Глава 26. Переговоры.

      Я всегда старалась избегать Лютного переулка и появлялась здесь лишь по крайней необходимости. Иногда мы приходили сюда вместе с Оминисом, когда для его исследований требовался очередной тёмный артефакт, неведомым образом попавший в одну из местных лавок контрабандой. Гораздо чаще меня приводила сюда работа — именно в Лютном переулке мне доводилось задерживать преступников едва ли не чаще, чем во всех остальных частях магического Лондона.       Не сказать, что в Косом переулке никто не нарушал закон. Просто здесь подобное происходило куда чаще и воспринималось почти как нечто обыденное.       Предвзятого отношения к тёмным искусствам у меня никогда не было. Я не понаслышке знала, что значение имеет не сама магия, а тот, кто и с какой целью её использует. В одних руках даже тёмное заклинание могло оказаться полезным, в других же самая безобидная магия превращалась в смертельное оружие.       Моё отношение к тёмным искусствам оставалось нейтральным.       Неприятен мне был сам переулок.       Узкая кривая улица уходила вниз между нависавшими друг над другом домами. Казалось, их верхние этажи с каждым годом наклонялись всё сильнее и однажды окончательно сомкнутся, навсегда скрыв небо. Даже днём сюда почти не проникал солнечный свет, а сейчас дорогу освещали лишь редкие фонари, отбрасывавшие на грязную брусчатку тусклые желтоватые пятна.       Под ногами хлюпала мутная вода. Между камнями скопилась грязь, у стен лежали размокшие клочья газет и какой-то мусор, происхождение которого мне совершенно не хотелось выяснять. В воздухе смешались запахи сырости, дешёвого табака, прогорклого жира и приторно-сладких благовоний, которыми владельцы лавок безуспешно пытались перебить ароматы своего окружения.       За мутными витринами теснились вещи, выставлять которые в Косом переулке никто бы не осмелился: почерневшие серебряные украшения, покрытые неизвестными символами шкатулки, человеческие кости, высушенные головы и мутные сосуды с плавающими внутри органами неизвестных существ. Некоторые предметы едва заметно двигались, хотя рядом с ними не было ни одного живого человека.       Над дверями покачивались выцветшие вывески. Надписи на некоторых почти стёрлись, другие же намеренно ничего не сообщали о том, что продавалось внутри. Здесь вообще не любили задавать вопросы. Ни о происхождении товара, ни об имени покупателя, ни о том, для чего ему понадобилась очередная проклятая вещь.       Возле лавок сидели попрошайки, закутанные в грязные мантии. Одни беззвучно протягивали руки к прохожим, другие настойчиво дёргали их за полы одежды и обещали за несколько кнатов рассказать нечто исключительно важное. В тёмных проходах между домами прятались воры и мошенники, готовые предложить любую сомнительную услугу — от поддельных документов до развлечений, о которых приличные волшебники предпочитали не говорить вслух.       Прохожие здесь тоже отличались от посетителей Косого переулка. Никто не разглядывал витрины из праздного любопытства и не задерживался посреди дороги ради дружеского разговора. Люди шли быстро, опустив головы и спрятав лица под капюшонами. Те же, кто никуда не торопился, наоборот, внимательно следили за окружающими.       Лютный переулок всегда казался мне местом, где каждый либо что-то скрывал, либо пытался выяснить чужой секрет.       Сегодня я собиралась делать и то и другое.       Кассий молча шёл рядом. Благодаря внушительному росту и широким плечам он выглядел достаточно угрожающе, чтобы никто не решался к нам приблизиться. Хотя одеты мы были слишком прилично для Лютного переулка и потому привлекали немало взглядов.       Свою роль наверняка играло и массивное фамильное кольцо Малфоев на его пальце. Стоило кому-нибудь его заметить — и всякое желание докучать нам тут же исчезало.       Я плотнее запахнула пальто, всё ещё стараясь привыкнуть к новому телу. Я стала намного выше и теперь макушкой почти доставала Кассию до щеки. Хорошо, что наряд я заранее подобрала с учётом превращения. На моём настоящем теле он сидел немного мешковато, зато теперь оказался почти впору. Иначе я выглядела бы до ужаса нелепо, а времени на переодевание у нас всё равно не оставалось.       Мы уже опаздывали, но Кассий совершенно не торопился. Судя по его невозмутимому виду, опоздание либо не волновало его вовсе, либо было частью какого-то плана, в который он не счёл нужным меня посвящать. — Чем занимается наша дочерняя компания на севере Лондона? — внезапно спросил он, даже не повернув головы в мою сторону.       Я удивлённо посмотрела на него, не ожидая ни самого вопроса, ни того, что он вообще решит завести беседу. — Оценкой, хранением и перепродажей магических артефактов. Компания выкупает частные коллекции, проверяет происхождение предметов и передаёт их в мастерские на восстановление. После этого артефакты выставляют на закрытые торги или продают напрямую коллекционерам.       Кассий удовлетворённо кивнул. — А чем занимается Клара Вейн?       Клара Вейн. Имя, которое отныне принадлежало мне вместе с этим чужим телом. — Я ваш личный секретарь. Отбираю поступающие предложения, готовлю документы и сопровождаю закрытые сделки. — Не только.       Я на несколько секунд задумалась, пытаясь понять, какого именно ответа он от меня ждал. — В ваше отсутствие я представляю ваши интересы, веду переговоры от вашего имени и контролирую исполнение заключённых соглашений. — Именно, — спокойно произнёс Кассий. — Сегодня на их предложение соглашусь я. Но все дальнейшие дела с ними будет вести Клара Вейн. Списки артефактов, документы, сроки передачи и расчёты будут проходить через тебя.       