Глава 93

Увидев это, Генма замер на месте, словно поражённый. Хотя у животных и была чакра, дикие звери, как правило, не умели ею пользоваться. В лучшем случае они грубо использовали её для увеличения силы и скорости, причём с очень низкой эффективностью. Лишь немногие, одарённые от природы, могли применять ниндзюцу или использовать чакру более тонко, например, для хождения по стенам или воде, как это делали шиноби. Только что этот белоногий альбатрос, хоть и продемонстрировал весьма неуклюжее ниндзюцу стихии Воды, по сравнению с остальными бестолковыми сородичами был настоящим гением. Одно это несовершенное дзюцу уже говорило о том, что его уровень чакры и интеллекта значительно превосходил обычных альбатросов. К тому же, размеры этой птицы были впечатляющими — размах крыльев семь-восемь метров. Кроме тех нескольких гигантов с десятиметровым размахом, он был одним из самых крупных. Судя по поведению, этот альбатрос, как и большинство его сородичей, поочерёдно с партнёршей высиживал яйца, а значит, в его гнезде, скорее всего, было одно или два яйца. На лице Генмы появилась улыбка. После нескольких дней наблюдений он наконец-то нашёл белоногого альбатроса с выдающимися способностями. В противном случае ему, возможно, пришлось бы просто выбрать самого крупного и ограбить его гнездо. Определив цель, Генма засел в засаде и ещё два дня наблюдал, выясняя все подробности об этом альбатросе, включая его партнёршу и местоположение гнезда. Альбатросы очень разборчивы в выборе партнёра, часто «встречаясь» раз в несколько лет, прежде чем официально создать пару и завести потомство. Поэтому партнёрша этого альбатроса тоже была незаурядной: хоть она и не владела ниндзюцу, но её размеры были внушительными — размах крыльев шесть-семь метров, что превышало размеры большинства самок. Такая выдающаяся пара, несомненно, должна была произвести на свет не менее выдающееся потомство. Спустя два дня наблюдения, когда настала очередь самца отправляться на охоту, Генма решил действовать. В конце концов, хоть его сила и была уже немалой, превосходящей обычного чунина, и справиться с дикой птицей не составило бы труда, осторожность не помешает. Самец, владеющий ниндзюцу и обладающий внушительными размерами, был явно опаснее самки. Как только самец вылетел из гнезда, Генма тут же начал спускаться по отвесной скале и вскоре нашёл пещеру, где на гнезде сидела самка, высиживая яйца. Заметив вошедшего, дремавшая самка вздрогнула и уже собиралась взмахнуть крыльями, но Генма оказался быстрее. Он молниеносно приложил руку к её телу, наклеив печать подавления. Поскольку дикие звери почти не умеют управлять чакрой, их сопротивляемость таким печатям крайне низка. Даже самодельная печать Генмы мгновенно обездвижила самку, лишив её боеспособности. Отодвинув птицу, он увидел два бледно-голубых яйца. Достав из рюкзака инкубационный ящик, Генма быстро поместил в него яйца белоногого альбатроса. Этот ящик, хоть и выглядел невзрачно, на самом деле был ценным инструментом шиноби, за который он выложил полмиллиона рьё. Сейчас он использовал его в основном для того, чтобы случайно не разбить яйца, ведь в таком ящике они были в куда большей безопасности, чем в любом другом контейнере. Спрятав яйца и закинув рюкзак за спину, Генма покинул пещеру и начал подниматься по скале. — Киии! Не успел он сделать и нескольких шагов, как с моря донёсся пронзительный птичий крик, в котором отчётливо слышалась ярость. Самец его заметил! Генма тут же ускорился, одним прыжком взобрался на вершину утёса и бросился бежать. — Кии! Киии! — крики стали ещё более частыми и тревожными. — Киии! — Кии! Кии… Вслед за этим похожие звуки начали раздаваться со всех сторон. За несколько вдохов небо заполнилось криками, и бесчисленные белоногие альбатросы, охотившиеся над морем, взмахнув крыльями, устремились к Генме. Небо стало белым от их бесчисленных силуэтов. Хотя он и не видел, что происходит за спиной, по звукам можно было догадаться о масштабе происходящего. Генма запаниковал. "Неужели белоногие альбатросы настолько сплочённые? Или тот самец, владеющий ниндзюцу, пользуется таким авторитетом в стае?" На размышления не было времени. Генма стиснул зубы и прибавил скорости, выжимая из себя всё возможное. Но бегущему по земле было не угнаться за летящими в небе. Несмотря на все его усилия, несколько самых быстрых альбатросов, во главе с тем самым самцом, начали его настигать. — Киии! Видя, что стая вот-вот его догонит, Генма на бегу сложил печати и создал теневого клона. Раздался хлопок. Оригинал продолжил бежать, а клон тут же развернулся и сложил руки в новую печать. — Стихия Огня: техника мифического феникса! Несколько огненных шаров вырвались вперёд, устремляясь в небо и рассеивая преследующую стаю. Несколько птиц, охваченных пламенем, с пронзительными криками бросились к воде. — Стихия Огня: техника мифического феникса! Как только стая попыталась собраться вновь, клон повторил атаку, снова разгоняя птиц. Клон уже собирался в третий раз применить технику, но тут вожак стаи издал яростный крик, широко раскрыл клюв и выпустил мощную струю воды. Клон едва успел увернуться, но альбатрос, пикируя с молниеносной скоростью, врезался прямо в него. Раздался хлопок, и теневой клон исчез. Самец снова взмахнул крыльями и устремился в погоню за оригиналом, а остальные альбатросы последовали за ним, быстро сокращая дистанцию. Чувствуя приближение стаи, Генма, продолжая бежать, ощутил, как по лбу струится пот: "Эти белоногие альбатросы и впрямь не так просты," — подумал он. Один гигантский альбатрос не представлял большой угрозы для шиноби уровня чунина, но несколько десятков — это уже серьёзно. Его и вправду могли заклевать насмерть. Поразмыслив, Генма, не сбавляя скорости, обернул несколько комбинированных взрывных печатей вокруг кунаев, развернулся боком и метнул их в сторону преследующей стаи. — Взрыв! — крикнул он, сложив пальцы в печать. БУУУМ! — Раздался оглушительный взрыв. Небо озарилось яркой вспышкой, земля содрогнулась, а волна горячего воздуха ударила в спину даже Генме. — Кии… Крики птиц стали жалобными. Множество альбатросов были убиты или ранены на месте. Оставшиеся, покружив в небе некоторое время, в конце концов, с неохотой рассеялись. Пробежав ещё немного и убедившись, что за ним больше нет погони, Генма наконец остановился, с облегчением выдохнул и присел отдохнуть на камень. Хоть и не обошлось без происшествий, но, заплатив немалую цену, он всё же заполучил два яйца белоногого альбатроса. "Из этих двух яиц, надеюсь, вылупится хотя бы один птенец," — подумал Генма, встал с камня и продолжил путь. Однако не успел он далеко уйти, как дорогу ему преградили двое странно одетых молодых людей. На вид им было лет по двадцать. Их лица были украшены ритуальными узорами, а одеты они были в кроваво-красные мантии с широко распахнутым воротом. На шее у каждого висело ожерелье с круглым амулетом, в который был вписан перевёрнутый треугольник. Оба держали в руках по косе и с нескрываемой враждебностью и насмешкой разглядывали Генму. Увидев их, Генма помрачнел и инстинктивно сжал рукоять меча. — Вы кто такие? Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend