Глава 239 Вмешательство Богини Хронос

Три дня прошли с той самой ночи, когда земля дрожала под ударами двух божественных сил. Никто из тех, кто стоял на побережье, не знал всей правды, но каждый чувствовал, что где-то под землёй решалась судьба. Семёрка Шрека добралась до места назначения под серым небом. Ветер тянул с моря холод, будто сам океан ещё помнил ту страшную битву. Над горизонтом возвышался яркий столп света — резкий, рваный, как след от расколотой небесной печати. Сяо Ву, глядя на него, едва стояла. Сердце сжалось так, будто его схватили чьи-то пальцы. — Это он… — прошептала она. — С ним что-то случилось. Она рванулась вперёд, но Чжу Чжуцин и Дай Мубай перехватили её одновременно. — Постой! — Дай Мубай удержал её за плечо. — Ты сейчас только навредишь. — Мне всё равно! — Сяо Ву вскинула голову, глаза покраснели. — Я чувствую его боль. Он один там! Все посмотрели на столп света и никто не смог сказать, что это просто её тревога. За эти три дня море несколько раз вскипало вспышками энергии, словно под ним кипела война уровня богов. Тишину разрезал мягкий шаг. Ченсянь вышла из-за скалы. Лицо спокойное, глаза — невыразимо серьезные. — Сяо Ву. — она подошла ближе, но не стала касаться. — Ты не должна идти туда. — Но он… — Сяо Ву всхлипнула, но сжала пальцы. — Он умирает? — Нет. — Ченсянь покачала головой. — Но проходит через то, что нельзя разделить. Это его путь. Она повернулась ко всем. — Я отойду. Если случится нечто такое, с чем мы вдвоём с Тан Саном не справимся, я подам сигнал. Но не для того, чтобы вы пришли. А чтобы вы ушли. Поняли? Эти слова прозвучали настолько твёрдо, что даже Дай Мубай не смог возразить. — Ченсянь… — тихо сказала Ронронг. — Ты ведь не врёшь нам? — Никогда. — Ченсянь кивнула. — Ждите здесь. И исчезла. Не растворилась в воздухе — нет. Мир просто моргнул, и её не стало. Семёрка осталась одна. Напряжение повисло густым туманом. Впереди, над землёй, столп света рванулся ещё выше — и внезапно погас. Под землёй всё ещё гудело эхо прошедшей битвы. Тан Сан и Цзянь Ренсюэ на после трёх дней перерыва рвали землю, словно ломали саму сущность суши. Он уходил всё глубже — тысяча метров, полторы, две тысячи — и каждый раз её божественный огонь прожигал путь вслед. Она не просто преследовала. Она выжигала землю, превращая камень в расплавленное золото. И каждый раз, когда она почти настигала, Тан Сан, из последних сил, вырывал ещё метр вперёд. Гравитация, сила Земли, Восемь паучьих копий, Трезубец Морского Бога и отчаянная импровизация. Он выжимал всё, что имел. Но три дня почти без отдыха — слишком долго даже для него. В те моменты, когда земля трещала под давлением их тел, когда голоса стихии кричали от вмешательства двух божественных сил, Тан Сан терял дыхание, но не волю. А Цзянь Ренсюэ, наоборот, теряла волю, но не силу. С каждым ударом её сердце колебалось, но меч только крепче врезался в камень. И всё закончилось в миг, когда она пробила пещеру, в которой он стоял, едва удерживая трезубец между собой и лезвием Ангельского Меча. Тан Сан больше не мог защититься. И Цзянь Ренсюэ уже подняла меч, чтобы завершить. Мир вокруг дрогнул. Чужая энергия вошла так тихо, что ни один камень не сдвинулся. Звука не было вообще. Даже дыхание застряло в пространстве между ударами. Плавный, спокойный, до ужаса уверенный голос прозвучал так, будто его сказали прямо в ухо каждого живого