Глава 45, конец Ивагакуре.

             Пока Наруто и Саске десятого октября вкушали праздничный обед, заранее заказанный в одном из лучших ресторанов Страны Лапши, где подавали рамен вкуснее, чем у Ичираку, их теневые клоны как обычно занимались делом.       Вообще теневое клонирование стало первым ниндзюцу В-ранга, которое Наруто освоил после зимнего повышения до девятого уровня. С памятного выступления в цирке Наруто согласился проживать в день на восемь часов больше – за счёт параллельного теоретического обучения при помощи теневых клонов. В сентябре сработал накопительный эффект, на пунктик увеличив интеллект Наруто. Методика эффективна, поэтому её практика продолжалась, а время увеличилось.       Вместо надоевшего сравнения древней и современной школ по теме освоения стихии Молнии клоны парней посвятили день очередным экспериментам, семидесятым по счёту. Один окунал морского конька, обычного и потом обладающего чакрой, пойманных утренней сменой в северном заливе. Второй внимательно следил, как горное масло влияет на процессы внутри животных. Обычный морской конёк, как и все обычные животные и растения до него, первым окаменел. Морской конёк с чакрой, как и все прочие животные и растения с чакрой до него, сперва распух подобно надуваемой лягушке, а потом тоже окаменел, причём его чакра изменила свойство на природное, характерное для шизен. Результаты конспектировались: время по секундомеру, специфика преображения чакры, место начала процесса окаменения, влияние тычков окаменевшей ветки. Уже выяснили, к примеру, что не у всей живности с чакрой имелась СЦЧ и что такие экземпляры почему-то иммунны к окаменению.       К слову, Саске ещё с января ощущал шизен, когда применял на себе заклинание Эфирный лик, частично делающее тело эфирным. Вдобавок, Риннеган опосредовано видел потоки шизен, когда те словно бы подсвечивались его туманным суитондзюцу, выпускаемым над речками горного масла. Методики из древних свитков сработали: после овладения всеми пятью стихийными преобразованиями на уровне С-ранга колдун во время медитаций стал всем телом ощущать окружающую шизен. Однако дальнейший этап по впитыванию шизен в себя Саске откладывал, ибо даже в древних свитках давались лишь эмпирически полученные сведенья, без внятной научной базы. Естественно желание понять ту угрозу окаменения, которая нависала над сеннинами. Время ещё имелось, пока Наруто преодолевал застревание со стихией Молнии и пока будет её потом осваивать.       - Бинго! – радостно вскричал брюнет.       - Что, с губкой?! – изумился блондин, мельком глянув в додзюцу друга.       Оба пристально уставились на окаменевшую губку, подобранную у кораллового рифа и слишком походившую на полипы и сами кораллы, которые они испробовали на двадцать первом опыте ещё летом.       - Полости! Как просто и поразительно… - восторженно и довольно улыбаясь.       - Её полости тоже окаменели? И что тут такого? Ты же говорил, что у рыб и прочих организмов те же лёгкие тоже целиком окаменевают. Сплошной камень.       - У губки нет органов, её плоть однородна. Окаменение, - быстро строча в дневник наблюдений, - началось с полостей! Шизен там отчётливо взвихрилась, прежде чем материализовалась в камень. Нет! Неверно. Она уплотнилась до камня – так точнее. То есть эта шизен залила собой полости губки, заполнила прорехи в воде и уплотнилась подобно тому, как осаждается туман, собираясь из мельчайших капелек в крупные. И только потом у губки плоть, хех, уплотнилась в камень…       - Эм, а почему тогда животные-ниндзя распухают, а обычные нет? – полюбопытствовал теневой клон Наруто, наблюдая за тем, как горное масло стекает из вынутой им губки, а на двух коньках оно всё ещё пока испарялось.       - Чакра, разумеется. Она ж обычно разрежена, но если её уплотнить, то становится видимой невооружённым глазом. Получается, чакра впитывает шизен подобно тому, как воздушный шарик наполняется водой. Подучается, если раздувается чакра, то заодно раздувается пронизанная ею плоть. Когда чакра, э, лопается, тогда происходит моментальное окаменение всего животного-ниндзя.       - А куда деваются ошмётки чакры? Ну, от лопнувшего шарика же остаются клочки, - заметил клон Наруто в ответ на вопросительный взгляд клона Саске.       - Судя по наблюдениям, эти клочки меняют свойство на природное, но вместо однородной, э, жидкости становятся как туман. Мои риннеганы слабы и не видят разницы, но оригинал может заметить, если указать, на что обращать внимание, - делая в дневнике очередную пометку, ибо записи улучшали запоминание и позволяли облегчить процесс вспоминания.       - Хн… и всё-таки, почему у этой губки полости первыми окаменели, а у простых животных нет? – теневой клон Наруто старался быть внимательным.       - Гн… А-а, кости же с полостями! – вспомнив одно из наблюдений оригинала. – Точно же… Вот, те же рыбы и мыши, - быстро листая дневник, - у них со скелета начиналось окаменение.       - Эм, а у ниндзя эту шизен сперва чакра впитывает, так получается? – задумчиво спросил клон Наруто, глядя на сегодняшние экспонаты, которые пополнят покамест тайную выставку, хранящую фонды в секретном сундуке.       - Ага… Получается, «степень сжатия чакры», характерная для стихий согласно древним свиткам Ниншу, является уплотнением: у земли больше всего, потом вода, огонь, ветер…       - А Молния вне четырёх базовых стихий! Вот у меня и беда с ней, - суя в горное масло ещё одну губку.       - Молния и огонь являются четвёртым базовым состоянием вещества, - педантично заметил теневой клон Саске, не забывавший фиксировать время испарения горного масла. – Просто у них разная природа возникновения.       - Но как тогда круг элементов? Э, я не понимаю, как из разреженной Молнии получается плотная Земля.       - А никак! Нихи-хи… - используя зеленоватое танто для рассечения второго образца ради проявления зернистой структуры губки, в каменном состоянии чуточку похожей на ежа.       - Как никак? – с любопытством вытягивая шею, чтобы увидеть обе половинки.       - Какой-то «гений» замкнул круг, а идиоты толпой воспроизводят. На самом деле получается спираль, как у камона твоего клана Узумаки. Когда молния ударяет в землю, то получаются кристаллы. Вспомни занятия с райтондзюцу в песках – молнии оставляют спёкшиеся кракозябры. Тут надо исследовать.       - М-м-м, - с умным видом протянул Наруто и сунул в поток горного масла следующий образец, на сей раз какую-то водоросль, застывшую причудливой лентой.       Двое тихо-мирно продолжили серию экспериментов, чуточку дольше описываемых.       После сончаса Саске специальным и уже привычным образом отменил теневого клона и аж распахнул глаза, а улыбнулся до ушей – плюс один к интеллекту! Осознание теневым клоном фундаментальности открытия повысило его интеллектуальные способности – это передалось оригиналу! Вместе с давно вымучиваемой разгадкой острого вопроса.       Колдун получил очередное доказательство того, что детский организм до начала пубертата, как верно заметили древние мастера Ниншу, всё-таки очень пластичный и легче поддаётся лепке, чем взрослый. В Невервинтере он поздно начал по-настоящему учиться, как раз в пубертатный период его отдали в академию. А если бы им занимались с детства, как мать учили волшебству, то он бы к двадцати годам уже, как она, получил доступ к заклинаниям пятого круга. Но тут палка о двух концах: ребёнок привыкает обретать силу под руководством наставника и взрослым останавливает свой рост, а сам добивающийся значимого роста молодой человек в зрелом возрасте обгоняет ранних пташек с ошибкой воспитания, намеренной или нет.       Именинник захотел развлечений после сончаса, но покорно согласился оставить двух своих теневых клонов на опыты двум теневым клонам Саске, отрабатывавшего Гогьё Фуин для запечатывания отдельных телесных чувств целиком и частично. Мальчишки отбыли в Страну Водопадов, где полюбивший водные веселья Наруто захотел покататься на течениях речек, побегать и попрыгать с водопадов. Холод середины осени вынуждал быть собранней: «Суитон: Хенге» отлично защищало от брызг, но те постепенно охлаждали покров. Впрочем, это касалось только Наруто, чей контроль оставлял желать лучшего.       Вдруг развлечение прервалось – Саске спрыгнул на каменистый берег вместо превращения воды в чаше водопада в батут для запрыгивания обратно на вершину водопада всего восьми метров высотой, зато русло этой речки изобиловало камнями, а течение являлось достаточно быстрым для возбуждения у маленьких ниндзя азарта лавировании так, чтобы не споткнуться и не расквасить нос.       - Саске?! Что-то случилось? – Наруто встревожился. Он давно жил и тесно общался с названным братом, чтобы чутко улавливать перемены его настроения.       - Да, - чиркая ногтем большого пальца по мизинцу и складывая несколько ручных мудр.       Привычно пользуясь растяжимой связью с Магическим оком, наколдовал на Гаруда заклинание Невидимости и применил Хирайшин но Дзюцу, отправляя нинтака к метке на горе в нескольких километрах от Ивагакуре, где только что пропала его дзюцушики, специально оставленная на нижней части веточки дерева у здания барьерного корпуса городской защиты. Пришлось завести себе привычку регулярно проверять наличие этой метки.       - Акацки напало на Ивагакуре.       - Мы поможем? – с мальчишки тут же слетела игривость.       - Да, - протягивая руку.       Вернувшись к теневым клонам в Мир Животных, спешно отменили их и подготовились к битве.       - Что намерен делать, Наруто? – прекрасно понимая, что толк будет исключительно для самого Наруто, ибо Пейн, глава Акацки, обладающий Риннеганом, способен воскрешать своих павших.       - Метать праведные молнии с танто-ваджры жёлтого А, - без тени улыбки заявил боевито настроившийся шкет. Как донор чакры, он имел лучшее оружие всех категорий, которые Саске поставлял Стране Железа.       - Под маскировкой и из тучи. Бинокль, - указывая на нужный аксессуар.       Без колебаний Саске применил к Наруто заклинание Эфирный Лик и потом улучшил эффект сокрытия заклинанием Невидимость, оставляющим способность ощутить шизен. Страховочный штрих – Изанаги. Риннеган продолжал видеть замаскированного, плюс дзюцушики на нём прекрасно ощущалась, потому колдун при помощи Хирайшин но Дзюцу отправил мальчишку к своему нинтака, залетевшему в облако достаточно, чтобы падающий ниндзя успел применить покров стихии Ветра и самостоятельно полететь.       Доработка Полёта Бога Грома уже давно завершилась – Саске применил своё коронное пространственно-временное нинфуиндзюцу для перемещения из Прайма к дзюцушики на Плане Тени.       Ожидания оправдались: Обито Учиха занимался обкрадыванием хранилища золота Ивагакуре, добывавшей этот драгоценный металл и потому позволявшей себе платить нормальные деньги за головы своих противников. Из Плана Тени применение какого-то пространственного додзюцу смотрелось занимательно, однако суть не в этом.       Заклинание Полный анализ вкупе с Истинным видением помогло Риннегану в мгновение ока настроиться на чакру ренегата, которого Саске хотел поймать и покарать за вырезание клана Учиха. Добавив дзюцушики на тени Обито, зажёг на правой Перчатке ниндзя Гогьё Фуин с формулой запечатывания додзюцу, которую буквально только что в очередной раз отрабатывал его теневой клон. Заклинание Рука мага сделало Перчатку ниндзя самостоятельно подвижной, улучшенное заклинание Левитации потребовало времени, зато увеличило скорость перемещения и дало структуру, позволявшую сменить свойство чакры на стихию Молнии для ещё пущего ускорения. На всякий случай колдун с левой Перчаткой поступил точно так же, только вложил Магическую метку с парной дзюцушики, собираясь на всякий случай поставить её на стык родной и той части тела, что принадлежала Белому Зецу.       Заклинание Телепортация колдун даже раньше Хирайшин но Дзюцу подстроил под перемещение на План Тени и оттуда в реальность. Цинично подождав, пока Обито переместится к библиотечному хранилищу, убьёт охрану и буквально сорвёт защитный барьер путём грубого перемещения в пространстве, Саске возник за спиной ренегата, когда тот остановился для захватывания в своё додзюцу стеллажа с макимоно. Обито почуял атаку и стремительно отпрыгнул, однако комбинация ниндзюцу и заклинания оказалась чуточку быстрее и коснулась затылка, запечатывая и родное додзюцу в правой глазнице, и трофейное в левой. Тем не менее коротенького промежутка времени хватило элитному джонину для завершения переправки стеллажа и активации додзюцу телепортации применительно к самому себе. Молниевидные перчатки оказались на долю мгновения быстрее – Обито выпал в своём измерении уже с обычными глазами.       Улучшенному заклинаниями Риннегану колдуна хватило способностей разглядеть метрику пространства, а мастерства в ежедневно и многократно применяемом Хирайшин но Дзюцу оказалось мало, к тому же, он перестал ощущать всё дзюцушики на Обито. Пришлось потратить драгоценную минуту на улучшение заклинания Телепортация, подстраивая под увиденное додзюцу измерение замкнутого типа, напоминающего таковое у Янтарного Горшка Очищения. Наверху же в это время шёл интенсивный бой, отчего подземелья ощутимо тряслись, а спасать свитки никто не мчался.       - К-как?! Кто ты такой?! – изумился Обито, когда среди огромных кубов его персонального измерения появился тот самый низкорослый мужик, что сумел хитро запечатать его додзюцу.       Тем не менее нукенин, говоря это, запустил кунай и сюрикены, прямо в полёте применив к ним теневое клонирование и тем самым превратив в тучу. Однако незнакомец сумел поразить бывшего ученика Минато применением его коронного нинфуиндзюцу, уйдя от атаки и переместившись за спину. Локтевое тайдзюцу расплескало воду, а в следующий миг они оказались на дне небольшого водоёма со светло-коричневатого цвета маслом.       