Годовщина

Тридцать первого декабря Кагами не работала, хотя хотела бы. Рабочий телефон вибрировал от звонков и сообщений с разных незнакомых номеров. Кагами знала, что это Адриан, и выключила гаджет. Она планировала смотреть сериал, а наутро — развлечься с Лайлой. Сестра заявила, что не хочет мешать, ведь это был особенный день… — Отпразднуем? — постучал в дверь спальни супруги Феликс. — Земля просто делает оборот вокруг Солнца, — зевнула Кагами. — Пять лет назад мы поженились. — А, да? Точно, — девушка сделала вид, будто не перерыла все магазины мира в поисках подарка. — Я приготовил много разной еды: от итальянской до японской кухни. Кагами тут же материализовалась в дверном проходе. Феликс усмехнулся. — Говоришь, моя родная кухня? Что именно? — Сама увидишь. Кстати, если не планировала отмечать, почему так оделась? Красное платье на одно плечо было явно нарядным, а не новой пижамой мадам Цуруги-Фатом. Оно не прикрывало колени, зато подчёркивало грудь и стройную талию. Домашние тапочки Кагами сменила на чёрные туфли на шпильках под цвет пояса. Аккуратно уложенные волосы тоже выдавали намерение провести время с мужем. — Я думала, что Лайла всё же придёт, — холодно ответила мадам. — Почему интересуешься? — О, вот как, — кивнул Феликс. — Из вежливости. Не молчать же нам. Пройдя на кухню, Кагами заметила, что стол ломился от еды. Там были пицца, бекон, тосты с нутеллой, круассаны, клубничный торт, стейк и варёные яйца, но преобладали блюда японской кухни: онигири, суши, моти, удон, тамагояки и многое другое. Разумеется, на столе также присутствовал рис. — Ты же не любил японскую еду. — Я же не один в браке, — хмыкнул Феликс, наливая супруге немного шампанского. — Не жадничай, — Кагами взяла бутылку и наполнила бокал до краёв. — У нас есть что-то покрепче? — Я посмотрю. Начинай пока. Феликс зажёг свечи, выключил свет и подошёл к бару. Кагами тем временем изучила разнообразие еды и решила попробовать всё. — Ты всё равно не съешь всё это сам, — смутилась она. — Так я и не на одного готовил, — сказал Феликс. — Это подойдёт? Наблюдать за тем, как его жена опустошает бутылку самого элитного вина, которое у них только было, было весело и чуть-чуть страшно. Мужчине не было жалко, он лишь волновался, что ей будет плохо, и умилялся смущению, которое она пыталась скрыть. — А виски у нас случайно не было? — спросила Кагами, пробуя последний вид суши. — Может, водички? — Так бы и сказал, что нет. Не волнуйся, я не пьянею так быстро. Ох, как вкусно, сейчас лопну. — Передать что-нибудь? — Хм… Что я ещё не пробовала? Кажется, круассан с вишней. Ты взял их в моём любимом кафе? — Разумеется. Когда еда была съедена, Кагами едва не упала со стула в попытке встать. — Может, таблетку от тяжести в желудке? — подошёл к супруге Феликс. — Хочешь сказать, я много ем? Не готовил бы столько! — Я не об этом… Нигде не болит? — Болит, — Кагами взяла его руку и положила на себя. — Сердце. — От нервов? Запишу тебя после праздников к надёжному врачу. — От любви, — захныкала Кагами. — Что? — замер Феликс. Жена встала и упала в его объятия. Всё в ней выдавало опьянение нешуточной степени: проблемы с координацией, затуманенный взгляд и руки, настойчиво пытающиеся забраться под