Пролог

Помню, как дождь стучал по крыше, как скатывались капли по стеклу, родителей в машине, обсуждающих наш недавний переезд в другой город, и как на фоне по радио тихо играла тоскливая музыка. Осень началась с моросящих дождей, хмурых туч и серых будней, а в окне мелькали частные скучные домики, желтеющая трава и деревья. – Джесс, ты взяла с собой зонтик? – поинтересовался отец у матери, осторожно поворачивая машину в сторону знакомой улицы. Я отняла руку от окна, когда Майкл – мой отец, недовольно повторил не пачкать стекло пальцами. – Нет, я думала ты его взял. Разве в прошлый раз зонтик не остался в багажнике? – Я, кажется, потом отнёс его в дом. – Привычно почесал тот щетину. – Рэйчел, глянь, нет ли на задних сиденьях его. – Мы встретились взглядами с папой в салонном зеркале заднего вида. – Там пусто. – Ты даже не удосужилась осмотреться. – Потому что я знаю, что зонтика там нет. Я бы заметила, когда садилась. Отец насупил брови и открыл было рот, чтобы сказать что-то ещё, как его успокоила мама: – Ну ничего страшного, Майкл. Дождь несильный. Успеем быстро добежать до дома. –Ты совсем недавно болела... Они перешли на шёпот, иногда жестикулируя, будто я не пойму или не услышу о чём идёт речь. Такая фишка у взрослых. Мама, как обычно, ко всему относилась намного проще, чем эмоциональный отец. В итоге он настоял на своём – принесёт зонт, а она в ответ лишь мягко улыбнулась уголком сухих губ. С тех пор, как мы уехали из тёплой Флориды месяц назад, всё поменялось. Старая жизнь осталась в прошлом, как и наш уютный большой дом, бывшие милые соседи, моя любимая школа и придурковатые друзья. Наверное, поэтому я в последнее время ходила хмурая – все приняли эту новую жизнь, кроме меня... С этим городом вправду что-то не так. И дело не только в лесу, который огорожен забором, а в странной атмосфере. Я побежала открывать дверь, выйдя из машины, когда мне отдали ключи от дома. У нас не приветствовалось ходить в обуви, поэтому, разувшись, поспешила наверх в свою комнату. Толком никак не переодевшись, включила компьютер, и на экране приветственно загорелась надпись «Windows». Я сама за целый день наконец-то улыбнулась, громко кликая мышкой, в надежде увидеть новое письмо от Николаса, но там оказалось пусто... – Что там? Твой парень ещё не ответил? – послышался мамин голос из соседней комнаты, где она переодевалась. Я уже привыкла, что она интересуется моей личной жизнью. – Обычно он всегда отвечает после школы, но сегодня почему-то молчит. – Отношения на расстоянии никогда не даются легко. И с этим я готова была согласиться. Мы с Ником отдалились с тех пор, как я переехала, однако я продолжала хвататься за него, как за спасательный круг, всё чаще обещая, что обязательно приеду в гости, несмотря на то, что сейчас в семье с деньгами сложно. – А вот я считаю, пора бросать этого олуха, – подслушал разговор отец. – Рано ещё в семнадцать встречаться с кем-то, ты бы лучше к экзаменам готовилась, – и тоже поднялся на второй этаж к маме в комнату. – Мне этот твой Ники-шмики никогда не нравился. Я лениво покачивалась из стороны в сторону на стуле на колёсиках, закинув голову на спинку. – Николас. Он Николас, пап, – поправила его. – Да кто угодно. Никогда толком ничего нормально сделать не мог. Даже цветы ни разу не подарил твой джентльмен, – через несколько минут я наблюдала боковым зрением, как родители спускаются вниз. Ник вправду за время наших отношений не подарил мне ни цветов, ни подарков, ему вечно что-то мешало. «Однако он угощал меня пару-тройку раз в кафе!» – успокаивала так себя. И, вообще, каждый любовь проявлял по-своему, не в деньгах счастье. Ничего папа не понимал… – Зато я нравлюсь ему! – запоздало выкрикнула ответ, но Майкл его уже не услышал. Ну и ладно. Вскоре небо совсем заслонило тёмными тучами и моросящий дождь сменился ливнем. Я молча наблюдала в полутьме комнаты за бьющими в окно каплями, а кривые ветви деревьев покачивались на ветру. На секунду в небе блеснула молния, а за ней последовал раскат грома. Я больше съёжилась, когда глянула на макушки сосен неподалёку, где начинался лес. Иногда мне казалось, что в этих деревьях я вижу чьи-то очертания, но ведь человек не может быть настолько высоким и стоять настолько неестественно? Я резко задвинула шторы, списывая всё на своё бурное воображение – оно у меня с самого детства такое – и постаралась прислушаться к другим звукам. С первого этажа бил жёлто-оранжевый свет, кажется, папа снова смотрел телевизор в гостиной, а по запаху мама готовила вкусный суп. С более позитивными мыслями я глянула вновь в экран компьютера: до сих пор молчит. Возведя глаза к небу, с тяжелым вздохом я взялась за мягкий тканевый рюкзак на полу и принялась за домашнюю работу, впереди ждал недоделанный проект.

