Глава 62

Главный экзаменатор Цучихаши Яма ранее говорил, что распределение противников в отборочном туре не случайно, а определяется результатами письменного теста, опытом выполнения миссий, итогами второго этапа, а также мнением наставников. Исходя из этого, можно было логически предположить, что цель отборочных — отсеять слабых через поединки с сильными, чтобы избежать бессмысленных жертв и травм в третьем этапе. Бой Гая против Обито и Эбису против Мизуки были типичными примерами такого подхода. Обито, как главный отстающий, был очевидно слаб, и Гаю не составило бы труда его победить. Что касается Мизуки, Генма хоть и не был с ним знаком, но, судя по тому, что в оригинале тот и в тридцать лет оставался простым учителем в Академии, его нынешние способности вряд ли были выдающимися. Эбису, который в каноне стал специальным джонином, а сейчас, благодаря дополнительным тренировкам, обладал ещё более крепкой базой, должен был одолеть Мизуки без особых проблем. Но Асума — другое дело. Он был не просто силён, а по-настоящему талантлив. В тайдзюцу он входил в группу сильнейших своего поколения, уступая, пожалуй, лишь Гаю, и находился примерно на одном уровне с Генмой, а иногда даже превосходил его. Хотя Генма и был уверен в своей победе, он понимал, что бой будет непростым. Без сомнения, Асума — не какой-то там слабак вроде Обито или Мизуки, и их поединок никак не вписывался в категорию «сильный против слабого». "Что же здесь происходит? Неужели я неверно понял цель отборочных?" Поразмыслив немного и не найдя ответа, Генма лишь покачал головой и спросил: — А когда наши бои? — Генма, ты сегодня четвёртый, после обеда. Эбису — завтра третий, утром. А я… я… — Гай почесал затылок. — А когда я, кстати? — … Гай напрягся, пытаясь вспомнить, а потом снова протиснулся к спискам, чтобы перепроверить информацию. — Я послезавтра, первый бой утром. … Примерно через полчаса толпа у списков поредела, лишь изредка кто-то подходил взглянуть. Сарутоби Асума и Куренай Юхи шли рядом, весело болтая. Атмосфера между ними была на редкость гармоничной. Их третий товарищ по команде, Хасэгава Кава, шёл с другой стороны от Асумы с абсолютно непроницаемым лицом. — …Мой брат говорил, что третий этап этого экзамена будет таким же, как и раньше: двадцать миссий ранга C и десять ранга B. Боевые задания обычно засчитываются за три, так что, думаю, десяти вылазок будет достаточно, — рассуждал Асума. Куренай выглядела немного обеспокоенной: — Десять заданий… Интересно, сколько раз придётся вступать в бой. — Бой — это призвание шиноби, чего тут бояться? В схватке побеждает храбрейший. Чем больше боишься, тем больше шансов проиграть, — заявил Асума. — Вот я, например, ни капельки не переживаю о предстоящем поединке. Куренай мягко улыбнулась: — Это потому, что ты сильный. Другим не так просто. Услышав её похвалу, Асума довольно покраснел и, почесав голову, пару раз хихикнул. Когда они проходили мимо, Куренай вдруг заметила знакомую фигуру и помахала ей рукой: — Шизуне! Шизуне, изучавшая списки, обернулась: — Куренай, вы уже здесь. — Шизуне, кто твой противник? — подбежала к ней Куренай. — Не знаю, какой-то генин из Такигакуре. Шизуне указала на объявление, а затем, внезапно прикрыв рукой одно из имён, с улыбкой спросила: — Асума, угадай, кто твой противник? — Я? — тот на миг замер, а потом безразлично пожал плечами. — Да мне всё равно. Шизуне убрала руку и молча, с улыбкой, посмотрела на него. Генма против Асумы Сарутоби, 12 апреля, четвёртый бой после обеда! Увидев эту строку, улыбка медленно сползла с лица Асумы. Его брови сошлись на переносице, кулаки сжались. — Пфф, чёртов старик! — С этими словами Асума развернулся и, не оглядываясь, вылетел из зала, устремившись к лестнице. Куренай и Шизуне остались стоять, растерянно переглядываясь. … В одной из комнат на верхнем этаже башни сидел Хирузен, беседуя с молодым человеком. — Сунагакуре в последнее время часто контактирует с Амегакуре? — нахмурившись, спросил он, глядя в отчёт. Стоявший перед ним молодой человек лет двадцати пяти, с бородкой, был очень на него похож. — Да, отец. Судя по последним данным, между ними наметилась явная тенденция к сближению. Весьма вероятно, что они заключат союз для совместной войны против Конохи. Хирузен потёр висок: — А что там, в Стране Рек… — Отец, я считаю, что Страна Рек не представляет серьёзной угрозы, — сказал Сарутоби Такааки. — Но положение Конохи сейчас очень шаткое. Похоже, на этот раз четыре великие деревни сговорились против нас. Как минимум Сунагакуре и Кумогакуре точно вступят в войну. Ивагакуре и Киригакуре могут остаться в стороне, а могут и ударить в спину. — Эх… — Хирузен тяжело вздохнул и, массируя виски, спросил: — Такааки, как, по-твоему, нам следует поступить? — Я считаю, мы должны как минимум попытаться заручиться поддержкой Ивагакуре и Киригакуре. Иначе, даже если Коноха и превосходит другие деревни по силе, войну на четыре фронта мы, скорее всего, проиграем. Такааки сделал паузу и уже собирался продолжить, как вдруг раздался грохот — дверь в комнату распахнулась от удара ноги. В комнату ворвался разъярённый Асума. Он подбежал к столу отца и с силой ударил по нему кулаком. — Это ты устроил? Поставил меня в пару с Генмой? Хирузен покачал головой: — Нет. Асума никак не ожидал, что тот станет отрицать очевидное. Его лицо побагровело, он едва не задохнулся от возмущения. — Ты можешь, положа руку на сердце, сказать, что это не твоих рук дело?! Хирузен не ответил, лишь тихо вздохнул: — Асума, поле боя — это не игрушки. Ситуация очень опасная, на третьем этапе легко можно погибнуть, ты… Асума снова ударил по столу, перебивая его: — Почему другим можно, а мне нельзя? Ты же Хокаге! Неужели не можешь даже подать пример, отправив собственного сына на войну? — Даже если бы речь шла о чужой семье, где один сын уже на фронте, я бы не стал заставлять отправлять туда и второго, — сказал Хирузен. — Асума, ты ещё слишком молод. Когда вырастешь… — Опять ты за своё! Опять то же самое! Асума, казалось, был на грани срыва. — Мне всё равно! Я хочу на войну, я хочу участвовать в третьем этапе! — Не будь таким импульсивным, Асума. Отец ведь желает тебе добра, — вмешался Такааки. — Меня никто не переубедит! — отмахнулся Асума, демонстрируя полное нежелание слушать. — У меня одно требование: я участвую в третьем этапе! Хирузен затянулся трубкой и после недолгого молчания произнёс: — Я и не запрещаю тебе. Если сможешь одолеть своего противника, то, разумеется, продолжишь участие в экзамене. Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend