Визит

      Что для разумного существа является признанием? Точного ответа на этот вопрос нет, поскольку понятие признания субъективно и многогранно, оно поддаётся стольким интерпретациям, сколько существует душ на нашей планете. Каждый человек может вкладывать в это слово свой смысл, основываясь на личных ценностях, жизненном опыте и культурных особенностях. Признание может проявляться в различных формах и исходить от разных людей: от близких друзей, от коллег по работе, от наставников и учителей. Однако, пожалуй, самым важным и значимым является признание со стороны семьи. Семья — это тот фундамент, на котором строится наша самооценка и чувство собственной ценности. Как можно существовать, зная, что для своей семьи ты — пустышка? Это ощущение может быть хуже, чем самые жестокие пытки, ведь отсутствие признания близких ранит душу, подрывает уверенность в себе и разрушает личность. Начинают возникать разные страшные мысли, потеря мотивации жить, либо жить в крови, чтобы получить это признание. Отсутствие признания со стороны семьи создаёт чувство одиночества и отчуждённости, которое может преследовать любого на протяжении всей жизни. Зверополис… город возможностей, так ведь говорят? Мечты, воплощенные в камень и стекло, надежды, расцветающие в каждом его квартале. Утопия, не иначе. Реальность же, как всегда, горчит разочарованием и кровоточит болью. Семья Рысевичей – тому трагичное подтверждение. За ширмой ослепительных огней и сладких баек о «чудотворцах-основателях» скрывалась драма, непостижимая для наивного обывателя. Простые шарлатаны, присвоившие себе имя отобрав всё у других. Но прошлое уже в прошлом, лишь тень, а настоящее пишется кровью. И главным героем этой багровой летописи станет не кто иной, как Пуберт Рысевич. Семья Рысевичей, после разоблачения бравыми сотрудниками полиции Хоппс и Уайлда, закономерно оказалась за решёткой, как и подобает преступникам. Тюремная жизнь, мягко говоря, отнюдь не сахар, а уж для аристократов во плоти и подавно является кромешным адом. С момента оглашения приговора минул месяц, и мошенникам приходилось туго, но Милтон, изворотливый, словно змей, сумел завоевать благосклонность одного из местных воротил (авторитетов). Благодаря этому его самого и обожаемых отпрысков, в число которых Пуберт, как бы отчаянно ни старался, так и не смог влиться, оставили в покое. А вот младшенькому доставалось по полной программе. Формально в тюрьме царил железный порядок, но это не спасало Рысевича. Синяки, порезы, недоедание, недосып и постоянный страх. В итоге, Пуберт слег в тяжёлом состоянии в тюремный лазарет. Парень много думал о том, что произошло, и сейчас у него было ещё больше времени для этого. Здесь, в небольшой палате, он был наедине со своими мыслями, которые заставляли каждый раз давиться слезами. Отрицание, гнев, торг, отчаяние и только сейчас к нему пришло принятие. Принятие, что он лишний в семье, принятие, что ему никогда не стать настоящим Рысевичем, принятие, что он ужасен, и в этом он равен с этой семьёй. Осознание било в виски, заставляя чувствовать себя ещё более подавленно. Пуберт правда был готов убить четырёх, чтобы добиться своей пустой цели. Лучше бы он тогда разбился, сладко думая, что послужил семье, чем жить сейчас с этим грузом. Джуди была частым гостем в этой тюрьме, в конце концов после этой историю на волю выбралось крайне много криминалов, так что работа была всегда. С Пубертом, да и вообще с кем-то из Рысевичей, она не пересекалась, уж очень сильно она была сосредоточена на работе. Однако, доставив в тюрьму очередного преступника, Джуди уловила разговор двух охранников лазарета, которые обсуждали Пуберта, выражали свою жалость парнишке. Джуди не могла не подойти и поинтересоваться, как он вообще поживает. Они детально всё выложили про его мучения. Ранее было сказано, что Пуберт был готов устранить четверых: Джуди, Ника, Бобби и Гарри. По всем законам и нормам крольчиха Хоппс не должна испытывать к нему ни капли сострадания. Однако, вопреки всему, именно это чувство сейчас переполняет её сердце. Она своими глазами видела, как безразлично относились к Пуберту его собственные родственники. Не нужно быть гением, чтобы понять, почему он выбрал столь радикальные методы. Жизнь, полная унижений и лишений, способна ожесточить даже самого мягкого человека, и Джуди верила, что в душе Пуберт был именно таким. Хоппс осознаёт, что ей необходимо встретиться с ним, увидеть своими глазами, насколько он изменился за последнее время. И изменился ли? После долгих уговоров ей удаётся договориться с охраной, и вот она уже идёт по коридору в сторону палаты, где лежит Пуберт. Когда Хоппс вошла в палату, вид, который предстал перед её глазами, буквально ужаснул девушку. Пуберт дремал, и выглядел он просто ужасно: сильное истощение, свежие и старые увечья, взъерошенный мех, который словно потерял свой прежний блеск, и огромные тёмные мешки под глазами — всё это вызвало у Хоппс прилив сильнейшей жалости. Она двигалась тихо и осторожно, стараясь не нарушить его хрупкий, беспокойный сон. Каждый шаг давался ей с трудом, сердце сжималось от тревоги и сочувствия. Наконец, она аккуратно уселась на стул рядом с кроватью и стала терпеливо ждать, когда парень проснётся.