Глава 37, ниндзя в найме у храма.

             - Мальчик, ты в курсе, что вода всегда падает на землю? – подсаживаясь за почти свободный трапезный стол, улыбчиво пошутил юноша в стандартном чёрно-синем костюме с зелёным жилетом чунина Конохагакуре. Протектор крепился к п-образной пластине, прикрывающей виски, скулы, челюсть.       Полумесячная капля замерла в тот же миг, что и палочки с порцией утреннего риса, сегодня поданного с грецкими орехами. Рыбка из воды напоминала каплю из-за острого носа и округлого хвоста, который у настоящей рыбки имел окрас в виде полумесяца, давшего эпитет в названии этой разновидности. Саске она приглянулась ещё при первом облёте Мьёбоку, а потом он воспользовался случаем и призвал такую рыбку-ниндзя, чтобы обжарить во внутреннем мире Соры, очистив от плоти и вместе с чакрой поглотив телесную и духовную энергии морского обитателя.       Второй мальчик, сидевший на таком же высоком табурете за столом, избегаемом всеми другими в столовой, покосился на соседа и стал жевать интенсивнее, пока всё не разлетелось в разные стороны от вспышки агрессии. Одинаковые очки мальчиков скрывали их глаза даже в плохо освещённом помещении.       - Ха-ха, - успевая перед лицом подставить руку, о которую расплескалась рыбка. Перехватив чужую воду, он небрежным жестом превратил её в туман, устремившийся к вентиляции. – Вообще-то земля внизу, и падают вниз.       Саске без шума хлебнул чая и выплюнул полумесячную каплю с переливчатыми плавниками и хвостом чайного цвета. Он досадно прозевал появление этого ниндзя, прибывшего на увеличенном нинтака буквально минуты назад и сразу же направившегося в столовую, где именем Ямато представился настоятелю, пригласившему к завтраку, отчего рано вставший юноша не стал отказываться.       Новая рыбка, завораживающе бликуя отражениями свечных ламп, проплыла в воздухе так, словно это вода, и сверху вниз атаковала макушку с короткими коричневыми волосами, хаотично торчащими во все стороны.       Ниндзя поднял вверх указательный палец, из которого за миг до столкновения вылез деревянный козырёк, о который рыбка разбилась, а вся её слюна, вода, чай впитались в него как в губку, отчего деревяшка разбухла и сформировала смешную статуэтку мальчика с раздувшимися щеками, очках и одеяниях монаха.       - Дарю, маленький пожарный, - дружелюбно произнёс Ямато, большими карими глазами смотря на выплёвывание третьей рыбки. – Я Ямато, а вас как зовут?       - Сора Казума, - угрюмо ответил второй мальчик и поспешил положить в рот половинку грецкого ореха, а следом рис, показывая ловкость в управлении традиционными хаси.       - А ты не хочешь представиться? – дружелюбно спросил юноша, когда прожевал и проглотил порцию риса с грецким орешком, умело сломанным пополам одним ударом деревянной палочки для еды. Ямато любил эти орешки, особенно раскалывать.       Саске побоялся за свой длинный язык, придумавший язву про падение на дно во лбу и созвездие Барана в виде вмятин от рыбьего обстрела по протектору. Он хлебнул ещё чаю и выдул большую рыбу, на прозрачном хвосте которой чёрным чаем было написано: «Я в рот воды набрал».       - Ясно, будем знакомы, В-рот-воды-набрал-кун.       - Хе-хе, - Сора посмеялся над соседом. – Его зовут Ке-кун, Ямато-сан. А вас дома не кормят?       - Хех, я просто не успел позавтракать, когда меня направили на миссию в Храм Огня. Буду заниматься любимым делом – строительством. В основном в ближайшей деревне, но и тут тоже что-то надо возвести, - поделился ниндзя и продолжил с удовольствием кушать.       - Ух ты, так это вы займётесь нашей эктрификцией? – Сора был заинтересован в лучшем освещении.       - Электрификацией, - улыбчиво поправил Ямато. – Нет, Сора-кун, я здания возвожу. Ещё дороги прокладываю и столбы под кабели ставлю. Остальным займутся другие специалисты.       