Часть 8

Кэти

— Приятного свидания, — сказала Кэти. Зала крепко обняла её, а затем она и Торфинн исчезли, оставив Кэти с маленькой террористкой по имени Афина. Маркус с тревогой смотрел на девочку, как будто она в любой момент могла наклониться и укусить его. Что, зная Афину, было вполне возможно. — Ты когда-нибудь летала на метле? — спросил Маркус. Глаза Афины засияли. — А надд полем есть амортизирующие заклинания? — спросила Кэти. — Несколько старых. Мой отец никогда не амортизировал падения. Но, пожалуй, пора их обновить. Они посмотрели друг другу в глаза, оба понимая, что он имеет в виду их потенциальных детей. Кэти не в первый раз задалась вопросом, не бросается ли она в это слишком быстро, слишком глубоко. Она не хотела отступать, но её пугала перспектива падения с такой высоты. Когда Маркус повернулся к выходу, чтобы найти детскую метлу, Кэти положила руку на нижнюю часть живота и стала считать в уме. Уверенности не было. Просто предчувствие. Она игнорировала его, поскольку не было никаких заметных симптомов, но, возможно, Кэти пропустила мелководье и прыгнула прямо в глубокую воду.

***

Через несколько часов Кэти вошла в замок с возбуждённой Афиной. Маленькая девочка прыгала на носочках, ей очень понравилось летать. Маркус следил за тем, чтобы она держалась на разумной высоте и скорости. На обратном пути в замок девочка потянулась и схватила Флинта за руку. Он чуть не отшатнулся, глядя на ребёнка, как на какое-то инопланетное существо, но затем расслабился и не отдернул руку. Афина прыгала рядом с ним, напевая песню про кроликов. Маркус резко поднял голову, когда они вошли в главный вход. — Кто-то прибыл через камин, трудно разобрать подпись. — Он высвободил руку из цепких пальчиков Афины. — Подожди. Я пойду первым. Маркус достал палочку, когда они подошли к большому залу. Кэти закатила глаза, увидев его чрезмерную осторожность. Вряд ли он когда-нибудь избавится от паранойи, вызванной войной. Он вошел в двери, а Кэти последовала за ним, не особо беспокоясь. Каллум Мейсон стоял у входа в камин в своей мантии аврора. Когда они вошли, Маркус опустил палочку. — Каллум, — поздоровался он. — Что происходит? — Мне нужно, чтобы ты пошёл со мной. — Его взгляд метнулся к Кэти. — Это дело, которое должно остаться в тайне. Кэти знала, что у Маркуса была какая-то встреча с Каллумом и Драко по поводу Гермионы. Из уважения к сестре он никогда не говорил, о чём именно, и Кэти не выпытывала, но, должно быть, это было что-то серьезное. Маркус повернулся и посмотрел на Кэти. — Ты не против, если я... Всё тело Маркуса застыло, и он упал на бок, а Кэти вскрикнула и отшатнулась Она попыталась вытащить палочку, но Каллум не зря был аврором. Её палочка пролетела через комнату, и надежды получить единственное оружие обратно не было. Каллум перешагнул через Маркуса, всё ещё держа палочку наготове, и сосредоточился на Кэти. — Прости, приятель, — сказал он Маркусу, не глядя вниз. — Ничего личного. Кэти вскрикнула от шока и прижала Афину к себе. — Что ты делаешь? — спросила Кэти. — То, о чём уже жалею, но у меня нет выбора. Когда Маркус упал, через камин вошли ещё несколько фигур. Всего пять человек, одетых в тёмные мантии и чёрные маски. Это были не авроры и не сотрудники Министерства. Последний человек, который вышел из камина, заставил отступить на два шага назад, пока она не упёрлась в массивные двери. Эдриан Пьюси ухмыльнулся — он был единственным, кроме Каллума, кто не носил маску. Тело содрогнулось от страха. Она задрожала и подняла Афину на руки. Маленькая девочка, должно быть, понимала, что мужчины в комнате были опасны, поэтому крепко прижалась, уткнувшись головой в её плечо. Эдриан Пьюси подошёл и наклонился над Маркусом. — Я бы с удовольствием отомстил тебе, но Розвуд хочет тебя для себя. Он пообещал мне, что я получу всё, что захочу, если присоединюсь к ним. Поскольку убить тебя не было возможности, осталась только одна вещь, которую я хотел. Он поднял глаза и пробежал взглядом по фигуре Кэти. Эдриан наклонился ближе, прямо к уху Маркуса. — Она будет сильно страдать, прежде чем умрёт. Агония. Я хочу, чтобы ты думал об этом в последние минуты своей жизни. — Каллум... — Кэти не знала, чего она хочет от него. Может быть, человечности. Она не знала его достаточно хорошо, но он был её последней надеждой. — Ты аврор. Разве ты не клялся защищать невинных? Пьюси хочет причинить мне боль. Ты позволишь ему это сделать? Каллум сжал челюсти. Ему, похоже, это не нравилось, но он покачал головой. — Мне нужна девочка. — Ни за что. — Кэти крепче прижала Афину к себе. Сначала им придется убить её. — Я хочу к папе, — хныкала Афина. — Я не причиню тебе вреда, — сказал Каллум, пытаясь утешить девочку. У Кэти не было ни палочки, ни другого оружия, ни возможности сбежать. Паника, забытая поле войны, вернулась, и на этот раз Кэти могла не выжить. Она не могла ничего сделать, кроме как крепко держать Афину. С сожалением во взгляде Каллум направил на неё палочку. — Мне жаль. Заклинание поразило в грудь, наступила тьма.

