2 глава.

            Настало время отъезда. Все девять человек ехали в вагоне СВ, выкупленном целиком заранее, чтобы уберечь, в первую очередь, мужчин-участников «Битвы сильнейших» от внимания поклонниц. Мужчинам-колдунам было приятно такое внимание, но порой всё-таки хотелось отдохнуть. При покупке билетов возникла загвоздка: три женщины — нечётное количество. Было бы две или четыре — было бы проще. Практически жребием администратор Леонид решил, что Марьяна и Ангелина поедут вместе, а Вика — с девушкой-оператором Милой.              Встреча снималась с продуктами спонсоров шоу, и спонсоры оплатили вагон СВ, а ведь обычно выкупали купе на четверых, хоть и ехали трое, когда были испытания. Этот небольшой колдовской «шабаш» потом выложат на Rutube в определённый момент. Остальных раскидали так: Олег Шепс, Максим Левин; Александр Шепс, Влад Череватый; Юлий Котов и Тимофей Руденко. Оставшиеся места в СВ были заняты службой безопасности. Леонид и операторы с гримёрами ехали в соседнем купейном вагоне.              Олег сидел напряжённый на своей полке и даже не мог привычно смотреть в окно под стук колёс, хотя любил это. Олег был зол как чёрт. Ибо в лесу они с Ангелиной целовались и даже уже были готовы приступить к главному, сняв верхние слои одежды. Но Изосимова резко отскочила и сообщила, что она уже не в настроении миловаться в осеннем лесу, ибо можно было простудиться, и благополучно удалилась, явно довольная собой.              Шепса потом минут двадцать бомбило, а потом он пошёл следом. Ангелина сделала это намеренно, чтобы ещё сильнее распалить Олега, и Олег действительно считал, что роковая, сексуальная Изосимова сведёт его с ума или доведёт до нервного срыва. К тому же колдовка припомнила медиуму фразу: «Валяться под Левиным». И Олег неистово ревновал, а Ангелине нравилось дёргать за эти верёвки и профессионально играть на нервах.              И теперь Максим Левин сидел напротив — прямо по закону подлости. Слава богу, что Леонид хотя бы так решил, а то только от одной мысли об Ангелине и Максиме в замкнутом пространстве Олега бы хватил приступ. Пронесло. Олег уже пару часов периодически переписывался с Сашкой, который слал ему всякие шортсы с Ангелиной. Ангелина была в разных нарядах и ёмко материлась, ставя на место любого, в том числе и самого Олега. Иногда Олег посматривал на Максима, который тоже загадочно лыбился. Колдун со шрамом был в великолепном настроении, словно кот, обожравшийся сметаны. Он переписывался с женщиной — это ежу понятно.              И медиум хотел узнать, какая именно эта женщина. Ну, у Олега не получалось прощупать соседа. У Максима на шее болтался амулет в виде какой-то страшной коряги. Плюс браслеты на руках, которые тоже явно защищали. Поэтому узнать более точную информацию с помощью магии нереально. Тем более Шепс прямо пыжился изо всех сил, а Левин, казалось, не ощущал ничего. Знал бы Олег, что Максим переписывался с Марьяной, то выдохнул бы.              Переписка колдуна со шрамом и рыжеволосой шаманки была связана с эзотерикой, приправленная юмором и флиртом. Олег решил поговорить с Максимом прямо. Расставить все точки над i в плане Ангелины. И самое главное — объяснить, что будет биться за Ангелину до самого конца, несмотря ни на что. Ещё хлеще, чем за брата Сашку в первом сезоне «Битвы сильнейших». Олег мысленно обдумал, представив, как именно пойдёт разговор, и что может пойти не так. А потом махнул рукой и решил сказать, что на душе было. И будь что будет.              — Тебе нравится Ангелина? И есть у тебя что-то с ней? — поинтересовался Олег.       — Ети его мать! Вечер перестаёт быть томным. Нет, на Ангелину я не претендую. Не претендовал и не буду претендовать. Выдыхай, ну серьёзно, — спокойно ответил Максим.       — Точно? — засомневался Шепс.       — Да, точно! Я не любитель на двух стульях сидеть! — рассмеялся Левин, хлопая медиума по плечу. — Так, что дерзай.              Олег обрадовался и побежал к Ангелине, едва не столкнувшись с Марьяной. Шаманка стояла в узком коридоре, смотрела в окно и с кем-то переписывалась с улыбкой на лице. Шепс прошмыгнул в комнату Ангелины и Марьяны. Ангелина, заметив незваного гостя, тут же попыталась его вытолкать. Но Олег закрыл дверь изнутри и тут же схватил колдовку за запястья. Его серые глаза пересеклись с её карими. Воздух в купе стал наэлектризованным. И стук колёс стал громче. Фонари, темнота леса за окном. Всё это придавало таинственности. Ангелина вырвала запястья, а затем дала Олегу пощёчину и сообщила, чтобы он убирался вон, ибо она собиралась переодеваться.              — Никуда я не уйду! Хватит со мной играть, Ангелина! — прорычал Олег, присаживаясь на полку Марьяны.       — Ну, и похуй. Стану я мужика стесняться! — проговорила Ангелина с зачарованной хрипотцой в голосе.              Олег мгновенно перевёл на неё взгляд. Ангелина стала расстёгивать пуговицы на своей чёрной кофте. Аппетитная, упругая грудь в чёрном лифчике прямо распаляла внутри Олега бушующий огонь. У Шепса стала подниматься температура, и появилась ощутимая дрожь во всём теле. Изосимова выбросила кофту, а затем наклонилась, выдвинула чемодан и стала доставать оттуда футболку, тоже чёрную. Олег не выдержал, схватил её за бёдра и посадил к себе на колени, и стал водить руками по её телу, попутно забираясь под юбку. Теперь уж он точно никуда её не отпустит. Ангелина расхохоталась, чувствуя руку Олега на своём бедре. Марьяна поняла, что в СВ она не проникнет, что её не совсем расстроило, и она летящей походкой направилась в СВ к Левину.              Максим, развалившись на своей полке, сидел на своей странице ВКонтакте. Лицо у него было сосредоточенным. Ибо Максима среди множества писем привлекли внимание два, которые требовали его колдовского дальнейшего взаимодействия с этими людьми. Писала девушка, которая обошла много клиник, множество врачей, сдала кучу анализов. Здорова. Но физически слабо себя ощущает, если навещает квартиру покойной матери.              Ещё написал парень, который занимался археологией. Он нашёл странную монету в Смоленской области. И с тех пор в его жизни всё наперекосяк. Во всех сферах. И даже сдавал треклятую монету в ломбард. И жизнь становилась лучше. Но потом монета его находила. И по новой. Оба обратившихся жили в Москве. Но готовы были приехать в Санкт-Петербург.              Максим ответил, что как будет в Москве, то напишет и тогда можно договориться о встрече. Не исключено, что всё-таки психосоматика и самопорча. Ибо народ горазд сам на себя насылать проклятия или сам себе придумывать всякую чушь. И эти надуманные фантазии потом и в жизни исполняются. Или же на самом деле что-то серьёзное. Будем посмотреть.              Марьяна стояла в проёме и с интересом наблюдала за Максимом. Ведь такой собранный, мужественный, задумчивый. Шаманка окликнула его, колдун убрал мобильник в сторону и уставился на шаманку. Чёрный топик, джинсы, идеально подчёркивающие фигуру. Чертовка. Ну, прямо соблазнительная, привлекательная, манящая. Максим с Марьяной улыбнулись друг другу. Карие глаза Левина встретились с голубыми глазами Романовой. Искра, тайна и недосказанность — тем интереснее. Марьяна зашла в СВ и села на полку Олега, закидывая ногу на ногу.              — Ну, что, в картишки сыграем? На желания. Приличные, неприличные, как пойдёт! И чего захочет дама в процессе, — усмехнулся Максим, доставая колоду карт.       — Ну, разумеется, Максим! Колода же не твоя. И естественно, не пропитана твоей колдовской энергией. И всё будет по-честному, — усмехнулась в ответ Марьяна.       — Ну, собственно говоря, да, Левина раскусили! Но, когда такая красивая женщина с безумно сильной энергетикой, то, только шулерство в помощь. Колдун во мне будет спать, как сурок, — зачарованно прошептал Левин.       — Ну, не исключено, что шаманка во мне тоже задремлет, тем более, что я готова ввязаться в эту авантюру, — прошептала Романова в ответ.              Максим улыбнулся, а затем стал тасовать колоду карт. Порой смешивал совершенно нестандартно. Марьяна предложила сыграть в переводного дурака, так как тут было больше шансов выйти сухим из воды. Или не выходить, а намеренно сдавать позиции. В конце концов, за этой игрой скрывалось нечто большее, чем просто карточные масти.              Максим вытаскивал козырь, а потом вновь тасовал колоду и ловко раскидывал карты, словно имел навыки карточного шулера. Хотя с таким он и был знаком. Хорошо. Далеко до отсидки. И да, карточным фокусам и трюкам он научился.              Карты разных размеров мелькали на столе, переливались, скрывались, собирались в больший веер. Словно из неоткуда возникали козыри. Причём иногда складывалось такое ощущение, что повторно. Ну, колода состояла из пятидесяти двух карт, плюс джокеры. И, естественно, внимание сходило на нет со временем. Желания сначала были приличные, с юмором. А потом Левин снял с Романовой три вещи в трёх выигранных партиях подряд, и теперь наслаждался видом. Обнажённая грудь, чуть выше которой татуировка змеи, изысканные и манящие изгибы тела, сапфировые очи с огоньком — всё это привлекало внимание колдуна со шрамом.              Марьяна видела этот хищный взгляд, и ей прямо импонировало это влечение Максима. Она решила немного сбить его прицел, усыпить бдительность. И стала проводить руками по груди, массировать, сжимать, прикусывать губы. И да, колдун со шрамом проиграл следующую партию в пух и прах. Но шаманка, водрузив последние две карты на мужские плечи, решила немного помучить колдуна со шрамом. Марьяна потребовала стриптиз и спеть смазливую песню.              Максим пожал плечами, ибо карточный долг — это долг чести, а затем принялся за дело. Двигался он вполне пластично, заставляя Романову не открывать взгляд. Но вот пение вызывало дикий хохот. Ибо Максим пел так, словно ему стадо медведей все уши отдавили. Явно ей назло. Ибо Максим пел великолепно. И даже выложил две песни, по одной из которых потом и клип сняли. И голос Левина там очаровывал, обволакивал и успокаивал. У Романовой даже эти песни были в плейлисте, и она иногда слушала.              Тело же Максима в меру спортивное, слегка атлетичное, приятное на глаз, с этими татуировками, которые даже подчёркивали эту мужскую привлекательность. И когда последний элемент был сброшен, то пение завершилось. Марьяна искренне похлопала, понимая, что карточная игра теперь не имеет никакого значения. Ей хотелось бури, страсти. Чтобы даже было немного бесцеремонно.              Ну, надо подать сигнал. Намекнуть. Романова подошла к Левину, а затем толкнула на полку. Максим схватил за её руки, утягивая за собой. Через мгновение они уже страстно целовались. Максим ласкал одной рукой грудь Марьяны, щипая, сжимая, поглаживая, а второй стягивал джинсы. И тут шаманка страстно задышала, отвечая на поцелуи.              Марьяна страстно задышала, когда Максим залез ей в трусики, попутно целуя в шею, в губы. Коснулся сокровенного места, но не входил, дразнил. А потом всё-таки медленно ввёл два пальца в лоно шаманки, второй рукой срывая с неё джинсы. Темп пальцев стал умеренный, и Марьяна зарычала и поцеловала Максима в шею, а затем сняла ремень с его джинс и следом стала их стаскивать. Началась новая игра, более горячая. И оба каждой клеточкой тела мечтали в неё сыграть. Ибо безумно разгорячились…       

***

             Ангелина сидела на краю своей полки, расчёсывала волосы и напевала какую-то песню Жанны Фриске, смотрясь в зеркало. Олег лежал позади, довольный, словно выиграл лотерею миллион баксов. Хотя восхитительная колдовка определённо намного круче. Фейерверк, ураган, цунами. Если бы не была такая вредная, то вообще было бы отлично. Но, скорее всего, тогда было бы скучно. А тут драйв, эмоции, и каждый миг как на пороховой бочке. Да что там отношения с колдовкой — словно минное поле. И этот каждый миг на этом минном поле тратит множество нервных клеток, и состояние как на американских горках. И бесконечное ощущение эйфории и предвкушения. Ангелина — самый сильный в мире наркотик. И Олег прочно на него подсел. Без желания выбраться и освободиться.              — Ну, ты, как всегда, красива, — пробормотал Олег.       — Ну, так, меня от души оттрахал, и только красивая? — улыбнулась Ангелина.       — Просто, у меня слов нет, — промурлыкал Шепс.       — Зато у меня есть, охуеть, как пиздато, — промурлыкала Изосимова в ответ, а затем убрала зеркало и расчёску в сумочку и провела рукой по кудрявым волосам Шепса.              Олегу тут же захотелось колдовку обнять и никуда не отпускать. Ангелина хлопнула Олега по руке, когда тот потянулся, а затем сообщила, чтобы медиум вышел в коридор, ибо она сейчас будет переодеваться для ресторана. С окаянным Шепсом скорее в омут можно снова нырнуть. Олег сообщил, что он никуда не уйдёт, но приставать не будет, и даже оплатит ужин в ресторане. Ангелина усмехнулась, но спорить не стала.              Шепс отвернулся, но слегка зеркальная стена отражала прекрасную Изосимову. Олег перекрещивал пальцы на руках и шептал, чтобы снова не попасть под влияние. Ангелина видела, как Олег держался из последних сил, поэтому в этот раз не стала его мучить и переоделась быстро. Синее вечернее платье идеально подчёркивало все прелести фигуры. Олег даже сглотнул, а затем также быстро оделся.              Они вышли под ручку и направились в сторону ресторана. В тамбуре брат Олега — Саша Шепс вовсю фоткался с какими-то девицами, которые визжали и трогали своего кумира. Излишне активные поклонницы. У Олега тоже такие иногда бывали. Ангелина прошептала Саше, что если что — у неё есть травяной сбор, который увеличивает мужскую силу. Александр хотел было ответить языкастой колдовке, но она с Олегом скрылась из виду.              Первые два вагона прошли без эксцессов, так как были купейные. А вот третий был плацкартный. К Олегу сразу подлетела толпа юных нимф и стала просить сфоткаться или на чём-то расписаться. Шепс довольно мило с ними общался, ласково, уделив внимание каждой. Изосимовой даже показалось это забавным. Да и Олег вполне был прекрасен собой. Было на что поглядеть. Тем более к таким девчонкам она не ревновала и даже каждой пожелала счастья и здоровья.              Ангелина выскользнула из толпы, как грациозная пантера, и проскользнула между любителями лапши быстрого приготовления и бегающими детьми. И оказалась в тамбуре. Там плакала какая-то девушка лет двадцати пяти. Ангелине стало её жалко, и она решила с ней поговорить. Было время, пока Олег нянчился с девчонками, которые называли его крашем. Изосимова осторожно коснулась плеча девушки. Та обернулась и узнала колдовку. Девушку звали Марина, и она рассталась с женихом и была беременна. Возвращалась домой.              — Ну, что случилось, милая? Козёл какой-то обидел? — поинтересовалась Ангелина.       — Слился, после того, как узнал, что я беременна, — сквозь слёзы проговорила Марина.       — Ну и в пизду его! Девка, ты красивая, будут у тебя в жизни ещё кавалеры. И ребёночек здоровенький родится. Ты ему нужна, поэтому старайся жить и не расстраивайся из-за ерунды. Поэтому только прогулки, фрукты и хорошее настроение, — прошептала Изосимова, обнимая девушку.              Марина поблагодарила, а затем сообщила, что просто забыть своего козла не может. Ангелина погладила её по голове и рассказала рецепт, как его забыть поскорее. А именно — заговор и обычное тёплое молоко с мёдом перед сном. Во время возрастающей луны, в кругу белых свечей. Олег, который вдоволь пообщался с фанатками, застал эту картину. Ангелина была нежной, словно мама для этой девушки, и он не поверил бы, если бы не увидел сам. Марина поблагодарила, поздоровалась с Олегом, а затем удалилась. У Олега прямо сердце заколотилось. Такую Ангелину он вообще никогда не видел, и такая нежная она тоже ему нравилась.              — Шепс, ты чего глаза вылупил? Пошли в ресторан уже, — произнесла Ангелина, возвращая Олега в реальность.       — Ты была просто невероятной, — прошептал Олег, подставляя Ангелине локоть.       — Ну, будешь на постоянной основе хорошо трахаться. И с тобой иногда буду ласковой кошечкой, — усмехнулась Изосимова, хватаясь за локоть.              Ресторан был огромный. Олег с Ангелиной выбрали дальний столик. Юркая, маленькая блондиночка официантка принесла меню и попросила автограф на груди поставить, протянув маркер. Шепс уставился на Изосимову, чувствуя, что у него в пятки сердце уходит. Ангелину это рассмешило. Какой же Олежка смешной и точно верный. Загрызёт же себя заживо, если не дай бог что. Ну, тогда она его точно кастрирует серпом без наркоза.              Ангелина решила спасти Олега, который был красный как варёный рак. Изосимова сообщила, что у Шепса плохая энергетика и он пока боится лично передавать свою энергию чужим, причём на бумажке может расписаться. Официантка понимающе кивнула и удалилась. Олег облегчённо выдохнул и отхлебнул вина, которое уже принесли — подарок от заведения.              — Ангелина, я и сам мог, — произнёс Олег.       — Ага, как же, вёл себя как школьник, которого за блудом застали, — со смехом прошептала Ангелина.       — Просто я не хотел, чтобы ты ревновала, — с улыбкой проговорил Шепс, беря её за руки.       — Ничего себе заявочка. Нет, в постели ты мастак, прямо чёрт неугомонный. Но ревновать я точно никогда не буду. Я выше этого. И твои девочки мне не конкурентки, — пояснила Изосимова. Хотя в глубине души немножко ревновала.       — А я вот тебя всегда ревную, — признался Олег.       — Ну, я заметила. Прямо слюна капает бешеная, милок, когда ты меня с Левиным видишь. И спокойно не можешь после жить. И устраиваешь мне потом допросы с пристрастием, — не удержалась Ангелина.              Олег тут же побагровел, ноздри расширились, и он сообщил, что вызовет Левина на поединок, если он ещё раз рядом с Ангелиной встанет. Ангелина улыбнулась, а затем сообщила, что не стоит её в прошмандовки записывать, которая с хуя на хуй будет прыгать. Она женщина серьёзная. И если уж выбрала мужика, тем более такого кудрявого и горячего, что скорее сбежит от него, ибо он её затрахает в постели, нежели рогов ему наставит. Принесли мясо по-французски, и Ангелина с Олегом принялись за трапезу, пожирая друг друга взглядом. И сердца их бешено колотились в унисон.              

