Глава 1: Они спасли мозг Кайзера

Эми Даллон отодвинула занавеску в больничной палате, посмотрела на своего следующего пациента и пришла в отчаяние. — Да ну нахуй, — простонала она, зажмуривая глаза. — Гугггхххххфуу… — невнятно произнёс Кайзер. Он сидел в постели, прислонившись к изголовью, с лицом, полностью закрытым бинтами, как у мумии. Его было бы невозможно узнать, если бы он не был с головы до ног облачён в доспехи, а больничные одеяла не были бы разорваны в клочья его клинками. Сквозь все повязки виднелся лишь один голубой глаз. Чистота сидела в кресле рядом с его кроватью, скрестив руки на груди, и смотрела на него почти с жалостью. На ней всё ещё был белый костюм, теперь уже влажный, грязный и местами порванный, но в данный момент она не использовала свои способности, так что были хорошо видны её простое лицо и каштановые волосы. Эми никогда раньше не видела Чистоту такой уязвимой. Да и вообще ни одного злодея. Было странно видеть, как кто-то из Плащей так небрежно относится к своей личности. Хотя, по её мнению, это уже не имело значения, поскольку все члены «Империи» были разоблачены несколько дней назад. Эми нахмурилась, вспомнив, как Кайден Андерс устроила публичную расправу в центре города после инцидента и сколько травм ей пришлось потом лечить, но Чистота лишь на секунду взглянула на неё с печальным безразличием, а затем снова повернулась к мужчине на кровати. Вздохнув, Эми тоже не обратила на неё внимания и подошла к кровати Кайзера. — Разрешаешь ли ты мне исцелить тебя? — спросила она. — Блухххххыыыыыыаааа? — Голова Кайзера повернулась в сторону, чтобы посмотреть на нее, его единственный открытый глаз был широко раскрыт и изучающе оглядывал ее. Эми нахмурилась. — Да, пожалуйста, исцели его, — ответила за него Чистота. Это было максимально близкое к утверждению выражение, которое она могла получить, поскольку Кайзер явно был не в том состоянии, чтобы отвечать, поэтому Эми пожала плечами и приступила к работе. Превозмогая отвращение, она приложила два пальца к открытой части шеи Кайзера и тут же ужаснулась тому, что увидела. — Как, чёрт возьми, ты ещё жив? — спросила она вслух. Чистота выпрямилась. — Что такое? — У него не хватает части мозга, — сказала Эми, с благоговением глядя на него сверху вниз. — О, да, — Кайден снова уселась поудобнее. — Это. — Похоже, его голова была расколота надвое, и часть его просто… выпала? Повезло, что вы нашли недостающую часть черепа, чтобы приделать её обратно, но это большая потеря мозга. Я не знала, что люди вообще могут выжить после такого, не говоря уже о том, чтобы оставаться в сознании. Он должен был истечь кровью практически сразу. Это должно быть какая-то сила. СКП сильно недооценили его рейтинг Брута… — Фуррррррррррррргггггглеееее… — добавил Кайзер, пропитывая бинты слюной. — Хм… — Эми склонила голову набок. — Кажется, он сбрасывает много клеток кожи. Это нормально? Я не совсем понимаю, как работают его способности. — Ты можешь ему помочь или нет? — нахмурившись, спросила Чистота. — Я не лечу мозги, — тут же ответила Эми. — Но я остановила кровотечение, срастила трещины в черепе, и устранила некоторые другие повреждения. Теперь можете снять повязки, но это всё, что я могу сделать. Если вам нужно что-то ещё, я предлагаю вам обратиться к вашему собственному лекарю. — Отала мертва. — Чистота опустила взгляд. — Она погибла, когда Левиафан обрушил центр города. Эми пожала плечами. — Ну ладно. — Ну ладно? — Чистота стиснула зубы и впилась в неё стальным взглядом. — Это всё, что ты можешь сказать? Эми небрежно отряхнула руки. — Ага. — Так вот оно что? Он превратился в овощ после того, как защитил этот город от Губителя, а тебе даже всё равно? Он так и будет таким теперь? Кайзер ворочался в постели, рвал на себе одеяло и что-то бессвязно бормотал. — Послушай, чего ты от меня хочешь? — раздражённо вздохнула Эми. — Я же сказала, что не лезу в чужие мозги, и к тому же это чёртов Кайзер. Честно говоря, мне вообще не нужно было его исцелять. После того как Империя причинила боль моей семье, я имела полное право оставить его без исцеления. — Лучше бы он умер, чем жил в таком состоянии! — крикнула Чистота. — Ой, ой, ой. — Эми сжала кулаки и притворно потёрла глаза. — Бедная маленькая нацистка грустит из-за того, что её бывший муж-придурок больше не может совершать преступления на почве расовой ненависти? Она опустила руки и ответила на недоверчивый взгляд Чистоты бесстрастным. — Послушай, я бы не смогла починить его голову, даже если бы захотела. Это лучшее, что ты можешь получить, и только благодаря перемирию ты можешь получить хоть что-то. Я не испытываю сочувствия к Империи, и это самое меньшее, чего он заслуживает. Что с ним теперь будет, зависит только от тебя. Хочешь мой совет? Я бы отправила его в приют для сверхлюдей в Филадельфии. Это самый простой вариант, при котором ему будет обеспечен наилучший уход и который меньше всего повлияет на жизнь вашей семьи. А ещё это невероятно меня позабавит. Чистота зарычала. — У тебя просто отвратительный характер. — Спасибо! Я часто это слышу. — Эми широко улыбнулась и взъерошила волосы, как иногда делала Вики. — А теперь, если ты не против, я пойду помогу людям, по которым действительно будут скучать, если они умрут. Чистота сердито посмотрела ей вслед, когда та уходила, задернув за собой занавеску. Оставшись наедине со своим бывшим мужем, Кайден закрыла лицо руками и закричала. Кайзер громко обосрался и закричал в ответ.

***

Прошла целая вечность, прежде чем Кайзер снова смог идти. Его тянула за собой грустная женщина, а сам он двигался вместе с окружающим его металлом, которым, казалось, мог управлять. — Да ладно тебе, Макс, ещё совсем чуть-чуть… Он не совсем понимал, где находится. Он знал только, что он растерян, что на нём грязная одежда и что его ведут куда-то по длинному светлому коридору, и его металлические ботинки с каждым шагом звенят по полу. — Каааааайyyyyy… — пробормотал он, пуская слюни. — Каааааааайyyyyy? Он взглянул на женщину, которая помогала ему идти. В её грустных карих глазах читалось что-то, чего он не мог понять. — Я здесь, — сказала она. — Всё в порядке, Макс. Они подошли к двери, и она провела его в чистую белую ванную. Под его ногой треснула плитка, и Кайзер непонимающе огляделся. Кайден остановила его и начала разматывать бинты на его голове. — Ну же, — сказала она с безрадостной улыбкой. — Давай приведём тебя в порядок. Сняв повязки, она схватилась за один из клинков, образующих горжет на его доспехах, и попыталась вытащить его, но металл не поддавался. Нахмурившись от напряжения, она потянула сильнее, на этот раз обеими руками, но так ничего и не добилась. — Макс, пожалуйста, не мог бы ты снять доспехи? — спросила она. — Я пытаюсь тебе помочь. Он непонимающе уставился на неё. — Макс, я знаю, что ты всё ещё можешь использовать свои способности. Тебе пришлось сдвинуть свой металл, чтобы прийти сюда. Давай. Сбрось броню. Ты справишься. Он всё ещё смотрел на нее, приоткрыв рот. — Ладно, — со вздохом сказала Кайден. — Это слишком деликатное дело для моих способностей. Оставайся здесь. Я вернусь через минуту. Я… возьму лом или что-то в этом роде… Она быстро вышла, хлопнув дверью, и Кайзер остался в ванной один. Один. Он был один. Почему он был один? Всегда ли он был один? Ему казалось, что да, но он не мог быть в этом уверен. Его мысли были такими вялыми и блуждали по кругу. Где он был? Что происходило? Единственное, в чём он был уверен, — это в том, что ему было страшно. Всё было неизвестным. Опасность могла прийти с любой стороны. Какая-то глубинная, первобытная часть его существа говорила ему бежать или сражаться, но он не знал, сможет ли. Он стоял на ногах только благодаря тому, что его поддерживал металл. Куда делась женщина с карими глазами? Когда она вернётся? С ней он чувствовал себя в безопасности. Он оглядел комнату, пытаясь понять, что здесь происходит. В комнате были душ и туалет, и оба предмета показались ему смутно знакомыми, по крайней мере, ему так показалось. Из стены торчали поручни и сиденья, а рядом с раковиной стояла какая-то квадратная штука. Но больше всего его внимание привлекло отражение в зеркале. Он вздрогнул, увидев в зеркале измождённого светловолосого мужчину с засохшей кровью на лице и телом, состоящим из кусков зазубренного металла. Он инстинктивно понял, что это он сам, но всё же не узнал человека, которого увидел. Его сердце бешено заколотилось в груди, и он издал сдавленный стон. Кайзер, пошатываясь, подошёл ближе к раковине и, схватившись за го лову, посмотрел себе в глаза. — Ныыыыыыыыыыыууууутттт! — закричал он. — Нееееееххххххттттт! Ныыыыыыыытттт! Он несколько раз ударил себя по лбу, острый металл рассек кожу и снова вызвал кровотечение, но ему было всё равно. Ему нужно было думать. У него плохо работала голова. Он это знал. Что-то было не так. Что-то было ужасно не так. Почему у него ничего не получается, подумал он? Что с ним не так? Может, он допустил ошибку? Ему казалось, что да. Ему казалось, что он допустил ужасную ошибку, но он не мог вспомнить какую. Не поэтому ли женщина оставила его? У него возникло ощущение, что это не первый раз. Может быть, именно поэтому все в конце концов его бросили? Он сломался? Он был недостаточно хорош? Нет. Мгновение холодного ужаса прервало его рыдания, когда он получил ответ в виде краткой вспышки воспоминания. Мужской голос, сопровождаемый образом презрительно усмехающегося человека. Он не помнил, кто это был, что было сказано и почему, но он помнил, что за этим стояло — холодное презрение, которое вызывало у него то же чувство страха и предательства, которое он испытывал сейчас. Это было глубоко укоренившееся воспоминание. Самое яркое из всех. Единственная фундаментальная истина о нем, в которой он мог быть уверен. И тогда Кайзер наконец всё понял. Он никогда не был достаточно хорош. С мучительным криком, похожим на вой раненого животного, он обрушил свою силу на комнату. Частицы его тела вылетели из-под доспехов и, повинуясь инстинктивному приказу, покрыли всё вокруг, превратившись в зазубренные металлические шипы, которые теперь торчали из каждой плоской поверхности в комнате. Отражение перед ним треснуло, когда из частиц его тела, покрывавших зеркало, вырвалось длинное острое лезвие. Кайзер наклонил голову, чтобы встретить удар.

***

А потом он оказался в другом месте и наблюдал, как два существа плывут среди звёзд. Кайзер заворожённо наблюдал за их медленным танцем меж реальностями. Какая-то далёкая, полузабытая часть его сознания подсказывала ему, что он уже видел это раньше. Он видел этот же танец, этих же двух непостижимо огромных существ. Он видел, как они издалека приближались к Земле, как от них отделялись кристаллические частицы и распространялись по многим мирам, подобно тому, как он отделял частицы кожи и распространял их, чтобы вырастить свой металл. То, что он не чувствовал раньше и что, как он понял, он чувствует сейчас, — это мысли и чувства, стоящие за этим. Он почувствовал что-то в том, как эти существа смотрели свысока на эту голубую планету и её жителей во множестве миров, где они существовали. Холодное любопытство. Желание экспериментировать. Расчётливое пренебрежение последствиями своих действий. За всей этой мощью и потенциалом не было ни эмоций, ни искры сострадания. Только всепоглощающее чувство полного безразличия к человечеству и уверенность в собственной цели. Каким-то образом он понял, что эти существа могут без сожаления и угрызений совести уничтожить эту планету и всё живое на ней. То, как они смотрели на человечество, свысока… в этом было что-то пугающе знакомое . — Боже мой… — подумал Кайзер, когда его осенило. — Они же злоебучие расисты!

***

— Вы смеете смотреть на меня свысока? — крикнул Оружейник, отвернувшись от Мисс Ополчение, Легенды и Неформалов, чтобы обратиться к другим героям в больнице. — Я пытался спасти этот город! Я был ближе к тому, чтобы убить этого чёртова Губителя, чем Сын! Над этой девушкой вам стоит насмехаться, в нее вам следует плевать! Мнимого героя, у которого не хватает смелости совершить что-то героическое! С самого начала планировавшего предать товарищей по команде ради славы! Все внимание было приковано к Рой, которая осторожно отступила на шаг от Оружейника и своей группы. Неформалы, стоявшие отдельно от героев, переглянулись. — Это правда? — спросил Мрак у Сплетницы. Она вздохнула. — …Да. Рой сделала ещё один шаг назад, словно собираясь бежать, но затем рухнула на пол вместе с остальными паралюдьми в комнате, которые одновременно вскрикнули. И герои, и злодеи без сил прислонялись к стенам, падали на пол или койки, охваченные знакомыми видениями о космических китах, альтернативных реальностях и апокалиптических катастрофах. На мгновение в палате воцарился хаос: врачи, медсёстры и интерны, не обладающие сверхспособностями, бросились на помощь тем, кто был ближе всего, проверяя, нет ли у них травм, и пытаясь их разбудить. К счастью, все они довольно быстро пришли в себя, и большинство из них очнулись со стонами и вздохами уже через несколько секунд. Легенда был первым из трёх главных членов Протектората, кто поднялся на ноги. Он покачал головой и снова сел. Оружейник и Мисс Ополчение последовали его примеру: первый с трудом поднялся, а вторая схватилась за голову и ахнула. — Вы их видели? — прошептала она Легенде. — Вы… помните? — Я… — Легенда покачал головой. — Я не совсем… — Они как вирусы… — сказал голос с пола. — И младенцы. И… И боги… все… — Сплетница, очнись, — сказал Мрак, ударив её по лицу. — Чёрт! — испуганно вскрикнула Сплетница, резко выпрямившись. — Я была на волосок от того, чтобы… По палате пополз шепот, все взгляды были прикованы к Оружейнику и Неформалам. — Чёрт побери… — сказал кто-то. — Это было триггерное событие? — спросил другой. — Ни за что на свете. Рой, которая только что встала на ноги, сделала ещё один неуверенный шаг назад, держась за голову, и только потом заметила, что всё внимание в комнате приковано к ней. Панацея смотрела на неё так, словно у неё только что выросла вторая голова. — Ебануться, он что, только что активировал её второй триггер? — спросил Регент. — Оружейник, какого хуя?! — воскликнул один из приезжих героев. — Что? Нет! — Оружейник поднял руки в успокаивающем жесте. — Я этого не делал! Я имею в виду — я не хотел этого делать! — Оружейник, ты хуесос! — крикнул Трикстер через всю комнату. — Что за хуйня, Оружейник?! — вмешался другой герой. — Ты не можешь сделать это с кем-то! — сказал другой. Рой застыла посреди комнаты, слегка повернув голову, чтобы посмотреть на толпу, и никак не реагировала на этот странный поворот событий. — Нет, нет! Я не знал… — Оружейник в отчаянии огляделся по сторонам, а из больничного коридора донеслись насмешки и улюлюканье. — Рой, прости меня! Я не знал, что так получится… Пожалуйста, позволь мне…! — Думаю, ты уже достаточно сделал, герой, — вмешалась Сплетница, самодовольно улыбнувшись Оружейнику, подошла к Рой и взяла её за руку. — Пойдём, Рой. Пойдём отсюда. К чёрту этих придурков. — Э-э-э… м-м-м… к-конечно… Хотя Рой явно была застигнута врасплох, она не стала сопротивляться и послушно последовала за Сплетницей, когда та вывела её из комнаты, переплетя их пальцы. Никто не попытался их остановить. Через мгновение Мрак и Регент пожали плечами и вышли вслед за ними. Сука и её псы плелись позади, едва сдерживая ярость. Легенда страдальчески вздохнул и повернулся к Оружейнику, в которого со всех сторон летели бутылки с водой и использованные бинты. — Оружейник. Нам нужно поговорить.