Оба разорвали дистанцию. Один разразился пулевой очередью из каплевидных рыбок – второй после серии ручных мудр породил из рук деревянного дракона. Вертикально плоские водяные снаряды разбухли до объёмных и легко облетели громадину: две юркие рыбки прокололи запястья, одна шустрая рыбка воткнулась в нос и подобно спринцовке впрыснула туда струю вобранного масла, две воткнулись в уши, несколько заплыло под полы плаща и за его воротник.       Едва сформировавшийся древесный дракон промахнулся с атакой по противнику, хлебнув горного масла вместо исчезнувшей цели, и вдобавок он на своей спине вознёс создателя над поверхностью проточного пруда, однако на этом застыл, превратившись в камень.       Обито успел смахнуть водянисто-масляных рыб и крутанулся, оглядываясь и отхаркивая противное масло. Он увидел своего противника и даже успел спрыгнуть на каменистый берег с плеванием серии деревянных кольев, от которых его визави изящно уклонился, оказавшись в ловушке древесного капкана. Но дальше Обито продолжить не сумел – собственная чакра начала быстро выходить из-под контроля. Промелькнула запоздалая мысль о необходимости избавиться от масла, которое он сперва счёл попыткой предотвратить применение катондзюцу во избежание самовозгорания, однако непонятный и неизвестный враг оказался хитрее! С этой мыслью Обито раздулся и превратился в каменное изваяние.       Саске вполне успел применить Хирайшин за спину каменеющего Обито, избегая пленения дубами, самостоятельно разросшимися из кольев, но таки медленнее управляемого процесса. Дождавшись завершения процесса окаменения, он раздул щёки и оббежал распухшего пленника, сдувая с левитируемой им статуи горное масло и потом с изогнутой горбом спины окаменевшего мокутондзюцу. Саске сперва всё-таки запечатал в макимоно громадную скульптуру, потом вернулся к человеческой статуе, окончательно обсохшей от горного масла.       Затея могла не выгореть, но шанс имелся. Создав в помощники теневого клона для абсорбирования чакры через неродной шаринган, второго для снятия Гогьё Фуин и ещё восемь с пятью процентами чакры в качестве сосудов, Саске потратил время на то, чтобы сбросить мешающую маскировку, подготовить и внедрить заклинание Вампирское высасывание в левую Перчатку ниндзя с чакрой Сендзоку но Сай, а в правой ниндзюцу Чакуро Кьюин, только с обычным Прикосновением вампира. Распечатка активного Мангекё Шарингана и обычного Шарингана превратили органы зрения из каменных в плотские. Помощник тут же начал применять Чакуро Кьюин к неродному глазу, а сам колдун приложил правую ладонь, начав Риннеганом помогать себе поглощать саму суть додзюцу, как некогда поступил с другим глазом Обито Учиха, который тот подарил Какаши Хатаке.       Сознание Обито пробудилось вместе с глазом и проявилось паническими мыслями о полном отсутствии контроля над телом и чакрой. Такого рода активность стала для Саске приятным бонусом, предусмотренным в давно проработанном плане. Совокупность факторов позволила применить додзюцу подобно точке притяжения тумана-чакры для концентрации в капли сенчакры, отфильтрованной чакра-органом. Добытое от Обито поступало в СЦЧ с четырьмя открытыми вратами, разгонявшими абсорбируемую и специфичную сенчакру по всему телу. Мощь природной энергии в совокупности с развитостью джонина повысили силу колдовства до фантастических двадцати четырёх пунктов и плюс единичка ко всем физическим параметрам!       Колдун порадовался, что отказался применять заклинание Ускорение в пользу колдовства пятого по счёту Прикосновения вампира, которое таки притянуло и прогнало через глаз необходимый и достаточный объём сенчакры, своей мощью спровоцировавшей Мангекё Шаринган начать эволюцию в Риннеган. Саске своевременно сдвинул правую руку на другой глаз, тесня теневого клона и освобождая место под свою левую руку, запустившую на родной глаз Обито самим собой разработанное заклинание, таки вырвавшее эволюционирующую суть мощного додзюцу, направленную в небесного цвета Риннеганы через развилку-камертон между тремя первыми вратами.       Провокация удалась! Родное додзюцу Саске, ранее эволюционировавшее благодаря другому глазу Обито, перешло в начальную стадию Ринне Шарингана – на первой из трёх орбит закрутилось одно томое. Вместе с подъёмом додзюцу на ступеньку вверх колдун повысил свой уровень до пятнадцатого и подобно включенному пылесосу резко втянул в себя сенчакру Обито через оба его глаза, не успевавшие окаменеть из-за стремительного перетока и вообще вряд ли бы ставшие камнем, ведь соответствующий процесс в теле уже завершился и новой шизен не поступало. Однако в Сеннин Модо он не вышел намеренно!       