О том, как Халавар получила шанс проститься со своей семьей

      Однажды Варюллу было скучно. В тот день дул крепкий Ветер и он — сильнейший мальчик в деревне, вызвал его на поединок. Шумный гнус нашептал о предстоящем Йоловар, и та поспешила к знакомой деревне.       — Если я выиграю, то будешь следовать за мной до самой смерти.       Ветер согласился поиграть. Они договорились: мальчик должен выстоять под сильным шквалом и не сдвинуться с места. Но Варюлл понимал, что не справится и поэтому предложил еще одно соревнование. Ветер согласился и на это. Сначала он подул совсем легко. Потом сильнее.       — Какой крепкий малыш. Сколько брожу по свету, нечасто вижу таких.       Он дул сильнее и сильнее, вот-вот должна была начаться буря. Варюлл не выдержал и покачнулся. Ветер плавно подхватил ребенка до того, как тот упал на землю, и задорно пророкотал:       — Я победил. Хочешь еще повеселиться?       — Хочу! Но пожалуйста, унеси меня подальше от деревни.       Йоловар кивнула Ветру и обернулась пуночкой. Он подхватил богиню с мальчиком и полетел на самый север, куда редко заходили звери, а людей не было и подавно.       — Спорим, что громче тебя? — хвалился Варюлл.       Ветер взвыл перед мальчиком. Он кричал, вопил, словно сейчас погибнет. Испуганный Варюлл сжал маленькие кулачки и закричал наперекор ему. Этот крик услышал весь север. Но вопль был настолько громкий, что лёд под ним треснул, и мальчик оказался в ледяной воде. Йоловар обратилась нерпой, выловила малыша и тут же обратилась медведицей, чтобы согреть. Варюлл откашлялся и дерзко посмотрел на Ветер.       — Моя взяла.       — И правда. Но сначала победил я. Что же мы будем делать?       Варюлл чувствовал вызов в дуновении ветра. Нужно было быть умным, как учил отец. Не то он может с детства нажить себе свирепого врага.       — Помоги мне один раз. Единственный раз в моей жизни приди и выполни любую мою просьбу. Когда бы и где бы я тебя ни позвал.       — Добро. Но я не всегда могу быть рядом. Подожди-ка.       Ветер резко налетел на Варюлла, и тот от неожиданности застыл с открытым ртом, судорожно хватая воздух. Он поëжился от холода, но медведица лишь плотнее прижалась к нему.       — Часть меня теперь живет в твоем дыхании. Зови меня в любой момент, но помни. Помогу лишь раз.       Когда Варюлл согрелся, Йоловар снова обернулась пуночкой. Ветер подхватил их, и они вернулись в деревню, к печальному отцу.       После этого Лехала часто с завистью смотрел на брата. Варюлл не забывал похвастаться детской ветряной забавой. И младший брат хотел доказать, что он ничем не хуже старшего. Однажды, в самый жаркий день лета, он вызвал Солнце на поединок. Это было испытание на знание. Но Солнце не было столько дружелюбно.       — Что может скрыть от меня ребенок? Под взором моим рождалась и угасала жизнь. Учёные мужи находят новые смыслы, а ловкие рукодельницы создают дивные полотна. Даже сейчас я вижу всё добро и всю грязь человечества. Что можешь ведать ты, чего не ведаю я?       — Я — сын охотника и в будущем ничуть не уступлю ни брату, ни отцу. Знаешь ли ты о том, что происходит ночью?       — Луна — одна из сотен моих дочерей. Ее свет — это мой свет.       — Тогда скажи мне завтра утром, какую тушу я разделаю последней этой ночью.       С наступлением ночи весь лунный свет оказался над домом Лехала. Юллйоло старался закрыть сына от света, Ойоло умоляла подругу отвести пытливый взор хотя бы на мгновение, а Варюлл грозился вызвать Солнце на бой да попросить Ветер о помощи. Даже любимая собака крутилась около его ложа, будто призывала оставить глупую идею и идти ко сну. Но Лехала отказывался от помощи семьи.       — Ойоло, прикрой голову. Лунный свет в твоих волосах может помешать мне.       Первой тушей стал быстроногий заяц. Вторым Лехала ловко выпотрошил лисицу и снял с нее шкуру. Но последнюю тушу он затащил в дом. Он закрыл ставни и накрылся плотным покрывалом. Но лунный свет ловко пробрался в незаметную щелочку, проскользнул под плотную ткань и нащупал редкую залётную гостью — куропатку. Лехала оставил плоть под покрывалом, а сам ушёл спать. Луна ликовала и, когда она встретила Солнце на рассвете, тут же рассказала о необычной добыче. Утром Лехала вышел навстречу с тёмным платком в руках.       — Солнце, ведомо ли тебе, что спрятано под тканью?       — Как же не знать? Я — Солнце, мне известно всё. Твоей последней тушей этой ночью стала куропатка. Не часто встретишь у вас такую птицу, но меня не обмануть.       — Вижу, многое ты знаешь. Но угадать тебе не удалось.       Лехала раскрыл тёмный сверток, и с мерзким шлëпаньем на землю упала распоротая мышь.       — Как?! Моя дочь видела, как ты разделываешь птицу, а мой свет чувствовал её плоть. И после этого…       — Я лёг на свое ложе, но не заснул. Я думал остановиться на куропатке, но увидел уходящий лунный луч. Тогда я понял, что если не найду еще одного зверя, мне не победить. Но оказалось, что собака не зря вилась у моего места. Унюхала серую.       — Твоя взяла. Но не думай, что мой дар будет таким же щедрым, как у твоего брата. Просьбу твою я не исполню. Но помогу тебе достичь одной единственной цели. Лишь скажи — к кому или куда.       Внезапно его ноги что-то обожгло, и, не выдержав, Лехала опустился на колени. Он крепко защурил глаза от боли, но казалось, что даже через опущенные веки он видит яркий свет. Сколько длилось его награждение, столько он был ослеплен. Когда жар утих, Лехала осмотрел себя. На голенях остались светлые шрамы.       — Как лунный свет живёт в волосах твоей сестры, так мои лучи теперь спят в твоих мышцах. Один раз я помогу тебе, Лехала. Запомни это.       Следующей ночью в доме было тихо. Только Луна слабо всхлипывала, после поражения отца, лишь ласковые объятия Ойоло скрывали её тихую слабость.       Шли года. О крепком Варюлле и ловком Лехале прознал весь Север. Первый сын прославился в деревне силой, и стал предводителем охотников — любимцем всей деревни.       Сколько Второй сын был нелюдимым, столько же хитрым и наблюдательным. Он редко ходил на охоту, но люди всё равно часто заходили в его дом. Не только из родной деревни. Он был известен как лучший псарь. Каждый выбрал себе девушку по сердцу. Но ни один не мог жениться без разрешения отца.       Ойоло стала известной рукодельницей и завидной невестой. Не мудрено, никто в округе не обладал такой нежной красотой, кротким нравом и ловкими руками. Свататься к ней приходили не только из деревни, а со всего севера. Да что там говорить, слава о северной красавице разнеслась на соседние земли. И даже Луна, когда говорила с людьми, не забывала упомянуть о дорогой подруге. Но и Ойоло не могла выбрать мужа без благословения отца.       После смерти возлюбленной Юллйоло не пожелал найти новую жену. В сердце его навечно осталась Халавар. Тем утром люди нашли лишь следы, уходящие далеко в тундру и загадочно обрывающиеся в пустоте. Разум говорил — тело утащили дикие звери. Но кто мог унести взрослую северянку? Опытный охотник знал, что звери не заставили бы себя ждать и быстро бы полакомились покойницей.       Но недоставало не только человеческой крови. Не было никаких чужих следов. Когда Юллйоло услышал слова шамана о жертве Халавар, он понял, что и ее исчезновение, и его спасение — дело рук северной Богини. Он чувствовал, что Йоловар забрала его жену не просто так. А значит, она всё ещё бродит по северу. С этой верой росли и дети. Юллйоло не смел заводить новую супругу, когда это могла увидеть Халавар. И не смел благословлять детей без их матери.       Однажды, с приходом первых холодов, весть о красоте Ойоло пришла на восток. «На землях Йоловар — одна из лучших красавиц нашего мира», — пела Луна. Тогда восточный бог Дзу осмелился ступить на север. Он принес с собой сотни даров. Диковинные шкуры, удивительные яства и невиданные украшения. Для каждого из семьи он подготовил отдельный дар.       Варюлл получил прочные стрелы, Лехала — стаю удивительных черных собак с рыжими пятнами, а Юллйоло — чертежи новых ловушек. Ойоло же была одарена нежнейшими тканями и прекраснейшими украшениями. Но больше всего она обрадовалась тонкой, блестящей нити. Но даже иноземный бог был отвергнут Юллйоло. Той же ночью в их дом постучал Ветер.       — Почему ты здесь? — удивился Варюлл. — Я не просил тебя о помощи. Или желаешь взять реванш?       — Да я бы с радостью, — рассмеялся Ветер. — Но не для этого я здесь. Скажи семье одеться и идти. Вас ждет Йоловар.       Варюлл тут же направился к отцу. Услышав весть о Богине, он разбудил второго сына и дочь. Сыновья надели новые, подготовленные к сезону куртки, Ойоло — накидку, расшитую бисером. Юллойло достал выцветшую женскую шубу.       