белоснежную рубашку Феликса. — Я так тебя люблю… А ты… Какашка. Нельзя было влюбиться в ответ? Холодный такой, меня прямо морозит. Речь девушки не была чёткой, но её супруг разобрал её. — Я отведу тебя в спальню. — Правда? — в глазах Кагами появился блеск. — В твою, — объяснил Феликс. — Останешься? — Зачем? — еле сдерживал смех мужчина. — Слушай, я в тебя влюбилась ещё до свадьбы, ты, Северный Океаничный Ледник! Неужели ты даже секса со мной не хочешь? Феликс всё же хихикнул, неся возлюбленную на руках в спальню. — Весело тебе? — Кагами ударила его в плечо, но удар был не то что слабым, он больше походил на поглаживание. Толкнув ногой прикрытую дверь, он положил руку на голову жены, чтобы она не ударилась. Феликс положил Кагами на кровать и заботливо укрыл одеялом. — Спокойной ночи. — Эй! — крикнула девушка. — Точно, туфли, — мужчина бережно снял обувь и поставил у кровати. — Я не об этом! Кагами схватила Феликса за руку и что-то шепнула. Он наклонился, чтобы услышать, и попал в плен её губ. Мадам Цуруги-Фатом властно ласкала его губы своими, изучая каждый миллиметр. От неё веяло насыщенным запахом алкоголя, но это никого не волновало. Кагами притянула мужа к себе с невообразимой силой, чтобы целовать снова и снова. — Я хочу тебя, — прошептала она ему в губы. — Ты пьяна, — покачал головой Феликс. — Ты разве не хочешь? — Кагами провела пальцем по его рубашке до ремня. — Ты утром точно пожалеешь, — Феликс встал, взял с тумбочки стакан воды, слегка намочил руку и провёл по лицу супруги. Затем плеснул себе в лицо, желая успокоить тело, что умоляло поддаться страсти, пока мозг кричал о сдержанности. — Как же красиво, — простонала Кагами, наблюдая за каплями, что стекали по лицу Феликса. — И я вижу, что ты меня хочешь. Мужчина тяжело дышал и попытался прикрыться запасной подушкой. Кагами вырвала её из рук мужа и потянулась к ремню. — Зачем терпеть? Мы в браке уже пять лет, но ни разу не занимались сексом. — Ты настолько пьяна, что противоречишь собственному поведению. Твоё тело не слушается тебя, Кагами. — Я знаю, что уже давно тебя люблю. Говорю же, примерно шесть лет! И я до безумия хочу тебя, Феликс. Тебе что, так сложно меня трахнуть? Красная помада на приоткрытых губах, слегка опухших от поцелуев, манила. Девушка лежала так близко, соблазнительно приглашая в постель для страстного времяпровождения. Растрёпанные волосы были разбросаны по подушке. Кагами смотрела на него с огнём в глазах, который никогда ранее не показывала и вряд ли покажет по-трезвому. Член Феликса настойчиво требовал свободы от брюк, ставших тесными. И всё же… Мужчина вышел из комнаты, потушил свечи и заперся в своей спальне. Принялся отжиматься, чтобы отвлечься, но вновь и вновь возвращался мыслями к супруге. — Аргх! — он упал на пол. Кагами то подозревала его, то приглашала в свою постель. Была то хладнокровной, то страстной, но равнодушной — никогда. Феликсу нравилось быть участником её игры, но не когда проигрывали оба. «Должно быть, она уже спит», — подумал мужчина. Снять такое возбуждение было возможно только одним способом. Он лёг на кровать и обхватил рукой член, представляя разгорячённую Кагами под собой, на себе, пока не кончил. Сразу после оргазма Феликс провалился в сон.

