Глава 231 Лотос Ярости Будды

Ченсянь почуяла их раньше, чем увидела. Глухой рокот шагов, ровный, как удары сердца гиганта, прорвался сквозь рев битвы. Из чёрного провала внутренних ворот, за которыми ещё бушевала вода, один за другим выходили стройные ряды в бело-золотых доспехах. Ангельский Легион наконец перестал прятаться.  Она чуть прищурилась, зависнув высоко в стороне, там, где золотой свет Морского Бога уже становился тусклым, а до него не долетали ни стрелы, ни случайные техники духа. Крылья Ченсянь чуть развернулись, переливаясь сталью, а не сиянием — никакой иллюзии, одна голая резня. Она с самого начала собиралась идти именно сюда. «Следи за Ангельским Легионом. Как только выйдут — режь», — говорила она сама себе. Под ней кипело мясо. В проломленных воротах смешались тяжёлая пехота Империи Небесного Доу, мастера духа обоих лагерей, остатки Священных Драконов и обычные солдаты Духовной Империи, отчаянно пытавшиеся не пустить врага внутрь. Сквозь эту бурю, будто по воздуху, шагал один-единственный золотой силуэт у стен — Тан Сан, держащий Бибидун в узде. Их столкновения вспыхивали и гасли, как удары молнии по вершине крепости.  Ченсянь не отвлекалась. Вышедший первым ангельский авангард сразу бросился в щель у ворот, серебрянные крылья вспыхнули, как снежный пожар, десятки мастеров влетели в гущу боя, разрывая построения Небесного Доу сверху. Но основная сила легиона, та самая, что ей была нужна, ещё только строилась. Плотные коробки копейщиков-мастеров, духа под прикрытием щитов, за ними — ряды лучников с духами стрелкового типа, и только затем — те, ради кого, по сути, и существовал Ангельский Легион: почти сотня Мудрецов Духа и Духовных Доуло летающего типа, с четырьмя, шестью, восемью крыльями, переливающихся священным светом.  — Наконец-то. — холодно отметила она.  Крылья рванули вниз. Ченсянь даже не включала Сферу: незачем тратить такое козырьё на тех, кто ещё не понял, что уже мёртв. Её меч вспыхнул тусклым металлом, без ауры, без показухи, и первый ангел успел только приподнять копьё. Её силуэт просто прошёл сквозь него. Белые перья и кровь в один миг окрасились одинаковым цветом, тело развалилось на три части, прежде чем кто-то вообще понял, что произошло.  Она не кричала, не бросала вызов. Просто резала. Крыло — через шею, меч — по стыку доспеха и крыла. Двухкрылые падали, как цыплята. Четырёхкрылые пытались развернуть Аватары, но им не давали. Ченсянь входила в их ряды, как нож в уже надрезанное мясо. Несколько раз её пытались прихватить разом: лучи света, копья, цепочки контроля. В один из таких моментов вокруг неё сомкнулось сразу больше десятка техник — только тогда серебристая Сфера дрогнула, раскрываясь вокруг, как прозрачный кокон. Тех, кто оказался внутри, уже не было смысла считать.  Пока на стенах Титулованные Дуоло схлёстывались с Мечом и Костяным Доуло, пока Дугу Бо и Ян Вуди держали своих пиковых врагов, пока Семёрка Шрека во главе с Нин Ронронг связала высшие силы поддержки Духовной Империи, Ченсянь тихо делала то, для чего её сюда и пришла. К тому моменту, когда Ангельский Легион полностью развернулся, на поле уже не досчитались, по меньшей мере, четверти тех, кто первым выбежал из внутренних ворот: капитаны восьмидесятых рангов, командиры крыльев, самые опасные одиночки. Они умирали так же буднично, как падали безымянные солдаты — просто чуть позже.  Но даже её скорости было мало против всей массы. Воздушный отряд легиона — семьдесят с лишним Мудрецов Духа — уже поднимался выше, беря курс прямиком на армию Тан, только что закончившую первый залп и перестраивающуюся для второго. Если эти ангельские мудрецы врежутся в строй, от армии останутся клочья и никакой арбалет Чжугэ не спасёт, когда в тебя влетают десятки Аватаров.  