039 ; blue and yellow

039

синий и желтый

charlotte's pov

      — Тебе что-нибудь нужно?       Я пытаюсь крутить лопаткой, как это делает Стив. Робин тычет большим пальцем через плечо, уже на полпути к выходу из кафе, и я понимаю, что была слишком занята, изображая из себя полную дуру, чтобы расслышать, что она сказала.       — М?       — Я сказала, что собираюсь пообедать, — улыбается она, переводя взгляд с меня на совок в моей руке и шапку на голове. — Хочешь, чтобы мы приняли тебя на работу чтоли?       — Черт, нет, — качаю я головой, быстро кладя ложку на прилавок. — Нет, спасибо.       — Ты в своей стихии, — Робин с любопытством наклоняет голову. — Все, что тебе нужно, это форма.       Я показываю ей язык и запрыгиваю на стойку, где раньше сидела она.       — Только содовую. Спасибо.       — Буду через пять минут! — Она кивает, пятясь к выходу из кафе.       Стив и Дастин «шпионят» уже почти полчаса, а это значит, что я раздаю мороженное за бесплатно, хотя могла бы заработать долларов пятьдесят. На самом деле, я не против, потому что это весело и очень просто, но я хочу снова вернуться к своему ничегонеделанию.       Звенит колокольчик на стойке, я поднимаю глаза и вижу Эрику Синклер со своими подружками. Мой желудок сжимается.       Ладно, просто сделай глубокий вдох. Она не такая уж и страшная.       Сияя улыбкой, я спрыгиваю со стойки и подхожу к кассе:       — Что я могу вам предложить?       — Ты реально здесь работаешь? — Спрашивает Эрика, поднимая брови. — Тебе вообще платят за то, что ты сидишь без дела весь день?       Ее подружки хихикают. Десятилетний ребенок заставляет мой позвоночник выпрямиться.       — О, нет, я не… то есть, технически, я не…       — Я хочу попробовать шоколадное с арахисовым маслом, пожалуйста, — перебивает она, внезапно улыбаясь.       Я начинаю потеть.       — Эм, — я перевожу взгляд с нее на витрину с мороженым, а затем на остальную часть кафе, надеясь, что Робин появится волшебным образом. — Не думаю, что мне можно…       — Можно? — Повторяет Эрика, и ее подруги снова хихикают. — Что, твоя мамочка запретила?       — Нет, — усмехаюсь я, защищаясь.       — Так почему мне нельзя попробовать? — Эрика скрещивает руки на груди. Я молюсь, чтобы земля разверзлась и поглотила меня целиком.       Или, что еще хуже, чтобы злые русские выбрали именно этот момент, чтобы похитить меня за то, что я расшифровала их секретный код. Хотя я сомневаюсь, что они стали бы это делать при таком количестве людей вокруг.       Каким-то чудом Робин оказывается рядом со мной, держа в руках пакет с фаст-фудом и две газировки. Я умоляю ее взглядом помочь, и она улыбается, практически напевая:       — Больше никаких пробников. Извини, политика компании.       Эрика фыркает, прищуриваясь. На мгновение между ними возникает что-то вроде противостояния, прежде чем младшая поворачивается и уходит, сопровождаемая своими подружками.       Робин выкладывает еду на стойку и протягивает мне газировку:       — Я, кажется, говорила тебе не позволять ей требовать пробники.       Я беру содовую, бормоча слова благодарности и прислоняясь к витрине с мороженым:       — Какого хрена она такая пугающая? Раньше я нянчилась с ней, — я делаю глоток, причмокивая. — Но мне пришлось уволиться, потому что она обезглавила одну из своих кукол и сказала, что я буду следующей, если заставлю ее есть брокколи.       — Не удивительно, — хмыкает Робин, закидывая в рот картошку фри.       Я вздыхаю, снимаю шляпку Стива с головы и бросаю ее на стойку.       — Я не достойна такой чести. Даже не могу противостоять Эрике Синклер, — я тянусь за картошкой, и она позволяет мне ее взять. — Серьезно, моя уверенность рухнула, как только она вошла.       — Стив так же, — Робин машет рукой, снова усаживаясь на стойку.- Он, наверное, отдал бы ей весь лоток за бесплатно, если бы она вежливо попросила.       Я просто хмурюсь. Робин берет свой блокнот и машет им у меня перед носом.       — А еще, — улыбается она. — Мне удалось перевести все до конца. Теперь нам остается только взломать код.       — О, обожаю головоломки, — я склоняю голову ей на плечо, смотрю на блокнот, который она держит в руках, и читаю. — Неделя длинная. Серебряный кот ест, когда синий встретится с желтым на Западе. Поездка в Китай звучит неплохо, если ступать осторожно.       Я морщу нос. Робин чмокает у меня у уха содовой:       — Я все думаю, может, я что-то не так поняла, потому что в этом совсем нет смысла.       — Ну, очевидно, в этом нет смысла, — бормочу я, задумчиво жуя соломинку. — Они не допустят, чтобы кто угодно узнал об их суперзлодейских планах.       