Он наконец повернул голову в мою сторону. — Для этих людей ты должна стать единственным способом связаться со мной. И человеком, без одобрения которого ни один их артефакт не попадёт в наши хранилища. — Я понимаю. — Нет, Септима, не понимаешь, — отрезал Кассий. — Это бизнес, а не очередная игра в аврора под прикрытием. Сделка будет настоящей. Во всяком случае, на бумаге. И мне важно, чтобы ты контролировала каждый её этап.       Я уже собиралась возразить, но он не позволил мне даже открыть рот. — Да, твоя главная задача — вывести их на чистую воду. Но этим всё не заканчивается. Помогая тебе, я подставляю всю нашу семью. Каждый из них в той или иной степени зависит от семейных компаний и их дохода. Мы стараемся заключать чистые сделки. А если это невозможно — хотя бы действовать через проверенные каналы.       Он едва заметно поморщился. — Этой банде с названием, больше подходящим школьному кружку, я не доверяю совершенно. — Какое счастье, что мы наконец в чём-то сошлись.       Кассий проигнорировал моё замечание. — Я приставлю к тебе своего человека. Он поможет разобраться во всех тонкостях работы с артефактами. Ты не эксперт в этой области. Насколько мне известно, в вашей семье этим занимается Оминис, но ты, как примерная жена, разумеется, предпочитаешь держать его в неведении.       Я недовольно поджала губы, но отвечать не стала. — Ты можешь убедительно делать вид, что понимаешь, о чём говоришь, — продолжил Кассий. — Но одного уверенного вида недостаточно. Тебе понадобятся настоящие знания, и я позабочусь, чтобы ты их получила.       Он снова отвернулся, продолжая смотреть вперёд. — И не путай роль с реальностью. Для них Клара Вейн станет моей правой рукой. Ты, Септима, ею не являешься. Поэтому о каждом предложении, каждой поставке и каждом принятом решении ты будешь докладывать лично мне.       Последние слова неприятно задели, но я лишь плотнее запахнула пальто. — Твоя задача — говорить так, будто у тебя есть власть и необходимые знания, — закончил Кассий. — Моя — сделать так, чтобы за этим фасадом действительно что-то стояло и он не привлёк лишнего внимания к нашей семье. Я обеспечу тебя людьми, документами и доступом к компании. Но ни одного решения без моего ведома ты не примешь. — Хорошо, — ответила я, нахмурившись.       А что ещё мне оставалось сказать? Он был прав. Это была его вотчина, и Кассий разбирался во всём этом гораздо лучше меня. Мне потребовались бы месяцы, если не годы, чтобы изучить все тонкости семейного бизнеса. Его же с рождения готовили однажды встать во главе всего этого.       А я наивно полагала, что нескольких выходных и стопки документов будет достаточно. На самом деле я лишь скользнула по поверхности. Если бы не Кассий, меня раскусили бы сегодня при первой же попытке заговорить о деле. И если я действительно хотела успешно работать под прикрытием, мне придётся всецело с ним сотрудничать. Часто находиться рядом, прислушиваться к его советам и отчитываться едва ли не о каждом своём шаге, как бы отвратительно это ни звучало. — Надеюсь, мне не придётся повторять всё, что я только что сказал, — произнёс Кассий.       Он остановился возле очередного тесного и совершенно непримечательного здания. Толстая деревянная дверь выглядела старой и обшарпанной. На уровне головы моего брата в ней было вырезано небольшое окошко, которое открывалось изнутри. Скорее даже узкая смотровая щель, через которую охранник мог проверить, кого к ним принесло.       Кассий несколько раз постучал. С каждым новым ударом пауза становилась длиннее. Возможно, это был условный сигнал для людей с другой стороны. А может, брат просто таким образом демонстрировал привычную аристократическую неспешность и вальяжность.       С той стороны послышался металлический скрежет. Засов сдвинулся, и окошко открылось.       На Кассия взглянул незнакомый мужчина. Затем его взгляд опустился на меня. Он слегка прищурился, словно пытался вспомнить, где мог видеть меня раньше. — У меня назначена встреча.       Кассий небрежно поднял руку с фамильным перстнем-печаткой, поднося её ближе к окошку, чтобы незнакомец мог как следует рассмотреть герб. — Кассий Аврелиан Корвин Малфой.       Он отчеканил своё полное имя с таким достоинством, что мне потребовалось немало усилий, чтобы не закатить глаза. Всё в его имени говорило о высоком происхождении, величии и власти главы одного из древнейших магических родов.       Послышались скрежет отодвигаемых засовов и несколько последовательных щелчков. Наконец дверь медленно отворилась.       Незнакомец оказался довольно крупным мужчиной. Его волшебная палочка находилась в кожаной кобуре на поясе, откуда её можно было выхватить одним движением. Нижнюю половину лица скрывала густая борода, переходившая в длинные усы с закрученными вверх кончиками.       Узнав Кассия, охранник почтительно склонил голову. — Вас уже ожидают, сэр. На входе вас встретит официантка и проводит в отдельную комнату. Желаю приятного вечера.       Кассий удостоил его лишь небрежным кивком и первым переступил порог. Я последовала за ним.       Меня охранник приветствовать не стал. Только медленно оглядел с головы до ног, словно пытался понять, в каком качестве Кассий привёл меня с собой. Я сделала вид, что не заметила его взгляда.       Мы оказались в узком коридоре, на стенах которого висели дешёвые репродукции известных картин в тяжёлых позолоченных рамах. Позолота местами уже потемнела и начала осыпаться, но владельцы заведения, похоже, надеялись, что в тусклом освещении этого никто не заметит.       На первом этаже располагалась небольшая гардеробная. Мы оставили там верхнюю одежду, после чего коридор разветвился: один проход уходил в глубину здания, другой вёл к узкой лестнице.       Кассий коротко указал на неё подбородком.       Вероятно, на первом этаже находились кухня, подсобные помещения и комнаты для прислуги. Мы поднялись наверх.       Уже на середине лестницы воздух изменился. К запаху старого дерева и сырости примешались сигарный дым, алкоголь, приторно-сладкие духи и что-то густое, терпкое, с горьковатым смолянистым оттенком.       