***

Кэти проснулась с сильной головной болью. Эдриан сидел за столом в кресле хозяина. Оно возвышалось над ним, обитое чёрным бархатом, с резьбой в виде кентавров и химер по бокам. Кэти сосредоточилась на нём, когда пришла в себя, желая видеть искусную резьбу, а не непристойный взгляд Эдриана. Он держал фляжку с чем-то, похожим на огненный виски, и сделал несколько глотков, пока она смотрела на него. — Думаю, я захвачу этот замок после его смерти, вместе с домовыми эльфами. Флинт никогда не заслуживал столько. Этот придурок никогда не ценил своего положения в обществе как следовало. Он даже пытался сделать тебя чёртовой леди. Грязнокровка – леди замка Флинта! Посмешище! — Он издал резкий смешок. — Маркус был лишь пятном на семейном древе, и его предки будут рады, что я уничтожу его, прежде чем он нанесёт непоправимый ущерб роду. Он забыл, что ты была просто шлюхой. Прекрасной, признаю, но не более чем местом, куда я могу выплеснуть свою сперму. Голос Эдриана пронзил позвоночник. Она сидела на старом меховом ковре прямо перед огромным камином. За спиной ревел огонь, тепло скользило по коже, практически поджигая волосы на голове. Это было достаточно приятное жжение, чтобы она могла сосредоточиться. Часть её соглашалась с Пьюси. Идея, что она будет способна управлять этим замком, была смехотворной. Большинство чистокровных девушек всю жизнь готовились к своей роли хозяйки поместья. Но к черту его. Флинт никогда не заботился об этом. Однажды он сказал, что она не обязана ничего делать, если не хочет, хотя Кэти была слишком трудолюбива, чтобы сидеть без дела. На данный момент она привела в порядок сараи на улице и большую часть сада. — Нечего сказать? Кэти усмехнулась, отказываясь давать то, чего он хотел. Эдриан уставился на неё, как будто пытался разгадать загадку. — Что мне с тобой делать? — Он сделал глоток виски и прикусил щёку изнутри. — Думаю, это решать тебе. Если ты будешь создавать слишком много проблем, я предпочту, чтобы ты умерла. Ты всё равно уже изношена. Сколько членов ты впустила в свою пизду? Уверен, их было достаточно, чтобы ты даже не стоила того. Ярость пронзила, зарядив энергией. Флинт никогда не спрашивал, сколько у неё было партнёров, кроме первого раза, и тогда он был рад, что она не была девственницей. — Шлюха, говоришь? — закипела Кэти. — Ну, значит, даже шлюха считает тебя жалким и отвратительным. Я бы не трахнула тебя, даже если бы ты мне заплатил. Костяшки пальцев Эдриана побелели, когда он сжал фляжку. — Это могло быть так приятно. Кэти снова громко рассмеялась, и это только ещё больше разозлило Эдриана. — Нет, даже если бы ты постарался. Ты когда-нибудь доставлял удовольствие женщине? Эдриан отложил фляжку в сторону. Он встал, снял верхнюю одежду и ослабил галстук. — О, я думаю, я буду наслаждаться твоими криками. Ты будешь умолять меня о пощаде. Я не думаю, что убью тебя. Нет, я запру тебя в подземелье. А когда устану от тебя, передам своим друзьям, а потом всем, кто захочет тебя трахнуть. В конце концов ты станешь ничем иным, как пустой поломанной маленькой куклой. Кэти встала. Ноги дрожали от того, что она только очнулась, а нервная система до сих пыталась прийти в себя. Она сжала кулаки и приняла магловскую боевую стойку. — Настоящий мужчина покорил бы меня без магии. Флинт смог бы. Эдриан посмотрел в ответ почти заинтересованно. Он положил палочку на стол. — Ты права, — сказал он. — Думаю, сломать тебе кости будет более удовлетворительным. У Кэти сжало живот от страха. В последний раз её почти сломили. Он был больше и сильнее физически, шансы уйти живой были минимальны. Эдриан бросился вперёд и ударил по лицу. В ответ она нанесла быстрый апперкот, как учил отец. Его подбородок отскочил вверх, но этого было недостаточно. Он выругался и сильно ударил кулаком в живот. Её никогда так не били – мужчина, со всей своей силой. Что-то хрустнуло. Вероятно, ребра. Она тихо вскрикнула, а затем поддалась инстинкту, когда он бросил её на землю, избивая и разрывая на ней одежду: она отвечала укусами и царапинами, сопротивляясь изо всех сил. Когда он ударил в следующий раз, задев висок, мир задрожал, заныл череп. Кэти подумала, что, возможно, получила лёгкое сотрясение мозга от удара, особенно когда он отбросил её назад, и она ударилась затылком о камень. Кэти перевернулась на бок в агонии, чтобы стошнило на пол. Эдриан смотрел с усмешкой. К своему удовлетворению, она увидела, что оставила след — огромные царапины на его лице, окровавленный нос, порез над глазом. Но это было ничто по сравнению с её травмами. Тогда она поняла, что Эдриан убьет её, несмотря на то, что планировал играть долго. Как и Фенрир, он изнасилует и жестоко убьет. Так поступают мужчины, подобные ему. Пришла скорбь о Маркусе. Когда он проснётся и узнает, что произошло, будет вечно винить себя. Возможно, он не переживёт эту утрату. Кэти подумала о медальоне, желая увидеть его лицо ещё раз, последний образ перед смертью. Эдриан продолжал раздеваться, пока она лежала на полу, истекая кровью, слишком израненая, чтобы сделать что-либо, кроме как стонать от боли. Медальон... Медальон! Портключ в его комнату. Мысли путались, но были достаточно ясны, чтобы вспомнить, что она надела его этим утром. С тех пор, как Маркус подарил его, она носила его каждый день. Кэти потянулась к впадинке на шее, проследив контуры медальона под рубашкой, прежде чем вытащить его. Она прошептала активирующее заклинание. Эдриан, похоже, понял, что что-то не так, потому что бросился на неё, но она отпрянула из последних сил, исчезая из комнаты.

