Часть 3

Они договорились молча. Никаких слов. Никаких объяснений. Просто — расстояние. Он стал уходить раньше. Она — задерживаться дольше. На кухне они теперь оказывались в разное время, словно по расписанию, которое никто не составлял, но оба строго соблюдали. Если он входил — она находила повод выйти. Если она смеялась в гостиной — он закрывался в комнате. Так было правильнее. Так было безопаснее. Но легче не стало. Она ловила себя на том, что всё ещё слушает шаги. Просто теперь — чтобы убедиться, что их нет. Он ловил себя на том, что смотрит на закрытую дверь её комнаты дольше, чем нужно. И каждый раз напоминал себе: нельзя. В школе она снова начала общаться с тем парнем. Не потому что хотела. Потому что было проще — чувствовать что-то понятное, разрешённое. Он видел их вместе. Снова. И теперь — отворачивался. — Ты его игнорируешь, — сказала мать за ужином, глядя на него. — Просто устал, — ответил он. Она заметила. И это задело. Позже, когда родители ушли спать, она сидела на полу в своей комнате, прижав колени к груди. Телефон светился, но она не читала сообщения. Она встала и подошла к зеркалу. — Возьми себя в руки, — сказала отражению. — Это просто чувство. Оно пройдёт. Она не поверила себе. Он тем временем сидел на кровати, сжимая в руках телефон, будто тот мог удержать его на месте. Он знал: если сейчас выйдет — всё станет хуже. Ты старше. Ты должен быть умнее. Ты должен остановиться. На следующий день они впервые заговорили — случайно. Она споткнулась на лестнице. Он поймал её автоматически. Руки. Слишком знакомо. Они замерли. — Спасибо, — сказала она быстро, отстраняясь. — Осторожнее, — ответил он и тут же убрал руки, будто обжёгся. Она ушла первой. Но сердце билось так, будто она бежала. Вечером раздался дождь. Громкий, настоящий, заполняющий дом. Свет вырубило. — Отлично, — пробормотала она в темноте. Дверь её комнаты открылась. — Ты в порядке? — спросил он. Она кивнула, хотя он не мог видеть. — Просто… темно. Он включил фонарик на телефоне. Свет дрожал. — Хочешь, посидим в гостиной? — предложил он осторожно. — Пока не включат. Она колебалась. Секунду. Две. — Ладно. Они сидели на разных концах дивана. Между ними — пустота, в которой было слишком много чувств. — Мы справимся, — сказал он вдруг. — Это пройдёт. — Ты уверен? — спросила она. Он не ответил сразу. — Я должен быть, — наконец сказал он. Она посмотрела на него. Не с надеждой. С пониманием. — Тогда не исчезай совсем, — тихо сказала она. — Мне тяжело, когда ты как будто меня не видишь. Он посмотрел на неё впервые за долгое время — прямо. — Я вижу тебя слишком хорошо, — ответил он. Свет вернулся внезапно. Ярко. Не вовремя. Они встали почти одновременно. — Спокойной ночи, — сказала она. — Спокойной, — ответил он. И снова — двери. Стены. Расстояние. Но теперь оба знали: это не решение. Это — отсрочка.