В то же время все десять теневых клонов вытягивали избыток чакры из ног, живота, спины оригинала, тем самым позволяя ему осушить статую. Обито обладал кратно большими запасами, чем Саске даже на пятнадцатом уровне. Зачем выпивать досуха? Зачем ещё потом открывать пятые и шестые врата? А чтобы вместе с чужой чакрой внедрить себе несомый ею кеккей генкай Хаширамы Сенджу от плоти Белого Зецу. В попытке успешно осуществить задумку и удержать контроль над сенчакрой, фильтрованной через Обито, колдун применил ставшее доступным заклинание Предостережение из восьмого круга, дающее ограниченный дар предвиденья. И вместо теневых клонов колдун самолично применил к Обито ирьёниндзюцу передачи чакры, направив через глаза. По усиленному наитию при помощи своего эволюционировавшего Риннегана он применил ваджры и через них перелил в статую половину уже освоенной им сенчакры, отфильтровав шизен, вышедшую обратно в мир через вторую маковку оружия. Потом создал ещё десяток теневых клонов, применил на Обито заклинание Эфирный лик и от нормально плотских глаз запустил по влитой в статую чакре волну, чтобы та впитала в себя шизен из окаменевшей плоти.       Второй десяток теневых клонов занялся абсорбированием новой порции сенчакры из Обито, а первый десяток применил разные способы фиксации пленника, чтобы не сбежал и не навредил, хотя это проблематично сделать, когда в твоём теле неподконтрольная тебе чакра. Пока помощники делали это, Саске применил гендзюцу и погрузился в подсознанье Обито за недостающим элементом, во многих смыслах.       Колдун оказался в пещере у леса. Хозяин этого мира бездвижно стоял, пленённый небесной иллюзией райского видения. Саске уже видел, как прячется Чёрный Зецу, потому найти в дереве личность Белого Зецу стоило малого усилия. На пятнадцатом уровне ему открылись способности додзюцу уровня Мангекё Шарингана. Контролируя гендзюцу на Обито, колдун без труда выяснил, как работает его додзюцу телепорта, пафосно названое Камуи – Божье Достоинство. Учитывая второй глаз, телепортация действительно получалась более универсальной, чем Хирайшин но Дзюцу. Саске воспользовался украденной у Обито способностью и в мгновение ока телепортировался к Белому Зецу, успев коснуться его пальцем в лоб, оставляя там дзюцушики. В следующий миг таящийся подселенец сбежал, однако ненадолго и недалеко. Саске сменил стихию у левой Перчатки ниндзя на Молнию и применил Хирайшин но Дзюцу, перемещая меченного прямо к себе.       Белый Зецу не успел очухаться, как его грудную клетку пронзила рука и выдрала сердце.       Правдивы разговоры о том, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Саске впервые сам применил Цукуёми, которое на умирающем да в подсознании подействовало тотально. Даже пытать не пришлось, чтобы увидеть, как дряхлый Мадара Учиха «приветствует» «своё творение»: распечатал душу из корней Джуби и вселил в подконтрольную ему плоть Хаширамы Сенджу. Как эту «заготовку» старик приживляет к подростку Обито Учиха, непонятно как выжившему после раздавливания половины тела и непонятно как доставленному на операционный стол Учиха Мадары. Третья Мировая Война Шиноби длилась долго. Обито чуть не погиб в её начале, прошёл обучение у старого главы клана и ближе к концу тренировок пробудил Мангекё Шаринган, когда Какаши убил Рин, с детства любимую Обито и третьего члена команды Минато. Подробности инцидента отсутствовали. И почти сразу после него Мадара объявил, что отныне Обито является Мадарой и что на Обито возложена задача реализации плана «Глаз Луны» для погружения всего мира в вечное гендзюцу Муген Цукуёми, чтобы построить счастливый мир без войн. Мадара перед отключением себя от корней Джуби пересадил свои риннеганы некоему Нагато из Амегакуре, чистокровному представителю клана Узумаки с огромными запасами чакры.       Провал мстительного нападения на Коноху побудил Обито более активно заниматься тренировками, познавая элементы Дерево и Плоть от приживлённой ему плоти Белого Зецу. Обращение Итачи о помощи в вырезании клана Учиха, сама эта предательская операция… Саске едва сдержал гнев, чтобы досмотреть до конца всё, что засвидетельствовал Белый Зецу как тайный шпион и агент влияния, оставленный Мадарой для гарантии воплощения его великого плана.       Заполучив символическую суть, Саске поступил так же, как когда-то с рыбкой в подсознании у Соры. Банально развёл костёр из окружающих деревьев на месте спалённого дотла трупа Белого Зецу и зажарил выдранное сердце. Ему хватило половины, чтобы наесться и заполучить желаемое. По ходу этой неприятной, но полезной трапезы колдун смекнул кое-что и резко поменял собственные планы.       