***

Портключ перенёс в главную спальню. Кэти, спотыкаясь, дошла до кровати, остановившись только для того, чтобы её стошнило на пол. — Киппер! Маленькая эльфийка появилась, дрожа как лист. — В замке есть система защиты? — Да, но, госпожа Белл, только хозяин дома может её активировать. Без его приказа ничего не произойдёт. Кэти глубоко вздохнула и позволила себе одну слезу. — А как насчёт женщины, которая носит потенциального наследника? Дом защитит её? Киппер ахнула и приложила руку к сердцу. — Госпожа Белл говорит, что она носит ребёнка господина Флинта? — Возможно, — ответила она. — Я не уверена. Маленькая Киппер начала ходить по комнате, дергая себя за уши, но потом остановилась, будто вспомнив что-то. — Госпожа Белл, защитные заклинания! Если вы капнете каплю крови на порог комнаты хозяина, замок защитит вас... только если вы носите будущего маленького хозяина или хозяйку. Кровь покажет. Киппер подошла к ней и схватила ее за руку. Она создала нож с помощью эльфийской магии, уколола палец и собрала несколько капель во флакончик. Голос Эдриана эхом разносился по коридорам. Можно было уйти сейчас, но тогда бежать от Пьюсь пришлось бы всю жизнь. Им нужно было торопиться, пока он не пришёл. Без Маркуса защитные заклинания замка не спасли бы её, если бы она их призвала, поскольку они не были женаты. Но было подозрение. Просто догадка. Пропущенные месячные. Она ещё даже не сделала тест и, конечно, не сказала Флинту. Но, скорее всего, она ошибалась. Кто же беременеет с первой попытки? Кэти затаила дыхание от беспокойства, когда Киппер принесла её кровь к порогу главной спальни, позволяя ей капать на пол. Капли стекали, впитываясь все до одной. Голос Эдриана становился всё ближе. Киппер ахнула и приложила руку к сердцу. — О, госпожа Белл, это правда! Вы носите наследника хозяина! — Эльфийка подпрыгнула от радости, как будто это было лучшее событие в мире. — Ты уверена? — У Кэти очень сильно болела голова, в ещё живот и рёбра. Она прикоснулась к животу, беспокоясь о жизни внутри. — Кровь была принята. — Эльф подняла глаза, как раз когда Пьюси достиг дверного проёма. — Хитрые сучки. — Он выглядел запыхавшимся. — Ты думаешь, я не знал про этот медальон? Флинт носил его с собой. Все знали, что он переносит в главную спальню. Мы все выросли, посещая эти земли, так что тебе негде спрятаться, — прорычал он. — Я дам тебе ещё один шанс, чтобы всё прошло гладко. Сними свою... — Не впускай его! — крикнула Кэти. Мозг с трудом сосредоточивался на словах, надеясь, что замок поймёт. Эдриан сделал шаг вперёд и был отброшен назад. Кэти села, насколько могла, не теряя сознания. — Что за хрень? — Он взглянул на дверной проём, как будто поняв, что обычно замок не должен защищать грязнокровку. Его взгляд остановился на её животе, и глаза расширились. — Блядь. — Он выглядел так, будто собирался убежать, но Кэти не собиралась его отпускать. — На территории замка злоумышленник, желающий навредить наследнику. Защити его! Убей Эдриана Пьюси! Мгновенный брызг крови ответил на её призыв. В одну секунду Эдриан стоял прямо, а в следующую его голова покатилась к ней, отрезанная невидимой силой. Его обезглавленное тело простояло ещё несколько мгновений, прежде чем рухнуло вперёд, как срубленное дерево. Кэти отмахнулась от шока. Не время. Это должно было вызвать отвращение, но кровь не казалась реальной. Кэти пыталась игнорировать голову Эдриана у своих ног, с глазами и ртом, открытыми в вечном недоумении. Киппер подошла, пытаясь заставить лечь, обещая убраться и избавиться от тела, но Кэти не могла успокоиться. — Я должна предупредить людей о Каллуме. — Кэти схватилась за голову в агонии. — Отведи меня к кому-нибудь, кому мы можем доверять, Киппер. Кэти на цыпочках перешагнула через труп в дверном проёме и, спотыкаясь, спустилась по лестнице, держась за рёбра и пытаясь сохранить равновесие. Что-то было не так с её мозгом, возможно, сотрясение. Удары были сильнее, чем казалось. Ей удалось добраться до большого зала, где она нашла горсть порошка для камина. Но прежде чем смогла пойти дальше, рухнула на ковёр.