Тан Сан увидел это так же ясно, как она. Бибидун в этот момент как раз провела очередную связку нефритовых серпов, вынуждая его уйти в оборону, трезубец и красные лезвия левой ноги выбили из воздуха новый шквал зелёных полумесяцев. Но даже защищаясь, он не выпускал из поля зрения небо над воротами.  — Сяо Ву! — его голос резанул пространство.  Сяо Ву мгновенно поняла. Она оттолкнулась от парапета рядом с Флендером, её тело на миг стало чистой розовой вспышкой — Телепорт. На следующем дыхании она уже была выше края стены, прямо напротив поднимающихся ангелов, между ними и армией Тан.  В её пальцах появился маленький красный лотос. Никакого духа, никакой силы души — просто холодный металл, будто кусочек застывшего заката. Лепестки дрожали от встречного ветра.  Внизу, на стене, сердце Бибидун рванулось. Её инстинкты, выточенные годами на вершине пирамиды духовного мира, взвыли. Это не было техникой духа, но опасность от этого крошечного цветка давила сильнее, чем от любого девятого кольца.  — Остановите её! Немедленно остановите эту красную штуку!!! — голос Бибидун сорвался почти на визг.  Ху Льена дёрнулась первой. Всё лицо у неё побелело, когда она осознала, что мишенью являются её ангелы, её легион. Тот, на который она опиралась эти дни. Не раздумывая, она шагнула вперёд, собираясь броситься следом за лотосом, хотя бы попытаться сбить его или закрыть своих людей.  Но тонкие голубые плети выстрелили из камня у её ног, словно там всегда ждали приказа. Сфера Синего Серебра не действовала на Бибидун — но Ху Льена не была Богом и не была преемницей богов. В следующее мгновение её руки и ноги уже были связаны, и она, хрипя от бессильной ярости, повисла на стене, как пойманная зверька.  — Не смей! — холодно бросил Тан Сан, даже не оборачиваясь.  Лотос тем временем полетел дальше. Его кривая траектория была до смешного простой, как будто Сяо Ву просто бросила камешек в озеро. Ни всплесков энергии, ни устрашающих эффектов. Ангельские мудрецы тоже сначала не придали ему значения, тем более, что Мастер Духа управляющего типа среди них уже развёл мягкую светлую силу, собираясь аккуратно «обнять» странный предмет и выбросить прочь.  Ченсянь в воздухе видела это чуточку лучше других. Она знала, что это за лотос. Тан Сан не скрывал от неё ни конструкции, ни принципа, ни эффекта. Знала и всё равно не менялась в лице. Просто чуть сильнее сжала рукоять меча и позволила себе одну короткую, сухую мысль:  «Уйдите с миром. Это война. По-другому нельзя».  В тот момент, когда мягкая сила ангельского контроллера сомкнулась вокруг сердцевины лотоса, золотой свет в глазах Тан Сана вспыхнул одновременно с сиянием Сердца Морского Бога на трезубце.  — Взрыв, — коротко бросил он.  Голос был почти спокоен. Почти.  Мир на мгновение затих. Даже удар Бибидун, уже летевший к нему, словно замедлился, вязко прорываясь сквозь внезапно загустевший воздух.  Потом в центре ангельской формации раздался звон. Тихий, чистый, как столкновение двух кристаллов. Не грохот, не вой — именно звон. Красные лепестки, до этого сложенные в бутон, вдруг раскрылись, каждый расцвёл отдельным языком света, и весь лотос превратился в бешено вращающийся золотисто-алый вихрь.  Сердца ангелов кольнуло дурное предчувствие. Слишком поздно.  Торнадо цвета крови и заката разрослось за один удар сердца. Внутри него мелькали тени крыльев, вспышки защитных техник, отблески духовных аватаров, и всё это одновременно резалось сотнями тончайших лезвий, спрятанных в каждом лепестке. Защита, которой они гордились, просто не успевала перестроиться.  