***

Когда он проснулся, какое-то время пытался понять, не приснилось ли произошедшее. С этими же мыслями мужчина принял душ и пришёл на кухню, чтобы приготовить завтрак. Поток японских ругательств в соседней спальне был слышен и там. — Вот я дура… — Кагами вышла из спальни в том же платье и домашних тапочках с котиками, держась за голову. — С Новым годом, — Феликс спокойно протянул ей таблетку и воду. — Я сварю тебе суп от похмелья. — Я… Спасибо. Приняв лекарство, Кагами отправилась в душ. Когда она пришла на кухню, была в чёрной футболке и фиолетовых штанах. — Поешь, — Феликс уже завтракал. Напротив него стояла тарелка, полная еды. Что-то осталось со вчера, что-то было приготовлено им недавно. Кагами села за стол и втупилась в тарелку. — Давай я приготовлю обед и ужин. Мне стыдно за то, что так напилась. — С кем не бывает, — пожал плечами Феликс. — У тебя сейчас стрессовый период, вот и не сдержалась. — Я не поблагодарила тебя за еду вчера. Да и сегодня… Спасибо. Большое спасибо. Мужчина коротко улыбнулся: — Ты не сделала ничего незаконного, не беспокойся. Вкусно? — Очень. После завтрака Кагами вернулась в свою комнату и стала ждать Лайлу. Та пришла с подарками для обоих Цуруги-Фатом. — На тебе лица нет… Что случилось? — Я напилась. Никогда столько не пила! — Что ты сделала? — с интересом уточнила Лайла. — Станцевала на столе? Тебя стошнило на Феликса? Ты продала свою любимую сумку? Купила кучу безделушек? — Хуже. Я поцеловала Феликса… И требовала секса. Лайла упала на пол, её глазные яблоки едва не вывалились туда же. Она привыкла к сдержанности сестры, поэтому никак не ожидала, что для её раскрепощения достаточно немного алкоголя. Впрочем… — Это сколько же ты выпила? — Не помню. Кажется, две бутылки вина, ещё шампанское… Может, виски нашла? — Зачем? Ты же редко пьёшь — и сразу столько? Подозреваю, нужно было вызывать врачей, — Лайла принялась рассматривать сестру. — Сейчас что-то болит? Может, тошнит? — Я в норме. Феликс дал таблетку и сварил суп от похмелья. Знаешь, видимо, в последнее время мои нервы совсем сдают позиции. — Ну даёшь, — Лайла покачала головой. — По-трезвому признаться никак нельзя было? — Признаться? Точно… Я сказала, что любила Феликса ещё до свадьбы. Какой позор! — Кагами впечаталась лбом в стол. — Нет мне прощения. — Я проверю, зол ли твой муженёк, — решила Лайла. — Заодно отдам подарок на вашу годовщину. Кстати, а эта футболка у тебя давно? Не видела тебя в ней раньше. — У меня много одежды, — пожала плечами Кагами. — После стирки нашла. — А, ладно. Лайла поднялась и, взяв один из пакетов, отправилась к Феликсу. Тот был в спальне, гладил рубашку, но вышел в коридор. — Да? — Это тебе. С годовщиной и Новым годом, — Лайла протянула пакет. Феликс распаковал подарок и обнаружил наручные часы. С улыбкой поблагодарив Лайлу, он протянул ей ответный подарок. — Мне? — удивилась та. — Новый год же. Подумал, тебе понравится. — Это что, коллекционная кукла? Как ты узнал, что я на неё охочусь? — Спросил у общих знакомых. К тому же, я подписан на твои странички в социальных сетях, хотя редко имею свободное время смотреть публикации. — Ты самый лучший родственник, — прыгала от счастья Лайла. — Кагами подарила мне другую, и теперь у меня вся коллекция! — Знаю, — хмыкнул Феликс. — Поздравляю. — Кстати, у вас всё хорошо? Кагами сама не своя. — Она может плохо себя чувствовать после вчерашнего ужина, мы не ссорились. Не волнуйся. Лайла кивнула и вернулась к сестре. — Он не злится. Кажется, даже не против знакомства с такой твоей стороной. Идеальный муж, скажи? — Я от стыда готова под землю провалиться. Можешь отдать подарок, который приготовила я? — попросила сестру Кагами. — Зачем? Ты не сможешь избегать его вечно, даже если постараешься. — Я не могу ему в глаза смотреть! Как можно делать вид, что ничего не произошло? Хоть бы накричал на меня, что ли… Он что, всем девушкам позволяет такое?! — Милая сестричка, вы женаты уже пять лет, и не в характере Феликса изменять. Думаю, он был в шоке, что ты не равнодушна к нему, но