существа. — Цзянь Ренсюэ. На колени. Огонь Солнца мгновенно погас. Ангельский Меч дрогнул. Цзянь Ренсюэ не смогла даже повернуть голову. Её божественное тело — неподвижно. Она могла лишь глазами отметить, что рядом с Тан Саном появилась тень. Длинный плащ, капюшон, под которым скрывались волосы. Платье — серебряное, усыпанное золотыми звёздами. Накидка — золотая, с серебряными. Но взгляд, именно взгляд, парализовал воздух. Правый глаз — глубокий, бесконечный синий, словно небо без горизонта. Левый — чистое золото. Внутри золотого — песочные часы вместо зрачка. В её руке — большие Песочные Часы, стекло которых светилось внутренним светом. Богиня Хронос. Богиня Времени. Цзянь Ренсюэ выдавила, скрипя зубами: — Ты… кто… — Я сказала. На. Колени. Мир согнулся вместе с ней. Сердце Бога Ангелов дрогнуло, божественная сила расслоилась, крылья осели. Она рухнула на одно колено, а потом — на два. Она не могла даже поднять голову. Тан Сан, едва стоящий, смотрел шире открытыми глазами. Он не мог понять — откуда пришествие, что это за сущность, почему она здесь. — Подожди… — он выдохнул. — Не нужно вмешиваться. Этот бой… был честным. Богиня повернула к нему голову. Только немного. Но этого хватило, чтобы воздух вокруг треснул. — И где это видано, — её правая бровь чуть поднялась, — Чтобы божественный поединок между человеком и богом называли честным? Тан Сан сжал зубы. — Я… сам… — Ты пройдёшь свой путь, Тан Сан. —  голос её стал тише, но от этого только твёрже. — И он ещё не окончен. Уходи. Он понял. Она не спрашивала — приказывала. Тан Сан с трудом поднялся, перехватил трезубец и сделал шаг назад. Он поклонился. Очень коротко. И ушёл. Но на самом деле — убежал. Потому что оставаться рядом с этой божественной силой было всё равно, что стоять перед закатом, который вот-вот сожжёт землю. Когда он исчез вдалеке туннеля, Цзянь Ренсюэ наконец смогла выдохнуть. Тело слегка дёрнулось — она ненавидела это чувство бессилия. — Ты… кто такая?! — прошипела она, пытаясь хотя бы повернуть голову. — Я — Хронос. — Богиня даже не повернулась к ней полностью. — Этого достаточно. Песочные часы в её руке перевернулись. Песчинки — золотые. Время внутри них текло не вниз, а вверх. — Ты прошла девять испытаний, но так и не поняла сути своей божественности, — спокойно продолжила Богиня. — Тебе стоит подумать над тем, что ты за бог, Цзянь Ренсюэ. Слова словно били по сердцу. — Тан Сан придёт к тебе после получения божественности. — голос Хронос стал мягче. — Жди его на берегу моря. — Почему…? — Цзянь Ренсюэ едва смогла прорвать оцепенение языка. — Зачем ты… вмешалась? — Время — не твой союзник. — Хронос подняла Песочные Часы выше. — И я не позволю ему быть  твоим врагом раньше срока. Она исчезла. Не растворилась — время просто перестало показывать её присутствие. И только после её исчезновения Цзянь Ренсюэ вновь смогла двигаться. Все мышцы дрожали. Но она поднялась. Посмотрела вверх. На пустоту. На место, где только что стояла сущность, чья сила была неподвластна пониманию. На поверхности столп света окончательно исчез, и лишь тишина оставалась после него. Семёрка Шрека ждали, не двигаясь, пока море было ровным. И где-то далеко, уже направляясь к океану, Тан Сан поднял голову. Он чувствовал — время вокруг него дрогнуло. Будто кто-то только что изменил ход событий. Он сжал трезубец. И пошёл к своему наследию. Его путь действительно не был окончен.