В первую очередь он призвал хамелеона с магией-чакрой, подчинил, произвёл гидратацию для возможности плаванья внутри деревьев, заправил заклинаниями, скорректировал «настройки» чакры. Получился шпионящий аналог Белого Зецу, который сам спрятался идеально из-за своей натуры мимикрировать ради выживания.       - Саске Учиха?! – выведенный из гендзюцу Обито искренне изумился.       - Будем знакомы, Обито Учиха. Ешь, это шашлык из сердца Белого Зецу от «подаренного тела». Так его плоть станет полностью твоей, а сила твоих глаз моей.       - Разве ты не хочешь меня убить за вырезание клана Учиха? – молодой мужчина не торопился принимать приглашение, вглядываясь в узор чужого Мангекё Шарингана. А своё додзюцу он еле-еле ощущал и вместо слепоты Учиха видел обычными глазами, никак не желавшими активировать хотя бы Шаринган.       - Нет смысла убивать того, кто действовал под влиянием Белого Зецу, - тыча пальцем на шашлык. – Ну же, - поводя оставшейся половиной. - Я даю тебе полный контроль над твоим телом в обмен на силу твоих глаз, - вновь протягивая запечённое мясо. – Раз уж ты заполучил другие шаринганы, то приживишь их себе и разовьёшь сразу в Эйен Мангекё Шаринган. Полный контроль над наследием Сенджу позволит приживить любые парные Шаринганы и заполучить обратно всю силу пары родных глаз, а также даст шанс развить додзюцу до Риннегана, - соблазняя с гарантией.       - Зачем тебе помогать врагу? – всё ещё осторожничая, ибо проиграл и лишился главного достояния всех Учиха - додзюцу. Сейчас ведёт мальчишка!       - Я тоже хочу мира без войн. Нам обоим будет выгодно отложить возрождение Джуби лет на десять.       - Я буду сопротивляться допросу, - известил Обито, имевший сокровенные воспоминания.       - Я сказал про разведданные, - напомнил Саске, уже получивший всю память и желавший узнать, что Обито сочтёт важным для умалчивания и о чём обманет.       Обито решил сесть у костерка и съесть предложенное сердце Белого Зецу, чтобы заполучить его силу себе и выгадать время на обдумывание ситуации.       Саске в это время находился спрятанным на видном месте, подобно Зецу, внедрившись в полено, на которое сел его теневой клон с фальшивыми глазами. Своим настоящим додзюцу он пристально наблюдал за происходящим с Обито, акцептировавшего сделку началом поедания шашлыка и ставшего наглядным примером того, как происходит присвоение Учиха кеккей генкай Сенджу, чтобы в лучшем виде повторить с собой, ибо поглотил только чакру, не имея клеток Хаширамы.       - Хочешь вступить в Акацки? – первым делом уточнил её фактический организатор, видя то, как в глазах обставившего его наследника клана проявляется узор его Мангекё Шарингана, совмещаясь в Эйен Мангекё Шаринган.       - Нет, там мой глупый старший брат под влиянием какого-то гипноза от Мангекё Шарингана Шисуи Учиха в глазнице Данзо Шимура. Кстати, я верно понял, что глаза моего отца ты забрал, а не Итачи?       - Да, они ему не подходят.       - Ясно. Поменяйся с Итачи, оба прозреете. А собранные тобой глаза я уничтожу сразу, как отправлю тебя к Ивагакуре.       - Откуда ты знаешь, где они? – Обито напрягся, злясь за позорный проигрыш.       - Коноха имеет филиал БЧЛ у самураев, обнаружила у них и поймала Белого Зецу, допросила и начала изучать, поделилась информацией на неофициальном саммите даймё во время аукциона. Листья проведут рейд, пока Акацки уничтожает Ивагакуре, - делясь своим умозаключением так, словно это истина в последней инстанции. – К сведенью, Цунаде Сенджу помогла мне с додзюцу, затем пересадила себе от Какаши твой Мангекё Шаринган, развила его до Риннегана и прочла Скрижаль Рикудо.       - Блядь! – хотелось выматериться похлеще. В том числе из-за Зецу, скрывшего провал со шпионом и из-за этого активно торопившего атаку на Ивагакуре.       - По обещанному обмену она ничему меня не научила, поэтому я сбежал от лицемерной Конохи. Расскажи это Итачи, пусть избавится от иллюзий в отношении Листьев, среди которых нет места Веерам. А знать я хочу о способностях Риннегана и сроках уничтожения Кумогакуре.       - Черед Кумо придёт через пару дней после оприходования биджу из Ивагакуре.       