***

Кайзер рухнул на пол в больничном туалете, голый, как в день своего рождения. Кровь и внутренности покрывали его с головы до ног, из-за чего он скользил по плитке, но не чувствовал боли нигде, кроме тех мест, где он напоролся на острые металлические обломки, разбросанные по полу. — Что…? Он поднял руку к голове и ощупал череп в том месте, где, как он помнил, Левиафан расколол его, а затем лицо, которым он только что… От потрясения, вызванного воспоминанием, он перевернулся на спину и уставился в потолок широко раскрытыми глазами, глядя на собственный труп перед зеркалом. Другой Кайзер стоял прямо, пронзённый лезвием, торчащим из разбитого зеркала, которое он сам призвал, чтобы покончить с собой. Мёртвый Кайзер всё ещё был облачён в металлический доспех, но задняя часть брони, похоже, лопнула, и внутри были видны его позвоночник и внутренности. Они стекали на пол и источали запах крови и дерьма. Кайзер с минуту смотрел на это не моргая, а затем поднял свои окровавленные руки и посмотрел на них, а потом на всё своё тело. — …Ебать. Что ж, по крайней мере, он снова мог ясно мыслить. Последние несколько часов были для него как в тумане, но он отчётливо помнил, что был напуган, сбит с толку и ничего не понимал. Он помнил отчаяние. Отчаяние, достаточно глубокое, чтобы заставить его покончить с собой. По сравнению с этим нынешнее состояние было… улучшением? Да, приемлемая характеристика. Поднявшись, Кайзер подошёл к телу другого Кайзера и наклонился, чтобы лучше его рассмотреть. На лице его двойника застыло выражение ужаса и боли. Это зрелище встревожило его, но не стало неожиданностью. Кайзер протянул руку, прижал палец к доспехам и слегка надавил. Клинок легко вышел из головы другого Кайзера, и тело с громким лязгом упало на пол. Он поморщился. — Это точно кто-то да услышал. Ему нужно было действовать быстро. Кайзер всё ещё не понимал, что с ним произошло, но ни при каком раскладе обнаружение его с трупом в туалете не могло закончиться для него хорошо, особенно с его собственным трупом. Ему нужно было выбраться до того, как кто-нибудь вернётся. Кто-то же должен был вернуться? Он не мог точно вспомнить. Отмахнувшись от этих мыслей, он с помощью небольшого усилия своей силы начал создавать вокруг себя изящную металлическую решётку, которая снова покрыла грязное и обнажённое тело Макса Андерса безупречными доспехами Кайзера. Сила ответила быстрее, чем обычно, и он был этому рад. Затем, закончив, он сформировал грубый крюк, чтобы зацепить им шею трупа и потащить его за собой, надеясь, что не обезглавит его. Кайзер осторожно приоткрыл дверь в ванную и выглянул. В больнице всё ещё было многолюдно после нападения Губителя, но в этом коридоре почти никого не было. Ему оставалось только ждать, пока мимо пройдёт единственная перегруженная работой медсестра. Как только всё стихло и никто не смотрел прямо на дверь, он начал действовать. Он выбрался наружу и как можно быстрее потащил за собой тело другого Кайзера, оставляя за собой широкий кровавый след и глубокие борозды на полу. — Всё в порядке, — подумал он про себя. — Это сработает. Я попадал в ситуации и похуже. Он не совсем понимал, что происходит и куда он идёт, поэтому просто двигался в противоположную от источника шума сторону. Он пробежал мимо лестничной клетки и оказался в тускло освещённом коридоре с окнами. Снаружи он увидел чёрно-серые облака над Броктон-Бэй и, что ещё важнее, траву и клумбы на лужайке перед больницей тремя этажами ниже. — …Чёрт с ним, — сказал Кайзер. — Сойдёт. Небрежным взмахом крюка он выбросил труп в окно, разбив стекло, и выпрыгнул следом.

***

Тейлор вздохнула, когда они с Лизой остановились у больницы, на полпути между зданием и дорогой, под проливным дождём. Остальные быстро приближались, но Лиза окликнула их, прежде чем они подошли совсем близко. — Позвольте мне самой разобраться с этим. Мы вас догоним. Брайан на мгновение замер, и тьма вокруг него сгустилась сильнее, чем обычно. Алек просто стоял, засунув руки в карманы, а Рэйчел смотрела на Тейлор с молчаливой ненавистью. — Это ещё не конец, — сказал Брайан. — Мы поговорим об этом позже. Все мы. Повернувшись к ним спиной, он побрёл под дождём, а Рейчел просто зарычала в их сторону и последовала за ним. Брут и Иуда шли за ней по пятам. Алек на мгновение задержался, глядя на них, а затем пожал плечами и тоже ушёл. За ними всеми клубилась тьма, скрывая их. Вздохнув, Лиза скрестила руки на груди и повернулась к Тейлор. От её обычной самоуверенности не осталось и следа. — Итак, я чувствую, что должна объясниться, — сказала она. — Ты должна объясниться мне? — недоверчиво спросила Тейлор. — Это я планировала предать вас, ребята… но ты ведь и так это знала, не так ли? Лиза поморщилась. — У меня были некоторые мысли. Тейлор сглотнула, не зная, как даже начать объяснять свою точку зрения. — Лиза, я… Внезапно окно на верхнем этаже больницы разбилось вдребезги. Обе девушки остановились и обернулись, чтобы посмотреть, как груда металла, подозрительно похожая на человеческую фигуру, пролетела три этажа и рухнула на траву. За ней последовала вторая, которая на этот раз кричала всё время, пока падала. Приземление второго металлического человека сопровождалось громким хрустом и мучительным криком. — Бляяяяяядь! — Мужчина кричал, схватившись за ногу и катаясь по больничной клумбе. — Ееееебаааать! Это было тупо! Ох, нахуй, моя нога! — Это что… Кайзер? Лиза медленно моргнула и молча кивнула. Они молча наблюдали за тем, как Кайзер, громко ругаясь, заставил себя встать и, хромая, подошёл к другому телу, которое он выбросил в окно. На нём был почти такой же доспех, как у него самого. Не обращая внимания на зрителей, он схватил крюк, прикреплённый к телу, и потащил его за собой, оставляя глубокую борозду в земле. Так он медленно пересёк больничный газон. Почему-то из всех многочисленных вопросов, которые в тот момент крутились в голове у Тейлор, первым был вопрос о том, почему Кайзер вонзил крюк в шею, а не под мышки? Хотел ли он отделить голову от тела? Они продолжали наблюдать за тем, как Кайзер вытащил труп на середину дороги и теперь медленно спускался с холма в сторону города, оставляя за собой кровавые следы на асфальте. Когда он почти скрылся из виду, Тейлор повернулся к Лизе, которая всё ещё безучастно смотрела вдаль. — …Лиза, что за хуйня сейчас произошла? На этот раз Лиза не нашлась, что ответить.