Опиум.       Кажется, решение заранее выпить антидотный настой перестало казаться излишней предосторожностью.       Второй этаж встретил нас полумраком. Стены были обтянуты выцветшей тканью винного оттенка, а дверные проёмы скрывали тяжёлые бархатные портьеры. Под потолком висели зачарованные лампы из тёмно-красного стекла. Их свет медленно переливался от мутно-алого до густого бордового, оставляя углы помещений почти полностью во тьме.       Владельцы явно пытались создать атмосферу дорогого будуара.       Если не обращать внимания на потёртые ковры, пятна на обивке и запах, въевшийся в стены, у них почти получилось.       Главный зал оказался просторнее, чем можно было предположить снаружи. Вдоль одной стены тянулась длинная барная стойка из тёмного дерева. За ней на стеклянных полках теснились бутылки с разноцветными напитками. Одни жидкости едва заметно светились, другие медленно двигались внутри сосудов.       В центре зала стояли столы для карт и костей, но большая часть пространства была разделена тяжёлыми занавесями на небольшие полузакрытые ниши. Внутри располагались низкие диваны и широкие кушетки с продавленными подушками. На некоторых посетители сидели, на других полулежали, совершенно не заботясь о приличиях.       Возле кушеток стояли маленькие столики с длинными трубками и низкими латунными лампами. Над крошечными языками пламени медленно подогревали тёмную вязкую смесь. Дым стелился по комнате тяжёлыми слоями, цеплялся за портьеры и скапливался под потолком.       Из красноватого полумрака проступали расслабленные лица. Кто-то едва слышно смеялся, кто-то неподвижно смотрел перед собой затуманенным взглядом. Один мужчина лежал, запрокинув голову на подлокотник, пока сидевшая рядом женщина лениво проводила пальцами по его волосам. Другой что-то бессвязно нашёптывал своей трубке, словно та могла ему ответить.       Женщин здесь было достаточно, но почти ни одна из них не выглядела обычной посетительницей. Одни разносили напитки в тёмно-красных платьях с открытыми плечами, другие сидели рядом с мужчинами или устраивались прямо на подлокотниках их кресел. Из-за некоторых занавесей доносились приглушённый смех и обрывки разговоров, содержание которых мне совершенно не хотелось угадывать.       Повсюду были зеркала. Большие и маленькие, в тяжёлых рамах, они отражали бордовый свет, дым и чужие силуэты, отчего людей в зале казалось вдвое больше. Между ними висели картины с полуобнажёнными нимфами, восточными танцовщицами и совершенно бесстыдными интерпретациями известных мифологических сюжетов.       Мебель выглядела дорогой лишь на первый взгляд. Бархат на диванах вытерся, кожа на креслах потрескалась, ножки некоторых столов были небрежно восстановлены магией, а серебряные подсвечники при ближайшем рассмотрении оказывались всего лишь посеребрёнными.       Казалось, владельцы собрали в одном помещении всё, что, по их представлениям, должно было нравиться богатым мужчинам: алкоголь, бархат, золото, дурманящий дым и полураздетых женщин.       На хороший вкус средств уже не осталось.       Для Лютного переулка это место, вероятно, считалось почти роскошным.       Для Кассия оно было личным оскорблением.       Он медленно оглядел зал, задержав взгляд сначала на потёртом ковре, затем на криво висящей картине и, наконец, на мужчине, спавшем поперёк дивана с трубкой в руке. Лицо брата осталось невозмутимым, но едва заметно дрогнувшая верхняя губа сказала достаточно.       Кажется, теперь я понимала, почему выбор места для встречи вызвал у него такое негодование. — Держись рядом со мной, Клара, — негромко произнёс Кассий, предусмотрительно называя меня вымышленным именем. — И не встречайся ни с кем взглядом, пока мы не окажемся в отдельной комнате.       Я кивнула и тут же опустила глаза, с неожиданным интересом принимаясь рассматривать собственные туфли. Они предназначались для официальных встреч и потому были гораздо менее удобными, чем вся моя обычная обувь. Невысокий каблук и вытянутый узкий нос вынуждали ступню при каждом шаге съезжать вперёд, из-за чего задник уже начинал натирать кожу.       Обычно я носила обувь на плоской подошве, поэтому даже такой небольшой подъём постепенно превращался в настоящее орудие пыток.       К нам подошла красивая невысокая девушка с пышными рыжими волосами. Большая их часть была собрана на затылке, но несколько густых локонов намеренно оставили свободными, и теперь они мягкими волнами спускались на плечи.       Лицо девушки было щедро припудрено, чтобы придать коже ту самую болезненную аристократическую бледность, которая так нравилась мужчинам. Губы она ярко подкрасила кармином, а глаза слегка подвела, отчего её взгляд казался ещё более выразительным.       Оглядев нас, девушка улыбнулась настолько обаятельно, словно весь вечер только и делала, что ждала нашего появления.       Я невольно удивилась тому, какими молодыми, ухоженными и красивыми были женщины в этом заведении. Сам клуб явно не дотягивал до уровня фешенебельного места. Скорее всего, сюда захаживали мужчины среднего достатка и сомнительной репутации, однако персонал выглядел безупречно.       Очевидно, владельцы предпочитали экономить на мебели, а не на главном украшении своего заведения. — Доброго вечера, дорогие гости, — пропела девушка, улыбнувшись ещё шире.       Она протянула нам поднос с несколькими высокими бокалами шампанского. Кассий едва заметно качнул головой, отказываясь от напитка. Я последовала его примеру.       Девушка понимающе кивнула, ничуть не смутившись. — У меня назначена встреча, — произнёс Кассий. — На входе сказали, что вы проводите нас. — О, разумеется, сэр. Прошу за мной.       