Глава 20, предварительные итоги.

             В одиннадцатом часу вечера Саске вернулся в Храм Огня, появившись в отхожем месте. Убрав эту метку, открыл Дверь между измерениями из туалета за внешнюю стену и сразу же развеял за собой. Тихонько и аккуратно взобравшись по статуе Тенгу, колдун чёрным поверх чёрного оставил свою дзюцушики прямо на гигантских иероглифах защитного фуиндзюцу над металлическими воротами. Он хотел применить к себе Левитацию, медленно-медленно, но верно проплыв расстояние до тории, однако счёл её свет достаточно специфичным для проявления его Невидимости. Это подтвердилось, когда он вложил дзюцушики в заклинание Рука мага, в духовном свете ставшей зримой кистью. Расстояния вполне хватало, чтобы сверху присмотреть незаметное место для ещё одной своей дзюцушики.       Днём среди монахов Саске высмотрел ровесника Наруто и его побратима по чакре Кьюби, собранной в Конохе и запечатанной в ребёнке. Только у здешнего пацана чакры биджу должно быть гораздо меньше, а сила её тоже должна быть гораздо меньше, ведь её собирали спустя лет семь, тогда как в Наруто в ту же ночь и гораздо большим объёмом. Именно из соображений исследователя Саске потратил время и чакру на активный Риннеган, чтобы подобраться к общежитию монахов. Сперва он под одной из крепких черепиц поставил свою дзюцушики, потом пробрался в келью к спящему мальчику и не постеснялся приложить ладонь к его животу, на котором проявил фуиндзюцу «Железная Клетка» по аналогии с печатью «Железная Стена» у входа в храм. Сложность и качество фуиндзюцу, запирающего чакру Кьюби, сильно уступали таковым у Наруто.       Колдун видел пульсирующее выдавливание капелек из печати. Риннеган без труда дал понять, что эта чакра «полного» Кьюби, а потому она серьёзно давит на мозги мальчика. Саске пришёл помочь, за вечер придумав хитрость. Он потратил время на то, чтобы припомнить свиток с заклинанием Сопротивляемость. Хотя в этом мире отсутствовала Пряжа Мистры, с которой работали волшебники на Фаэруне, сами принципы плетений прекрасно работали, но только на магии-чакре самого колдуна или любого другого волшебного существа с чакрой-магией. Заклинание нулевого круга обладало простотой, чем одновременно и облегчало, и затрудняло надёжное прикрепление к псевдо-джинчурики. Риннеган помог применить заклинание под кожей с фуиндзюцу «Железная Клетка» и приплести к месту стравливания чакры биджу в СЦЧ мальчика. Таким образом чакра Кьюби будет повышать сопротивляемость мальчика к её воздействию и вообще всем стихиям, облегчая участь псевдо-джинчурики.       Финальным штрихом Саске при помощи Риннегана совершил тот же трюк, как у входа в Храм Огня: поверх запечатывающего фуиндзюцу чёрным по чёрному незаметно наложил свою миниатюрную дзюцушики. Если что-то случится, колдун теперь сможет переместиться к этому сосуду или переместить его к себе, а по пульсации получится отслеживать состояние мальчика-монаха. Саске, грешным делом, подумал украсть эту силу себе, но его познания и имеющийся опыт в применении фуиндзюцу пока оставались прискорбно недостаточными для подобной авантюры.       Оставшись никем не замеченным, насколько Саске мог судить своим Риннеганом, он покинул келью и убыл прямиком к себе в спальню. До полуночи он занимался очередным Секретным сундуком Леомунда, покамест копя эту продукцию.       Поутру Саске решил доделать начатое вчера, поскольку Цунаде даже не подумала промывать чьи-то мозги Волей Огня и после лечения Рок Ли исчезла из класса, торопясь по своим делам.       - Привет, - здороваясь с парочкой, легко перехваченной после отхода от квартала.       - Привет, Хината-чан, Неджи-кун, - вторил ему Наруто, только вчера узнавший имя и степень родства между этими двумя.       - Привет, - дрожащим голосом произнесла девочка, сразу же засмущавшись.       - Приветствую, Саске-кун, Наруто-кун. Я не демон. Я видел много особенностей в СЦЧ и посчитал, что у Рока Ли такая же, - сходу оправдался Неджи, вчера вечером весь извёдшийся по этому поводу, вспомнив о том, как раньше травили Наруто, считая демоном.       - Раз ты не демон, Неджи-кун, то помоги одноклассникам освоить природное преобразование. Хината-химе, а ты нам с Наруто поможешь на факультативе? - мальчик обаятельно улыбнулся девочке, ещё больше смущая её.       - Мгм… - не сумев вымолвить ни слова.       - Хьюга не используют Сейшицухенка, - напыщенно ответил Неджи.       - Идиоты, значит. Правильно Хината-химе не хочет учить стиль мягкого кулака – это стиль идиотов. Представляешь, друг, они учат сто двадцать восемь ударов за секунду, когда им для ликвидации врага хватит одного касания по любой точке.       - Нихи-хи, - развеселился Наруто, в чью сторону Саске произнёс второе предложение с пояснением.       - Это невозможно, - авторитетно заявил Неджи, тяготясь компанией двоих соседей по кварталу, вместе с ними решившей пойти в академию.       - Я могу хоть сейчас тебе доказать, ограничившись лёгким ожогом. Но только если ты будешь честно и самоотверженно помогать другим осваивать Сейшицухенка, - с большей авторитетностью заявил Саске, чья харизма превышала этот параметр у Неджи всего на пять пунктов.       - Ладно.       - Честное пацанское слово? – встрял Наруто.       - Обещаю, - ещё сильнее насупился Неджи.       - Ткни пальцем в любое своё тенкецу на левой кисти и подставь для касания, - распорядился Саске, прекрасно видя, но скрывая это. Он импровизировал.       - Вот, - исполнил Неджи, всего на год более старший и потому в свои детские годы пока ещё легко поддающийся убеждению со стороны более уверенных и сильных.       Саске коснулся той же точки и тоже указательным пальчиком, а потом произнёс:       - Катон, - озвучивая своё воздействие в чужом теле, высвобождающее из стихийной чакры Огня непосредственно физическое пламя.       - Ауч! – Неджи выпучил активный бьякуган одновременно от изумления и боли в бицепсе, за который схватился правой рукой.       - Аха-ха! – Наруто показалась смешной рожа Неджи, только что бывшего напыщенным индюком, которому так и хотелось зазвездить кулаком промеж глаз.       - А у тебя Земля. Дотон с иглой прямо в сердце и капец. Хината-химе, для тебя тоже подготовлен совет, - слукавил Саске, переключая внимание на идущую рядом девочку и говоря так, будто он озвучивает Цунаде. - Как я понял из объяснений о бьякугане, тебе сперва надо сосредоточить обычный взгляд на кистях, - показывая руки перед опущенными глазами девочки, пунцовой как спелый помидор. Он не собирался усиливать её чтением мыслей при сосредоточении на лице. – Тогда при активации бьякугана он сразу сфокусируется на кистях, и ты ничего смущающего тебя не увидишь. А потом сконцентрируйся на СЦЧ в кистях, и тогда ты увидишь только саму СЦЧ и ничего смущающего тебя. Поняла, химе?       - Д-да… - она даже кивнула, тряхнув чёлкой. Хината действительно страшно смущалась от вида голых людей, когда активировала Бьякуган, мужчин в особенности. Ведь чакра пронизывала всё тело, задерживаясь кожей, и потому её додзюцу при активации видело окружающих ниндзя так, словно те без одежды.       - Вот и хорошо. Потренируйся до факультатива, пожалуйста, чтобы суметь объяснить мне и Наруто хотя бы горячо-холодно: получается ближе к примеру учителя или дальше. Договорились? – проникновенно так спросил Саске, желавший дать всем объяснение своим феноменальным успехам в освоении всех пяти стихий и реально помочь другим личинкам ниндзя освоить хотя бы один природный элемент.       - Д-да…       - Наруто, представь, что ты Ирука-сенсей, которого до печёнок достали два сорванца. Какую бы ты-Ирука полосу препятствий придумал к понедельнику? – добившись с Хьюга, чего хотел, Саске решил дать словоохотливому Наруто карт-бланш на болтовню до самой академии, куда они обычно бежали, а не шли вальяжно.       Узумаки не подвёл, перед двумя Хьюга распушив свои «извилины» и принявшись описывать всякие капканы, ямы с кольями, взрывные ловушки, гигантские брёвна-давилки, бочки с краской и дёгтем, сжигание всей одежды и прочее. На его богатую фантазию даже Неджи косился, поджимая булки.       Кое-что из придуманного по пути Наруто «заранее в отместку» сам реализовал, но оказался разочарован повышенной бдительностью Ируки-сенсея, с нетерпением ждавшего понедельника. В целом учебный день прошёл в рамках новой нормы: с криками попавшихся в ловушки, с хохотом окружающих, с назиданиями преподавателей. Ещё двое хвастались достигнутым вчера прорывом в освоении Хенге, у одного с четвёртого курса получился Буншин, ещё один с шестого теперь тоже важничал со своим чакра-клоном. Успеваемость и усердие детей на уроках ниндзюцу повысилась, но учителей теперь это не радовало – новые шутники тоже пробовали себя.       Этим днём Саске пропустил всего один урок и лишь опоздал на обед: Чукаку вчера в разговоре после обряда в Храме Огня согласился посетить Коноху и освятить Храм Нака, Цунаде согласилась побыть извозчиком и строителем. По центральной тории перед входом вырастили две меньшие тории, зато светящиеся и содержащие кандзи «Огонь» да «Лист». Мальчик убегал в академию, когда присутствовавший на церемонии Годайме хокаге спонтанно организовал создание священной тории перед главными воротами города. Только после этого Шикаку повёл Чукаку знакомиться с секретными записями Тобирамы.       Меж тем жизнь в Конохе шла своим чередом.       Полицейскую «повинность» теперь отрабатывал каждый клан, отправляя на эту службу минимум двух сменных чунинов для круглосуточных дежурств. Остальные места в полицейском участке заняли генины, чунины и несколько джонинов из числа тех, кого Цунаде вернула в строй. Вместе вырезанным с кланом Учиха учитывая смерть нескольких генинов при недавнем неудачном побеге Кьюби, имевшихся в городе и собранных со всей страны недееспособных ниндзя оказалось даже больше нужного.       Шизуне пришлось поработать в Госпитале Конохи в связи с тем, что её сенсей набрала в ученики команду боевиков. Тем не менее Цунаде, благодаря Хирайшин но Дзюцу, каждый день появлялась в Конохе, не только для врачевания. Шикаку удалось за дармовые тренировки припрячь строительных дел мастерицу. Во-первых, вместо постепенно заменяемого ветхого жилья она возводила многоквартирные башни. Во-вторых, несколько набережных прошли глубокую модернизацию: ряды квартир-студий выходили толстой стеклянной стеной прямо в речное русло - это жильё оказалось популярным среди гостей и генинов, желавших самостоятельной жизни вне родительской квартиры или особняка. В-третьих, одна из площадей теперь стала из закалённого стекла, усиленного фуиндзюцу; под этой площадью виднелась стройка трёхэтажного торгового комплекса, куда в административном порядке переедут все торговые заведения с Радиальной улицы, чтобы по всей длине заменить старые здания на новые, как гласил проект реновации, вывешенный на стенде у Башни Хокаге.       В связи с перестройками людей и магазины переселяли в район Учиха. Не всем такое пришлось по нраву. Зато улочки быстро ожили.       