая - ты выжившая. Давай вернем тебя домой. Хо прижался губами к чужому лбу и, отстранившись, снова взял за руку свободной рукой. - Показывай дорогу. Подземный переход провел их во второй корпус жилого комплекса, практически бесшумный лифт поднял на высоту восьмого этажа. Минхо оценил приватность - камеры ловили широкие пространства, не давая возможности кому-то спрятаться в коридорах, двери между жилыми блоками открывались по коду, на каждой площадке было всего две квартиры. - Кто твои соседи? - Спросил Ли, аккуратно отставляя шлепки в угол коврика в прихожей и бесшумно закрывая за собой дверь. - О, мне повезло, у меня их еще нет. Соседняя квартира достаточно большая и поэтому очень дорогая, так что, думаю некоторое время я еще поживу в одиночестве и тишине, - ответила Ирино, оставляя белый пакет у порога, а сумки бросая в небольшую гардеробную. - Как насчет того, что ты примешь душ, а я закажу что-то поесть? Чистые полотенца в ванной, можешь пользоваться всем, что приглянется, в шкафчики тоже заглядывай, если что-то не найдешь. - А если наоборот… что-то найду? - Минхо нахально подмигнул, заставляя девушку улыбнуться, и развернулся к двери ванной комнаты. - Спасибо! Я быстро. Ремонт в ванной, как и в квартире, был новым, но явно персональным - в новостройках по умолчанию всё делали белого цвета, тогда как в этой ванной, облицованной серым матовым камнем на стенах, была устроена целая стена из мха, которая отделяла зону умывания от пространства с тропическим душем. Ли сбросил одежду, складывая её на стиральной машине, и подставил кожу сначала теплому освещению, а потом и горячей воде. Тугие струи разминали слегка затекшие мышцы, мягкая пена смывала с кожи и мыслей неверные решения. Парень задумался, как надолго он может себе позволить продлить это знакомство, чтобы оно не причинило боли никому из них, но ответ найден не был: ушедший глубоко в свои мысли Минхо пропустил тихий щелчок двери и вздрогнул всем телом, когда тонкие руки обхватили его талию, а к спине прижался кто-то с контрастно прохладной кожей. - Хани, ты напугала меня. - Прости. - Пара поцелуев обожгла левое плечо. - Не смогла остаться одна. Мне страшно, Хо-я. Что он вернется. Что снова будет обещать. Страшно, что я могу снова ему поверить. Я понимаю головой, что ничего не изменится, что нас всегда будет трое, но в моменте… перешагнуть через это невозможно. Я пыталась столько раз… - Ты сможешь. Ты сильная, хани. Я понимаю, что ты боишься, но почему-то верю, что в этот раз всё будет по-другому. Разбитую вазу невозможно склеивать бесконечно - осколки теряются, крошатся, и со временем становится невозможным воссоздать изначальную форму или её подобие. Но можно взять эти стеклянные осколки и переплавить их во что-то другое - и тогда стекло продолжит жить, и даже если в него больше нельзя будет поставить цветы, то наверняка можно будет что-то положить - фрукты, украшения, что угодно. Ты переплавляешься, Ирино. Иначе осталась бы в том отеле, а не попросила забрать тебя. Минхо не выдержал разговора с пустотой и развернулся лицом к девушке, не давая ей расцепить кольцо рук вокруг него, после чего продолжил, еле касаясь губами покрасневшей кожи напротив. - Мне жаль, что я не смогу остаться рядом бесконечно, это невозможно с моим графиком. Но ты права - я не могу просто занять место в твоем сердце и сделать вид, что так и было - потому что так не было. Я не смогу стать тебе другом - с моим рабочим графиком, я часто бываю недоступен, и не смогу уделять достаточно времени, чтобы поддерживать эту близость. Да и честно говоря, после этих двух дней, узнав, хоть и немного, тебя, твою отзывчивость, страсть, твое тело… я не смогу быть тебе только службой поддержки. Я всегда буду хотеть больше, ближе. Глубже. Но… я сегодня здесь. Я сделаю все, что ты захочешь, все что тебе будет нужно, и я могу вернуться завтра. Ненадолго, но могу. Давай создадим тебе что-то, что будет окружать тебя в следующие дни. Если не защиту, то поддержку. Если не новый дом, то хотя бы палатку, которая спрячет тебя от грозы. Договорились? - Договорились. - Девушка на некоторое время спрятала лицо у него на груди, и Ли продолжил гладить её мокрые волосы, ощущая каждую каплю кончиками пальцев. - Минхо… - Да, хани? - Поцелуй меня. - Я не остановлюсь на этом. - Я и не прошу останавливаться. Ирино не успела договорить, как мягкие губы Минхо обрушились на её собственные со жгучим, грубым поцелуем, кусая, устанавливая свои правила, утверждая свое владение. Хо удерживал одной рукой за подбородок, не давая ни набрать воздуха, ни отвернуться; другой рукой - за талию, прижимая с той же силой, как и в первый раз вместе. Девушка прижималась к нему всем телом, зажимая его растущее возбуждение между их телами, и в один момент оттолкнула Хо от себя. Лино зашипел одновременно от всего: от холода камня, от стука острых коленей о твердый пол, от жара мягких губ, прижавшихся к его прессу, от узости ладоней, захвативших в плен бархатную длину его члена. - Господи, Ирино, ты