Души терзания - не смерть же... Познал бы сам тогда их, шах

Тишина в этом дворце только заставляла вспоминать и в напряжении ждать. Женщина даже не думала чего, ведь точно тогда бы не сдержалась и попала бы в темницу. Слишком многим не удавалось убить шаха. Что мог сделать только гнев осознавала ещё и, потому не спешила ничего делать. Нашла любимую книгу и спрятала под подушку, словно ту должны были отобрать в любой момент. Даже её. Проснувшись, Кесем Султан потянулась и поняла, что никогда ранее так не делала. Неужели другая страна настолько быстро её изменила? Глупость. Она не ела, но дышала воздухом, в котором ощущалось дыхание тех самых двух ангелов. Неужто именно он повлиял? Только думать не осталось времени, на которое она так надеялась. Безмолвный силуэт оказался у небольшого окна, а после и у двери. В этот раз ключ не проворачивался перед его приходом, точно, но и незапертой не оставляли. Ночью после кошмара проверила, ведь захотелось, как и раньше, выпитб воды и выйти в сад. Раньше и в своей империи. Настолько же важной падишаху, как и ей. Грустная ухмылка украсила красивое лицо. Хотя бы один повод для ссор исчез, хоть что-то радостное нашла во всём случившемся за последние несколько дней. Даже всего день и пару часов, когда быть точнее. Он находился уже просто перед ней, у стены, где даже камина не было. И это маленькое счастье под названием "покои" он посчитал достойным своей гостьи. Ведь как бы не пришла, а быть кем-то более не была согласна. Упёрто не замечала шаха Тахмаспа, словно вспомнила какой девочкой появилась в Топкапы. - Посмотри на меня, султанша. Иначе придётся причинить вред такой свежей красоте. - При том, кем являются мои сторонники? - хмыкнула, вздёрнув подбородок. - И кто же твои сторонники? Кеманкеш паша, не проронивший и слова с самого первого моего требования? - усмехнулся настолько натянуто, показалось, что в самом деле готовился наказать самым ужасающим путём. - Самого первого... - совсем тихо повторила, сжав платье в кулаках. От гнева хотелось накинуться и просто тут поколотить его, забыв о всяком приличии, но от лёгкого разочарования застыла. Мужчина и воспользовался, бросив на тахту и надвигаясь на госпожу. И нет, целью было не просто возыметь диамант столь же сильной империи, по глазам видно. Тахмасп был намерен сломить даже не её. - Хоть всё забери, а ногтям буду благодарна. - прошептала, обнимая за шею дабы потерял бдительность. Знала же о своём влиянии на мужчин. Да и на девушек, это скрывать не стоило. Достоинства глупо скрывать при такой возможности проявить себя. Поскольку её окошко выходило только на коридор без крыши, отчего важность свободы ощущалась ещё больше, не могла видеть насколько далёк вечер. Но ничего не спрашивала шаха, предпочитая играть с ним, пользуясь понятной слабостью. Хотел когда её, потерпит и убийственное влияние. Все терпели, сильно задевающие. Только вмешалась мешающая болезнь. Несколько секунд темноты перед глазами превратились в устрашающее понимание - она снова в воде. Слава Аллаху, теперь не в мешке, но выбраться почему-то не могла. Будто кто отнял возможность бороться за жизнь инстинктивно. Мурад. Султан Мурад обещал не покидать. Как же она покинет его, лишив возможности спасти себя и стать ещё ценнее? Невинность полностью отделилась от султанши, она почти вылетела из воды, царапая всех вокруг с закрытыми глазами. Когда же голубые глаза стали серыми, заметила перед собой спокойного, но явно пострадавшего Мустафу. - Аллах, не остановил меня совсем. - Люблю розу, что тогда её шипы? - его голос как лечебная мазь. - Любишь так, что избегал, решив хранить деликатную тишину? - сжала его руку в своей, не обращая никакого внимания на свой вид. К тому же, ему уж точно было не к тем же мыслям... оскорбляющим и манящим, как и каждый запрет по природе своей. Запрет, сравнявший их в возможном близком будущем. А то как бы Кеманкеш оказался тут, не став на сторону правителя столь чужого народа. И Кеманкеш совершенно изменён теперь тем, творительнице чего в целом она не была. Хоть сейчас и оставалась единственным поддерживающим огнём тех правил и порядка,. установленного веками ранее. - Именно так, ради этой сладости ощущения кражи такого дорогого камня. - Ох, Мустафа, пора возвращаться к наказанию. - спокойно кинула, имея ввиду своё нежелание его видеть и без той надобности. Хотя бы несколько часов. Злость с надеждой не уживались друг около друга. То самое время, которое требовалось дабы перестать мечтать о свободе, обладать которой посчастливилось лишь в детстве и немного в юнные годы. - Повелитель сам желает наказать Вас, но только... достаточно близко к этому заточению. - Покои излечат грусть от этого. - подала ему руку, наконец полностью отпустив мужчину. - Темница. Так приказано. Потому украсть и правда есть острая необходимость. Валиде Султан лишь хмыкнула, не веря, что падишах пойдёт на такое. Словам его доверять нельзя было, правда, но не настолько ведь. - Не сможешь, когда сама не пойду. И от сына уж точно не стоит. - промокшее платье ощущалось грузом, который не позволял дышать ночами. При том, далеко не лишь в эту странную ночь вдалеке от своего трона. Вспомнился он от лёгкой обиды на столь явное её послушание. В этот раз не пришлось и объясняться. Она на самом деле сама бы даже предложила этот выход, если б только не нашла сама другого. А Кесем Султан могла найти даже тень султана Ахмеда там, где не осталось и её любимого лёгкого аромата жасмина, который на себе принесла и в столь чужую империю. Несколько шагов и тяжёлый взор охранника. Глаза в глаза. - Наказание изменил сам шах. - вполне невинно проговорила, не желая привлекать к себе лишнее внимание. - Тогда за тобой пойдёт охрана. Четыре человека. - отрезал, будто только того и ждал дабы ответить словно обычной гаремной девушке. - Как скажите, но после будет стыдно не мне. Задание заключаются в таком, что увидев, потерять можно не только голову. - лёгкая чарующая улыбка, на которую, думала, неспособна. Собеседник только кивнуть и смог. А в саду она сразу же подошла к диким розам лавандового оттенка. Слишком красивым, чтобы остаться без заботы Кесем Султан. Хоть и её истинной целью было совершенно другое. То, о чём столько лет и не думала, разрываясь между документами и жалобами. - Кеманкеш, в розах ты ещё красивее. - прошептала, увидев того чуть поодаль. Воин лишь прикрыл глаза, услышав попытку султанши быть дружелюбной после последнего их разговора. Так, прикрыв глаза, теперь женщина вспоминала как неспешно он прикрывал глаза, будто смущаясь. Когда свобода ещё была. Пускай и такая. - Украшения все просил отдать? - сухо спросила. - Да, госпожа. - родного дворца и не увидела, к покоям не дошла, а уже около двери холодной комнатки виновников. Резко потянула проклятый перстень власти, кидая его на протянутую ладонь стражника. Поможет ли это хоть чем-то не знала. Надеялась ли? Совсем немного. Как и на его большое и доброе сердце отныне. Не так старалась вырастить детей, но все отличались от валиде, словно были собраны по всему миру и со всех легенд. Или сказаний. Так как от воспитания у них оставалось только стремление удивить матушку. И совсем неожиданно. Запах чая удивил его, а после и то, кто послал ему угощение. - Отравить, вздумала. Попробовала, а сразу не помогло. - усмехнулся, думая о госпоже, с которой проведёт ещё не один вечер.