Она развернулась и неспешно направилась вперёд, плавно покачивая бёдрами. На ней было платье из тёмно-бордового атласа. Плотно облегающий лиф подчёркивал туго затянутую корсетом талию, а глубокий квадратный вырез был отделан чёрным кружевом. Короткие пышные рукава едва прикрывали плечи и при каждом движении опасно соскальзывали ниже.       Гладкая юбка плотно обхватывала бёдра, а книзу расширялась и тяжёлыми складками спадала до пола. С одной стороны подол был намеренно приподнят и закреплён большой чёрной розой. При каждом шаге из-под него показывались носок высокой ботильоны на пуговицах и край алого чулка.       Шею девушки обхватывала узкая лента из чёрного бархата с небольшим гранатом посередине. Перчаток на ней не было — вероятно, они только мешали бы исполнять ту часть обязанностей, о которой не упоминали при посторонних.       Мы направились вглубь зала. Несмотря на все старания не смотреть по сторонам, боковым зрением я заметила, как одна из местных женщин обчищает карманы мужчины, находившегося уже почти в бессознательном состоянии.       Была ли она официанткой, танцовщицей или оказывала какие-то иные услуги — одному Мерлину известно. Глубокий вырез платья и кружевной край чулка, выглядывавший из-под задравшегося подола, оставляли слишком широкий простор для предположений о круге её обязанностей.       Тонкие пальцы женщины скользнули под борт мужского пиджака и через мгновение появились вновь, уже с небольшим кожаным кошелём. Она быстро спрятала его в складках юбки, не переставая улыбаться сидевшему рядом собеседнику.       Мне почему-то стало забавно.       Этот мужчина пришёл сюда, чтобы воспользоваться её услугами, словно она была очередным товаром, который можно приобрести вместе с бутылкой огневиски и трубкой опиума. Возможно, до того, как окончательно погрузиться в дурман, он ещё и позволял себе обращаться с ней неподобающим образом.       Теперь за своё распутство он хотя бы заплатит немного больше, чем рассчитывал.       Пока мужчина предавался опиумному забытью, женщина всего лишь самостоятельно пересмотрела стоимость своего труда.       Наконец рыжеволосая девушка остановилась возле длинных плотных портьер цвета красного вина. Отодвинув тяжёлую ткань, она указала на скрывавшуюся за ней высокую деревянную дверь, украшенную резными узорами и позолоченной ручкой. — Вас уже ожидают, — сообщила она с коротким кивком.       После этого девушка быстро удалилась, оставив нас одних. — Готова? — негромко спросил Кассий. — Да, — ответила я так же тихо. — Если нервничаешь, не показывай этого. По легенде, это действительно первая сделка, которую тебе доверили вести самостоятельно, но ты давно работаешь в компании и полностью погружена во все процессы. — Я помню.       Кассий потянулся к дверной ручке, но я остановила его, коснувшись плеча. Он замер и удивлённо посмотрел на меня через плечо. — Спасибо, — с трудом выдавила я.       Одно короткое слово далось мне настолько тяжело, что прозвучало почти как обвинение.       Кассия это явно позабавило. Уголки его губ дрогнули в мимолётной улыбке, но он благоразумно промолчал, не став комментировать ни мою интонацию, ни выражение лица. Судя по всему, благодарность брату причиняла мне почти физическую боль, и скрыть это не смогла даже чужая внешность.       Кассий открыл дверь и первым вошёл в комнату. Я тихой мышью проскользнула следом, в первые мгновения стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.       Почти спрятавшись за широкой спиной брата, я быстро осмотрела помещение в поисках деталей, которые могли пригодиться расследованию. Прежде всего меня интересовало, пользовалась ли банда этой комнатой постоянно или выбрала её лишь для сегодняшней встречи.       В нос сразу ударил резкий запах табака — гораздо более дешёвого и грубого, чем тот, который курил Кассий. Комната успела основательно им пропитаться, но сама обстановка на удивление выглядела новой или, по крайней мере, достаточно ухоженной.       Вдоль стен, почти полностью огибая помещение, располагались тёмные кожаные диваны. В центре стоял широкий низкий стол, на котором уже приготовили несколько блюд с закусками, двухъярусную этажерку с фруктами, бутылку огневиски и несколько стаканов. В один из них напиток уже был налит.       На диване напротив двери сидел коренастый лысый мужчина. На нём были широкая белая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами и тёмные брюки с подтяжками. Подбородок пересекал грубый шрам, уходивший ниже, к самой шее, и скрывавшийся под воротом рубашки.       На столе перед ним лежала маска, изображавшая раскрытую змеиную пасть.       Она заметно отличалась от тканевых масок, которые носили напавшие на меня возле Запретного леса. Эта имела жёсткий каркас и казалась отлитой из потемневшей бронзы. Рельефные клыки выступали вперёд, а по бокам тянулись тонкие линии, имитировавшие змеиную чешую.       Почему его маска выглядела настолько качественнее?       Возможно, различия обозначали положение внутри банды. Если тканевые маски носили обычные исполнители, то человек перед нами явно занимал ступень повыше. Впрочем, пока это оставалось лишь предположением.       Сама змея тоже не давала мне покоя. Люди Руквуда скрывали лица за масками с похожей символикой. Новая банда просто вдохновилась их устрашающим обликом или между ними действительно существовала какая-то связь?       Мужчина же невольно напомнил мне Теофила Харлоу — правую руку Руквуда. Такой же коренастый, лысый и с выражением лица человека, которому окружающие постоянно давали достаточно поводов для жестокости.       Харлоу был омерзительным типом: гневливым, беспощадным и совершенно беспринципным.       Интересно, все лысые преступники были такими?       Мужчина поднялся со своего места и поприветствовал Кассия грубым низким голосом: — Мистер Малфой, рад вас видеть.       Он крепко пожал протянутую ему руку. Кассий ответил коротким кивком, сохраняя на лице привычное выражение холодного превосходства. Впрочем, мне порой казалось, что именно так брат смотрел почти на всех окружающих. — Сайлас Кроутер, — представился мужчина. — Сегодня переговоры от лица нашей организации буду вести я. Если нам удастся прийти к соглашению, в дальнейшем к работе подключатся и другие участники — те, кто отвечает за поставки и сбыт.       После этого Кроутер посмотрел на меня. В его взгляде смешались лёгкое недоумение и настороженный интерес, словно я оказалась какой-то диковинкой, появление которой он никак не ожидал.       Кассий не заставил его долго гадать. — Клара Вейн, мой личный секретарь. Она отвечает за внутренние процессы нашего северного подразделения и сопровождает сделки с артефактами. Если сегодня мы придём к соглашению, всю дальнейшую работу с вами она возьмёт на себя.       Кроутер ещё несколько секунд разглядывал меня, после чего его губы растянулись в улыбке. — Приятно познакомиться, мисс Вейн. Уверен, с документами и прочими формальностями мы легко найдём общий язык.       Он произнёс это тем снисходительным тоном, которым обычно разговаривают с детьми и особенно глупыми женщинами. — Мисс Вейн будет заниматься не только документами, — спокойно уточнил Кассий. — В пределах предоставленных ей полномочий она сможет принимать решения от моего имени.       Улыбка Кроутера едва заметно дрогнула. — Разумеется. Я именно это и имел в виду.       Конечно. Именно это.       Сайлас жестом предложил нам располагаться. Кассий занял место на диване напротив него, и я села рядом, оставив между нами достаточно пространства, чтобы не выглядеть испуганной девицей, вынужденной прятаться возле своего покровителя.       Хотя именно этим мне сейчас больше всего и хотелось заняться.       Кроутер потянулся к бутылке огневиски. — Не желаете выпить? Полагаю, деловые вопросы лучше обсуждать в более располагающей обстановке. — Нет, благодарю, — ответил Кассий. — Мы предпочитаем сохранять ясную голову во время переговоров. — Как пожелаете.       Сайлас наполнил собственный стакан почти до половины и сделал большой глоток. После этого откинулся на спинку дивана и широко развёл руки, словно находился не в арендованной комнате сомнительного клуба, а как минимум в собственном поместье.       Проследив за тем, как Кроутер откинулся на спинку дивана, я невольно задержала взгляд на столе перед ним и заметила ещё одну любопытную деталь. На противоположном краю стоял бокал с недопитым огневиски.       Он находился слишком далеко от Сайласа, чтобы принадлежать ему, и был придвинут к свободному месту на диване. На полированном дереве под ним темнел влажный след.       Значит, незадолго до нас здесь находился кто-то ещё.       Конечно, Кроутер мог иметь странную привычку каждый раз брать новый стакан и расставлять недопитые по всей комнате, но даже для гнусного тёмного бандита подобное поведение казалось слишком нелепым.       Кто сидел напротив него? И когда этот человек успел уйти?       Если он вышел через ту же дверь незадолго до нашего прихода, мы должны были встретить его в коридоре или хотя бы услышать шаги. Разве что он покинул комнату ещё до того, как рыжеволосая девушка привела нас сюда.       А может, у помещения имелся другой выход.       Я внимательнее осмотрела стены. Кожаные диваны почти полностью скрывали их нижнюю часть, а дешёвые картины и тяжёлые портьеры вполне могли прятать ещё одну дверь.       Возможно, здесь были тайные ниши или проходы, о существовании которых знали только постоянные посетители.       Доставать палочку сейчас было слишком рискованно. Кроутер мог не поверить, что личному секретарю Малфоя внезапно понадобилось проверять стены на скрытые чары.       Но ведь у меня была не только та магия, которой я пользовалась с помощью палочки.       Я сосредоточилась, пытаясь уловить знакомый отклик древней магии, однако от размышлений меня отвлекли голоса брата и бандита. — Полагаю, вы уже успели ознакомиться с нашим предложением, — начал Сайлас, обращаясь исключительно к Кассию. — Схема достаточно проста. У нас есть средства и люди, способные находить редкие предметы ещё до того, как информация о них попадает к обычным торговцам или владельцам аукционных домов.       Находить.       Не покупать. Не получать от законных владельцев.       Именно находить. — Речь идёт о частных коллекциях, семейных реликвиях, результатах экспедиций, — продолжил он. — Иногда владельцам требуются деньги, и они не хотят привлекать лишнего внимания. Иногда сам предмет нуждается в предварительной оценке или восстановлении. Ваше северное подразделение обладает всем необходимым для подобной работы: специалистами, защищёнными хранилищами и выходом на состоятельных покупателей.       Я старалась запомнить каждое слово. Пока всё звучало почти законно — но лишь на первый взгляд.       Частные коллекции. Экспедиции. Владельцы, не желающие привлекать внимание.       Уже одно это говорило о том, насколько сложно будет проверить происхождение каждого артефакта и проследить весь его путь до попадания в руки Малфоев. При этом Сайлас до сих пор не назвал ни одного имени, места или хотя бы конкретного предмета. — Мы находим подходящие артефакты и предоставляем средства для их приобретения, — продолжил Кроутер. — Ваша компания выкупает их от своего имени, проводит оценку, при необходимости приводит в надлежащее состояние, а затем выставляет на закрытые торги или предлагает частным коллекционерам. После продажи первоначальное вложение возвращается нам, а оставшаяся прибыль делится между сторонами. — В каком соотношении? — спросил Кассий. — Восемьдесят процентов нам, двадцать — вам. Все разумные расходы на оценку, хранение и восстановление, разумеется, вычитаются до распределения прибыли.       