***

Кайден застонала, войдя в главную палату, где находились Плащи. Головная боль, от которой у нее раскалывалась голова, всё ещё не утихала. Медсёстры продолжали осматривать людей, которые, очевидно, потеряли сознание, и помогать им, а в каждом углу собирались группы, чтобы поболтать и пошептаться. Кайден огляделась, пока не заметила характерный противогаз и военную форму Крига, и подошла к его кровати. — Что, чёрт возьми, произошло? — спросила она. — Рой, — ответил он с явно наигранным немецким акцентом. Кайден наклонила голову. — Из Неформалов? Девочка-жук? — Я. — Криг кивнул. — Она быть герой под прикрытие, внедрившийся в их ряды. Оружейник раскрыть её секрет, унд она стриггерить. — Второй триггер? — глаза Кайдена расширились. — Это… редко… Как отреагировали Неформалы? — Она уйти с ними, — Кайден показалось, что в его голосе прозвучала насмешка. — За руку со Сплетницей. Какие бы героические амбиции у неё ни быть, похоже, она от них отказаться. Променять их на первая же лесбиянка, которая раздвинуть перед ней ноги. Кайден нахмурилась. Она попыталась представить себе только что произошедшую сцену, но у неё ничего не вышло. Не то чтобы она хорошо знала Рой или Неформалов, но эта новость всё равно не вписывалась в её представление о них. Рой? Героиня? Разве не она вырезала глаза Луну? И всё же ей было жаль девушку. Триггерное событие обычно становилось худшим днём в жизни кейпа. Нужно быть особенно невезучим, чтобы пройти через это дважды. И её проблемы, вероятно, на этом не закончатся, если то, что Криг сказал о ней и Сплетнице, — правда. Хотя Кайден и надеялась смягчить некоторые из наиболее вопиющих нравов Империи теперь, когда она займёт место Макса, находиться «на виду» в Броктон-Бей по-прежнему опасно даже для паралюдей. Они сами навлекают на себя беду, и Кайден сомневалась, что сможет полностью остановить попытки Империи сделать из них показательный пример. Судя по словам Крига, он явно хотел что-то с ними сделать. На самом деле это было досадно. Неформалы поступили с ней по-доброму, когда власти забрали Астер. Она хотела отплатить им тем же. На самом деле до сих пор хотела. Но ничего иного не может не произойти, когда подобные им не могут держать свои извращённые интересы за закрытыми дверями, где им самое место. Криг с ворчанием сел. — Где быть Кайзер? — спросил он. — Ты его где-то оставить? Глаза Кайден расширились от осознания. — Вот чёрт! Криг окликнул её, когда она выбежала из палаты и направилась в ванную, где оставила Макса. Она не могла поверить в то, что сделала. Она просто искала лом или что-то ещё, чтобы снять с него доспехи, но в суматохе совсем забыла о нём. Должно быть, он тоже потерял сознание из-за триггерного события. Что, если он снова пострадал? Она должна была убедиться, что с ним всё в порядке. Она ненавидела это чувство. Макс был ублюдком. Она знала, что ничем ему не обязана. Но она не могла бросить его на произвол судьбы в таком жалком состоянии. Он этого не заслуживал, что бы там ни говорила эта веснушчатая сучка, и она не могла считать себя героиней, если бы не старалась сделать для него всё возможное. Добравшись до ванной, Кайден зажала рот рукой и в ужасе застыла на месте. От двери ванной тянулся след полузасохшей крови, а внутри было настоящее кровавое месиво: кровь и внутренности были не только на плитке на полу, но и на зазубренных металлических шипах, торчащих из каждой стены. Что бы здесь ни произошло, похоже, Макс сопротивлялся. — Две минуты. Я оставила его одного на две минуты. В ней вскипела ярость, возмущение тем, что кто-то посмел напасть на лидера Империи Восемьдесят-Восемь здесь и сейчас, когда он наиболее уязвим, во время перемирия Губителей , ни больше ни меньше. Из её кожи вырвался свет, и Чистота взмыла в воздух, наполняясь силой от больничных ламп. Протиснувшись обратно в коридор, она полетела по кровавому следу так быстро, как только могла в ограниченном пространстве. Кто бы или что бы это ни сделало, оно было близко, и она собиралась его найти. И в каком бы состоянии ни был Макс… она разберётся с этим, когда найдёт его.