***

Кэти проснулась и увидела, что над ней склонился Малфой. Он исцелил её. Она никогда не была так потрясена, за исключением того момента, когда обнаружила, что Маркус, как и Джинни, был похищен для какого-то извращённого ритуала, связанного с Гермионой и древней магией. Они намеревались принести его в жертву, потому что знали, что он умрёт за тех, кого любит. И он бы это сделал. Он был мучеником и без колебаний умер бы за своего племянника и за Афину. Когда Торфинн и Зала прибыли в поместье Малфоев, она едва смогла смотреть им в глаза, боясь их гнева. Они доверили ей свою дочь, а она позволила кому-то вырвать девочку из её рук. Но вместо осуждения Торфинн обнял. — Я рад, что ты в порядке. Горло сдавило от эмоций, и она не смогла объяснить, каким ужасом было видеть, как Эдриан пожирает её взглядом, потягивая виски, как его голова была отрублена, а труп стоял на ногах. — Пойдём спасать их, — сказала Зала. — Мы будем сражаться вместе. Кэти оглядела людей вокруг себя. У всех, не только у неё, были любимые люди в опасности, все держали палочки наготове, лица исказила свирепая решимость. Сегодня все жаждали крови. Она была благодарна Астории за то, что та предусмотрительно забрала её палочку. Теперь Кэти крепко сжимала её, наслаждаясь каждым приливом адреналина, зная, что это означает ещё одну секунду, приближающую её к спасению Маркуса. Кэти не будет милосердна. Больше нет. Она будет такой же безжалостной, как мужчина, которого она любит.

***

Кэти наложила убийственное заклятие на охранника, держащего Маркуса. Это было так же мучительно, как и в первый раз, но страх и любовь пересилили боль. — Кэти! — Маркус крепко обнимал её, а над их головами раздавались взрывы заклинаний. Он сжал её так сильно, что она подумала, что он снова сломает ей ребро, пока он не отстранился и не схватил её за голову. — Я думал, Пьюси... — Его голос дрогнул. Он думал, что Эдриан изнасиловал её, а может, и убил? — Он мёртв. Им нужно было двигаться. Вокруг бушевала битва, но пока что их не замечали в дыму сражения. Тем не менее, это был лишь вопрос времени, когда их поразит заблудшее заклинание. — Как ты его убила? — Я не убивала. Синий свет просвистел у её уха. Флинт потянул их вниз, забыв о разговоре. — Мне нужна моя палочка, — сказал он. — Она у того огромного ублюдка. У самого высокого. — Маркус указал на гиганта, сражавшегося с Малфоем, пока Торфинн не взял на себя инициативу. Они были равны по силе. Зала стояла за его спиной, бросая проклятия, когда могла, и пытаясь приблизиться к детям, но без успеха. — Как ты собираешься её достать? — спросила она. — Я собираюсь его удивить. — Маркус встал. Когда она попыталась встать вместе с ним, он оттолкнул её в сторону, чтобы спрятать за обломком камня. — Оставайся здесь и не отвлекай меня. Появившееся было раздражение успокоилось мыслями о секрете в животе. Она не могла рисковать собой без необходимости как раньше. Под «удивить» Маркус имел в виду, что он будет использовать магловские методы насилия. Как только мужчина в маске, казалось, получил преимущество над Торфинном, Маркус врезался в великана сбоку, как игрок в американский футбол, и повалил его на землю. Они несколько раз перевернулись, и Маркус использовал всю свою силу, чтобы оказаться за спиной противника, взяв шею в захват. — Теперь, Роули, убей его! Торфинн медлить не стал, гигант умер быстро, рухнув на Флинта. Торфинн подбежал, оттолкнул тяжёлое тело и поднял Флинта. Маркус обыскал карманы мужчины и, теперь, когда был должным образом вооружён, злорадно ухмыльнулся. — Роули, — сказал Маркус, подкинув в воздух палочку и поймав её. — Давай покажем этим любителям, на что способны Пожиратели смерти. Торфинн громко рассмеялся. — Думаю, это будет весело.