Дальше Обито рассказал про шесть путей Пейна-Нагато, использующего специальные чёрные стержни, создаваемые при помощи Риннегана и служащие приёмопередатчиками чакры в трупах, чтобы одновременно применять все способности додзюцу. Рикудо оказалось таковым: контроль над силами притяжения и отталкивания Пути Дэвы, способность обращать тело в механизмы Пути Асуры, извлечение души Пути Человека, множество призывов Пути Зверя, поглощение чакры Пути Преты и доступ к марионетке Король Ада с помощью Пути Нараки. Естественно, Обито умолчал о седьмой способности – Внешний Путь позволял воскрешать мёртвых и призывать демоническую статую Джуби, куда запечатывались биджу.       - И раз Коноха знает о Муген Цукуёми, то нужно наоборот ускориться, Саске-кун, - завершая рассказ и сразу переводя тему.       - Бог Смерти слишком сильно похож на описание Кагуи Ооцуцуки – определённо родственник. Насколько я знаю, Минато Намиказе и Хирузен Сарутоби призывали его и пожертвовали себя ему. Как бы этот дух не вселился в возрождаемого Джуби, таким образом воплощаясь и оставляя вас с фигой… – показывая кукиш. – Правления воплощённого Бога Смерти я не хочу больше, чем гендзюцу на всех не-Учиха.       Обито помрачнел, тем самым признавая провал в планировании, упустившем других интересантов.       - Ладно, пора завязывать с точением ляс. Передавай от меня привет Итачи.       Саске прекратил гендзюцу и одномоментно покинул подсознание Обито, оставив обманкой яркую вспышку жаркого пламени, якобы испепелившего полено, на котором сидел мальчишка. Мужчина поспешил следом и застал характерные завитки диафрагмы додзюцу Камуи, переместившие его к какому-то деревцу в окрестностях Ивагакуре, где в бой уже вступили оба джинчурики, одного из которых должен был подчинить Обито, а второго Итачи, но кое-какой мальчишка испортил шикарный план, как-то по-хитрому лишив отступника додзюцу в свою пользу.       Наруто в это время практически перестал вносить сумятицу в картину боя – маленький громовержец израсходовал почти всю свою чакру. В первые минуты после своего вступления в бой он в одиночку фактически ликвидировал Сасори вместе с его армией марионеток, оказавшихся катастрофически уязвимыми перед Белой Цепной молнией. После этой победы Наруто продолжил активно расходовать чакру, ведь большую часть заряда обеспечивало вливание от функционала ваджры. Легко заметными и доступными целями его охоты стали гигантские животные-ниндзя, по которым малец лупил шаблонным ниндзюцу Глубинной бомбы, разрывавшей бока или спины чудовищ, куда потом лупили ниндзя Ивагакуре. Редкие удары оказались гарантией того, что наземные силы вторжения предпочитали игнорировать эту угрозу в пользу более доступных и опасных целей типа низко летающего Ооноки, превратившего в пыль цербера, который после своего убийства сам возрождался с ещё одной головой. А ещё Наруто при поиске целей в бинокль видел дезертиров, коих оказались десятки, со всех ног драпающих с детьми на руках и жёнами на закорках, ибо военная хитрость Сандайме цучикаге, раз и навсегда победившего Амегакуре, обернулась запредельной подлостью и подорвала моральные скрепы, расколов Скрытый Камень.       - Эй!!! У меня ещё есть чакра сражаться, даттебаё! – вскричал невидимый Наруто, когда внезапно оказался на песчаном побережье. И на истовых эмоциях доказать, что не слабак и чего-то ещё стоит в этой драматической жизни, Наруто открыл у себя второе дыхание, поднявшись на одиннадцатый уровень.       - Знаю, но ты пропустил тот факт, что лидер Акацки умеет воскрешать мёртвых, - указал Саске, слегка запыхавшийся после визита в схрон Обито, где тот аккуратно хранил выдранные глаза, подписав каждую баночку с шаринганами разных ступеней. Теперь то логово пусто, а все додзюцу сожжены в праведном пламени. И библиотека особо ценных дзюцу Ивагакуре тоже «спасена».       - Э-э-э?..       - Ивагакуре обречена на уничтожение. Но мы можем успеть спасти многих раненных, дав им шанс убежать. Поможешь?       - Конечно, даттебаё! Это те колёса пускать, да? – быстро сообразив.       - Да, вместе быстрее и больше. Призывай свою утку-ниндзя, замаскируем под лебедя. И надеваем личины близнецов, - одновременно складывая ручные мудры и прекрасно понимая, что для некоторых этот маскарад шит белыми нитками.       Наруто поспешил исполнить команды и потом понятливо выслушал инструкции.       Саске первым устроился на величавом лебеде, каким селезень иногда мечтал быть. Наруто сел позади и крепко обнял; обильное мясо с шизен сказалось на его комплекции в лучшую сторону, дав сейчас возможность выглядывать из-за братского плеча. Ещё не земле сосредоточился и, пользуясь сенчакрой от одного из отменённых теневых клонов, создал вокруг себя святую ауру обликом с пятнадцатиметрового Будду о пятнадцати парах рук, после чего Саске добавил яркое свечение и применил Хирайшин но Дзюцу, перенося всех троих в облако к своему нинтака.       