***

Я проснулась спустя часа два на кровати вся потная и с болью в голове. К тому моменту на улице только больше стемнело, а дождь так и продолжал лить. Лампа на столе освещала мои записи, скомканные листы бумаги, письменные принадлежности и пустую кружку из-под какао, оставшуюся ещё с утра. Перед тем, как вырубиться, я успела сделать только часть проекта, на другую у меня просто не осталось сил... Встать с постели в тот момент было для меня чем-то невообразимо трудным, я была готова сдаться сну, как меня повторно окликнул голос матери. Я выдала со стоном что-то подобное на ответ: «Иду», и постаралась наконец переодеться. В моём гардеробе было довольно много чёрной одежды, поэтому, завидев меня в тёмной водолазке, джинсах и синей клетчатой рубашке, родители никак не удивились. – Мисс Уилсон, второй раз греть суп я не собираюсь, – строго предупредила мать, выделив фамилию. Я уселась за обеденный стол, параллельно краем уха слушая новости по телевизору. Наша гостиная была объединена с кухней, потому оттуда всё отлично слышно. – А почему вы меня не позвали раньше? – спросила, когда передо мной поставили тарелку с супом и вручили ложку. – Ты так крепко спала, что решили не будить. Кстати, – повернулась женщина, делая высокий хвост из копны рыжих волос, – кружку на твоём столе я специально оставила. Вымоешь её сама. Я пожала плечами, мол, хорошо и начала ужинать. В новостях говорили, что поиск пропавших без вести людей пока не обвенчался успехом, но полиция делает всё возможное. При каждом упоминании об этом меня бросало в лёгкую дрожь, а липкий страх никак не покидал. Да, эти люди пропали давно и к тому же в другом районе – на окраине города, однако это не мешало развитию моей паранойи, даже наоборот. Я не знала, были ли ещё когда-то подобные случаи, кроме тех, которые освещались по телевизору, но тогда бы это объяснило, почему у леса поставили забор. Признаюсь, несмотря на свои опасения, всё равно страшно интересно узнать, что же кроется в той чаще. Боюсь, правда мне не понравится. И, всё же, я стараюсь не делать глупостей и не лезть, куда не стоит. – Рэйчел, – вновь позвала меня мать, – мы с твоим папой сходим в гости. Возможно, вернёмся поздно. – А к кому? – Да так, – отмахнулась она. Я задумчиво водила ложкой по содержимому в тарелке. И кто же это мог быть? Они с папой уже обувались, и тогда я засеменила к ним со странным вопросом: – Можно с вами? – и криво улыбнулась. Ещё бы спросила, когда они уже в машину сели, блин. – Нет, Рэй, тебе проект ещё доделывать, – папа держал в руках зонтик, пока ждал маму. – Ты совсем недавно жаловалась, что у тебя времени нет, настолько занята учёбой. Вот и занимайся, – мужчина вышел за дверь, расправляя зонт, потом спустился с крыльца. – В следующий раз, договорились? – мы взаимно улыбнулись друг другу с мамой. – Иди спать, если будет поздно – нас не жди. Дверь закрой, – предупредила она. Помахав родителям на прощание, я закрыла дверь и повернула замок. Ладно, не в первый раз сижу одна.