***

Кэти никогда не забудет тот ужас, который увидела в тот день. Афину с ножом у горла. Асторию, идущую на смерть. Обман Малфоя. А потом ещё больше крови и смерти. На этот раз Маркус заставил Кэти держаться позади него. С тех пор как она убила охранника, державшего Маркуса, она не смогла убить никого больше, хотя и бросала проклятия, когда могла, чтобы помочь. Маркус не сдерживался. Он убил многих, в основном ужасными способами, включая ужасные кровавые заклинания и особо жестокий вариант заклинания Конфринго. Он двигался, сражаясь, будто был создан, чтобы быть ангелом смерти. Флинт прорезался сквозь чёрную массу мантий, пока не столкнулся с Розвудом. С ним будет не так просто. Белл поняла это, когда Маркус изучал своего противника перед ударом, как будто оценивая его слабости. Когда началась схватка, заклинания зазвенели, отскакивая от щитов, а за ними последовали ещё более жестокие проклятия. Кэти сжала в руке острый кусок камня размером с бейсбольный мяч. Острые края колюще впивались в кожу, боль помогала сосредоточиться. Когда Маркус оказался в синей сфере какого-то заклинания, она без раздумий бросилась вперёд. Кэти хотела оставаться в укрытии, чтобы защитить жизнь внутри себя, но не могла сидеть сложа руки, пока убивают человека, которого она любила. Маркус посинел от нехватки кислорода, и Розвуд направил на него палочку, как будто собирался добить. Кэти вовремя бросила заклинание Протего. Это дало Маркусу достаточно времени, чтобы взмахнуть палочкой у своей груди и снять заклинание, лишающее его кислорода. Розвуд посмотрел на неё, как на рождественский подарок. — Кэти Белл, — промурлыкал Розвуд. Маркус лежал у её ног, задыхаясь. Он был ранен, одна нога лежала неподвижно, обильно заливая пол кровью. — Маркус, ты сказал ей, что я был так же любим Тёмным Лордом, как и ты, за убийства? Она не выглядит должным образом напуганной. Маркус поднял палочку, но уронил её. Заклинание, которое было использовано на нём, истощило его энергию. У него даже не было сил говорить, он всё ещё тяжело дышал. Кэти попыталась проклясть Розвуда, но он бросил заклинание «Экспеллиармус», прежде чем она смогла ответить. Её палочка пролетела через комнату. Девушка смотрела, как она улетает, как отрезанная конечность, понимая, что теперь, возможно, не проживёт долго. Он действительно был быстр и силён. Но Кэти отказалась подчиниться этому монстру. Она сжала кулаки и вспомнила, что держит что-то, что колет пальцы, что помогает сосредоточиться. Когда она навещала отца в Америке, он выводил её на улицу и тренировал в бейсболе. Они бросали мяч туда-сюда, а он хвалил её за сильные броски, за природный талант. Кэти всегда любила любой спорт, ей было легко двигать телом так, как она хотела. Когда она откинула запястье назад, в игру вступила мышечная память. — Лови! — крикнула она и резко выбросила запястье вперёд. Камень полетел как снаряд, прямо и точно. Если бы это было заклинание, он, возможно, смог бы его парировать, но магловский метод застал его врасплох. Отец был бы горд, подумала она, когда камень с силой ударил его по лбу. Розвуд пошатнулся назад, схватившись за голову. Белл надеялась, что у него такая же сильная головная боль, как у нее от Эдриана ранее. Охваченная жаждой крови, она схватила ещё один камень и начала приближаться к нему, намереваясь разбить ему лицо за то, что он осмелился причинить вред ей, Флинту и их нерождённому ребёнку. Но земля задрожала, а воздух затрепетал. Кэти уронила камень и огляделась. Гермиона стояла на подиуме, окружённая ярким светом, выгнувшись назад, с кровью, капающей с её рук. Даже Кэти могла почувствовать магию, силу, исходящую из хрупкого тела. Она текла, как река. Когда ветер наконец утих, Гермиона резко открыла глаза. Они светились золотом, как у богини, призрака, жаждущего мести. Она больше не выглядела человеком.