***

      Марьяна сидела в длинной футболке Левина, который её кормил пельменями со сметаной. Романова смеялась, поражаясь такому жесту нежности от Максима. Левин заказал много чего из еды из ресторана, словно на целую роту. И вот принесли. Марьяна впервые за долгое время не думала о калориях, граммах, графике пищи, рационе, а наслаждалась тем, что её кормят обалденными пельменями. Максим насаживал их на вилку, макал в сметане, а затем подносил ко рту Марьяны, вызывая у неё восторг.              Марьяна проглотила очередной пельмень, а затем поцеловала Максима в губы и уселась к нему поближе. Левин положил вилку к оставшимся пельменям, а затем провёл указательным пальцем по её губам, а пятёрней другой руки по рыжим волосам. Ну а потом поцеловал и улёгся на свою полку поудобнее. Марьяна улеглась ему на грудь, обжигая дыханием его шею. Их ладони стали скользить, а затем соединились в кулаке.              — Знаешь, Левин, а не много ли ты мою честь покушаешься? — прошептала Марьяна, подпирая другой рукой подбородок на груди Левина.       — Просто считываю твои сигналы, — спокойно пояснил Максим, и свободной рукой стал массировать ей голову.       — И какие именно сигналы? — решила уточнить Романова.       — Красивая женщина, необласканная давно. Мужики обязаны, как пчёлы на нектар слетаться, и всё делать. Ибо колдуньи сплошь и рядом мужиков сводят с ума. Только контингент, сука, эгоистичный. Нектар высосут, а чтобы опылить, хотя бы — хрена лысого. Ну и женщина в раздрае. Ну, серьёзно, того и гляди рванёт. Ну, разобрался с этим. Дал ей, чего ей блять надо было, ну и беса пинком под зад из неё прогнал. Ибо несговорчивый оказался. Второй раз на моей практике такое. Другое дело — крики животных в состоянии грёбанной эйфории. Это, конечно, неожиданно. Но тебе же в этот момент охуитительно. Да, и я много каких женщин встречал. У них были разные реакции на оргазм. Обычно плачут, смеются. Хотя одна оперу пела. В первый раз знатно охуел, ну потом привык. Так и твоя реакция норм, — пояснил Левин.       — Про то, что мёд высосут и оставят неопылённой, это уж точно, — рассмеялась Марьяна, а затем игриво провела рукой по плечу Максима и проворковала, — Ты же понимаешь, что я уже подсела? Придётся приезжать на другой конец Москвы.       — Приеду хоть к чёрту на куличики, блять, если позовёшь. Тем более, что мне тоже по кайфу, — усмехнулся Максим, а затем прихватил Марьяну за подбородок, притянул к себе и поцеловал коротко, но с перчинкой.              Марьяна ответила на поцелуй. И минут через пять, улыбаясь, слезла с Максима, а затем посмотрела в окно. Прекрасный мужик рядом, и она счастлива. Стук колёс. Правда, ход поезда замедлился. Романова посмотрела время в мобильнике и вспомнила, что примерно в это время намечается остановка на сорок минут. Можно подышать свежим воздухом, немного пройтись. Максим надел джинсы, футболку, накинул кожанку, напялил шлёпки и вышел. Колдун со шрамом вертел зажигалку в руках, попутно записывая кружок племяннице. Она написала в телеге, попросила совета, и он ёмко ответил в своём стиле. И направился к тамбуру.              В тамбуре стояла проводница Танечка, с которой Максим поболтал. Танечке нравилась работа Левина, и она являлась его поклонницей, но без визгов и прочего. А вполне спокойно общалась и даже скромно попросила совета, прощать ли подругу, которая подставила. Максим посоветовал этого не делать. Ибо тот, кто совершил предательство, какое бы то ни было, обязательно сделает это ещё раз. Когда поезд остановился, и Танечка открыла дверь, то Максим, а также подошедшие Влад и Александр рванули на свободу с такой скоростью, словно в рабстве были веками. А теперь они свободны навсегда.              