***

Когда я доела суп, то оставила грязную тарелку в раковине и пошла дальше заниматься своими делами. Я считала, что нет ничего интересного в этих скучных серых школьных буднях. Приходилось фактически заставлять себя заниматься всем этим. Не только учёбой, также поддерживать общение со сверстниками. Я не понимала, почему так происходит, это место словно выкачивало из меня все жизненные силы. Порой, даже переписки со старыми друзьями из Флориды начинали мне надоедать. Оставалось только понадеяться, что так на меня повлиял переезд и скоро это всё закончится. Наконец закончив несчастный проект, я перекачала его на флешку и бросила на дно рюкзака. Время перевалило уже за полночь, я начинала переживать, ведь Николас до сих пор отмалчивался. Устало потирая глаза, я набрала номер парня и направилась в ванну чистить зубы. В отражении потёртого зеркала меня встретила девушка с длинными огненно-рыжими волосами и тёмно-карими глазами, ростом метр шестьдесят. – Ник, привет! – на душе стало чуть легче, когда он поднял трубку. – Э-э... Рэй? – неуверенно запнулся он. – Привет, почему так поздно звонишь? – или мне показалось, или у него вправду играла музыка? – Ты не ответил мне на сообщение. Был чем-то занят? – Ну... – тот странно усмехнулся, – можно и так сказать. Его последние слова больше всего мне не понравились. Я решила не ходить вокруг да около, не сюсюкаться с ним, а спросить напрямую: – У тебя там какая-то вечеринка? – хотя, судя по моей глупо расплывшейся улыбке на губах и потупившему взгляду в пол, вышло так, будто флиртовала с ним. – Меня позвали друзья, – объяснился он. – По твоему тону можно понять, что там есть кто-то ещё, помимо друзей. – Слушай, я сейчас не могу разговаривать, Рэй, – тяжело выдохнул он в трубку, – поговорим потом. Спокойной ночи. – Что? Как это понимать?... – не успела я договорить, как вызов сбросились и послышались гудки. Не нравилось мне всё это, слишком странно. На моей памяти Николас редко ходил в подобные места, с чего вдруг? Так ещё в двенадцатом классе. Я не собиралась всё пустить на самотёк, поэтому, закончив с водными процедурами, вернулась за компьютер, чтобы написать своей старой подруге – бывшей однокласснице Мии. Она как раз и познакомила меня с Николасом. Возможно, Мия могла что-то слышать от него на счёт вечеринки. Но и она молчала. «Глупо ждать от неё ответ так поздно. Спит наверняка» Перед тем, как лечь спать, я вновь глянула в сторону окна. Казалось, дождь лил уже целую вечность и не думал заканчиваться. Я хмуро представляла, какие большие лужи образуются завтра утром. Если так оно и произойдет, я должна буду обязательно уговорить отца довезти меня до школы, ибо потом пачкать свои белые новые «Конверсы» по дороге к автобусной остановке не собиралась. Отодвинув в сторону штору, я глянула в сторону леса. Высокие сосны и ели уверенно стояли, несмотря на разбушевавшуюся погоду. – Так и знала, мне показалось, – тихо озвучила мысли вслух, вспоминая, что недавно среди деревьев мне привиделась чья-то высокая фигура. – Люди не могут стоять в настолько неестественной позе, – со смешком убедила себя я, – папа прав: надо спать больше, тогда и казаться ничего не будет, – оставив штору специально открытой, так и легла в кровать. Звук дождя убаюкивал.

