Глава 1: Неожиданный поворот

Летняя дача родителей Натальи и Евгения стояла на опушке соснового леса, окружённая цветущими кустами сирени и старыми яблонями. Воздух был густым от запаха травы и дыма мангала — Евгений только что жарил шашлыки, а Наталья накрывала стол на веранде. Ясенька, смеясь, помогала матери расставлять салаты, а Торин, как всегда немного отстранённый, но вежливый, сидел в плетёном кресле с книгой в руках, изредка поглядывая на Ясеньку поверх страниц. Всё было спокойно, пока не зазвонил телефон Натальи. Она вышла на веранду, ответила, и сначала её лицо осветилось улыбкой — видимо, звонила подруга из города. Но через минуту улыбка исчезла. Наталья замерла, прижав телефон к уху, и медленно опустила руку. — Что случилось, мам? — спросила Ясенька, вытирая руки о фартук. Наталья посмотрела на дочь, потом на Торина, потом снова на дочь. Голос её дрогнул: — Девочки из поликлиники... Они сказали... Ясенька, ты... ты беременна. Веранда будто замерла. Евгений даже шампур с мясом уронил на решётку. Ясенька побледнела, открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Торин медленно закрыл книгу, положил её на столик и встал. Лицо его оставалось спокойным, но пальцы слегка дрожали. — Простите, Наталья Сергеевна, — тихо сказал он, — но это, вероятно, ошибка. Ясенька... мы... мы не... Он не договорил. Наталья уже схватила дочь за руку: — Нужно ехать в город. Сейчас же. Провериться. Купить тесты, витамины... Господи, ребёнок! Мой внук или внучка! Ясенька пыталась возразить, но мать уже тащила её к машине Торина — чёрному BMW X5, припаркованному у ворот. — Торин, милый, поехали с нами! — крикнула Наталья. — Ты же быстрее доведёшь! Торин кивнул, не споря. Ясенька, всё ещё в шоке, тихо сказала: — Мам, я останусь. Папе помочь надо... И вообще... Я не верю. Это точно ошибка. Наталья хотела возразить, но Торин уже открыл дверь машины: — Наталья Сергеевна, пусть Ясенька останется. Мы съездим, купим всё необходимое и вернёмся. Я быстро. Ясенька благодарно посмотрела на него и осталась на даче с отцом, а Торин и Наталья сели в чёрный BMW и выехали на трассу. По дороге Наталья не умолкала ни на минуту. Она говорила о колясках, о детских комнатах, о том, как нужно будет переехать ближе к родителям, о имени для ребёнка. Торин молчал, крепко сжимая руль. Он был вежлив, как всегда, но внутри него уже начиналась буря. В большом торговом центре они быстро набрали корзину: тесты на беременность разных фирм, фолиевая кислота, витамины для беременных, даже крошечные пинетки — Наталья не удержалась и бросила их сверху. — Вот увидите, Торин, — говорила она, пока они шли к кассе, — это будет самый красивый малыш на свете. Торин кивал, но глаза его были пустыми. И тут, уже в машине, когда они выезжали с парковки, Наталья, увлечённая своими мыслями, проговорилась: — Конечно, если Ясенька всё-таки решит... ну, вы понимаете... сделать аборт, я её поддержу. Она ещё молодая, учёба, карьера... Не готова, наверное. Главное — её выбор. Мир для Торина остановился. Машина резко дёрнулась — он так сильно ударил по тормозу, что Наталью бросило вперёд. Её лоб с глухим стуком ударился о бардачок. — Ай! Торин! — вскрикнула она, хватаясь за голову. Но Торин уже не слышал. Лицо его стало белее мела. Глаза расширились. Он медленно повернулся к Наталье: — Простите... Наталья Сергеевна... Вы сказали... аборт? Голос его был хриплым, почти чужим. Наталья, потирая лоб, махнула рукой: — Ну да, я вчера с ней говорила по телефону... Она в панике была, когда анализ сдала. Говорила, что не хочет, что рано, что не готова... Торин не дослушал. Он вдавил педаль газа в пол. Чёрный BMW взревел и рванул вперёд, словно выпущенный из клетки зверь. Наталья вцепилась в ручку двери: — Торин! Тише! Вы с ума сошли! Но он не отвечал. Машина летела по трассе, обгоняя всех, шины визжали на поворотах. В голове Торина крутилась только одна мысль: «Она хочет избавиться от нашего ребёнка. От меня. От нас». Он даже не заметил, как доехал до дачи. Машина резко остановилась у ворот, подняв облако пыли. Торин выскочил, не заглушив двигатель, побежал к дому. Дверь веранды была открыта — он влетел внутрь, не разбирая дороги. Нога зацепилась за край старого ковра в коридоре. Торин потерял равновесие, полетел вперёд и с громким шлепком рухнул животом на деревянный пол. Воздух выбило из лёгких. — Уууухххххх... — вырвался у него глубокий, болезненный стон, полный и физической боли, и той, что разрывала сердце. Он лежал, уткнувшись лицом в пол, тяжело дыша, пальцы судорожно сжимали край ковра. Ясенька, услышав грохот, выскочила из кухни: — Торин?! Яенька стояла в дверном проеме прихожей, босиком в легком летнем платье, с растрепанным от ветра волосами. Она посмотрела на Торина, лежащегона ковре, и не сразу поняла, что видит. Наталья, бледная, с красным следом на лбу, стояла позади, неловко переминаясь с ноги на ногу. Евгений, услышав шум, появился из кухни с полотенцем в руках, но замер, оценив обстановку.