Робин задумчиво хмыкает. Откуда-то из задней комнаты доносится стук, и она вздыхает, приоткрывая дверь, чтобы проскользнуть внутрь:       — Долг зовет.       Я потягиваю содовую, когда она открывает дверь и берет коробку из рук курьера. Он одет в униформу «Линкс» и выглядит безумно скучающим, ожидая, пока она подпишет бумаги, а я чуть не давлюсь своим напитком, когда осознаю.       Линкс — рысь.       Парень поворачивается, чтобы уйти, и прямо там, на середине его спины…       — Серебряный кот, — выдыхаю я, хлопая себя по груди. Газировка попала не в то горло. — Серебряный кот!       Робин, хмурясь, сморит на меня, ставя коробку на стол:       — Ты в порядке?       — Серебряный кот! — Я подпрыгиваю на месте, пытаясь донести важность своих слов, и указываю вслед парню. — Это просто… Серебряный кот ест!       — Что ты… — Робин замолкает на полуслове, очевидно, придя к тому же выводу, что и я, а затем выбегает вслед за парнем.       Я не жду, когда она вернется. Мой мозг работает со сверхскоростью, миллионы вариантов проносятся в голове, когда я хватаю ее блокнот. Серебряный кот ест. Злые русские говорят о доставке. Значит, это должно быть где-то в торговом центре, верно? Если серебряный кот ест, один из магазинов должен быть пунктом доставки.       — Поездка в Китай звучит неплохо, — бормочу я себе под нос, обходя стойку.       Когда я выхожу, заходят Стив и Дастин.       — Шарлотта, ты не поверишь, кого Дастин принял за русского… воу, эй! — Стив что-то выкрикивает, но у меня нет времени слушать, я толкаю его плечо по пути к выходу.       В торговом центре так людно, что я почти смущаюсь, когда вскакиваю и встаю на один из стульев в фуд-корте. Наверное, я выгляжу как сумасшедшая, бормоча что-то себе под нос и кружась по кругу, но сейчас я слишком сосредоточена, чтобы обращать на это внимание.       — Поездка в Китай звучит неплохо, — повторяю я, на этот раз громче, и секундой позже кто-то запрыгивает рядом со мной.       Это Робин. Она тоже начинает кружиться, и мне кажется, что мы с ней на одной волне. Немного погодя она хватает меня за руку и указывает в сторону ресторана «Императорская панда».       Это китайский ресторан.       — Поездка в Китай звучит неплохо! — Восклицает Робин, задыхаясь, и взволновано машет моей безвольной рукой.       — Хорошо, эм… — Я заглядываю в ее блокнот, быстро читая. — Если ступать осторожно. Ступать осторожно?       — Ступать осторожно, — шепчет она, покачивая головой из стороны в сторону. Я следую ее примеру, повторяя эту фразу снова и снова в своей голове, пока она не запечатлевается так сильно, что я не думаю, что когда-нибудь забуду ее.       Заглянув на второй этаж, я замечаю магазин под названием Kaufman Shoes и начинаю подпрыгивать на стуле. Рука Робин ложится мне на плечо, удерживая меня на месте, когда я указываю:       — Ступать осторожно!       Пожилая женщина, сидящая за соседним столиком, прижимает к груди сумочку. Она бросает свой недоеденный бургер и практически убегает, бормоча что-то о глупых подростках.       — Синий встретится с желтым… — бормочет Робин, щелкая пальцами в мою сторону.       Я снова хватаюсь за блокнот и читаю вслух:       — Когда синий встретится с желтым на Западе. На Западе?       — В какой стороне запад? — Робин кружится по кругу, роясь в карманах, как будто у нее там припрятан компас. — У твоего… у твоего братца-ботана должен быть компас, верно? Он же знает, в какой стороне запад?       — Возможно, — бормочу я, чувствуя, как начинает болеть голова от того, как мои глаза мечутся по сторонам. — Но это не объяснит «синий и желтый». Что такое «синий и желтый»?       — Синий и желтый… — Шепчет Робин, прикрывая глаза тыльной стороной ладони. — Черт, синий и желтый…       И тут я замечаю это: огромные часы, висящие достаточно высоко, чтобы их было видно из любой точки торгового центра. Часовая стрелка синяя, а минутная желтая. И я чуть не начинаю плакать.       — Синяя и желтая! — Я чуть не кричу. привлекая внимание нескольких детей, уплетающих корн-доги. Взгляд Робин следует за моим пальцем, указывающим на часы. — Они встретятся на западе! В девять сорок пять!       Робин практически бросается на меня, заключая в радостные объятия. Мы прыгаем на месте в обнимку, как дети рождественским утром, выкрикивающие всякую чепуху.       — Что вы, черт возьми, делаете?       Дастин и Стив последовали за нами. Они смотрят на нас как на сумасшедших, и я, честно говоря, их не виню.       — Мы справились! — Восклицаю я, вскакивая со стула и бросаясь к Стиву. Он с ворчанием ловит меня, обхватывает руками за талию и пытаясь удержать на ногах. — Мы разгадали шифр!