рад, что его чувства взаимны. — Думаешь, он тоже меня любит? Феликс никогда не говорил такого. — Это говорят его поступки! Так не заботятся о тех, к кому ничего не испытывают. Так что отдай подарок сама. Я потом позвоню, сейчас у меня встреча. Наслаждайтесь обществом друг друга, — подмигнула Лайла. — Садистка, — простонала Кагами. Феликс никогда не думал, что будет подслушивать разговоры. Его воспитывали не так, но ухо мужчины словно примагнитилось к двери. Разумеется, он удалился в другой конец квартиры, когда понял, что сёстры прощаются. «По мне действительно не видно, что я люблю Кагами? Я думал, это слишком очевидно… Видимо, только для Лайлы», — подумал Феликс. Спустя какое-то время, наполненное ожиданием и теориями, в дверь его спальни постучали. — Войдите. — Эм… — Кагами замерла на пороге. — Да? — Феликс отложил папку с документами в сторону. — Мне очень-очень жаль, что я повела себя, как помешанная на сексе. Это было ошибкой, которую я постараюсь не допустить. Прими, пожалуйста, подарок, который я забыла отдать вчера. Надеюсь, понравится. Феликс открыл коробку и обнаружил духи. Он сразу пшикнул их на запястье. У Кагами дрожали руки, она старалась смотреть на всё вокруг, лишь бы не на мужа. — Мне нравится, — кивнул он. — Теперь буду пользоваться только ими. — Это совсем не обязательно… — Но мне нравится аромат. Почему нет? И посмотри уже мне в глаза. Ничего же не произошло, ты так и не смогла мной воспользоваться. — Воспользоваться?! Ты так это видишь? — А что это было? — Я хотела секса с любимым мужчиной, — процедила Кагами, наконец смотря на него, пусть и убийственно. — Повелась, — усмехнулся Феликс. — Если так хотела, нужно было просто не напиваться. — Хочешь сказать, тебе всё равно, с кем трахаться? — Как грубо. Мужчина встал и схватил её за руку, а затем прижал к двери. Он провёл кончиками пальцев по её скуле — едва ощутимо, но достаточно, чтобы Кагами покраснела. Она отвела взгляд. — Пойдём, — Феликс потащил её за руку на кухню. — Зачем? Почему? — Потому что я хочу признаться красиво. Кагами замерла посреди кухни. Комната была украшена красными и белыми розами, на стенах висели воздушные шарики. — Я полюбил тебя до свадьбы, Кагами, и всё это время пытался понять, есть ли шанс вырастить из фикции искренность. Твоё равнодушие говорило, что вероятность крайне мала, поэтому я не лез, заботился издалека. Но больше не хочу скрывать. Я люблю тебя, Кагами. — Я стою в домашней одежде, призналась тебе крайне некрасиво. Мне слишком стыдно. — Можешь признаться ещё раз, здесь, если хочешь, — улыбнулся Феликс. — Кстати, это моя футболка. Видимо, после стирки перепуталось. — Боже… — Кагами спрятала лицо в ладонях. — Ладно, что уже терять. Она подбежала к мужу и нежно коснулась его губ. Феликс обнял её и ответил с той же чувственностью. — Я люблю тебя, — прошептала Кагами. — Мне почему-то не верится, — улыбнулся Феликс. — Вот как? — прищурилась японка. Она прижалась к мужу и обвила руками его шею. Своим языком девушка проникла в его рот, постанывая от удовольствия. — М-м, — Феликс тоже сходил с ума. — Так лучше? Когда я трезвая, — отстранившись, спросила Кагами. — Теперь у нас намного больше свободы. Хотя если бы я выпил больше нормы вчера, мы бы даже до спальни не дошли. Феликс коснулся губами её шеи, провоцируя рваный вдох. Кагами пробралась пальцами под его футболку, намеревалась её снять. — Действительно, зачем нам спальня, — прошептала она на ухо мужу. Телефон Феликса завибрировал, но мужчина не обращал внимания, пока не услышал голос охранника за входной дверью в квартиру: — Месье, мадам, на соседней крыше снайпер! Ещё никогда супруги не были так злы на Адриана. С сожалением отстранившись, Феликс поправил одежду. Кагами была готова убить Агреста собственными руками. — Месье? Мадам? — Слышу, — Феликс открыл дверь. — Есть ещё сведения? — Подозрительная группа людей возле офиса мадам Цуруги-Фатом. Возможно, скоро придут и сюда. Мы уже вызвали подкрепление. Вам лучше переждать в безопасности, пока всё не уляжется. — Понял, спасибо, Рикс.