Часть 23 - Коронация возможностей.

Полгода. Полгода с того звёздного выпускного, когда они шагнули в тёмный парк, оставив за спиной свет Хогвартса. Для мира маглов это был миг. Для мира магии — время, достаточное для того, чтобы слухи утихли, а новости созрели. Оливер Вуд въехал в ритм жизни профессионального резервиста квиддичной лиги «Плимутские Ястребы». Это была не вершина, но прочная ступенька. Тренировки с утра до вечера, перелёты, синяки, братство команды. Он был счастлив. Но в его счастье была тихая, ровная нота ожидания — ожидания её возвращения из долгой, сложной поездки, о целях которой она говорила скупо: «Семейные дела. Наследственные вопросы. Не волнуйся». Он не волновался. Он верил. И вот, в один из промозглых ноябрьских дней, когда дождь стучал по свинцовым крышам тренировочного комплекса «Ястребов», ему пришло совиное письмо с печатью Хогвартса. Приглашение от нового капитана команды Гриффиндор, Гарри Поттера, провести мастер-класс для команды. «Они просили тебя лично, — писал Гарри. — Говорят, твои методы… э-э… нестандартного тренинга до сих пор вспоминают с содроганием и уважением. И… если она будет свободна… может, и мисс Гранде…» Оливер улыбнулся, глядя на последнюю строчку. Мисс Гранде. Она бы фыркнула. Он написал короткое согласие. Хогвартс встретил его запахом мокрой листвы, дыма из каминов и тем особым, ни с чем не сравнимым чувством возвращения домой, куда уже нельзя вернуться по-настоящему. Он шёл по знакомым коридорам, и стены, казалось, шептали ему вслед: «Смотри-ка, Вуд вернулся. Без своей мантии. Вырос». Команда Гриффиндор ждала его на том самом дальнем тренировочном поле у леса, где Эмили когда-то учила их летать с закрытыми глазами. Они стояли кучкой — уже не те подростки, что были полгода назад. Гарри Поттер, новый капитан, с более взрослым, сосредоточенным выражением лица. Рон Уизли, вытянувшийся и набравшийся уверенности, особенно после удачно отыгранных прошлых матчей. Близнецы Уизли — шестой курс, теперь официальные лидеры команды в защите, с ещё более отточенной синхронностью и опасными блесками в глазах. Анжелина Джонсон и Кэти Белл, ставшие костяком атаки. И новые лица — талантливые, голодные до побед третьекурсники. Увидев его, они заулыбались — широко, беззастенчиво. Несколько человек, включая Рона, даже слегка зааплодировали. — Капитан! — крикнул Фред (или Джордж). — Бывший капитан! — поправил его брат. — Живая легенда! — закончили они хором. Оливер рассмеялся, сбросив с плеч мокрый плащ. — Легенды не мокнут под дождём и не проигрывают «Фалмутским Ястребам» со счётом 370:120. Так что хватит трёпа. Я здесь, чтобы вы сегодня проиграли только пот и, может быть, пару иллюзий о собственной неуязвимости. Они засмеялись, но в их смехе чувствовалось уважение и готовность работать. Тренировка началась. Оливер был жёсток, как и в старые времена, но теперь его жёсткость была направлена не на выжимание сил, а на оттачивание мастерства. Он показывал новые приёмы, которые узнал в лиге, ломая их привычные схемы и заставляя думать по-новому. — Не ожидали? — рявкнул он на Рона, когда тот пропустил хитро закрученный мяч. — Настоящие охотники не будут бить прямо! Они будут использовать ветер, дождь, тень от твоей же метлы! Думай, Уизли! — Но ты же сам говорил, что нужно доверять интуиции! — парировал Рон, отряхиваясь. — Интуиция должна быть подкреплена знанием! Ты должен знать все варианты, чтобы твоё нутро выбрало правильный! Они летали, ругались, смеялись. Было похоже на старые добрые времена, но без той давящей, фанатичной серьёзности. Оливер видел, как они выросли. Как его наследие живёт в них, смешавшись с уроками её — расчёта, хладнокровия, стратегического мышления. После изнурительных двух часов он дал отмашку. Команда, промокшая и счастливая, спустилась на землю, окружая его, задавая вопросы о лиге, о жизни «снаружи». И тут один из новичков, рыжеволосый третьекурсник с веснушками по всему лицу, робко спросил: — Мистер Вуд? А… а мисс Гранде? Она… она с вами? Мы слышали, что вы… — он запнулся, покраснев. Воздух на поле на мгновение застыл. Даже близнецы перестали перешёптываться. Все смотрели на Оливера. Этот вопрос витал в воздухе с момента его появления. Все знали или догадывались о странной связи между их бывшим капитаном и слизеринским стратегом. После их исчезновения вместе с выпускного ходили самые невероятные слухи. Оливер не смутился. Он медленно улыбнулся — не той широкой, громкой улыбкой капитана, а тихой, тёплой, глубоко личной улыбкой, которую они почти никогда у него не видели. — Мисс Гранде, — начал он, и его голос звучал мягко, но отчётливо, — в данный момент находится довольно далеко отсюда. Она… решает некоторые семейные вопросы. Он сделал паузу, глядя на их заинтересованные лица, и решил, что они заслужили чуть больше правды. Ту правду, которую она наконец разрешила ему открыть. — Если