***

Я проснулась от грохота на первом этаже. Словно что-то упало. Однако звук был достаточно громким, чтобы услышать его на втором этаже. Думаю, ещё повлияло то, что дверь в свою комнату я оставила открытой. Что ж, была уверена: это родители вернулись. Как сказала Джесс, я не ждала их и просто легла спать, но, полежав в кровати некоторое время, поняла, что нужно сходить в уборную и хочу попить воды. Минут через пять я вышла из ванной комнаты и сонливо направилась вниз по скрипучим деревянным ступенькам. Босиком было приятно ходить по мягкому ковру. Я зябко огляделась по сторонам в коридоре, потирая плечи. Табун мурашек прошёлся по телу при единственной мысли насколько сейчас на улице холодно. Не знаю, сколько было времени на часах, явно не утро. Может, час или два ночи? Может, три? В любом случае, что странно, обуви родителей я не заметила в прихожей. Даже проверила замок – входная дверь закрыта. Они, конечно, могли ещё войти через задний вход, но зачем? Я медленно двинулась вперёд в темноту коридора. Гостиную проверять не стала, первым делом направилась к заднему входу, проходя мимо приоткрытой двери чулана. Задний вход тоже оказался закрыт, неудивительно. Я приоткрыла дверь на улицу, просто проверить, нет ли никого там. Однако что-то заставило меня удивиться: на крыльце я заметила, что окно на кухню было полностью открытым. Не помню, чтобы оставляла его... – Мам, пап, вы пришли?! – крикнула я в темноту дома, обернувшись назад и закрыв за собой дверь. Мёртвая тишина служила мне ответом, только капли барабанили по крыше. В этот раз я менее уверенно зашагала назад. Очень хотелось вернуться обратно в кровать и спрятаться под одеялом, однако я бы не смогла заснуть из-за нервных мыслей, пока всё не проверила. Для большей уверенности повторно окликнула родителей – ответа нет... Тогда мне стало ещё хуже, сердце застучало в груди – умела себя накрутить. Я прошла мимо закрытой двери чулана в мрак гостиной, мысленно заверяя себя, что мне кажется и это всё плод моей больной фантазии. И вот, когда я прошла на кухню, то никого не увидела. Там было пусто, ни единой души! Словно камень с плеч. Я более спокойно подошла к раковине и закрыла окно. Честно, хотелось прокрутить пальцем у виска моей паранойи. Это же надо такой бред придумать? Ха, а окно как открылось? Понятно ведь, что это ветер на улице бушует, ну, или обычный сквозняк в доме. Всё бывает. Гремя кружками, я достала любимый стеклянный стакан и налила себе попить из-под крана. Сейчас прохладная вода как никогда помогла мне расслабиться. Вылив оставшуюся жидкость на дне в раковину к немытой тарелке, – плевать на неё – я с отвращением убрала ногу в сторону. Кажется, на что-то наступила... Изначально, не до конца разобравшись что это, моё лицо сморщилось в лёгком отвращении, однако, глянув на пол, ровно через секунду до меня дошло осознание всего ужаса. Мои глаза резко распахнулись, когда увидела очертания следа от обуви на полу, а также на столешнице рядом с окном. Сердце бешено заколотилось, ещё чуть-чуть и остановится. Я даже не могла вздохнуть эти несколько секунд, просто встала в оцепенении. В небе мелькнула новая молния, и я получше смогла рассмотреть уже следы, обходящие стол, на котором мы обычно готовим, и ведущие куда-то в сторону гостиной... Я подняла взгляд и уставилась на мужскую фигуру в проходе напротив. Теперь мне стало по-настоящему страшно. Это была не паранойя. Словно ком в горле. Дикая паника охватила меня, и я вжалась спиной в столешницу. – Пап?... – совсем неуверенно спросила я. Голос предательски задрожал. В таком состоянии вообще было что-либо делать тяжело. Я знала, что это не мой отец, потому что он не ходил в таких чёрных сапогах, не носил жёлтую куртку и, тем более, не имел у себя этой жуткой белой маски с чёрными губами и нарисованными тонкими бровями. И всё-таки я наивно надеялась на обратное. Моя рука медленно потянулась к кнопочному телефону на столе, чтобы позвонить в «911». Мы не отрывали взглядов друг от друга, думаю, человек в маске прекрасно знал, что именно я