убьешь меня. По тренированным мышцам пробежала неконтролируемая судорога, когда гибкий мокрый язык самым кончиком обвел каждый миллиметр натянутой кожи и набухших вен под ней, затем широко мазнул по обнаженной головке и нырнул в прорезь уретры. Ирино закатила глаза и отстранилась всего на мгновение. - Вкусно, Минхо-я. Хочу тебя полностью. Каждую каплю. Покажи мне, как ты любишь, когда тебе доставляют удовольствие. Ли не смог бы описать, что конкретно эти слова разбудили в нём, но точно - что-то глубинное, животное. Собственническое. То, что отключило любые размышления в его голове, заставило вплести пальцы в платиновые пряди и притянуть сильнее, глубже, жестче, так, чтобы чувствовать каждую паузу, каждый глоток, каждый вдох. Он контролировал погружение, прижимал чужой аккуратный нос к своему гладкому лобку, задерживая в самой глубокой точке, смахивая большими пальцами слезы, текущие от напряжения из потемневших глаз напротив. Лино наслаждался тем, как вибрирует чужое горло, когда по нему прокатывается стон, и не сдерживал собственных. - Глотай, хани. Ты просила каждую каплю. Покажи мне, насколько ты хорошая девочка. Два последних толчка - и Минхо замер, кончая, только крупно вздрагивая, пока Ирино с закрытыми глазами пыталась проглотить сперму, выстрелившую в охрипшее горло. Справившись с теплой жидкостью, она облизалась, открыла рот и высунула язык, демонстрируя его чистоту. - Ох, черт, вот этого я не ожидал. Умница. Такая послушная. Хо устало ухмыльнулся, медленно приходя в себя. Сколько еще тайн прячут эти светлые пряди? Он массировал чужие челюсти, помогая снять напряжение с мышц, гладил волосы и шею, уже не отводя взгляд - в то время как Ирино, наоборот, подставлялась под эти нехитрые ласки, не вставая с колен, не открывая уставших глаз, молча принимая каждую секунду покоя рядом с этим случайным для неё мужчиной. Он уйдет, сегодня или завтра. Но сожалений о том, что они были вместе, у неё не останется. - Ирино, пойдем. Ты замерзнешь. - Ты побудешь еще со мной? - спросила девушка поднимаясь, держась за сильные руки, тянущие наверх во всех смыслах. - Конечно. Минхо схватил ближайшее полотенце, укутал в него стройное женское тело. Вторым прикрыл собственные бёдра - все равно оно там ненадолго. Схватил какой-то крем, попавшийся на глаза - пригодится. - Давай на кровать. На живот. Ли стащил намокшую ткань с обоих, бросил на пол, помог Ирино лечь удобнее, вытянуться во весь рост. Знал же, что полотенца на них - буквально на минуту. Уже ни капли ни смущаясь своей наготы, не пряча себя, свои шрамы, Минхо сел сверху чуть ниже округлой попы - так его вновь возбужденный член очень приятно попадал в складочку между ягодицами, но цель была другая. Он посмотрел внимательнее на украденную баночку - обычный увлажняющий крем, не навредит - щедро налил себе на ладони, мягко огладил худощавую спину и уже сильнее начал разминать хрупкие плечи. - О боже, Минхо-я! Ли только фыркнул. - Ну тоже не преувеличивай, можно просто Минхо-я. Расслабься, хани. Я позабочусь о тебе. Хо методично разогревал нежную кожу, разминал шею, мышцы гибкой, кажущейся хрупкой спины, проминал ямочки по бокам от копчика, что вызывало особенно сладкие стоны. Он наслаждался этой близостью, совершенно позабыв о группе, Чане, сцене, единственном оставшемся дне отпуска, даже о своих котах. Всё, что имело значение сейчас - расплавить податливое тело под ним до состояния жидкой, горячей, текучей лавы, которая снесет на своем пути и прошлое, и будущее. Ладони неизбежно скользнули ниже, к упругим ягодицам, оглаживая, массируя, впиваясь кончиками до синяков, пробираясь к горячей сердцевине. Когда пальцы неизбежно скользнули вглубь, Минхо пришлось сжать бёдра, удерживая Ирино на месте - та неосознанно вскинула бедра, то ли надеясь избежать грубой ласки, то ли наоборот, поддаваясь ей и напрашиваясь на большее. Ли скользнул второй рукой к голове девушки, прижался широкой грудью к её спине. - Шшш, хани, тише. Я с тобой. Держу тебя. Время не имело значения - Минхо не прерывался в стимуляции ни на секунду, ловя стоны, горячий шепот, сбивающиеся выдохи один за другим. Когда податливые мышцы сжались вокруг него сильнее, он приостановился, убирая пальцы, растирая влагу - чужую и свою - по болезненно натянутой коже давно стоящего члена, и скользнул внутрь, по сжимающимся стенкам ощущая, как его ждали, как его приветствуют и как он желанен. Ли Минхо потерял голову и в ближайшее время не собирался её искать. Он безумно отдавался этому скольжению, зацеловывая тонкую кожу под собой, притираясь еще ближе, переплетая между собой пальцы. Ирино хрипло стонала, как в бреду, вышептывая его имя - и где-то глубоко внутри Лино испытывал необычайное удовлетворение, что она ни разу не ошиблась, что точно знала, кому принадлежит. Он завел руку под чужие бедра, безошибочно попадая пальцами в эпицентр возбуждения. - Кончай со мной, хани. Побудь для меня хорошей девочкой еще раз. Конечно, никуда Хо той ночью не уехал. Как он мог?