За сим разговор затих. Саске не стремился к общению, легко играя молчуна. Сора тоже не особо разговорчивый. Ямато выполнил программу-минимум и наяривал свою кашу с орехами вприкуску с бутербродами, чтобы завершить трапезу примерно вровень с настоятелем и получить у него задание.       Вторник седьмого сентября стал днём возведения детского корпуса в виде пагоды в три этажа, на каждом из которых имелась лестничная площадка, ванная комната с окном на склон холма, четыре типовые кельи на одного-двух ребят и более просторная комната для взрослого. Тщательно изучив план постройки, Ямато возвёл в четыре этапа – по этажам, отчего башня словно бы выросла из-под земли. Двери и окна раздвижные. Только и оставалось, что: положить татами на полы стандартных площадей, установить сантехнику, на подземном этаже протянуть трубы и смонтировать на крыше водонапорный бак, пока заполняемый ручными насосами, а вскорости электрическими.       В детский корпус к концу недели переехали не только Сора и Ке, первыми выбравшие каждый себе отдельные комнаты на третьем этаже. Ещё один ребёнок был младше них на год, другой мальчик десяти лет. К ним наверх вызвался Сентоки, которому недавно исполнилось восемнадцать. Этажом ниже поселились двое одиннадцати лет и двенадцатилетний шкет. За ними присматривать взялся Такеёши тридцати одного года. Четырнадцатилетний Занза и шестнадцатилетний Ичиген заняли комнаты на первом этаже. Сорокатрёхлетний Бонкей занял большую комнату на первом этаже. Склады на цокольном этаже пополнились бельём, запасными татами и прочим, нужным в хозяйстве. Три комнаты в спальной башенке остались свободными.       - Добрый день, Чукаку-сама. Можно? – в воскресенье Саске терпеливо выждал, когда настоятель закончит разбирать документы, чем он заниматься не любил и старался откладывать до крайнего срока.       - Добрый день, Ке-кун. Входи, - символически навострив бородку-кунай.       - Вот, - Саске распечатал кое-что из наладонного листка. – Эта ветка – потуги Соры в Котон, - показывая ивовый прут, который имел металлические участки, очень напоминавшие ржавчину на железе. – А это тоже Котон, но на основе Мокутон, - стукая по металлической фигурке стильно очкастого мальчика с надутыми щеками, отчего раздался почти ровный звук, свидетельствующий о равномерности трансформы.       - Классные у тебя занятия с Сорой. Спасибо тебе, Саске-кун, сын Казума стал увереннее в себе и сильнее в Сендзоку но Сай, - с благодарностью заметил старец.       - Эм, я к тому, настоятель-сама, чтобы вы вместо меня обратились с двумя просьбами к Ямато, пока он ещё прокладывает дорогу. Если этот ниндзя без дополнительной платы поможет изготавливать из дерева погребальные урны для металлизации Сорой, то в благодарность подскажите ему, что его родная стихия Интон, а при её развитии до С-ранга он сможет продуцировать древесину разных пород, на В-ранге это нефрит с янтарём и питьевые соки. Если этот ниндзя без дополнительной платы расставит вдоль дороги антивандальные деревянные пьедесталы со статуями божеств и священных животных для металлизации Сорой во время будничных кроссов, то в благодарность подскажите ему, что хватит первого контакта с чакрой сынишки, чтобы приживлённая Ямато сила Хаширамы Сенджу стала его собственной целиком и полностью, а это уже чистые изумруды с рубинами и сакэ с винами.       - Кхе-кхе, умеешь ты удивлять, Саске-кун. Даже в мои годы, казалось бы, кхе-кхе… - старик прокашлялся, переваривая информацию и её подачу. – Хорошо, я исполню твои просьбы. Ямато всё-таки пришёлся тебе по душе? – припоминая первую встречу в столовой.       - Отчасти, - коротко ответил Саске, не став раскрывать, что ему импонирует увлечённость архитектурой, ежедневная работа до изнеможения, живой ум, умение сочетать доброту и террор, стоицизм и внимательность, ненавязчивость, хорошее чувство юмора, а ещё схожесть в желании работать в одиночку. – Он явно продукт эксперимента по приказу главы АНБУ Не – за это кредит. От других коноханинов здесь я сбегу отсюда. И этот бы меня не увидел, не застань врасплох прилётом.       - Кхм… Я-то, грешным делом, подумал, что ты захочешь у Ямато-сана уроков суитондзюцу, - лукаво улыбнулся Чукаку, пытаясь сгладить конфликт.       - И нахвататься дурацких шаблонов типа малоэффективных водяных пуль и копий? Нет, спасибо. Хотя… Если он по вашей просьбе…       - Кхе-кхе!..       - …согласится, - невозмутимо продолжил Саске, - научить меня создавать водяных клонов и продуцировать из них густой туман с дальнейшим осаждением на тренировочные поля поливочной росой, то подскажите ему о лёгкости управления собственной кровью для долгих стояков.       - Кхы-кхы-кхы!.. – старец подавился воздухом и даже слегка покраснел.       - Что? Занза и кто постарше вчера до полуночи игрались со своими пенисами, - сдал их мальчишка, поправив очки. Да, ему стало завидно.       Настоятель посуровел, его бородка заиндевела и даже словно бы блеснула по-металлически так.       - Можешь идти, Саске-кун.       Настоятель тихонько пришёл к ночи, провел на веранде у башни специальную сенсорную медитацию и убедился в осуществлении «запрещённых практик». В итоге на следующий день трёх провинившихся начали гонять и нагружать так, чтобы к концу дня еле доплетались до футонов и отрубались, не помышляя ни о чём, кроме сна.       В понедельник за час до ужина Чукаку подобрал красивые и мудрые фразы, простенько и со вкусом зашифровав советы за добровольную помощь Храму Огня. И сразу же приступили к реализации, при всех отозвав Сору с общей тренировки тайдзюцу нинсо. Ямато создавал сосуды с крышками, Чукаку браковал или одобрял перед отсоединением от пальца, а Сора назло всем проявил свою металлическую лапу и набыченным принялся металлизировать деревянные изделия. Они создали несколько десятков сосудов для праха кремированных и могли ещё, но гонг позвал на трапезу.       А после ужина (ниндзя столовался с нинсо согласно условиям длительной серии миссий В-ранга и А-ранг) Ямато занимался с Ке, в лёгкой и доходчивой форме преподав теорию по созданию собственного водяного клона вместо водяной рыбёшки и превращению своего подобия в туман, а вот осаждение водяной взвеси на выбранный участок оказалось очень сложным. Сперва краткая лекция в общем виде и практика на собственном примере, а конкретная отработка в следующие дни в это же время.       Во вторник на утреннем кроссе меж столбов под провода уже стояли двенадцать пьедесталов с животными зодиакального круга, которые Сора по одной в день при всех монахах, исполняющих команду «бег на месте», превращал из деревянных в металлические, способные стоять веками. К слову, из-за присутствия ниндзя и вольнодумного упрямства самого Курамы мальчишки перестали призывать его лисицу.       Ямато выстилал дорогу по километру в день. Ребро посередь, незаметный наклон вправо и влево, тротуарные зоны, желоба для сточной воды с отводками в лес. Дотондзюцу просто выравнивало и спекало в камень натоптанную и наезженную грунтовку по параметрам согласно техзаданию из столичного университета. Получалась широкая дорога, по которой теперь нормально разъедутся две телеги или два автобуса. В полусотне метров перед огромной лестницей была сделана круглая площадь под скамьи и разворот электрички, а перед ней большая квадратная площадь под стоянку тех же велосипедов да ларьки с фастфудом и сувенирами, с этой площади недалеко в лес уходили две тропинки к цивильным туалетам вместо «минных» кустов.       В Собо-но-Муна по решению Конохи, согласованному с Храмом Огня, Ямато соорудил придорожный трактир, где поселился престарелый чунин и две семейные пары не шибко младшего возраста. Эти ниндзя владели катоном для проведения церемоний кремации, им же вменялось в задачу содержание трактира, слежка за порядком, докладывание о прихожанах.       Интернат, школа, семинария – это весьма крупные комплексы зданий. Юный Ямато с огромной охотой занимался со столичным архитектором, доводившим до ниндзя структурные особенности проектов и следившим за точностью исполнения.       - Ты делаешь успехи, Ке-кун. Только уши не плавники, а ирокеза у тебя нет, - сдерживая смешок, Ямато указал пальцем на ошибки у водяного клона, ниже шеи пока напоминающего стог сена.       - Угум… - являя угрюмость, ответил Саске свой словесный максимум при общении с ниндзя, дескать, психологическая травма такая.       - Для второй недели тренировок это действительно отличный результат, Ке-кун. Я около месяца учился Мизу Буншин но Дзюцу, - честно признался Ямато, у которого Мокутон Буншин получился первым и всего за три с лишним недели, а чисто стихийные отняли куда больше времени.       - Ага… - складывая ручную мудру тигра и убирая плавники. При этом как бы случайно нос вытянулся и заострился, как у «любимой» рыбки, которую Саске тренировал в качестве промежуточного этапа для гендзюцу, подобных Буншин, то есть внешних, никак не влияющих на чакру окружающих.       - Всё-таки попробуй создать туловище, Ке-кун. Или с завтрашнего придётся тебе залезать в бочку с водой, - пригрозил сенсей.       - Гн!       Но туловища опять «не получилось», хотя усечённый конус удался получше вчерашнего.       - Ладно, превращай этого слизняка в туман.       Киригакуре но Дзюцу имело D-ранг и уже получалось довольно сносно. Бык, змея, кабан – водяная башка запыхтела как чайник и начала из области рта изрыгать водяную взвесь разной плотности и размерности капелек. Процесс длился несколько минут, хотя предполагались мгновения. А вот осаждать свой туман росой Саске реально не мог научиться, применяя мудру конфронтации, ни к чему не приводившую из-за недопонимания процессов.       - Всё-всё, стоп, Ке-кун. Смотри, твой туман теперь как тучка висит над травой. Попробуй теперь представить, что из этой тучки вниз проливается дождик.       - М-м-м, - мальчик от натуги даже замычал, сложив губы полосочкой.       - Не-не, тужиться тут совсем не надо. Может, ещё раз объяснить про точку росы?       Саске пожал плечами. Так-то он понимал, что влажный воздух при определённой температуре и давлении порождает осаждение воды, но в том и дело, что это касалось испарений, а не водяной взвеси тумана.       - Хм… - юноша потёр гладко бритый подбородок. – Попробуй представить туман губкой, которую ты отжимаешь.       Мальчик чуть подумал и протянул вверх руку с растопыренными пальцами, которые сжал. Туман начал натужно сжиматься, порождая неровную стройку воды.       - Стоп. Не так буквально, Ке-кун. Струек должно быть много, как в лейке.       Саске пожал плечами и стал быстро-быстро сжимать-разжимать обе руки, отжимая туман клочьями и порождая струйки как при дойке коровы.       - Достаточно, Ке-кун. Ты опять понял буквально, а не образно. Ладно, превращай в туман всего своего слизняка. Когда нинсо завершат тренировку, создай нескольких своих водяных клонов по полю так, чтобы разлились более-менее по всей траве. И на этом всё, - Ямато дал задание и закруглился на этот вечер.       Колдун специально прекращал думать о суитондзюцу сразу после прекращения занятий, дабы обучение выглядело естественным для его биологического возраста. Тот же Наруто до сих пор маялся с медитациями, призванными помочь настроиться на самого себя и проникнуть в подсознание, на тот слой, где размещена тюрьма для биджу. Тот же Сора пока не мог превратить в металл первый попавшийся камешек или ветку.       Овладение ниндзюцу стихии Воды не имело чётких сроков, так что Саске просто-напросто продолжал оттачивать тайдзюцу нинсо и водное Сейшицухенка, исподволь следя за тем, как Ямато вспоминает и разрабатывает начальные упражнения для освоения гендзюцу в качестве наиболее доступного ему шага в сторону Интона, а также всё лучше и тоньше делает деревянные сосуды, его статуи-прототипы получались всё детальнее и выразительнее, но пока ещё не удовлетворяют взыскательный вкус Чукаку. Ответственный чунин сам начал исследовать процесс осаждения тумана, чтобы суметь объяснить это мальчику, за которого попросил сам настоятель, отблагодаривший ценными советами, один из которых, касающийся управления кровью, юноша ежедневно отрабатывал, в том числе для быстрого поднимания и опускания детородного органа, прилива и отлива крови к щекам и ушам, но преимущественно для остановки крови в ранках и втягивания её обратно в себя.       