***

Кайзер крякнул, поднял труп своего двойника над головой и с грохотом бросил его в мусорный контейнер. Он находился возле жилого дома на холме, вроде как Капитанском, больница была далеко позади, а город раскинулся внизу. Вечерний свет уже мерк, а дождь всё ещё моросил вокруг него, мягко стуча по бетону. Кайзеру это бы даже понравилось, если бы он не находился в самой стрессовой ситуации, которую только можно себе представить. Крышка мусорного контейнера захлопнулась, и Кайзер откинулся на неё, тяжело дыша. Ему не в первый раз приходилось избавляться от тела, но он уже не так молод, как раньше. Он не считал себя таким старым, но он определённо был уже не в том возрасте, чтобы лично таскать трупы по улицам. Особенно когда это был его собственный труп, весом более ста фунтов. Это был странный день. — Пошёл ты, — пробормотал Кайзер, ударив кулаком по мусорному контейнеру. — Пошёл ты и тот нож, которым ты себя зарезал. Надеюсь, тебе было больно, тупой ублюдок. Он попытался сделать шаг, но нога всё ещё болела после падения. Поморщившись, Кайзер снова откинулся назад и поднял сломанную ногу, вытянув её насколько мог. Приложив некоторые умственные усилия, он сдвинул несколько костей и попытался исправить ещё несколько переломов. Он делал это и раньше, но на этот раз всё было по-другому. Он никогда не мог контролировать свою внутреннюю биологию, кроме как в том, что касалось железа в крови, но на этот раз всё прошло более гладко , как будто ему не пришлось так сильно бороться, что стало приятным сюрпризом в сложившихся обстоятельствах. Тем не менее, даже если сила откликалась быстрее, чем обычно, срастание костей происходило слишком медленно и требовало слишком много энергии. Он определённо не был Маркизом; тот мог бы и во сне срастить кости лучше. И теперь он действительно скучал по Лаверу из всех людей. До чего докатилась его жизнь? Его металлический ботинок коснулся земли, на этот раз боль была не такой сильной, и Кайзер вздохнул. Пока сойдёт. Ему нужно было решить, что делать дальше. Наверное, найти какую-нибудь чистую одежду. Интересно, насколько велика вероятность того, что ему помогут, если он постучит в ближайшую дверь? — Привет! Я Макс Андерс, известный местный суперзлодей, сторонник превосходства белой расы. Я как раз выбрасывал труп в ваш мусорный контейнер и подумал, не найдётся ли у вас чистого нижнего белья, которое я мог бы одолжить? Нет… Нет, скорее всего, ничего хорошего из этого не выйдет. Учитывая его везение, человек, который откроет дверь, окажется чернокожим, и разговор будет мгновенно испорчен. Скорее всего, его ударят по лицу. В сложившихся обстоятельствах он бы никого не винил. В этот момент в небе вспыхнул ослепительный свет. Кайзер закрыл глаза, но медленно опустил руки, когда свет померк и чей-то голо с окликнул его. — Макс? Это ты? — …Кайден? Чистота опустилась на землю перед ним. Свет становился всё тусклее, пока не стало видно её лицо, на котором читались растерянность и беспокойство. — Макс, что с тобой, чёрт возьми, случилось? — К-Кайден… Он не был уверен, что чувствует сейчас. Страх? Облегчение? Трепет? Грусть? Может быть, немного злости? Что бы это ни было, он, спотыкаясь, шагнул вперёд, не обращая внимания на её потрясённое выражение лица, и внезапно заключил её в объятия, и что-то в этом было таким катарсисным. — …Макс? — выдавила из себя Кайден. — Ты… в порядке? — Нет. — Голос Кайзера прозвучал сухо и хрипло, и он с трудом подавил желание сжать её крепче, несмотря на то, что был весь в острых металлических пластинах. — Я далёк от того, чтобы быть в порядке. Кайден нерешительно подняла руку и положил её ему на плечо. — Ты… снова говоришь, — прошептала она. — Я думала… что у тебя повреждение мозга… Она отстранилась и вопросительно посмотрела на него. — Я тоже не знаю, что произошло. — Кайзер покачал головой. — Может быть, какое-то… необычное применение моей силы? Кайден полностью отпустила его и отступила на шаг. — Как выращивание металла на поверхностях позволило тебе отрастить часть мозга? — Это никогда не было моей единственной способностью, — сказал Кайзер, безвольно опустив руки. — У меня есть небольшая способность Ченджера. Я немного… управляю своей внутренней биологией. Это не очень тонко и мощно, но я использовал это, чтобы время от времени залечивать небольшие повреждения… Возможно, именно это позволило мне выжить после Левиафана? Кровь сворачивалась быстрее? Некоторые важные функции мозга перешли в ту часть, которая уцелела? Я не знаю. Последние несколько часов я был не в себе… Кайден скрестила руки на груди и нахмурилась. — Почему ты никогда мне об этом не рассказывал? Кайзер повернулся к ней спиной, склонил голову и оперся обеими руками на мусорный контейнер. — Потому что я тебе не доверял? — сказал он, пожимая плечами. — Потому что я знал, что ты меня бросишь, как и в прошлый раз? Потому что я лидер «Империи Восемьдесят Восемь» и всегда держу козырь в рукаве на случай непредвиденных обстоятельств? Думаю, я просто… слишком привык к секретам. Кайден усмехнулась. — Ты не доверял мне? — Теперь в ее голосе звучали жесткие нотки. — А я вот полностью тебе доверяла. Я последовала за тобой в Империю. Я оставила свою семью ради тебя. Я вышла за тебя замуж. Ты тот, кто предал это доверие. Ты можешь серьезно винить меня за то, что я ушла после всего, что ты натворил? Она подплыла ближе, зависнув в сантиметре от земли, и он повернулся к ней лицом. Макс на мгновение замолчал. Металл его доспехов холодил кожу, и он слегка дрожал от холода. — Пожалуйста, не оставляй меня снова, — прошептал он. — …Что? Кайзер протянул руку и стянул шлем с его головы. Лицо Кайзера было мокрым и грязным, а волосы — в засохшей крови, но больше всего Кайден поразили слёзы в его глазах. Она уставилась на него, открыв рот. — Пожалуйста, — сказал он, подходя ближе. — Я прошу прощения. За всё. Пожалуйста, просто… останься со мной? Ты нужна мне прямо сейчас. Он протянул руки, и сжал ее ладони в своих. — Макс… что с тобой случилось? — спросила она, и в её глазах отразилось замешательство. Он мягко улыбнулся ей, но улыбка померкла, когда он мельком взглянул на мусорный контейнер. Взгляд Кайден последовал за его взглядом, но она снова сосредоточилась на Максе, когда тот повернулся к ней. — Я не совсем уверен, но… кажется, я умер… — пробормотал он. Макс нежно и осторожно притянул её к себе, и она не сопротивлялась. Он положил подбородок ей на плечо, вдохнул её аромат и снова почувствовал её руки на своих плечах — знакомое ощущение, которого он не испытывал уже очень давно. — И я думаю… может быть, родилось что-то иное.

