"Годы Великого Пролога". 3. Любовь с первого взгляда

Я всё больше и больше думал о Славянушке... Ни рёв музла, прям подле источника которого, каждый оставил трубу во избежание да-да, всего лишь таргетинга. Ни жаркая дискуссия, ни кольца дыма и облачка пара - ничего не могло меня более привлечь. Только предстоящее свидание всё сжирает. Партия вновь дала мне слово, дело шло к расходу. Я тяжело вздохнул и повторил тезисы: -Хо-ро-шо. Жандармерия. Там свои. Ну ладно, хорошо много, почти все. Чем они, граждане "штыки" помогут огромным, тотальным, подавляющему большинству - народным массам? Красавицами-Ксюшами? Сколько их, 10, 20, 30? А как с БК (конечно же просто сокращение от сети фаст-фуда)? А приноровиться, так сказать, а потренировать? Это не компьютерная игра, где всё летит строго на 12, бери и, так сказать, блистай Вильгельм Телль. Хорошо, близлежащие Швейковые части за нас. Хорошо-хорошо большинство. И? Сколько у них таПков? ТаПки это хорошо, а как с пташками, которыми через VR-очки управлять будут Шурик и ко? Я вам вновь повторяю, подавляющему большинству, народным массам этого всего не хватит! И настаиваю - большинство компактно сделать гиками-фанатами ужастика "Нечто". Вот большинство пускай вылетят на узких участках, откуда попрут на нас силы зла и, так сказать, вылетают аки чёртик из табакерки и незамедлительно... Закосплеют. Высыпали уже не "космонавты", а космодесант прямо. Так вот... Был космодесант, стал шашлык. Так сказать, произошло резкое потепление. Жара. В горячо-холодно поиграют и им всенепременно станет смертельно горячо. И не надо меня обзывать олдом, скуфом и так далее. Ваш интернет с трёхбуквенными сокращениями... Никакой приват... Секр... Интимной обстановки такой уютной, чтобы только свои в войс-чате были так сказать... Я отказываюсь в это верить... Как и трубы. Давайте-ка пожалуйста, всё-таки никакого интернета, шортов всяких интересных чтоб зеваки хайповали... Старенькое-доброе... Радиолюбительское! И тогда, за ночь, Арктурусград нашей вымышленной вселенной, уверенно покраснеет с большинством народа, который за нас, вплоть до Цугундеров. Доклад окончил, так сказать... Зазвонил уже мой телефон, повисло молчание и я, попрощавшись, спешно вылетал на улицу.

***

Я шёл со Славяною неспешно, под ручку и был невероятно счастлив. Она - в синем мамином пальто, точно снегурочка среди столь неподходящей, осени без снега, сияла радостью, прикладываясь щекой к моему плечу. Пели птички, а белки бегали так часто и смело, что мы со Славей даже перестали удивляться - наснимав их вдоволь. Всякое свидание с моей любимой это точно из раскалённой бани прыгнуть в сугроб - освежающий и безопасный. Райская прохлада после не менее райского, приятного распаренного жара. Вся моя душа пела-плясала и счастье чисто человеческое, парадоксально, но всё же настигло меня там, где я отрёкся от него.

"Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее."

На скамеечке, я обнимал, прижимал к себе и зацеловывал, так быстро краснеющую, Славянушку. Мою молодую и непорочную, робкую в романтике и самоотверженно, даже, умилительно-решительную в любви, верности. Зарываясь в гипнотически приятный аромат волос, я блаженством достигал пика - потом, антропологически так уж сложенный человеческий организм, призывал выравнять настроение. Безоблачная беззаботность вскоре шпарилась кипятком осознания кто я и товарищи, зачем мы, почему, что нас ждёт, чем рискуем (всем), а Славянушки моей, буквоежечки домашней хозяюшки заботы так смешны, так милы и нелепы... Медицинский ей закончить, по работе чего, на обратном пути в магазин зайти, прибраться - вся в делах... ...даже ведь не подозревает чем мы, столь близкие ей, люди, заняты. Будь проклят тот день, когда об этом даже задумался. То ложная совесть проедала - мол, она моя невеста, должна же знать, то звериный инстинкт самосохранения только призывал дальше ловко лавировать. А потом - стон души, глас которой словно затыкаешь из последних сил. Затем - кажется, ну зачем всё это? Бросить, плюнуть - "...это, это надо одному! Вон - граница!" как говорил ротмистр Ленке. И чаво действительно не поживать-живать себе? Вот же, жена. Забацаем детишек, я буду дальше себе спокойно тихо-мирно жить, в танчики под пивко, понимаешь, ворчать себе на цены и просто... Ну это... Жить! А вот только не бывает так, нету этого, вредного мещанского счастья, нет этой "хаты с краю". Без самоотверженности я не обрёл счастья, а до того, когда даже не думал ответить на добровольный призыв апостольского служения, парадоксально, но ошпариться о несчастье да так, чтоб всю оставшуюся жизнь вдребезги - куда ближе сей риск. Ведь, вынуть свет из моей жизни, служение добру, коммунизму? Жить себе в мещанском "счастье" крохотного спичечного коробка и чего? Обязательно-обязательно, или сам себя ковырять до сумасшествия начнёшь, потому что базис-то - пробуждающийся вулкан под ногами или рано или поздно, нырнуть, втравиться в блудняк - не ограничиться алкоголем и сигаретами, а то и купить носительницу древней профессии на часок? И потом чего? Уже зимний, понимаешь, штурмуют, а я глазами хлопаю в очереди в кож-вен-диспансере, вставая на учёт по стыдосрамной болячке, кашляю кровью и корчусь от перешитого вдоль и поперёк, ввиду язв после алкоголизма, болящего желудка. Не говоря уже о выдавливании гноя из известного места. Вот что ждёт, в этом, казалось бы, "безопасном" мещанском "счастье". Рак лёгких, церроз и триппер. Тьфу! Если ещё не зависимость. Все виды блудняка - бесславье риска отправиться в цугундер из-за какой-то тупорылой, алчной похоти. Отвратительно, одним словом. Это ещё если не упоминать риска т.н. "спокойного житья", аполитичного принципа "я никого не трогаю, ничё не делаю, ну несправедливость и чо, мне-то чё с того, мне пооох!" быть непредсказуемой цепочкой событий засосанным в мясорубку и просто пасть жертвой рандомного беспредела жандарма, подкидыванием всякого разного, прогрызающим себе путь до звёздочки на погоны. Вот такая она, эта жизнь. И до чего же светло, всякий раз когда мы со Славянушкой рядом, понимать, что на верной стороне баррикад, а жаловаться даже стыдно. Встаёт перед глазами Олег Кошевой, чьё дело мы продолжаем... Поэтому, идти стопами Дзержинского - сплошное счастье. Счастье работать во всех смыслах этого глагола. Счастье - безо всякого угрызения, жить свободной, другой, рядовой жизнью человека любящего и любимого. Счастье, в конце-концов, от ясного понимания всего мира, всего человеческого - счастье, доступное только марксистам...