Часть 6

Кёсем Султан оказалась в покоях уже вечером. Весь день она провела в саду, ухаживая за цветами. В родном саду она могла находиться часами. Цветы здесь казались красивее, небо было чище и голубее. Даже дышать было легче. Дверь за её спиной с тихим скрипом захлопнулась, но страха это больше не вызывало. Теперь её никто не посмеет тронуть, причинить боль. Она вернёт себе прежнюю силу и могущество. Одно расстраивало - невозможность выйти из этих покоев надолго. Таким было условие её возвращения, но сейчас ей достаточно постучать в дверь, чтобы её открыли. Султанша подошла к зеркалу, разглаживая складки платья. Наконец она снова одела платье, которое подходит её статусу. Поднялась на второй этаж. Здесь кровать казалась мягче, теплее и уютнее. Может быть потому что знала, что визиты непрошенного гостя закончились. Этот дворец стал ей настоящим домом. Было приятно вернуться сюда после всего пережитого. Чувствовала себя оставленной в покое и больше не боялась за свою честь. Могла теперь быть рядом с детьми, по которым за это время успела сильно соскучиться. Госпожа опустилась на край кровати, тяжело вздыхая. Не знала как скрыть от детей всё, что с ней произошло. От младших её детей скрыть будет легко, а вот Мурад, как бы она не скрывала, всегда узнает. Они всегда были близки, чувствовали друг друга даже на расстоянии. Никто не знает, как она надеялась, что Мурад заберёт её из дворца, ставшего ей темницей. И повелитель нашёл способ хоть ненадолго вернуть её домой, и султанша была ему за это благодарна Конечно она злилась на него и была обижена. Считала его виноватым во всём что с ней произошло. Если бы он не отдал её Тахмаспу, то госпожа бы не пережила весь этот кошмар. Любовь матери всё же победила обиду, и если бы Мурад пришёл к ней, то без слов бы приняла. Чтобы избавиться от тяжёлых мыслей, вышла на балкон. Во дворце шаха ей очень не хватало балкона, а потому сейчас жадно вдыхала воздух, обладавший совсем иным ароматом. Это был запах свободы. Кёсем никак не могла надышаться свежим воздухом, который после нескольких недель в душной комнате, что стала тюрьмой для сильной госпожи, был просто необходим. Тахмасп, конечно, разрешал иногда выходить ей в сад, но того времени султанше не хватало. Услышала как открылась дверь. Так заходить в её покои мог только один человек - Мурад. Никогда он не спрашивал разрешение, просто нагло заходил в покои. В эту же секунду султанша отвернулась, чтобы повелитель не увидел синяк и ссадины на лице. Руки и шею она скрыла платьем с высоким воротником, а вот следы на лице были отчётливо видны. - Валиде, я рад, что Вы вернулись. - раздался голос повелителя. Кёсем Султан не повернулась, не подала руку для приветствия. Она была обижена и не хотела, чтобы её трогали. Всё таки обида была сильна, и Мураду придётся вновь заслужить её доверие. - Валиде, я понимаю, что Вы обижены, но это был единственный выход. Да и с Вами ничего не случилось. Сейчас Вы вернулись. Фраза повелителя вызвала у госпожи гнев. Ничего не случилось говорит. Ну значит сейчас узнает правду. - Предательство - это неприятно, а предательство от самого близкого человека - это больно, Мурад. Сейчас мне больно от твоего предательства. - говорила госпожа дрожащим, от сдерживаемых эмоций, голосом, разворачиваясь к повелителю. - Я не хотела тебе говорить, но сейчас всё же расскажу. Как только ты покинул дворец шаха, жизнь моя превратилась в кошмар. Меня заперли в покоях. По ночам я боялась каждого шороха. Я попыталась отравить Тахмаспа, но он об этом узнал. Меня заперли в темнице. Там я сильно заболела и благодаря этому вернулась в комнату. В один из дней шах пришёл в мои покои. Он был пьян. Он обесчестил меня. Унизил, растоптал. В том, что он сделал, есть и твоя вина. Ты - мой родной и самый любимый ребёнок, отдал меня этому человеку на растерзание. - еле вымолвила госпожа. Из глаз вырвалась слеза, сверкающая болью. Мурад не мог ничего сказать. Не хотел даже представлять, что пережила его матушка. - Моя милая Валиде, сколько же Вам пережить пришлось. Шах обязательно за всё