Один ангел, никто уже не запомнил, какой именно, первым издал короткий захлёбывающийся звук. Потом этот звук множился, превращаясь в сплошной мокрый шёпот, пока весь вихрь не окрасился густым, почти чёрным красным.  Со стороны это выглядело… красиво. Слишком красиво. Над полем боя раскрывалась гигантская кровавая роза, лепестки которой разлетались, осыпаясь искрами. Даже солдаты внизу, не понимающие, что происходит, поймали себя на том, что на пару секунд забыли дышать.  Через мгновение всё кончилось.  Вихрь схлопнулся, как вывернутая наизнанку завеса. На его месте остался только рассыпающийся в воздухе красный туман и семьдесят с лишним фигур, которые ещё мгновение назад сияли священным светом, а теперь просто падали. Без крика, без борьбы — выключенные куклы. Крылья у многих были ещё распахнуты, но в них не осталось ни силы, ни смысла.  Армия Тан, поднявшая головы в ожидании гибели, застыла. Духовные мастера Империи Небесного Доу, вцепившиеся в стены и в противников, застынули. Легион Ангелов и Священных Драконов, те, кто ещё держал оборону у внутренних ворот, застыл. Даже Бибидун на мгновение забыла атаковать.  — Это… что? — выдохнула она хрипло, не то спрашивая Тан Сана, не то саму себя.  — Скрытое оружие клана Тан, — ответ у него был готов, как и в прошлую жизнь. — Лотос Ярости Будды Тан.  В этот момент Сяо Ву накрыла взрывная волна. Её изначальная позиция была рассчитана — она бросала лотос с краю, не в центре строя ангелов, но сила всё равно задела. Тело дёрнулось в воздухе, розовые уши прилипли к голове, щёки побелели.  Синее серебро вспыхнуло до того, как она начала падать. Виноградина-лоза с взрывной скоростью выстрелила с парапета, обвиваясь вокруг её талии, и мягко притянула обратно к стене. Сяо Ву приземлилась рядом с Тан Саном, ладонь автоматически нашла его локоть.  — Я в порядке, — выдохнула она, даже не успев толком испугаться. — Делай своё.  Он кивнул. В его глазах всё ещё горело отзвуком алого лотоса, но холодный расчёт никуда не делся. Эта вспышка уничтожила почти весь летающий кулак Ангельского Легиона. Но война не закончилась. Пока жива Бибидун — всё это только прелюдия.  Где-то ниже, на стене, Ху Льена выла. Не вслух — голос просто сорвался. Глаза горели кровью, когда она смотрела на падающие белые силуэты. Это были её люди. Те, кого она лично отбирала, кому доверяла спину.  — Отпусти меня! — она дёрнулась в пут, Синий Серебряный Император только скрипнул, вжимая её обратно в камень. — Учитель, я должна… я должна  Бибидун даже не повернулась. На её губах появилась тихая, злая усмешка, но в глубине глаз мелькнула боль — короткая, как вспышка от лезвия.  — Посмотри хорошенько, Льена, — её голос снова стал ледяным. — Вот как выглядит настоящая война. Запомни. Любая слабость, любое промедление — и тебя сметают вот так же. Хочешь умереть вместе с ними?  Ху Льена прикусила губу до крови. Крик застрял в горле. Слёзы не пошли — она давно их вытравила. Она только злобно впилась взглядом в Тан Сана и Сяо Ву, словно пытаясь прожечь в них дыру.  Ченсянь тем временем не стояла столбом. Пока все наверху и внизу были парализованы шоком, она двигалась. Те единицы ангелов, которые оказались на краю зоны поражения, ещё пытались удержаться в воздухе. У кого-то крылья были целы, но тела рассечены десятками мелких ран — смертельных, если дать им время.  