Спуск святого с небес на лебединой колеснице на миг отвлёк всех сражавшихся. Пикирующе снизившись примерно до трёхсот метров над изрытой землёй, Будда принялся молитвенно складывать руки перед собой и чуть разводить: первый седок продуцировал шар комбинированного ирьёниндзюцу, второй седок выдавал изо рта струю Белой Воды со скручиванием в обод, затем первый седок выплёвывал спицы, после чего призрачно-золотистые руки отодвигались и бросали велосипедного вида колеса. За минуту четырежды по пятнадцать штук – все укатились к тем ниндзя, кто валялся на окраинах, кого ещё можно было спасти, по ком горевали.       Никто не атаковал святых нинсо, вдруг решивших вступить в сражение.       Колдун бегло осматривался, оценивая врагов. Его взгляд задержался на Ооноки, чьи параметры впечатляли: восемнадцать в силе, семнадцать в ловкости, двадцать в выносливости, девятнадцать в интеллекте, четырнадцать в мудрости, двадцать три в харизме. Долго и часто отвлекаться колдун не мог себе позволить.       Увидев удачную возможность, Саске откровенно нарвался, крупнейшее из колёс лечения пятой серии отправив в джинчурики красной обезьяны, который старался меньше бить по селению, где топтался его визави, и потому в какой-то момент оплошал и серьёзно пострадал от кислотно-парового выдоха пятихвостой кобылы с шаринганами в глазах, героически прикрыв собой отступление соотечественников.       Итачи, обладая сродством со стихиями Огня и Воды, умно взял под контроль именно того биджу, который имел такие же и комбинировал их в элемент Пара. Вместо серьёзной атаки нукенин постарался отпугнуть «святош»: колоссальная кобыла с дельфиньей мордой взмахнула всеми пятью своими хвостами, отправляя с каждого сгусток пара. Саске не контролировал утку-лебедя, потому Ахирухара заметался, отчего паре рук Будды пришлось вытянуться вниз и прицельно шлёпнуть по сгусткам, чтобы те пронеслись мимо в опасной близости, но не задев.       Выпад биджу, подконтрольного Акацки, дал повод ответить выгодно для себя. Саске, благодаря качественному шагу в развитии Риннегана, воплотил то, что сам советовал Чирику: пятнадцать рук сложили одноручную мудру Канашибари но Дзюцу, парные им выставили вперёд ладони и метнули Белые Цепные молнии, сноп из девяти которых обрушился на стойкого джинчурики и таки испепелил его так, что ничего не осталось для киндзюцу Эдо Тенсей, шесть уничтожили трупных марионеток Пейна. Итачи успел обратить всю высвобожденную в виде тела чакру биджу в плотные клубы чрезвычайно едкого пара, обрушившегося на городские руины, принявшиеся таять прямо на глазах, как сугроб снега под горячей струёй фена.       Пока Акацки не упустили второго биджу из-за отправки на перерождение, Пейн отказался ждать Тоби и самолично взял четырёххвостого под контроль – в глазах колоссального размера красной обезьяны зажглись пурпурные риннеганы. Биджу с медиумом на макушке перепрыгнул обломки скал вокруг Ивагакуре и приземлился точно в центре, до основания ломая Башню Цучикаге и распихивая клубы едкого облака пара во все стороны, чтобы насмерть окислить всех замешкавшихся. Через мгновения туша четырёххвостой обезьяны, чьё сознание и основная часть чакры оставались внутри джинчурики, обернулась горбом лавы, яркой и текучей от раскалённости. Субстанция затопила остовы города, продавливая и расплавляя себе путь в многочисленные подземелья. Ивагакуре сделалось озером лавы, в какое ранее обратили Амегакуре.       Плачущий Ооноки создал огромный куб с ярким шариком своего ниндзюцу распыления из соединения трёх стихийных элементов. Однако отступление подконтрольного Риннегану джинчурики прикрыла верхняя половина оранжевого воина из чакры: Итачи применил своё Сусаноо и показал владение легендарными для Учиха орудиями, специфичными способностями его додзюцу: щит с концентрическими кругами отбил атаку Сандайме цучикаге в сторону горного массива, а меч в виде бутыли сакэ выплеснул своё жидкое лезвие, от которого Ооноки не успел уклониться и очутился в плену оружия.       За сим битва за Ивагакуре завершилась её полным поражением и уничтожением.       Акацки забрали останки почти всех своих павших и стремительно отступили верхом на летающих бумажных птицах – «святоши» взлетели обратно в пасмурное небо и внутри тучи скрылись из виду – немногочисленные выжившие продолжили бежать прочь с частой оглядкой за отсутствием чакры быстро и скрытно двигаться под землёй на длинные дистанции – несколько шпионов отправились докладывать каждый своему начальству.