Сайлас произнёс это так, словно делал нам необычайно щедрый подарок. — Вы не вкладываете ни одного собственного галеона, — добавил он. — Не занимаетесь поисками и не тратите время на переговоры с владельцами. Всю предварительную работу берём на себя мы. От вашей семьи требуется лишь то, чем она и без того занимается: провести предметы через компанию и найти для них покупателей.       Звучало просто прекрасно.       Я посмотрела на Кассия, однако по его лицу невозможно было понять, что он думает о предложенных условиях. Ни удивления, ни радости, ни недовольства. Лишь привычное холодное высокомерие, резкий профиль и безукоризненно прямая спина.       Меня же не оставлял один вопрос: если всё действительно было настолько просто, зачем им понадобилась помощь одного из самых влиятельных родов магической Британии?       Кассий не был дураком. Он неизбежно станет задавать вопросы, потребует подтверждений и не позволит сомнительным артефактам разрушить репутацию компании перед постоянными клиентами. К тому же чем «Змеиный клубок» мог заинтересовать его настолько, чтобы он отказался от уже проверенных поставщиков и взял на себя подобный риск?       Кассий неторопливо поправил манжету рубашки. — Если предложенная вами схема настолько проста, прибыльна и безопасна, мистер Кроутер, зачем вам вообще понадобилось имя Малфоев?       Сайлас на мгновение замолчал, словно не ожидал, что Кассий задаст этот вопрос так скоро. — Дело не только в имени, — ответил он наконец. — У вашей компании есть специалисты, хранилища и связи с коллекционерами, к которым обычному торговцу не подобраться. Вам доверяют. — Именно поэтому у нас уже есть поставщики. — Но далеко не каждый из них способен предложить то, что можем предложить мы. — И что же это? — Редкие предметы, мистер Малфой. По-настоящему редкие. Многие из них не появляются на открытых торгах, потому что владельцы не желают огласки. Мы узнаём о таких артефактах раньше остальных и можем обеспечить вашей компании право первого выкупа. — Предположим, предмет меня заинтересовал. Какие документы вы предоставите вместе с ним?       Кроутер едва заметно нахмурился. — Всё, что будет находиться у нас на руках. — Я спрашивал не об этом.       Сайлас взял со стола стакан и сделал ещё один глоток. — Обстоятельства бывают разными. Иногда владелец может подтвердить происхождение артефакта, иногда необходимые бумаги были утрачены. Вы ведь понимаете, что семейные реликвии не всегда передаются вместе с описью и чеками. — Чеками — возможно. Именем владельца — почти всегда. — Некоторые продавцы предпочитают сохранять своё имя в тайне. — Даже от покупателя? — В особенности от покупателя, если этот покупатель носит фамилию, известную всей магической Британии.       Кроутер усмехнулся, будто только что дал исчерпывающее объяснение. Кассий не улыбнулся в ответ. — Значит, в отдельных случаях я не буду знать ни имени прежнего владельца, ни того, каким образом артефакт оказался у вас.       На мгновение мне стало почти жаль Сайласа. Кассий смотрел на него так, что наша деловая встреча всё больше напоминала допрос. Из брата вышел бы блестящий аврор. Подозреваю, большинству преступников хватило бы нескольких минут под этим взглядом, чтобы добровольно признаться во всём, что они совершили с раннего детства.       Кроутер тоже почувствовал давление. Его улыбка поблекла, плечи напряглись, а пальцы крепче стиснули стакан. Кассий не повышал голоса и не угрожал — просто задавал вопросы один за другим с таким видом, словно уже знал все ответы и теперь лишь проверял, осмелится ли собеседник ему солгать.       В комнате словно стало ещё душнее. Мне даже захотелось открыть окно.       Жаль, что окон здесь не было. — Вы будете знать всё, что потребуется для его дальнейшей продажи. — Кто будет указан продавцом в договоре? — продолжил Кассий. — Наш представитель. — Имя? — Оно будет сообщено, когда мы перейдём к оформлению первой поставки. — Этот представитель является владельцем артефактов?       Сайлас выдержал короткую паузу. — Он имеет право распоряжаться ими от лица нашей организации. — Я снова спрашивал не об этом.       Губы Кроутера скривились в недовольную гримасу. — Владельцы передают нам право заниматься продажей. — В письменном виде? — Когда это возможно.       Кассий чуть склонил голову. В его лице ничего не изменилось, но Сайлас всё же выпрямился, опустив руку со спинки дивана. — Позвольте уточнить, правильно ли я вас понял, — произнёс брат. — Вы находите артефакт, не называете его владельца и не всегда предоставляете документ, подтверждающий ваше право на продажу. После этого моя компания должна выкупить предмет от своего имени и предложить его своим клиентам. — Вы намеренно выставляете всё в худшем свете. — Я лишь повторяю ваши условия.       Сайлас с заметно большей силой поставил стакан на стол. — Наши люди не первый год занимаются подобными сделками. Если бы мы предлагали краденый хлам каждому встречному торговцу, то давно разговаривали бы не с вами, а с аврорами.       Значит, «Змеиный клубок» существовал уже не первый год. И у них были постоянные торговые связи, которыми Министерство до сих пор не заинтересовалось или не смогло их обнаружить. — Рад это слышать, — невозмутимо ответил Кассий. — В таком случае вам не составит труда подтвердить законность происхождения каждого предмета.       Я занервничала. Я понимала, почему Кассий так придирчиво расспрашивает Сайласа, но нашей задачей было не разоблачить его за одну встречу, а добиться заключения сделки. Сейчас же брат давил на него так сильно, что рисковал свести все наши усилия на нет.       Мне требовалось больше информации: имена главаря или главарей банды, сведения о поставщиках, местах хранения артефактов и доказательства их преступлений. Получить всё это можно было лишь в том случае, если «Змеиный клубок» согласится продолжить сотрудничество.       