быть точным, — продолжил он, и в его глазах вспыхнула смесь гордости и той самой старой, знакомой им дерзости, — то прямо сейчас, пока мы тут мокнем под дождём, она, скорее всего, стоит под золотым балдахином где-то в Адисее, и на её голову, вместо нашей старой школьной мантии, возлагают корону. На поле повисло ошеломлённое молчание. Даже дождь, казалось, перестал стучать. — К… корону? — выдавил наконец Гарри. Оливер кивнул, наслаждаясь их реакцией. — Корону принцессы-наследницы Адисейского престола, если быть совсем точным. Оказывается, «Эмили Гранде» — это было лишь… удобное сокращение для учёбы в Хогвартсе. Полное её имя, которое теперь будет оглашено на всю магическую Европу — Эмили Ториан Гранде, единственная дочь и наследница правящего дома Адисеи. Рон Уизли открыл рот, но не издал ни звука. Анжелина и Кэти переглянулись с широко раскрытыми глазами. Близнецы синхронно присвистнули, что было высшей степенью их изумления. — Ты… ты шутишь, — прошептал Фред (или Джордж). — Наследница престола? — добавил второй близнец. — Та, которая учила нас отбивать бладжеры с помощью акустики горных троллей? — Та самая, — подтвердил Оливер, и его улыбка стала ещё шире. — И, как я понимаю, в ближайшее время ей предстоит разобраться с парой дюжин придворных интриг, пересмотреть несколько вековых законов и, возможно, модернизировать древнюю адисейскую армию. Я подозреваю, наша школьная «война» с Флинтом была для неё лёгкой разминкой. Команда продолжала молчать, переваривая информацию. Образ холодной, умной, немного опасной стратега Слизерина накладывался на образ принцессы в короне, и картина получалась настолько невероятной, что в неё невозможно было поверить. И в то же время… это было *так* на неё похоже. — И вы… вы знали? — спросила наконец Кэти. Оливер покачал головой. — Не всё. Она открывала правду постепенно. После выпускного. Её семья… у них были причины скрывать её истинное положение, пока она училась. Особенно после некоторых политических пертурбаций в Адисее десятилетие назад. Хогвартс был для неё… укрытием. И школой жизни в самом прямом смысле. Он посмотрел на их потрясённые лица и понял, что нужно немного смягчить удар. — Но для вас, — сказал он твёрдо, — она всегда останется той самой Эмили Гранде. Которая могла сбить с толку целую команду, стоя на метле вверх ногами. Которая спасла Кэти, рискуя своей шеей. Которая научила вас, что сила — не в грубой мощи, а в уме и расчёте. Корона не изменит этого. Они кивнули, ещё не вполне оправившись, но уже принимая эту новую, головокружительную реальность. — А вы? — тихо спросил Гарри. — Вы будете… там? При дворе? Вопрос висел в воздухе. Все понимали, что спрашивают не просто о географии. Оливер встретил взгляд Гарри, потом обвёл взглядом всю команду — свою бывшую команду, своих мальчишек и девчонок, которые стали сильнее и умнее, чем он мог мечтать. — Моё место, — сказал он ясно и чётко, — там, где она. Где бы это «там» ни было. Будь то королевский дворец в Адисее, раздевалка «Плимутских Ястребов» или вот это самое поле под дождём. Мы — команда. Самая странная и самая лучшая команда, которую я когда-либо знал. И у нас впереди ещё много игр. Только теперь доска побольше, а ставки повыше. Он улыбнулся, и в этой улыбке было всё: и любовь к ним, и верность ей, и непоколебимая уверенность в их общем будущем. — А теперь, — рявкнул он, снова превращаясь в тренера, — хватит стоять разинув рты! Последний круг на скорость! Я хочу видеть, как вы летаете так, чтобы ваша новая принцесса, если взглянет в нашу сторону, могла бы вами гордиться! Или хотя бы не слишком скучала по нашему бардаку! Команда взвыла от смеха и протеста, но ринулась выполнять приказ. И под холодным ноябрьским дождём, на поле, где когда-то начиналась их самая невероятная война и самая невероятная дружба, Оливер Вуд смотрел, как летают его гриффиндорцы. И думал о ней. Об Эмили. Не о наследнице престола, а о своей стратеге. О женщине, которая сейчас, наверное, скучает по простому школьному хаосу так же сильно, как он скучал по ней. Но это было ненадолго. Потому что их игра только начиналась. И на этот раз призом был не Кубок, а целое королевство. И их союз. И он знал — они выиграют. Потому что они научились играть вместе. И против всех. А где-то далеко, в сияющих залах Адисейского дворца, под тяжёлой, усыпанной бриллиантами короной, Эмили Ториан Гранде, слушая бесконечные речи и чувствуя на себе тысячи взглядов, позволила своим мыслям улететь через горы и моря — на мокрое поле в Шотландии, где, она знала, её капитан учит её (их) команду летать. И на её строгих, царственных губах дрогнула тень той самой, редкой и настоящей улыбки. Скоро. Скоро она вернётся к своей настоящей игре. К нему. А пока… пока нужно было выиграть эту, придворную. И она была уверена в победе. В конце концов, у неё был лучший тренер по преодолению невозможного. И он ждал её.