Глава 41, фрагмент из нового уклада.

             Основные вехи распорядка дней Саске сразу установил следующим: завтракали в деревенских трактирах Страны Огня (каждый раз новый), утро на песчаном побережье Страны Ветра для освоения обоими стихии Ветра, обедали в городских ресторанах (каждый день новый город), день на далёких от Мьёбоку болотах для освоения обоими стихии Воды, ужин сами себе готовили на костре где-нибудь на природе, вечер в цирке, кинотеатре или театре кабуки центра какой-нибудь из префектур Страны Огня, ночёвка на свежем морском воздухе гористых подножий Мьёбоку с севера.       Согласно знаниям из древней библиотеки, перед освоением природной энергии шизен нужно овладеть всеми пятью основными элементами. Природная энергия включает в себя все стихии, ведь сам мир состоит из них, поэтому владение всеми пятью стихиями упрощает ощущение и управление шизен, а это уже шаги освоения. Как подметили древние мастера и как доказал факультатив Сейшицухенка, в детском возрасте тело и разум весьма гибкие для более быстрого освоения стихий, чем это сможет взрослый, а тренироваться в период пубертата ещё сложнее.       Пока Наруто осознанно осваивал водяных клонов, водяную руку, создание и осаждение тумана, Саске пользовался естественным шаблоном масла для выплёвывания масляных рыбок. Масло – скользкое и горючее. За ним бензин – горючий взрывоопасно. Разумеется, колдун вспомнил о разъедающей кислоте и о липкой патоке. Щёлочь тоже освоил на примере желчи собственного организма и покупного химиката.       - Наруто, да перестань ты так переживать. Ты всего за три месяца освоил азы стихии Воды и за четыре недели научился девяти суитондзюцу – многие чунины тратят на подобное минимум год, - обратился Саске во время тренировки, видя ошибки из-за плохого настроя.       - Но ты уже пять типов жидкостей освоил, Саске, а я всё ещё с простой водой вожусь, - проворчал Наруто, упражняясь с водяным хлыстом, которым старательно сбивал чёрные верхушки болотного рогоза, развивая точность управления.       - Мы разные, Наруто. У каждого свои способности. И с той же стихией Ветра – ты уже летаешь быстрее и манёвреннее меня, между прочим. Твоя ошибка сейчас в том, брат, что ты воспринимаешь меня соперником, а не напарником. Мы с тобой не соревнуемся – мы учимся по мере собственных сил и способностей.       - Угум… - кончик его водяного кнута вновь промазал.       - Вот что, завтра вместо стихии Ветра вместе начнём с нуля изучать стихию Земли. Наглядно сравнишь свою скорость и мою.       - Но я же только полёт и воздушных клонов освоил. Тц! – отвлёкшись, он потерял контроль над ниндзюцу, рухнувшим в воду, оставив извилистый след на ряске.       - На данном этапе, Наруто, этого достаточно. Задача на этот год - освоение всех пяти элементов до ниндзюцу С-ранга, - и метнул взгляд на приближающееся жужжание. Стрекоза с локоть длиной не смогла разминуться с воздушным клоном Саске, который вакуумным мечом рассёк насекомое, собиравшееся атаковать ребят.       - А дальше что? – полюбопытствовал мальчик.       - А на следующий год задача – освоение внешних энергий Инь и Ян. Дальше ты пробудишь бьякуган, - заранее извещая, чтобы мальчишка свыкся с этим.       - Бьякуган?! У меня?! – выпучив глаза.       - Хех, у тебя. Я ведь уже рассказывал перед сном, что прародительница чакры Кагуя Ооцуцуки родила Хагоромо и Хамуру. Хагоромо достался геном додзюцу Ринне Шаринган, которое начинает развиваться по этапам шаринган и риннеган с промежуточными стадиями мангекё шаринган и эйен мангекё шаринган. Хамуре достался геном додзюцу Бьякуган. Клан Узумаки основан младшим сыном Хамуры, у тебе этот геном от матери и потому сильнее. Клан Сенджу основан младшим сыном Хагоромо, в тебе этот геном от бабушки по отцу и потому слабее. Став шинсеннином, каким был Хамура, ты сможешь пробудить Бьякуган и за считанные дни освоить все те пять видов жидкостей, которые я отрабатываю неделями.       - Ух ты! А почему не Риннеган, как у тебя?       - Молодец, правильный вопрос. Кагуя Ооцуцуки – могучий демон, поэтому смогла объединить у себя оба додзюцу – Бьякуган и Ринне Шаринган. Мы с тобой люди, брат, нам доступен один вид додзюцу. Для защиты мира от демонов потребуются силы и Бьякугана, и Риннегана. Ещё желательно стать медиумом биджу, но правильнее сперва развить собственные способности, чтобы эти самые биджу воспринимали нас ровней себе и соглашались сотрудничать по доброй воле, - подробно разъяснил Саске, не забывший о площадной иллюзии, чтобы никто не узнал их секреты.       - Понятно-о… - протянул Наруто. И в очередной раз сложил ручные мудры, создавая водяной кнут.       Перерыв завершился – тренировка продолжилась.       Саске про себя вновь отметил правильность выбранной методики в отношении Наруто. Мало толку впихивать в ребёнка неинтересное ему, зато эффективность обучения взлетает при увлечённости занятием. Мальчишке нравилось осваивать ниндзюцу, вдобавок, они теперь ему давались гораздо легче прежнего. Прямо сейчас Наруто, воссоздав водяной хлыст, вместо сбивания макушек рогоза принялся рисовать им на ряске кривоватую жабу. Будь это школьная отработка, его б учитель одёрнул, а так маленький ниндзя осваивал суитондзюцу так, как сам хотел и разумел.       Следующим утром после утренних процедур и гимнастики Наруто опять залип, во все глаза наблюдая за Рикудо Саске, обрабатывающего чакрой очередной клинок из чакропроводящей стали во исполнение контракта с самураями.       За неимением возможности посещать спортзал ребята приобрели некоторый инвентарь и подстроили под него свою программу атлетических занятий. Гаруда нашёл для этого пещерную каверну в гористой местности далёких окрестностей Мьёбоку. Мальчики каждый раз распечатывали всё и потом запечатывали обратно.       Наруто всё ещё не догадывался, что Саске в деревенских трактирах помимо маскировки «Суитон: Хенге» под подростков четырнадцати лет отрабатывал массовые гендзюцу, заставляя местных жителей считать пришлых за кого-то из своих, дабы совершенно ничего подозрительного не происходило. Это в городах можно обходиться без такой мороки, а деревни малы, потому незнакомцы отлично запоминаются.       После сытного завтрака Саске переместил себя и Наруто к Ахирухара, ждавшему у тайника в Мире Животных. Разделка туш зверей и птиц не для слабонервных и точно не для детей. Потому картошку для выпечки в углях и мясо для вечерних шашлыков покупали в деревнях. Колдун смекнул в маринад добавлять горного масла с Мьёбоку, способствовавшего насыщению природной энергией. Оптимальные пропорции подобраны ещё в первую пару дней, а после этого экспериментировали с приправами и самим мясом: куры, утки, гуси, индюшки, страусы, кролики, свиньи, бараны, козы, коровы, овцы, верблюды, кони, олени, не разделяя ещё по половому признаку.       Дальше к Гаруда, который в окрестностях деревни высмотрел холм с каменистой проплешиной. Отсюда открывался замечательный вид на деревню и чайную плантацию рядом с ней. Естественно, площадное гендзюцу прикрыло двух ребятишек, с комфортом устроившихся заниматься фуиндзюцу. Наруто с подачи Сая рисовал у классических кибакуфуда черты животных: кончики одного кандзи напоминали когти, у другого хвосты, у третьего звериные мордочки, у пятого лапки, какое-то кандзи топорщилось клочьями шёрстки – это выглядело по-детски мило и являлось по-взрослому сложным. Саске рисовал Гофу Кеккай, всё ещё отрабатывая встроенную ловушку паралича из Канашибари но Дзюцу. Оба тренировались рисовать фуиндзюцу хранения чакры и предметов. Всё это они в Стране Мёда сбывали местным ниндзя, организовавшим свою контору по соседству с форпостом самураев, куда теперь стекался народ со всей западной окраины материка и близлежащих островов; деньги выручали скромные, зато хоть что-то с тренировочных поделок да банкнотами, свитками, пачками листков, чернилами, прочими расходниками.       Сегодня вместо загорания на песчаном побережье мальчишки перенеслись к Гаруда в джунглях острова Оузу. Нинтака высмотрел для них берег ручья, где и камни, и глина, и почва, и перегной имелись в шаговой доступности. Отличное место для освоения азов преобразования чакры в стихию Земли! Всякую мошкару уже привычно отгоняли воздушные клоны, а водяные клоны отваживали ползающих гадов. Саске всё-таки пока один сгонял в столицу Страны Земли, где за слиток золота купил такую же качественную инструкцию, какую купил для освоения Мизу в Стране Молний. По ней мальчики начали заниматься.       За час до обеда Саске перенёс себя и Наруто на песчаное побережье. Здесь они отрабатывали тайдзюцу в полный контакт, прикрывая лицо и пах суитондзюцу, ибо запрещённые места отсутствовали. Покамест академическая классика из Конохи, ибо у Наруто отсутствовал необходимый опыт. Саске пользовался заклинаниями Камнекожа и Доспех мага на обоих, силу своих ударов сдерживал. Тем не менее, оба неизменно покрывались синяками и ссадинами, которые теневые клоны Саске с каждым днём лечили чуточку лучше, тренируясь в Шосен но Дзюцу по методичке, купленной в Конохе ещё летом прошлого года. Сегодня оба к обеду сохранили много чакры из-за мизерных трат при начальном освоении стихии Земли, потому Саске создал водяных клонов, которые пропитались песком и сделались стоячими, что в самый раз для отработки ударов: Наруто упражнялся с точным высвобождением чакры при ударе и наглядно видел результаты своих усилий, Саске отрабатывал стиль нинсо Храма Огня.       Обедали в портовой забегаловке Дегораши. Через пару с лишним месяцев год пройдёт с тех пор, как Саске на Плане Тени очистил город от монстров. Сейчас он засёк всего несколько сотен вместо десятков тысяч. Это благоприятным образом сказывалось на Дегораши: вместо ругани портовых грузчиков слышалось детское веселье, взрослые за столами улыбались и сплетничали об авторстве того или иного брюха у той или иной молодки, отсутствие погромов и поджогов позволило направить средства на электрификацию города. На жизнь порта как-то не особо повлияла сеть телепортации Страны Железа, работающая уже свыше месяца и приносящая самураям огромные доходы, судя по настроениям в Генеральном Штабе, куда Саске продолжал наведываться строго по субботам после обеда, сдавая выполненную часть заказа.       Послеобеденный сон на северном боку Мьёбоку благотворно сказывался на скорости восстановления чакрой. Оба мальчишки дрыхли под охраной кота-ниндзя и двух птиц-ниндзя.       - Ну, что, готов к прохождению крутой полосы? – хитро спросил Саске, когда после сончаса они на утке прилетели на окраину болота.       - Конечно, даттебаё! Но где она, Саске? – даже руку козырьком приставил для поисков смеющимися и заинтересованными глазёнками.       - Сейчас будет, - ухмыльнулся колдун.       Распечатав бухту с канатом, Саске еле просунул его конец через кольцо куная и проволокой обмотал загиб. Мощь броска и покров чакрой Ветра помогли прокинуть канат до старого и частично сухого дерева на островке метрах в семидесяти от берега. Кунай воткнулся глубоко и надёжно застрял в древесине, мигом поглотившей чакру. Второй конец каната Саске обвязал вокруг старой берёзы, у которой они сошли со спины утки-ниндзя, когда та увеличилась вместе с пассажирами.       - Готово.       - Э?! И это крутая полоса? – изумился Наруто, живое лицо которого отразило всю прорву разочарования.       - Конечно. Ты будешь учиться прилепляться чакрой. Согласись, падать в противную жижу с пиявками то ещё удовольствие. Как справишься со спокойным прохождением, оставишь своего водяного клона раскачивать канат. Это и равновесие поможет научиться держать, и спрыгиванию на воду как на батут обучит. Круто же?       - Ха! Я за сегодня же справлюсь, даттебаё, - самоуверенно заявил Наруто.       - Подсказывать дальше не буду – развивай свою смекалку.       - А ты чем займёшься, Саске?       - Превращением Водяного хлыста в Водяной канат и скольжением по нему.       - Ого! Вот у тебя круто, - притворно надувшись и снимая обувку, чтобы не пачкать в плохо отмывающейся тине, тем более один сандаль у него уже засосало в трясину три недели назад.       - Ты прямо как дед-ворчун: всё ему не так, всё ему не эдак. Я ж сказал – развивай свою смекалку. Сделай сам свою тренировку крутой для самого себя. Тут не перед кем выпендриваться, Наруто, не перед кем притворяться. Ты тренируешься для себя. Не для оценки Академии Шиноби. Не для похвалы Ируки-сенсея. Не для восхищения в глазах кого-либо. Для себя. Ради защиты мира. А я ориентир, брат. Я не посмеюсь за твоё падение, я не похвалю за твой удачный проход, но я помогу найти ошибку или решить проблему, я порадуюсь успеху вместе с тобой, а ещё могу от всей души раздавать подзатыльники Крутости и отвешивать Звёздные пендели… - состроив свирепую рожу.       - Всё-всё, уже лезу, даттебаё! - понятливо приступая к тренировке.       Фыркнув, Саске приступил к собственной тренировке, включив в неё крутую экономию чакры, а также тяжеловесный отвлекающий фактор в виде Магического ока у Гаруда, которого стал отправлять в окрестности всех плит телепортации, призывая и вновь перемещая к дзюцушки.       Сегодняшний костерок колдун устроил в одной из каменистых бухточек на далёком и пустынном северо-западе Мира Животных. Конечно, иллюзией прикрыл очаг, собранный Наруто. Распечатали покупные угли и сухие ветки, собранные на окраинах болот. Хворост подожгли огненные рыбки, созданные между ладошек.       - Наруто, как прошёл день?       - Э? Мы же вместе его провели, Саске, - недоумённо подняв лицо от костра на соседа.       - Я Саске Учиха. Сегодняшний день начался новым рекордом – пустил струю на миллиметр дальше…       - Нихи-хи…       - Потом мне снова удалось так устроить таинственную мистерию под сухим названием «Обработка чакрой», что мой младший названный брат смог сосредоточиться только на моих действиях, напрочь забыв о рамене.       - Нихи-хи…       Саске рассказывал краткое содержание, стараясь развеселить Наруто.       - А теперь в тишине подумаем об этом рассказе и заодно начнём готовку – угли подоспели.       Нанизали на шампуры мясо с кольцами лука, заложили картофелины.       - Наруто, мы мало общаемся в течение дня – так можно забыть человеческий язык. Вспоминая прожитый день, мы смотрим на него с высоты уже обретённого опыта, чтобы увидеть упущенное. Излагая воспоминания, мы учимся формулировать свои мысли и развиваем дикцию. Поэтому твоя очередь.       - Я Наруто Узумаки. Сегодня я опять чуть не запутался в спальнике и едва не наступил на коровью мину…       Рассказ получился сбивчивым и скомканным, но девятилетний мальчик на самом деле старался так, как мог. Сосед не перебивал, слушал внимательно и, порой, выражал эмоции на лице. Оценивая себя и названного брата, Наруто пришёл к неутешительному выводу и признал нужность этого урока для себя.       Оба за обе щёки уплетали горячее мясо вприкуску с горячим картофелем! Кто в сметану окунал, кто кетчуп выдавливал.       - Наруто, сегодняшний поход в цирк – тоже тренировка. Для тебя задание – познакомиться с одним-двумя ровесниками и разговорить их о чём-нибудь приятном или интересном вам всем. А у меня отдельная тренировка.       - Сделаю, Саске.       За время ужина Гаруда облетел тройку провинциальных городов Страны Огня и обнаружил шатёр цирка на несколько сотен зрителей. Представление в расчёте на обывателей на сей раз заинтересовало Наруто номером с акробатами, жонглирующими во время перебежек по туго натянутым тросам или крутящим на них колёса, до чего он сам не додумался сегодня и что для генина не должно составлять сложности.       Саске же аккуратно убедил распорядителя выпустить на манеж иллюзиониста, не заявленного в программе и берущего всего тысячу рё за своё представление. Колдун хотел тренироваться в массовом гендзюцу, для чего ему требовалось нарабатывать опыт, наблюдая за реакциями и живо подстраиваясь. До мастерства ещё ой как далеко! Потому он даже не замахивался на такие эффекты, как ветер в лицо, солоноватый вкус моря на губах, ароматы луговых трав, перепад температур, завывание метели. Просто визуальный ряд, но уж с ним он расстарался.       - Внимание-внимание! Подарочная изюминка напоследок! Выступает иллюзионист Железный! Встречайте нашего гостя!       На манеж вышел невысокий мужчина в полных самурайских доспехах и маске с широкой улыбкой со стальными зубами. У него под ногами клубился туман, быстро устлавший весь манеж. Заиграла романтическая песня одной из современных групп. Раскинув руки, иллюзионист под псевдонимом Железный неспешно сделал пару оборотов вокруг оси для распределения жиденького тумана, а потом резко хлопнул в ладоши…       Все зрители ахнули или завизжали, словно бы выпав из облака над огромным городом. Кто-то узнал столицу своей страны.       