Я покосилась на Кассия, пытаясь понять, по-прежнему ли он следует нашему плану. Однако его лицо оставалось совершенно непроницаемым. — Я уже сказал: такая возможность будет не всегда, — с раздражением повторил Сайлас. — Тогда кто будет считаться владельцем артефакта с момента выкупа до его дальнейшей продажи? — Ваша компания, разумеется.       Вот оно.       Деньги предоставлял «Змеиный клубок», предметы находили его люди, сведения о прежних владельцах тоже оставались у них. Но на бумаге артефакты должны были принадлежать компании Малфоев. — Следовательно, если один из них окажется краденым, претензии предъявят нам, — сказал Кассий. — Для того ваша компания и проводит проверку перед продажей. — Мои специалисты могут определить подлинность артефакта и обнаружить наложенные на него чары. Но они не смогут подтвердить право собственности продавца, имя которого вы отказываетесь называть. — Подобный риск уже учтён в вашей доле. — Двадцать процентов вы предложили нам за оценку, хранение и поиск покупателей. О необходимости отвечать перед Министерством за чужие преступления прежде речи не шло.       Кроутер сжал челюсть. — Вы намеренно сгущаете краски, мистер Малфой. — Я уточняю, что именно вы пытаетесь продать мне под видом безопасного сотрудничества.       Я невольно залюбовалась тем, как Кассий вёл переговоры. Он заранее понимал, где искать подвох, какие вопросы задавать и куда надавить, чтобы Сайлас начал терять уверенность. Сам Кроутер, похоже, был не настолько важной фигурой, какой старался казаться. Он представлял организацию, но явно не привык самостоятельно принимать решения, когда разговор выходил за рамки заранее подготовленного предложения.       Испытывать восхищение к брату казалось почти преступлением. Я терпеть его не могла, но не признать, что своё дело он знал превосходно, тоже не могла.       Сайлас перевёл взгляд на меня. — А что скажете вы, мисс Вейн? Именно вам предстоит заниматься этими сделками. Уверен, вы понимаете, что далеко не у каждого редкого артефакта можно восстановить полную историю. Мистер Малфой беспокоится о репутации семьи, что вполне естественно, но на практике подобные формальности редко создают настоящие сложности.       Он говорил уже не так резко, почти доверительно, словно мы с ним были единственными людьми в комнате, способными рассуждать здраво, а Кассий просто проявлял излишнюю осторожность.       Я ответила не сразу, мысленно возвращаясь к их разговору. Чего именно добивался брат, когда так настойчиво выяснял, кто будет отвечать за артефакты? Он явно хотел не отказаться от сделки, а изменить её условия в нашу пользу.       И тут я наконец поняла.       Кассий добивался, чтобы последнее слово при выборе предметов принадлежало Малфоям. Тогда банда не смогла бы просто передать нам всё, от чего хотела избавиться, и оставить разбираться с последствиями.       От этой догадки мне стало немного спокойнее. — Я прекрасно понимаю, что документы могут быть неполными, — ответила я. — Именно поэтому окончательное решение о выкупе должно оставаться за нами. Иначе мне придётся принимать на хранение любой предмет, который вы решите принести, независимо от его происхождения и состояния.       Сайлас, кажется, ожидал от меня другого ответа.       Я старалась держаться уверенно и невозмутимо, хотя внутри всё сжималось от волнения. Украдкой взглянула на Кассия, пытаясь понять, правильно ли истолковала его намерения и не сказала ли чего-нибудь лишнего.       Брат едва заметно кивнул. На мгновение мне даже показалось, что уголок его губ дрогнул в намёке на улыбку.       Значит, я всё поняла правильно. — Разумеется, никто не станет вынуждать вас принимать откровенно неподходящий товар, — произнёс Сайлас. — Тогда разногласий у нас нет.       Я постаралась ответить как можно мягче, хотя по лицу Кроутера было видно, что разногласия у нас всё-таки имелись. — Мы готовы рассмотреть сотрудничество, — сказал Кассий.       Вот чего он добивался: права устанавливать собственные условия. Кассий защищал имя Малфоев, не позволяя втянуть компанию в сделки с каждым сомнительным предметом. При этом «Змеиному клубку» всё равно придётся сначала показать нам артефакты, а значит, у меня появится возможность изучить их и собрать доказательства незаконной деятельности банды. — Начнём с пробной партии, — продолжил брат. — Не более трёх артефактов. Мои специалисты проведут оценку и проверят их безопасность. До письменного подтверждения приёма предметы остаются вашей собственностью и под вашей ответственностью. От любого из них мы можем отказаться без объяснения причин. — А расходы на доставку и проверку? — Оплачиваете вы.       Сайлас недовольно поджал губы. — При таких условиях двадцать процентов прибыли выглядят более чем щедро. — Тридцать, — поправил Кассий. — Мы предлагали двадцать. — Тогда вы утверждали, что сделка не несёт для нас никакого риска. Теперь выяснилось, что это не так. — Двадцать пять. — Тридцать. — Вы даже не собираетесь торговаться? — Я только этим и занимаюсь, мистер Кроутер.       Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Сайлас первым отвёл взгляд. — Тридцать процентов только на время пробной партии, — произнёс он. — Если дальнейшая работа окажется успешной, мы вернёмся к обсуждению долей. — Если дальнейшая работа окажется успешной, у нас появится предмет для следующего разговора, — согласился Кассий.       Кроутер помедлил, но всё же кивнул. — Хорошо. Три артефакта. Все расходы до их принятия оплачиваем мы. Ответственность переходит к вашей компании после завершения проверки. — И письменного подтверждения, — напомнил Кассий. — И письменного подтверждения, — процедил Сайлас. — Все дальнейшие вопросы вы будете решать с мисс Вейн. Без её согласия ни один предмет не попадёт в наши хранилища.       