В понедельник двадцать восьмого сентября Годайме хокаге лично наблюдал, как преподаватели под мышками переносят первокурсников, а все остальные учащиеся вынуждены проходить через полосы препятствий, выбирая путь полегче или наоборот потяжелее. Тут и шатающиеся брёвна были, и крутящиеся палки, и ямы с болотной грязью, и лужи с маслом скользким или горящим, и разного профиля брусья для перехода над иллюзорными пропастями, и канаты с разного рода подставами, и чакра-клоны в форме рычащих псов с окровавленными пастями. В общем, Шикаку понравилось настолько, что он велел маркировать сложность маршрутов пятью цветами и разрешил всем желающим родителям встать в очередь для ежедневной модернизации, дабы будущим ниндзя ребячья жизнь мёдом не казалась.       С того же дня в Академии Шиноби появилось две женщины с проседью и печатями под налобными протекторами, лет на десять-пятнадцать их помоложе женщина и мужчина с такими же фуиндзюцу и большущими лавандовыми очами вошли в штат Госпиталя. Поскольку чакра-клоны позволяли без особых затрат и сложностей, как с теневыми клонами, снять часть рутинных дел с живых людей, клан Хьюга выделил из побочной ветви четверых генинов, у которых бьякуганы не различали СЦЧ дальше десяти метров, чего для запрошенных нужд вполне хватало. Так теперь две сестры, Фуюна и Фуюсу Хьюга, ассистировали преподавателям на занятиях с чакрой, в том числе на факультативах помогали всё-таки получше необразованных и неопытных Хинаты и Неджи, которые из своих соображений продолжали подсказывать другим ученикам, по большей части отвечающим благодарностью и перестающим считать «глазастых» снобами.       Поскольку Банк Чакры Листа изначально организовывался в качестве городской структуры, потребовалось время для улаживания всех формальностей, включая официальное утверждение условной единицы измерения чакры, отработку процедур сбора и передачи чакры вплоть до объёмов биджу, обоснование стоимости УЕИЧ в рё и разницы тарифов приёмки и продажи. Поэтому открытие БЧЛ затянулось до первого октября и без помпы стартовало в тестовом режиме.       На международной арене никто в ответ не отдарился Конохе каким-либо дзюцу, но все прислали-таки поздравительные ноты, признавая Шикаку Нара в качестве Годайме хокаге.       Первой зарубежной миссией S-ранга стал заказ союзного даймё Страны Ветра на повторение миссии Хаширамы Сенджу по созданию цепи оазисов вдоль новых торговых маршрутов - выращивание рощ вокруг прудов из скважин до глубинных вод. Даймё Страны Луны пожадничал с оплатой миссии S-ранга и заказал A-ранг, бонусом даря чудовищного кальмара в качестве улова тому, кто избавит торговый путь от этого монстра с корабль размером; за эту работу тоже взялась Цунаде, с попутной миссией B-ранга отправившая до острова джонина Хатаке Какаши в компании входящего в пубертат чунина Торуне Абураме с призывом Кацую, полюбившей кушать мелких жучков этого ниндзя, который поступил в отношении бывшего работодателя столь же формально, как сам Шимура Данзо, когда затребовал к себе в Корень двух членов клана Абураме.       Джирайя с позволения Годайме хокаге тоже изучил Хирайшин но Дзюцу в модификации Минато. Белобрысый советник официально отправился по форпостам Конохи в Стране Огня и вдоль его границ, чтобы вместе со своей командой проводить инспекцию и при помощи входящего в неё мальчишки ранга чунин Фуу Яманака, друга и бывшего напарника Торуне Абураме, проверять лояльность служащих гарнизона. Разумеется, попутно Джирайя через Кацую вроде как призывал к себе Цунаде с Какаши, чтобы вместе укреплять фортификации и менять ключи у фуиндзюцу, а также ставить свои дзюцушики в укромных местах на случай экстренной необходимости личного присутствия.       Локальные конфликты в тех или иных странах происходили, а гражданская война в Стране Воды набирала обороты, но в целом мирный период продолжался.