Хотя зрительские места располагались вкруговую, все видели с одного ракурса, что создавало трудности для иллюзиониста.       Словно птица, публика стремительно пронеслась над пасмурным городом, виляя от парка к скверу, к кварталу многоэтажек, промзоне, вдоль реки с нырком под мостом и пролётом над палубой прогулочного катера с туристами, мимо пепелища дворцового комплекса, над запруженным проспектом, вокруг другой не менее роскошной резиденции даймё Огня, а оттуда прямиком к форпосту самураев.       И вновь женские визги, когда летящие зрители словно бы упали и размазались о металлическую плиту, чтобы в следующий миг вырваться из такой же в Стране Железа, над которой сейчас буран порошил крупными хлопьями снега и гнал пургу, таящую на тёплой площади в ярком освещении. После небольшого круга – вновь вниз.       А теперь почти без вскриков – ночной город в Стране Тишины. Чёткая архитектура, радиальные улицы, редкий свет в окошках. Всех зрителей резко вынесло в небо, за миг пронеся через слой облаков. Созвездия и туманности проявились необычайно ярко и чётко - обычным глазом столько звёзд сразу не увидеть! Завораживающее зрелище с медленным оборотом по горизонту.       Опять в Страну Железа, но на сей раз в полёте пронзили тучи и поднялись над белым морем облаков в красном золоте лучей заходящего светила. Недолгий полёт, кувырок через спину и нырок вниз.       Догорающий закат над океаном – такая картина предстала перед запредельно восторженной публикой. Корабельные снасти пронеслись так близко, что некоторые протянули руки в попытке коснуться паруса или пригнулись от края трепещущего флага. И быстрый полёт вместе с чайкой, выделывающей такие выкрутасы в попытке скользнуть от преследующей её публики циркового номера, что у некоторых зрителей не справлялся вестибулярный аппарат.       После недолгого полёта над заснеженными улочками столицы Страны Железа, на манеже замелькали пальмы столицы Страны Ветра с её своеобразной архитектурой и яркими красками. А потом будоражащий полёт, казалось, в саму волну, но нет, всего лишь дать всем впечатлиться нависающим над головой гребнем, а затем залететь по нему и словно бы встать на него, чтобы нестись на волне к берегу.       Вновь транзит через Страну Железа для переноса в Страну Цветов, чья столица утопала в величайшем разнообразии цветов, которые и на улице росли, и в горшках на окнах, и в стеклянных оранжереях на крышах домов. Виляния по улочкам привели к площади с роскошным фонтаном из дюжины струй, бьющих из ртов священных животных и встречающихся в центре, чтобы низвергаться одним водопадом. Вдруг фонтаны словно бы резко замедлились, но движение продолжилось с той же скоростью. Точка фокуса облетала живую скульптуру из воды, весело блестевшей в разгар ясного дня.       В финале вода взорвалась туманом, который волнами откатился от зрителей, вновь очутившихся на своих местах в цирковом шатре. Иллюзионист Железный во все стороны раздал поклоны под бурю оваций вскочившей на ноги публики. Даже в служебном помещении громко рукоплескали, ведь распространившееся с туманом гендзюцу затронуло цирковую труппу тоже. Фигура самурая сама обратилась в туман и без следа растаяла вместе с его остатками.       Сам колдун Саске видел в своём выступлении море смазанных сцен, нечётких перспектив, манёвры невпопад мелодии, неравномерный охват и кучу других оплошностей, над устранением которых ему предстоит поработать как следует. Обывателям зашло, даже летавшего на утке Наруто захватило и поразило до глубины души, но Итачи и Фугаку назвали бы это гендзюцу дилетантским, хотя и претенциозным тоже. О маленьком штришке колдун помнил и совершил этот мазок перед отбытием – вместе с воспоминаниями развеял иллюзию у пацанов рядом с Наруто, дабы никаких улик! Тем более Наруто хватило яркости эмоций и месяца снятия гнёта Кьюби, чтобы в ходе иллюзорного представления повысить уровень до девятого, что породило заметный выплеск чакры и сбросило его маскировку.