Сашу облепили фанатки, но те, от которых он шарахался, как от прокажённых. Ибо они все мечтали выйти за него замуж и родить ему маленьких Шепсов. Поэтому старшему брату Олега пришлось в стиле сайгака рвануть вдаль, пробегая между бабок, которые продавали сушёную рыбу, варенье или соленья. Толпа фанаток бежала за ним. Влада же увидела какая-то маленькая девочка, и тут же стала привлекать внимание родителей. Те подошли к Череватову и попросили автограф. Влад улыбнулся, а затем принялся расписываться на фотокарточке.              Максим стряхнул пепел с привычной длинной (но уже наполовину скуренной) сигареты, посмотрел на вагон и увидел, как из него выходит Марьяна. В роскошном красном платье, поверх которого была чёрная кожанка. Ну, просто богиня. Левин подмигнул ей, а затем купил сушёную рыбу и отправился к ларьку, чтобы купить пива безалкогольного. Романова в свою очередь увидела банку малинового варенья и решила прикупить, вспомнив, как именно это варенье связано с теплотой детства.              Марьяна направилась к бабушке, намереваясь исполнить мечту. Но, как назло, пожилая торговка не принимала оплату мобильными телефонами и карточками, временно. Так совпало, и старушка даже причитала о несправедливости судьбы. Романова вспомнила, что наличку забыла в своём СВ, и рванула к вагону, едва не сбив выходящего Юлика. Котов был в великолепном расположении духа и с кем-то нежно мурлыкал по телефону.              Марьяна перерыла всю полку в своём СВ и в конце концов нашла кошелёк. И со скоростью подстреленной лани вылетела обратно. Но вот старушки-торговки больше не было. Романова оббегала всю станцию и даже встретилась с поклонниками, с которыми пообщалась, в том числе и по поводу металабиринта. Но бабушка исчезла, словно снег в жару. Марьяна отнеслась к этому спокойно, а затем увидела вдалеке подвесные качели и направилась туда.              Вскоре с ней рядом плюхнулся Левин. Максим протянул бутылку безалкогольного пива Романовой. Марьяна попросила у Левина бутылку и затем с помощью неё открыла свою. Максим даже показал большой палец, про себя поражаясь тому, сколько в рыжей шаманке оказывается талантов. Свою бутылку Левин открыл проще, с помощью скамейки. Марьяна на это тоже показала большой палец и рассмеялась.              Пиво было светлым нефильтрованным, такое Марьяна любила в студенчестве иногда выпить. Хоть и безалкогольное, но множество воспоминаний на посиделках с соседками после сессий. Перемывания костей мальчикам, душевные разговоры. И теперь она с «мальчиком» пьёт пиво. Поговорить с ним тоже скорее всего можно. О том о сём. Максим протянул рыбку. Романова поблагодарила, но отказалась. Левин пожал плечами и принялся чистить лакомство, держа бутылку между ног. Смеялись, шутили. И пиво исчезало.              Минут через пятнадцать, повесив на себя верёвку из сушёных рыб, Максим вставил рыбу в зубы, которую чистил, взял бутылку пива в руку и поднялся. Марьяна удивлённо подняла на него брови. Левин принялся её раскачивать. Романова устроилась поудобнее, попутно допивая пиво. Максим её немного раскачал, а затем снова сел и осторожно отталкивался ногой, чтобы не сильно раскачать и пиво не расплескать. И тоже приступил к пиву и сушёной рыбе. Вполне себе мирная идиллия.              — Знаешь, о чём я сейчас думаю? — произнесла Марьяна с тоном загадочности.       — Ну, можно забить и не ехать! — предположил Максим.       — Ты хочешь здесь остаться? — поинтересовалась Романова.       — У меня тут друг живёт. У него дача неподалёку, у меня ключи есть. Место отличное во всех отношениях. Сакрально сильное. Можешь со мной остаться, если белокаменная, как кость в горле встала. Москва — такой город, в котором я постоянно ощущаю себя в гостях. Хотя и живу тут наскоками, — пояснил Левин.       — Да, бывает такое ощущение не своего города. А когда тебе пришла в голову мысль о побеге? Явно не тогда, когда ты собирался, — проговорила Марьяна, а затем стала осматриваться по сторонам, чтобы выбросить бутылку.       — Ну да, только что. Я же непредсказуемый. Да и опять же, давно там не был, — произнёс Максим, а затем забрал у Марьяны бутылку и стал допивать. Свою он уже допил. А у Марьяны на донышке оставалось.       — Зато я живу по правилам, хотя иногда хочется чего-то подобного, — проговорила Романова, которую с одной стороны тянуло на приключения, а с другой стороны голос разума всё ещё был слышен.       — Хочешь, чтобы я тебя украл? Так попроси! Ну, серьёзно! Не люблю разгадывать загадки тараканов в женской голове. Дело неблагодарное, етишкина мышь. Ибо у женщин семь пятниц на неделе. И вы порой сами не понимаете, чего хотите, — философски подметил Левин, а затем выбросил бутылку в мусорку.              Поезд тем временем отъехал. Марьяна помахала ему, про себя понимая, что выбора у неё всё равно теперь нет. Но и воровство в стиле кавказской пленницы отменяется, ибо она с Максимом так и так теперь в компаньонах. Максим тем временем вызвал такси, которое приехало через пять минут. Романова и Левин направились к машине. Вскоре вокзал удалялся. В воздухе витал аромат запаха малины, вперемешку с сушёной рыбой Левина. Марьяна вспомнила про банку, которую так и не купила.              — Мужчина, отвезите нас в ближайший магазин, мне надо купить малиновое варенье. Я могу доплатить, — произнесла Марьяна, обращаясь к таксисту, а затем посмотрела на Максима и обомлела.              Максим в стиле фокусника достал из внутреннего кармана куртки банку малинового варенья. Как он не разбил! Марьяна тут же его расцеловала и забрала банку, которую прижала к груди. Таксист решил уточнить про магазин. На что Левин махнул рукой и сказал, что маршрут не меняется. Романова сидела в шоке. Откуда Максим вообще догадался про её желание? Он же пиво в киоске покупал, курил. И так приятно удивил.              — Максим, а ты полон сюрпризов! Только не говори мне, что ты мои мысли прочитал, — удивлённо пробормотала Марьяна.       — Ты, когда убежала, то я к старушке, собственно говоря, подошёл и выяснил, чего рыжая дама в красном платье хотела. И исполнил желание. Думал, более в интимной обстановке презент подогнать. Ну, раз даме невтерпёж, то ладно, — произнёс Максим, обнимая Марьяну за плечо.       — Максим, если ты меня каждый день так будешь шокировать, то я из шаманки в нимфоманку превращусь, — прошептала Марьяна, прижимаясь к груди Левина.       — Я только за, — самодовольно шёпотом ответил Максим, а затем чмокнул Романову в затылок.              Вскоре показалась дача друга Максима. Двухэтажный дом с простым деревянным забором. Максим расплатился, а затем они с Марьяной вышли из такси и направились к дому. Романова уточнила, где сейчас друг? На что Левин вновь закурил и пояснил, что с поздней осени и до ранней весны друг живёт в Волгограде, а с весны до осени — здесь. В данный момент друг уже тусил в Волгограде, поэтому дом в их распоряжении.              Максим открыл входную дверь своим ключом и вошёл. Марьяна следом. В доме было достаточно прохладно, немного пыльно. А это значит, что друга тут давненько не было. Романова задрожала, Левин достал ей тёплую одежду из шкафа, а сам отправился протапливать котёл, который находился внутри в самой дальней комнате от входа. Будет тепло, и всё остальное тоже само собой сложится.