собиралась сделать. Ожидаемо, что позвонить мне никто не дал: незнакомец рванул ко мне, и я в последний момент успела оббежать стол. Ещё чуть-чуть и тот схватил бы меня за волосы. Реагировать приходилось моментально, к сожалению, к такому меня жизнь не готовила. Я рывком отодвинула лёгкую табуретку в гостиной к проходу, чтобы выиграть себе хотя бы несколько секунд, и по привычке понеслась на второй этаж. Я побоялась, что буду слишком долго копаться с замком у двери, поэтому побежала наверх, однако в итоге сделала себе же хуже, ведь на втором этаже выхода нет. Закрывшись в своей комнате, я, рвано вздыхая, потянулась к телефону на зарядке. – Здравствуйте, «911», что-то случилось? – спросила женщина на линии. Я молчала несколько секунд, хотя знала, что времени уже нет – мужчина поднимается по лестнице. Я старалась собраться и четко, понятно изложить суть всей ситуации. – Вы здесь? – снова спросили по ту сторону трубки. – Помогите, пожалуйста!... – но в итоге я заплакала. Когда женщина попросила рассказать, что произошло, то зарыдала: – В м-мой дом ворвался кто-то! Я не... Я н-не знаю, кто это! Он хочет убить меня! Вызовите хотя бы кого-нибудь, не важного кого! Своим плачем я выдала себя незнакомцу. Была уверена, если он не глуп, то давно понял, где я нахожусь. Женщина начала задавать вопросы, спрашивать, как одет человек, в каком состоянии я, есть ли у него оружие. С каждым разом я отвечала всё тише и тише, пока сама неосознанно не спряталась под столом, ближе подкатив к себе стул, будто это спасёт меня. После того, как я продиктовала адрес дома, оператор попросила оставаться на связи в случае чего. Я открыла громко окно, чтобы человек в маске подумал, что сбежала, и вновь спряталась под столом – очень надеялась, что меня там не видно. На некоторое время повисло гробовое молчание. Я перестала обращать внимание на дождь, настолько погрузилась в мысли. Было жутко не то, что двигаться, дышать... И сверлила взглядом дверь. – Не волнуйтесь, скоро к вам приедут, – продолжали успокаивать меня. Только закралась в моей голове светлая мысль, что скоро приедет полиция или мужчина в жёлтой куртке потерял меня, как прозвучал оглушительный выстрел, и в деревянной двери образовалась маленькая дыра от пули. Это означало лишь одно… Он нашёл меня. Я сбросила вызов, несмотря на все просьбы оператора до того оставаться на связи – наш разговор создавал слишком много шума, и просто принялась наблюдать, как в двери от новых выстрелов образуется ещё два отверстия. Незнакомец искал меня диким взглядом, смотря в дырки, его способ поиска пугал. И вот, когда дверь открылась после сильного удара с ноги – старый замок слетел – тёмная фигура медленно прошла в комнату… Не знаю, игрался ли он со мной. Человек в маске с интересом осмотрелся: оценил снимки на стене, проверил шкаф с вещами, оглядел мою кровать с скомкавшимся одеялом, а потом выжидающе остановился у стола – в нескольких сантиметрах от меня. Возможно, рассматривал предметы на нём, компьютер и канцелярию. Я прикрыла ледяными ладонями рот, горячие слёзы стекли по щекам к подбородку, даже закусила губу, чтобы заставить себя успокоиться. И тут я заорала, когда стул в момент отлетел в сторону, с грохотом ударяясь о стену, а меня с адской болью потянули за волосы, обращаясь хуже, чем с животным. Меня буквально заставили подняться на ноги и бросили к окну, от чего я сильно ударилась головой. Рана на лбу закровоточила, а в глазах поплыло. Понятия не имела, что сделала не так, за что и почему заслужила смерти от рук психопата. Мне ничего не оставалось, кроме как начать просить оставить меня в покое: я в рыданиях пообещала, что никому не расскажу об увиденном. Однако через пелену слёз мой взгляд встретился лишь с холодной пустой маской человека. От него несло едким запахом табака, одежда была мокрой, а с кончиков русых волос скатывались капли. В прорезях маски, в карих глазах я не увидела сожаления, я вообще не увидела никакой реакции... Ему было плевать на мольбы, плевать кто я и что. И ему было плевать на убийство человека.