ответит. Ответит за всю боль, которую причинил вам, за все унижения. Валиде, я знаю: Вы вините меня в произошедшем и правильно делаете. Скажите: я ещё смогу исправить свою ошибку? - виновато говорил повелитель. Глаза его были стремительно обращены в пол. - Я не знаю, Мурад. Я даже не знаю как мне жить дальше. Падишах подошёл к Валиде Султан и аккуратно коснулся щеки. Султанша думала, что кроме Мустафы никому не позволит к себе прикоснуться. Но Мурад был так осторожен. Верила, что он не причинит ей вреда. Повелитель расстегнул пуговицу на воротнике. На шее был синий след от мужской руки. - Ещё есть какие-то раны? - На запястьях синяки. Мурад осторожно отодвинул рукава. На запястьях на самом деле были синяки, вновь словно от рук. Говорить с султаншей больше не мог, а потому и покинул покои. Госпожа вернулась в покои. Упала на ковёр и громко, отчаянно заплакала. Всем она казалась сильной и стойкой, а на самом деле лила слёзы за закрытыми дверями покоев. Только здесь наедине с собой могла быть слабой и плакать, отпуская всю боль. Повелитель в первую очередь винил себя. Не знал как теперь смотреть в глаза матери, как говорить с ней. Не представлял как помочь ей справиться с болью и страхом. Раны на теле пройдут, а вот душевные раны останутся навсегда. Госпожа читала книгу, сидя на тахте. После разговора с Мурадом к ней приходили лекари. Их прикосновения она с трудом вынесла, а потому и приказала больше не приходить. Уже хотела лечь спать, как в покои вошёл повелитель. - Валиде, почему Вы не позволили лекарям Вам помочь? - Мне неприятны чужие прикосновения. - А мои, значит, приятны. Вы не отвергли меня, когда я до Вас дотронулся. - Я верю тебе. Хочу верить. - призналась госпожа. Взяв баночку с мазью, которую оставили лекари, Мурад осторожно и нежно втирал мазь в кожу, стараясь не причинить госпоже лишней боли. Падишах толкнул султаншу на кровать, и сам подошёл к ней, потянул подол ночного платья вверх. - Что... Что ты делаешь? - Вам нужна помощь. Если Вы не подпустили к себе лекарей, это сделаю я. Не бойтесь. Я не сделаю больно и не причиню вреда. Увидев слабый кивок, аккуратно коснулся её пальцами. Видел как напряжено тело госпожи, а потому и старался сделать всё нежно, но быстро. - Ну вот и всё. Не стоило так бояться. Султанша не смогла вымолвить и слова. Стеснения уже не было. Остался только шок. Он действительно был нежен. Такой нежности она давно не получала. И от него такой чуткости уж точно не ожидала. - Отдыхайте, Валиде. Я завтра навещу Вас. Утром госпожа вышла в сад. Настроение у неё заметно поднялось. Ухаживала за цветами, которые уже давно нуждались в нежных руках хозяйки. С балкона за ней наблюдал повелитель. С самого детства он любил наблюдать за матерью. Помнится: в его таком далёком детстве они были очень близки, но сейчас он сам всё разрушил. Во что бы то не стало вымолит у матушки прощения, вернёт её доверие, пусть и будет сложно. Решил позвать её на завтрак. Им нужно поговорить. Через несколько минут госпожа вошла в покои. Во время завтрака они много говорили. Падишах уже и забыл какой Кёсем Султан интересный собеседник. Вернувшись в свои покои, султанша читала книгу. Лекари посоветовали отдыхать. Делами гарема заниматься не хотела, пока не узнает сколько времени проведёт во дворце. Понимала, что к шаху придётся вернуться. Она залог мира. Вечером Мурад нашёл время, чтобы навестить свою Валиде. Зашёл в покои, тихо закрыв дверь. Подойдя к дверям спальни, услышал всхлипы и неразборчивый шёпот. Султанше снился кошмар. - Матушка, проснитесь. - прошептал повелитель, трясся её за плечо. Госпожа открыла глаза и села на кровати. Из глаз текли слёзы. - Мурад, почему этот кошмар преследует меня даже во сне? Я стала такой слабой. - Вы не слабая. Вам просто нужно время, чтобы всё забыть. Я буду рядом и обязательно помогу Вам. Падишах подал султанше стакан с водой. После того как госпожа поставила стакан, взял её руки в свои. Тепло его рук и нежные поглаживания помогли госпоже расслабиться. Она погрузилась в сон. Мурад, убрав мешающую прядь с лица Кёсем, отправился к себе.