Фантазируя о непосредственно процессе зачатия, безродный Тензо с текущим позывным Ямато задумался об избранницах в жёны. Только под истечение года после расформирования АНБУ Не юноша всё-таки расстался с девственностью и разок сходил на свидание. И это произошло вовсе не из-за старта второй «Свадебной осени», которую начали два саннина, внезапно устроив бракосочетание с праздником на всю Коноху, завершившимся впечатляюще красивым ниндзюцу А-ранга, способным дотла выжечь иную деревеньку. Из-за этого события он и Какаши-семпай вдруг превратились в объекты охоты куноичи, желавших по примеру грудастого кумира затащить в постель видного парня и потом к алтарю, вот почему Ямато сбежал на удачно подвернувшуюся серию миссий от Храма Огня, а не по официально высказанной причине сохранить Сенджу медовый месяц.       Истинная причина крылась в протесте на волне окончательного краха моральных устоев, на которых его воспитали в АНБУ Не. Это произошло после кошмарного преступления Данзо Шимура! Дело не в убийстве даймё Огня. Ямато примерно года за четыре до вырезания Учиха охотился за шаринганом у Хатаке Какаши. Он представлял возможности главы Корня, потому не поверил в его убийство и посчитал, что разгадал его затею при помощи одного из добытых в резне шаринганов подчинить феодала, о чём сообщил Годайме хокаге в служебной записке. Решения нового даймё Огня доказывали его суждения – Коноха была вынуждена сосредоточиться на себе и Стране Огня вместо поиска зарубежных и ненадёжных союзников. Вот он - мир и процветание.       Безмятежная пастораль вокруг Храма Огня и размеренная жизнь монахов способствовали размышлениям.       Ямато постепенно заключил, что обязан жениться. Во-первых, сын сроднит его с приживлённой силой Хаширамы Сенджу, о которой непонятным образом узнал настоятель Чукаку. Ямато сможет лучше исполнять свои обязанности на миссиях. Во-вторых, юноша впервые задумался о потомстве и обзавёлся страхом умереть на миссии, не оставив детей с ценнейшими и важнейшими для Конохи способностями к мокутондзюцу. Ради Конохи жил и трудился Тензо. Благо настоятель дал мудрый совет! Иначе бы сам осторожный юнец нипочём бы не догадался обзавестись не просто женой, а гаремом, чтобы подарить Конохе как можно больше ниндзя с наследием Первого хокаге. У него уже хватит денег снять особняк в квартале Учиха, а после освоения Интона на должном уровне он сможет заработать на собственный участок, где построит просторный дом для себя и всех своих жён с детьми. Всего-то надо научиться гарантировать зачатие к моменту возвращения в город, а потом тихо и поочерёдно уступить натиску всех тех куноичи-охотниц да поскорее отбыть на длительную миссию, оставив жён самих утрясать быт и готовиться к рождению тройняшек, чтоб сразу готовыми командами.       Меж тем в академиях Конохи начались каникулы между триместрами.       - Что-нибудь известно - сирот на каникулы отправят на курорт? – после приветствий поинтересовался Саске у Наруто, поймав того в гендзюцу до начала послеобеденного сна в общей спальне с Шином и Саем, оценившим дремоту с усыпляющим видом на речное русло.       - Не-а. Ирука-сенсей сказал, что Цунаде-ками обиделась за пачканье её стены. Но мы же старались, даттебаё! И многим понравилось… - мальчик насупился, тоже обидевшись, ведь они втроём старались от всей души.       - Как успехи с продажей кибакуфуда?       - Плохо покупают, а отдавать задаром жаба душит. Но я делаю, даттебаё! Сто тысяч, - напомнил Наруто. – Не другие, так мы сами их будем применять в боях, когда станем ниндзя.       - Правильно. Тогда потратьте эти каникулы на интенсивные тренировки, как мы с тобой делали между курсами.       - Даттебаё, - кивнув так, что голова едва не скатилась.       - Сегодня же найдите генина-ирьёнина из числа абитуриентов Академии Чакры, который за кибакуфуда согласится ежедневно страховать вас на полигоне, залечивая ваши порезы, ссадины, вывихи.       - О, классно! Так мы сможем ещё круче тренироваться! – мальчишка засиял.       - Вот именно. Сай освоил своё преображение чакры в стихию Воды?       - Ага, знатно плюётся! А Шин научился выдыхать огненные искры и тучу дыма, нихи-хи.       - Хм… Дым подтверждает, что Шин бастард от кого-то из клана Сарутоби. К нему обезьяны ещё не подходили? – иллюзорно сидя вместе с Наруто на его кровати рядом с двуспальной этажеркой Сая и Шина, занявшего верхнее место.       - Я не знаю, Саске. При мне нет, а так он не говорил вроде бы, - почесав затылок.       - Тогда ты и Шин начните у Сая учиться стихийному преобразованию в Воду – это нужно для крайне полезного навыка остановки собственных кровотечений. Сай же пусть начинает осваивать азы преобразования чакры в стихию Земли. До конца курса у всех вас должно быть по две стихии для претендования на ранг токубецу генина.       - Ранг будет наш, даттебаё! – даже ударив кулаком в ладонь.       - Уже с завтрашнего дня выкладывайтесь до упаду, парни, тогда будет толк. И при по-настоящему интенсивных занятиях тайдзюцу и прочим вы не сможете нормально готовить себе, поэтому постарайтесь сегодня договориться с тем же Ичираку-рамен о трёхразовом питании за ваши кибакуфуда.       - Ого, так тоже можно было? Конечно, даттебаё! Спасибо, Саске, ты самый лучший брат! – Наруто не уставал брататься.       - Хех, в этом и моя выгода тоже, друг. Чем сильнее ты станешь, тем больше у тебя будет чакры и тем сложнее тебе будет потратить её за день. Поэтому со следующего триместра я буду оставлять тебе свитки стандарта БЧЛ, чтобы ты перед сном покрывался чакрой Кьюби и сливал её в фуиндзюцу для нужд моего развития.       - Конечно, я буду их для тебя наполнять, даттебаё!       - Спасибо. А теперь вспоминаем зачётную неделю, друг.       Наруто тут же скуксился и нехотя приступил к пересказу задачек и своих ответов, которые Саске сразу же подправлял, толково и необидно объясняя ошибки.       На прощанье колдун усыпил мальчика, отказавшись подгонять процесс его проникновения в собственное подсознание.       Две недели адских тренировок, которые сами себе устроили увлекающиеся мальчишки, пролетели как-то слишком быстро, но каждый из трёх повысил свой уровень и физические параметры, что все они наглядно измерили в спортзале, в цифрах записав достижения в начале и в конце каникул. Шин и Сай поднялись до седьмого, а Наруто до восьмого уровня, позволившего ему делать на восемьдесят процентов больше ёмких и дорогих взрыв-тегов с пятикратной мощностью.       Сам Саске продолжал торговать оружием с самураями, больше не расширяя ассортимент, хотя мог в те же нотные сюрикены-черепашки встроить Вакуумную бомбу и Шаровую молнию. Ваджры он так же производил по две в день, что уже привело к отправке Чирику с группой нинсо сперва в Храм Воды для тайной доставки пятидесяти инструментов и показа обращения с ними, а потом в Храм Ветра с той же целью. Его теневые клоны вместо дзюцу сосредоточились на поиске в древней библиотеке фундаментальных основ, касающихся чакры и тренировок. А его нинтака уже побывал в столицах всех стран обоих изведанных континентов и групп островов рядом с ними, и Саске теперь продумывал совмещать поиски селений ниндзя с картографированием континентов, отправляя Гаруда мониторить форпосты самураев.       - Ке-кун, давай попробуем такой образ для осаждения тумана, - к середине октября Ямато вымучил кое-какое объяснение и доступную ребёнку методику. - Представь, что ты ударяешь по туману. Он состоит из множества мелких капелек. От твоего удара капельки резко разлетаются в разные стороны и сталкиваются с другими капельками, вбирая их в себя и увеличиваясь. Когда капельки становятся размером с дождик, они получаются тяжёлыми и сами по себе опускаются вниз, по пути вбирая в себя все маленькие капельки и ещё больше увеличиваясь. Представил?       - Ага! – сидевший в бочке с водой Саске улыбнулся стоящей идее с толкованием процесса.       Саске перед ужином поглотил начитавшегося клона, потому уставшие мозги не заморачивались и выдавали тупые решения, подчас срабатывавшие лучше замысловатых.       Мальчик воздел кулаки кверху, словно бы ударяя нависший над ними туман. И вуаля – по туману побежала волна, осаждая его дождиком.       - Получилось, даттебаё! – Ямато обрадовался за успех маленького ученика. – Давай ещё раз, Ке-кун. Только преврати в туман всего водяного клона, - указал сенсей и пронаблюдал, как малец, которому всё ещё требовалась бочка с водой, изрыгает почти точную копию себя, за пару минут превращает его в туман и ударяет по нему кулачком, осаждая весь объём. – Молодец, Ке-кун! Теперь только каждодневные тренировки, пока оба суитондзюцу не станут получаться без бочки.       - Угум…       Имея терпение и закаляясь, Саске до ноября дотянул избавление от бочки, ознаменовав это разрывом маленького шаблона: шлёпнул ладошкой по своему водяному клону и тем самым взрывным образом превратил его в туман, что было вполне логично после освоения хитрости с осаждением тумана путём ударной волны. Его промокший до нитки учитель на это лишь рассмеялся и позже доработал трюк до импульса чакрой всем телом, чтобы водяной клон сам смог в мгновение ока взорваться туманом и чтобы тривиально сбрасывать маскировку сокрытия в тумане, свою или чужую.       Ямато-сенсей из-за занятий с Сорой всё-таки решился с монастырской совой отправить к хокаге запрос на разрешение обучению псевдо-джинчурики ниндзюцу Перчатки ниндзя и Светлячок. Чукаку прочёл ответ и подмахнул ещё одну миссию А-ранга с высшей ставкой оплаты, после чего Ямато-сенсей принялся всем нинсо читать лекцию по этим двум ниндзюцу Е-ранга и далее обучать с применением древесных клонов, объяснявших непонятное и помогавших в практике. Настоятель платил не своими деньгами и дал разрешение ради двух особенных детей, но в итоге Чукаку после личного овладения легко переложил ниндзюцу на чакру Сендзоку но Сай и смог создавать постоянно светящиеся предметы, получив для монастыря новый источник дохода. А Сора в Перчатках ниндзя смог равномерно металлизировать и ветки, и живые кустики травы, и букеты цветов. Сора не имел кеккей генкай с Котон, а пользовался отцовской хитростью с фуиндзюцу, потому так и не смог научиться высвобождать сталь, зато наловчился превращать камни, деревяшки и растения в металлические, вознамерившись натренироваться до превращения в статуи всяких животных и людей, а заодно прилично зарабатывая, чем сглаживал свою репутацию.       Уже по собственной инициативе Ямато научил Ке ниндзюцу Водяного щупальца D-ранга, являвшегося прообразом «Суйтон: Суйбэн» - это сильный и распространённый водяной кнут С-ранга. Водяное щупальце проще в освоении и мирное – юноша привёл пример с собственным омовением, призванным легко и по-быстрому смыть с себя и одежды следы пота и загрязнений после тренировок. Щупальце всего-то на две ручные мудры больше кнута – крыса, собака, бык, овца, крыса. Кстати, в прошлом декабре Какаши-семпай предложил продлить ниндзюцу Перчатки ниндзя суитондзюцу Щупальце для получения ниндзюцу Водяной руки D-ранга, достаточно было через ручную мудру крысы соединить два набора: накопление, ручной замок, кабан, овца, крыса, собака, бык, овца, крыса. В результате получилась водяная рука, удлиняющаяся до десяти метров и обладающая осязанием, словно это настоящая рука в резиновой перчатке. Ямато не стал учить Ке ниндзюцу Водяной руки и Водяного хлыста, но «домашним заданием» показал их перед своим возвращением в Коноху в начале декабря, так и не заподозрив в маленьком монахе разыскиваемого Саске Учиха.