XI. Поляна.

Феликс не знал, что и отвечать на пришедшее ему СМС. Некий доктор К.С. был согласен на сегодняшний разговор, но желал этого по телефону. Условия были таковы, что вся их переписка и в целом связь должна быть секретом, и никто не должен знать об этом.  Из комнаты вышел Чан, впервые спавший и на первый взгляд немного вялый.  — Доброе утро, Боки. — Потянулся Крис. Феликс в ответ пожелал доброго утра и улыбнулся. Он был искренне рад за первый здоровый сон Криса. — Я так долго еще никогда не спал. — Усмехнулся Чан и направился в ванную. Феликс продолжал думать, что ему делать в этой ситуации. Для него намного удобнее будет вести разговор в переписке, но раз доктор настаивает на звонке, значит тому и быть. Тут же из ванной вышел Крис уже с полотенцем на плечах и выглядящий намного свежее и, махнув рукой, пробубнил, что подойдет к вечеру. Кажется это был шанс. Феликс схватился за телефон и тут же сообщил о возможности созвониться вечером. Чан заметил весьма резкое движение Феликса и у него вырвалось что-то наподобие: «нашел себе кого-то?» — Не-ет, мне друг написал! — Недолго думая ответил Ликс, даже удивившись этому.  — Или подруга?  — Друг!  — Ну ладно-ладно. — Усмехнулся Чан и направился на кухню готовить завтрак. В процессе он иногда посматривал в окно и наблюдал за небом. — Енбок! — Тут же обернулся он на юношу. — После завтрака мы обязаны сходить на поле. Там очень красиво. — Крис поставил посуду с завтраком на стол, на что Феликс уже подошел. Оба принялись завтракать. Взгляд Криса сиял: он так и ждал похода на поле, особенно с кем-то, и обязательно чтобы была с собой Брауни. Наконец, он принялся есть; но ел он не от того, что голоден, а от того, чтоб поскорее отправиться в путь. Феликс не успел моргнуть, как тарелка Чана была опустошена. Юноша слегка удивился и принялся есть дальше. Ему тоже хотелось отправиться на поле, ведь Крис так воодушевленно говорил о нем, что самому стало интересно. Наконец, он покончил с завтраком, а Чан, как сам не свой, положил тарелки в раковину и первый бросился к выходу, будто мальчишка.  — Брауни! — Позвал Крис, как вдруг послышался звук коготков по полу. Брауни выбежал из комнаты, высунув наружу язык. Чан погладил собаку по голове, а после позвал Феликса к выходу.  Дорога не была особо долгой. Чан рассказывал истории из детства: то, как он ходил на поляну каждое утро, носился по ней, а после ложился на росистую траву и глядел на облака. Он вспоминал о том, как активно включал воображение и видел разные фигуры в этих облачках: однажды увидел собачку и, походу, посчитал это за пророчество, параллельно глядя на бегущего спереди Брауни. Чан вспомнил, как его мать после таких утренних прогулок негодовала из-за мокрой на спине одежды и травы в волосах, но Крис вовсе не видел в этом проблемы: ничего плохого в том, чтобы прилечь на поляну и глядеть в небо, а после гонять насекомых.  — А вот мы и прибыли. — Чан улыбался, глядя на поляну, а после двинулся первый к траве. — Наверно, это единственное живое место здесь. Тут часто обитают всякие жучки, другие насекомые. — Чан глубоко вдохнул и расправил плечи. Феликс, воодушевившись, присоединился к Крису. Он глубоко вдохнул воздуха и поучаствовал, что в нем есть что-то чистое: кисловатый запах моросистой травы пробивался в нос.  — И вправду, здесь так живо. — Усмехнулся Феликс и тут же ляпнул Чана по плечу. — Догоняй! — Енбок быстро двинулся вперед. Чан пробубнил: «ах ты ж» — и, смеясь, побежал вслед за юношей, а за ним и вскочила Брауни. Они бежали и резвились, ловили друг друга и догоняли. Казалось, это было самое беззаботное время, когда можно было вспомнить детство.  Чан повалился на траву спиной; к нему же прилег и Феликс.  — Вот это да. — Вздохнул Крис. — Еще никогда не чувствовал такой свободы. — Он снял очки и, проморгав, хотел надеть их обратно, но вместо этого прижал к груди, сложив их. — Жаль, я не стал лучше видеть, как раньше.  — Неужели все настолько плохо? — Феликс облокотился.  — Ну, не то чтобы. Даже очки не могут передать всю красоту неба, не то что мое посаженное зрение. Но когда оно было в норме, я видел каждую звездочку, каждую пушинку облака. Сейчас я так не могу. — Чан грустно вздохнул и надел очки, вглядываясь в небо. — А вот это облако похоже на кролика.  — Да-а, действительно. — Замедлил Феликс. — Поймал! — Он ехидно посмотрел на Криса и ляпнул того по плечу, хитро смеясь.  — Вот значит как? — Крис был готов встать, как вдруг заметил Брауни. — Эй, смотри! — Он тут же указал пальцем на собаку. Она ловила синюю бабочку.  — Бабочки? — Не поверив своим глазам, Феликс прищурился. И вправду: красивая крылатая фея пыталась улететь от собаки, но та настаивала на ловле.  — Видимо поле настолько наполнено жизнью, что даже бабочки появились. — Усмехнулся Крис.  Они долго находились на поле: заходили домой обедать и после спешили обратно. Брауни шла с ними по пятам. Все трое веселились, бегали, резвились и смотрели на жучков. Особенно собака: она их ловила. Когда Чан и Феликс снова легли на траву, Брауни присоединилась к ним: видимо, тоже устала.  Поле было пропитано не только росой и жизнью, но и воспоминания, причем для каждого это было по-разному. Особенное воспоминание на этой поляне — о детстве, ведь это та светлая пора, наполненная беззаботностью и радостью каждому дню: улыбкой солнцу, небу, природе, каждому живому существу. Поле действительно было своего рода чудесным, ведь именно оно перемещало людей в воспоминания.  — Ого, уже вечереет! — Воскликнул Чан. — Кажется, пора бежать домой, не то я опоздаю на работу. — Он тут же вскочил на ноги, и все трое побежали в сторону дома.  Прозвучало торопливое открытие двери: первый в дом вбежал Чан и пулей пролетел в комнату. Феликс направился мыть лапы Брауни, как вдруг зазвенел телефон. «Кто бы это мог быть?» — Енбок достал телефон и вспомнил про доктора К.С. «Странно, он пообещал позвонить в шесть часов, а сейчас только сорок пять минут» — подумал Феликс. Все таки он взял трубку, перед этим поместив Брауни в ванную.  — Алло? — Енбок облокотился на стиральную машинку. Наконец, он внятно услышал голос загадочного доктора.  — Директор Чан знаком Вам? — неожиданно прозвучал вопрос. Феликс утвердительно промычал. Однако желание доктора К.С. встретиться с Чаном слегка насторожило юношу: он не знал, что можно ожидать от этого таинственного незнакомца.  — Я предлагаю Вам личную встречу. — еще одно неожиданное предложение поступило от доктора. Оно также вызывало недоверие и настороженность. Феликс был растерян: с одной стороны ему было бы интересно повидаться с доктором К.С., но ему страшны риски. Да и вдобавок Енбок не смог бы принять незнакомца в дом, тем более не в свой. — Извините, но личной встречи быть не может. — Вздохнул юноша, — есть альтернативы? — В ответ раздалось весьма длительное задумчивое мычание.  — Пожалуй да: предлагаю видеозвонок в один из дней. Когда Вам удобно?  — Видеозвонок? Отлично. — Феликс облегченно. — А когда… — Брауни уже начала скулить от такого долгого бездействия. — Давайте я Вам лучше напишу, сейчас совсем неудобно.  — Буду ждать. — Трубка повешена. Феликс выдохнул и все таки принялся намывать лапы собаке. В ванную вошел Чан, собранный на работу.  — Боки, не нужна помощь? — Протараторил Крис, но в ответ услышал отрицание. — Ну смотри. Я ухожу, если что, звони! — Чан торопливо выбежал из ванной, затем несколько секунд спустя послышался хлопок дверью и закрытие на замок. Феликс закончил с мытьем лап и, наконец, Брауни оказался за пределами ванной, а вместе с ней и Енбок. День был весьма насыщенный и в какой-то степени бодрящий дух. Феликс никогда не был так близок с человеком, которого знает две недели. Для него было удивлением то, как доктор Бан был открыт и честен с ним: его рассказы о детстве, о жизни за приемом пищи в какой-то степени радовали Феликса, так как ощутил доверие к себе. Енбоку нравилось это чувство, ведь это так приятно, когда человек открывается тебе. Возможно, Чан сам по себе был человеком честным, но все же Феликса впечатляло это. Но одно он кое-что вспомнил: доктор Бан обещал рассказать о вещах, которые тот хранит в шкафу. Юноша принял решение спросить об этом сразу, как только Чан вернется с работы.