Она времени не давала. Серебристый силуэт прошёл по периферии невидимого круга, вырезанного лотосом. Каждое её появление рядом с тем, кто ещё дергался, означало одно короткое движение — и один труп сверху вниз. Она добивала не из жестокости, а потому что знала: оставить раненого титулованного или мудреца за спиной — значит завтра получить им удар в шею.  «Простите», — снова мелькнуло у неё в голове. Даже без интонации. Констатация.  Внизу, у ворот, эффект от взрыва сказался моментально. Потеряв воздушную поддержку, Ангельский Легион задрожал. Команды путались, часть способностей духа, ранее ориентированных на летающих союзников, обрушилась на собственные линии. Солдаты Империи Духов, и без того подавленные Сферой Смерти Тан Сана, увидели, как их «священные ангелы» падают, как подстреленные гуси. У многих руки просто опустились.  Император Небесного Доу Сюэ Бен не упустил момента. Он сам вскарабкался на стену рядом с Гэ Лонгом, голос сорвался до хрипоты:  — Да здравствует король Лань Хао! Вперёд! Убить их!!!  Ответом ему был рев миллиона глоток. «Да здравствует король Лань Хао!» прокатилось валом, сметая остатки страха. Солдаты, уже стоявшие по колено в крови у ворот, снова рванули вперёд. Осадные лестницы и помосты двинулись быстрее. Там, где Гроссмейстер дал знак, легион мастеров духа Небесной Империи резко усилил натиск, вбивая клин в разваливающиеся ряды Ангельского Легиона.  На вершине стены золотой и зелёный свет снова столкнулись.  Бибидун, выйдя из оцепенения, рванула душой. Потеря почти сотни элитных подчинённых от какого-то «железного цветка» резанула её гордость сильнее, чем раны. Душа, и так потрескавшаяся после Света Демона Асуры, завыла, но она её задавила так, как давила всё в своей жизни.  — Ты думаешь, что одной этой игрушкой можешь изменить исход? — её голос стал низким, как шипение ядра. — Тан Сан, я уничтожу всё, на что ты надеешься.  Вокруг неё снова вспух нефритовый свет, два её аватара сомкнулись, собирая силу для новой связки. В воздух взмыли сразу несколько колец, тех, что она до сих пор берегла, — ни о какой экономии силы больше не шло речи.  — Попробуй, — ответил он сухо.  Сердце Морского Бога на трезубце вспыхнуло в ответ. Вода, всё ещё залившая внутренний двор перевала, снова отозвалась на его волю, поднимая тонкие языки в виде шипов. Синий Серебряный Император под ногами переплёлся в ещё один слой защиты. За спиной Тан Сана, Сяо Ву, не мешая, стояла тенью, готовая в любой миг телепортироваться и подставить своё золото против любого удара, которого он не успеет увидеть.  Ху Льена, стиснув зубы, наконец успокоилась настолько, чтобы понять: сейчас её место — не в воздухе рядом с падающими ангелами, а позади учителя. Она перестала рваться в путы и только молча смотрела на поле боя, в глазах упрямый, почти безумный огонь. Если Бибидун упадёт здесь — рухнет всё, во что она верила. Если выстоит — она запомнит сегодняшний день так, как велела учительница. В любом случае, назад дороги уже не было.  А там, в разорванном небе над перевалом Цзялин, над красным туманом, где ещё минуту назад сияли полсотни святых крыльев, Бай Ченсянь провела мечом последний раз и развернулась. Ангельского Легиона, того самого, на который Духовный Храм опирался долгие годы, больше по сути не существовало. Оставались лишь разрозненные отряды и горстка выживших высших. Остальное превращалось в статистику.  Она не улыбалась, не морщилась, не радовалась и не мучилась. Просто отметила про себя: «Минус ещё один козырь врага». И, не тратя ни секунды, пошла вниз, туда, где Дугу Бо и Ян Вуди всё ещё грызлись с Титулованными Духовной Империи. Пока Тан Сан бился с Бибидун, а армии столкнулись лоб в лоб, её работа не заканчивалась.