***

В Броктон-Бей только что рассвело, а у Томаса Калверта уже был дерьмовый день. Действительно дерьмовый день. Конечно, он всегда чувствовал себя дерьмово до того, как выпьет утренний кофе, но ситуация, в которой он оказался, была ужасной сама по себе. Не могло быть и речи о том, чтобы справиться с непосредственными последствиями нападения Губителя иначе, как с помощью ужасающих средств. Он вынужден был бодрствовать всю ночь напролёт в обоих своих линиях, помогая координировать и консультировать СКП, насколько это было возможно, всего с одной попытки, поскольку, судя по всему, одно лишь присутствие Губителя в Броктон-Бей настолько сильно влияло на его силу, что неоднократно приводило к случайному разрушению временной линии. Это была крайне тяжёлая ночь. В конечном счёте, однако, Левиафан не нанёс непоправимого ущерба его личным активам, а его усилия, подкреплённые тайным предвидением, внесли достаточно положительный вклад в исход битвы, чтобы он остался доволен результатом. Было правильным решением остаться с СКП, а не отсиживаться на своей базе, особенно учитывая, насколько близко Левиафан подобрался к её уничтожению во время битвы в центре города. Кроме того, Томасу Калверту не пристало отсутствовать в столь важный момент, как атака Губителя. Нет, если он по-прежнему намерен сместить Пиггот с её должности и захватить власть в городе. Главной проблемой сейчас, размышлял он, пока ждал, когда сварится кофе, было то, чтобы Броктон-Бей пережил ближайшие дни и чтобы через месяц или два здесь ещё оставался город, которым можно было бы управлять. И, конечно же, нужно было разобраться с ситуацией с Рой. Он узнал от Легенды и Пиггот о том, что произошло с Оружейником в больнице (а также услышал рассказ Трикстера о тех событиях), и его очень разозлило, что его Сплетница до сих пор не сообщила ему об этом. То, что Рой была героем под прикрытием, было проблемой. То, что Рой была героем под прикрытием, у которого, судя по всему, только что случился второй триггер, было более серьёзной проблемой. Даже если харизма Сплетницы каким-то образом на время околдовала её, он знал, что она открыто осуждает его за то, что он держит у себя питомца. А теперь она стала ещё сильнее, у неё появились новые неизвестные способности, и она, возможно, психически неуравновешенна. Можно ли по-прежнему доверять ей в осуществлении его планов? Можно ли по-прежнему доверять любому из них? Нет. Рой была обузой, и рано или поздно ему пришлось бы с ней разобраться. А если его Сплетница действительно сблизилась с ней, как гласили слухи, то она представляла собой ещё и проблему из-за своего близкого расположения. Служебный роман мог бы потенциально привлечь Рой на его сторону, но с такой же вероятностью она могла бы подбить Сплетницу (и, возможно, даже остальных Неформалов) восстать против него. Ему нужно будет узнать цифры у своей питомицы, когда она поправится, чтобы быть уверенным, но он сильно подозревал, что надолго оставлять Рой одну не стоит. Он обдумывал варианты, наливая себе утренний кофе. Варианты для Рой и Сплетницы, да, но также и варианты того, как провести этот день. Очевидно, он будет делать то же, что и всегда: одна временная линия — Выверт на его базе, другая — Томас Калверт в СКП, но на чём он сосредоточится в своём долгосрочном плане? Как он подойдёт к этой новой парадигме после Левиафана? Он планировал объявить войну Империи, но, поскольку статус Кайзера в настоящее время неясен, а лояльность Рой под вопросом, он не знал, что и думать. Томас вышел на крыльцо в халате и тапочках, держа в руках чашку с кофе, и стал осматривать разрушения в городе. Он жил достаточно далеко от побережья, чтобы его дом не пострадал напрямую от Левиафана, но всё вокруг было мокрым из-за проливного дождя. К счастью, он жил на холме, так что угрозы наводнения не было. Тем не менее весь район теперь был шумным из-за генераторов, поскольку Левиафан вывел из строя часть электросети, и утренний воздух наполнял их прерывистый гул. Кроме того, ему не доставили свежую газету. Не то чтобы он ожидал её в сложившихся обстоятельствах, но это было ещё одним поводом для Томаса Калверта назвать начало дня испорченным. Он лениво размышлял об этом, попивая кофе. По крайней мере, он надеялся, что разносчик утонул во время вчерашнего нападения. Он всегда ненавидел этого Грега. Это напомнило ему о… Когда на этой неделе вывезут мусор? В обычных обстоятельствах это произошло бы сегодня, но нет никакой гарантии, что муниципальные службы Броктон-Бей не пострадали от нападения Губителя. Томас посмотрел на часы, чтобы убедиться, что сегодня именно тот день, и задумался над проблемой. — Ну, можно заодно вынести мусор, — подумал он. — Они заберут его, когда получится. Не потрудившись закрыть дверь, Томас вернулся в дом, оставил кофе на кухонном столе и быстро вынес мусор. Минуту спустя он шел по садовой дорожке, на этот раз с двумя полными мешками для мусора. Поставив один мешок на землю, он свободной рукой поднял крышку мусорного контейнера и замер как вкопанный. Второй мешок он уронил. — О, — он моргнул. — Это труп. Это труп Кайзера. Это труп Кайзера в моём мусорном контейнере, рядом с домом, где я живу под своим настоящим именем. У Томаса Калверта выдался действительно дерьмовый день.