***

Когда Гермиона шагнула через завесу, Маркус попытался броситься вперёд, но она удержала его в воздухе, пока он выл ей вслед. Как только поверхность завесы перестала трепетать, Маркус пополз разбитым телом к подиуму, будто собирался последовать за ней. — Гермиона! — закричал он. Кэти пошла за ним. Она наклонилась и положила руки на его, чтобы остановить его отчаянное движение вперёд. — Она ушла, — сказала она так мягко, как только могла. Крупные слёзы текли по его лицу. Она никогда не видела его таким — таким разбитым и побеждённым. Кэти подняла его настолько, что смогла обнять. Он закричал, не сдерживая боль. — Я снова не смог её спасти, — сказал он. — Я никогда не мог никого не спасти. — Ты спас меня. — Я даже тебя не могу защитить, — Маркус ничего не слышал. — Они притащили меня сюда, оставив тебя с Пьюси. — Он посмотрел на неё красными глазами. Кэти наклонилась и коснулась его ног, пытаясь применить простые лечебные заклинания. Это не помогло бы в нужной степени, ему нужен был настоящий целитель, но, по крайней мере, он не истечёт кровью. — Скажи мне правду, он трогал тебя? Кэти замерла. — Он сильно меня поранил, но не так, как ты думаешь. — Она глубоко вздохнула. — Он никогда... не насиловал меня. Но у меня было сильное сотрясение мозга и несколько сломанных рёбер. Малфой исцелил меня, если ты можешь в это поверить. Кэти хотелось плакать, когда она думала о блондине, лежащем рядом со своим спящим сыном. С тех пор как она училась в Хогвартсе, она ненавидела Малфоя за то, что он с ней делал, но вид его мёртвого тела опустошал. Это напомнило о том, как после битвы за Хогвартс она шла сквозь дым и разрушения, чувствуя себя живым призраком. Только на этот раз у неё был Маркус, с которым она могла пережить эту бурю. Она видела в его глазах потерю надежды. Его сестра исчезла. Он провёл столько лет в скорби и попытках спасти её, а теперь всё было напрасно. Кэти знала, как важно держаться за хрупкую надежду. — Ты не спросил, как я выжила. — Она снова провела палочкой по его ранам, пытаясь заживать их. Они были нанесены тёмной магией, поэтому открывались снова и снова. — Как ты выжила? — В его голосе слышалась настороженность, как будто он беспокоился о ее6 психическом состоянии. — Замок защитил меня, — сказала она. — Я призвала защитные заклинания. Маркус покачал головой, с недоумением морща лоб. — Но это невозможно. Защитные заклинания только... Маркус замолчал, широко раскрыв глаза от недоверия. Он протянул руку и коснулся её нижней части живота. Это был вопрос, который ему не нужно было высказывать вслух. Она положила свою руку на его. — Замок защитил меня, — повторила она. — Киппер тоже. Он открывал рот, как будто хотел что-то сказать, но только покачал головой, ошеломлённый. Его пальцы скользили по её животу. Не верилось, что там был ребёнок, вероятно, размером с рисовое зернышко. Они не смогли сказать ничего больше, потому что в комнате раздался вздох, и Астория села прямо. Она лежала рядом с мёртвыми с разрезанным горлом. Но теперь рана была закрыта, и она оглядывалась в шоке. Через несколько минут Драко воскрес из мёртвых. А вскоре после этого Гермиона провалилась обратно через завесу в мир живых.