Сайлас снова посмотрел на меня, теперь уже без прежней снисходительности. — Полагаю, мы с мисс Вейн сумеем найти общий язык. — Не сомневаюсь, — как можно любезнее ответила я.       По его взгляду было нетрудно догадаться, на что он рассчитывал. Кассия обмануть не удалось, зато его неопытная секретарша наверняка окажется сговорчивее. Возможно, Кроутер собирался поручить своим подельникам запутать меня, предложить более выгодные условия или попросту подкупить за спиной работодателя.       Мне стоило немалых усилий сдержать усмешку.       Они принимали меня за тихую мышь, которую будет легко загнать в ловушку. Забавно, учитывая, что на их след уже вышел аврор — пусть временно отстранённый от службы, но от этого не менее упрямый.       Когда я соберу достаточно доказательств, Министерство уже не сможет закрыть глаза на деятельность «Змеиного клубка».       После этого разговор перешёл к срокам и порядку передачи первой партии. Я продолжала слушать, но вскоре моё внимание снова привлекли стены.       Всё началось с мимолётного ощущения, будто за мной кто-то наблюдает. Настолько неуловимого, что его легко можно было принять за игру воображения. Однако я привыкла доверять подобным предчувствиям.       Я оглядела комнату, но не заметила ничего подозрительного. Тогда опустила взгляд и на мгновение прикрыла глаза, мысленно обращаясь к своей магии.       Ещё в школе я пыталась обуздать её и понять границы собственных способностей. Однако даже сейчас продолжала открывать в них нечто новое. Порой мне казалось, что этих границ вовсе не существует, и это пугало сильнее всего.       Тот Себастьян, которого я встретила в собственном сознании в лесу, убеждал меня принять свою магию и позволить ей направлять меня. Но я боялась ослабить контроль. Боялась слишком глубоко погрузиться в её изучение и однажды превратиться в новую Исидору. Или повторить путь самого Сэллоу, который тоже не сумел вовремя остановиться в поисках запретных знаний.       При мысли о нём в груди неприятно кольнуло. И от глубокой тоски, которую я до сих пор не могла в себе заглушить, и от чувства вины перед Оминисом — моим мужем, для которого я должна была оставаться поддержкой и опорой.       Внезапно я почувствовала тепло.       Оно тянулось от стены напротив — точнее, словно исходило откуда-то из-за неё. Ни одна другая часть комнаты не отзывалась на мою магию подобным образом.       На стене висел неприметный гобелен с нимфами. Обнажённые девушки резвились в реке, расчёсывали длинные волосы и со смехом брызгали друг в друга водой. За их спинами тянулся густой прибрежный лес, настолько тёмный, что между деревьями почти ничего нельзя было разглядеть.       Я всмотрелась в гобелен внимательнее. Мастер с удивительной точностью передал каждую ветвь и каждый лист. Некоторое время я просто изучала тонкое переплетение нитей, пока не заметила среди листвы странное несоответствие.       Между тёмными ветвями на меня смотрел глаз.       Не вытканный — настоящий.       Темно-карий, с живым влажным блеском, он виднелся в крошечном просвете между нитями и был направлен прямо на меня.       Я почувствовала, как внутри всё похолодело. Чуть приподнялась с дивана, пытаясь рассмотреть его лучше и понять, не обманывает ли меня зрение. — Прекрасно, мистер Малфой! Тогда наш человек свяжется с мисс Вейн и сообщит, когда первая партия будет готова к передаче.       Сайлас радостно хохотнул и с силой ударил ладонью по столу.       От неожиданности я вздрогнула и резко перевела взгляд на источник шума. Кроутер уже поднялся со своего места и снова протянул Кассию руку, закрепляя достигнутое соглашение. Брат с явной неохотой ответил на рукопожатие.       Я тут же посмотрела на гобелен.       Глаза больше не было. Между ветвями темнел лишь небольшой просвет.       Неужели мне всё-таки показалось?       Проверить это я уже не могла. Кассий подошёл ко мне и подал руку, помогая подняться. Его голос прозвучал твёрдо, не оставляя места для возражений: — Мы закончили. Нам пора.       Мне хотелось возразить, но я не могла начать ощупывать стены и дёргать гобелен на глазах у Сайласа. Это вызвало бы слишком много вопросов.       Поэтому я вложила ладонь в руку Кассия, поднялась с дивана и разгладила ткань юбки, напоследок ещё раз взглянув на тёмный лес за спинами нимф.       Мы не стали затягивать прощание и вскоре покинули сначала комнату для переговоров, а затем и мужской клуб. На улице нас встретили холодный ветер и проливной дождь. — Предлагаю незамедлительно аппарировать и обсудить всё дома, — сказал Кассий. — Согласна.       Через мгновение я оказалась в главном холле особняка. Почти одновременно рядом появился Кассий.       Оборотное зелье всё ещё действовало. Я взглянула на часы и прикинула, что проведу в облике Клары ещё около получаса. На случай, если встреча затянется, во внутреннем кармане корсажа были спрятаны ещё несколько флаконов. Мне потребовалось бы лишь ненадолго выйти в дамскую комнату и принять следующую дозу. — Предлагаю выпить по чашке чая в моём кабинете и обсудить встречу перед сном, — произнёс Кассий. — Мне показалось, что там кто-то за нами наблюдал.       Он остановился. — Ты уверена? — Нет. Но в какой-то момент это ощущение стало очень сильным. А затем моя магия указала на стену за гобеленом. — Я не видел, чтобы ты использовала палочку. — Я не о палочке, Кассий. Я говорю о древней магии. — Лукреция?       Я вздрогнула от знакомого голоса.       Только теперь я заметила стоявшее чуть поодаль кресло, повёрнутое к нам спинкой. Услышав последние слова, сидевший в нём Оминис резко выпрямился и повернул голову в нашу сторону.       Разумеется, по голосу Оминис узнать меня не мог — сейчас тот принадлежал Кларе Вейн. Но, услышав наш разговор и упоминание древней магии, он понял, что незнакомой собеседницей Кассия была я. — Что происходит? — ошеломлённо спросил он.