За деревней их ждала высокая женщина. Глаза Богини напоминали полуденное небо. Ее длинные светлые волосы тянулись по снегу и оставляли за собой след, словно змея. Да и сами волосы извивались, словно коварная рептилия.       — Юллйоло, посмотри на своих детей. Победивший Ветер, обхитривший всевидящее Солнце и обнявшая скромницу Луну. Они — великие и важные люди для моей земли и дети двух удивительных людей. Негоже такому роду прерываться.       — Простите меня, Богиня. Но я не могу благословить их без матери.       Он сжал в руках старую светлую шубу. Йоловар нежно улыбнулась, но длинный изгиб губ показался семье, жестоким оскалом.       — Твоя верность Халавар заслуживает своей награды. Я дам вам шанс встретиться с ней на один день. Но только если пройдете мое испытание. Найдите и поймайте золотого зверя. Через три дня я буду ждать вас у входа в деревню. Еще три дня дам вам на охоту. В конце срока я вернусь к деревне, если я войду туда сама — вы проиграли. Ну же, три охотника, поймайте меня!       В тот же миг Йоловар обернулась белой совой и затерялась меж огней полярного сияния. А Ветер помог семье вернуться обратно. Варюлл принялся начищать свое оружие, а Юллйоло приступил к иноземным чертежам. Ойоло, постаралась поговорить с Луной, узнать, есть ли у Богини слабости и где она может прятаться в будущем? Но подруга лишь робко отвернулась: «Небесные тела не могут вмешиваться в дела Богов».       Лехала зашёл к псам, но те жалобно сжались в углу. На нём остался запах Йоловар, что ни раз забирала их сородичей. Только дарованные Дзу собаки с любопытством смотрели на нового хозяина. Тут в псарню зашел восточный бог.       — Я помогу тебе их натаскать.       Варюлл сообщил людям, что их семья уходит на три дня. Если не вернутся, то их не стоит искать. Только пусть староста заберет Ойоло под опеку. День и ночь они готовились к важнейшей охоте в их жизни. В обещанный день на окраине деревни их ждала золотая олениха.       Варюлл первым бросил своё копьё, но вместо того, чтобы уклониться, Йоловар превратилась в зайца и бросилась вдаль. Первыми за ней рванули дарованные псы. Глупые, ещё не знающие холод севера, они гнали её до скромного лесочка. Пробежав чуть вглубь, она едва не врезалась в слопец. Йоловар осознала: они видели, как она превращается в птицу, а Юллйоло знал о том, что его спасла золотая олениха. Они знали о её способности перевоплощаться и были готовы к охоте на любую дичь.       Псы не отставали, Богиня направилась в сторону реки. Стоило ей выйти из лесочка, мимо неё тут же со свистом пролетела стрела. Варюлл ждал её. Йоловар обратилась золотой медведицей, чужеземные собаки в ужасе отпрянули. Они не боялись северную Богиню, но жуткий хищник внушал им страх. Медведица бросилась к старшему сыну.       Варюлл успел выпустить еще одну стрелу, и она разрезала медведице ухо. Йоловар взревела и навалилась на него всей тушей, но он не сплоховал, а, засмеявшись, схватил её передние лапы. Долго боролся Варюлл с медведицей. Сначала чуть не пересиливал. Но после полудня стал сдавать. А к вечеру силы стали покидать охотника, и медведица повалилась на него. Мышцы его сковал холод, а на лице он почувствовал ледяное дыхание.       — Ветер, помоги мне победить в этой битве!       Тут в лёгких Варюлла что-то забурлило, затрепетало. И только он сделал выдох, на Йоловар обрушился весь шквал тех страшных ночей, когда отец был готов пожертвовать собой, а дети потеряли свою мать. Богиня скатилась в реку, проломив тоненький лед. Не успела она выбраться на берег, новая стрела тут же насквозь пронзила ее заднюю лапу. Она попыталась встать, но боль была настолько сильная, что она завалилась на бок.       — Прости, Йоловар, но ты была свидетельницей нашего договора. Не мог я обмануть мальчишку.       — Моя взяла. Больше ты не сможешь убегать.       Варюлл присел на корточки у задних лап и достал нож. Он был готов перерезать сухожилия на лапах, но Йоловар встрепенулась и, обратившись выдрой, нырнула под лёд. Варюлл схватил лук, но ночью в тёмной воде не смог отыскать Богиню.       — Эх, сплоховал я. Стоило мне загадать поймать её.       — Сплоховал. Так что, поборемся ещё раз? Вдруг, вернёшь своё желание.       — Добро. Только дай немного отдохнуть.       Отплыв туда, где не было людей, Йоловар пробила лёд и вынырнула на берег. Тут река превращалась в тихий ручеёк. Бой с Варюллом и побег через реку вымотали ее сильнее, чем она думала. Она обсушилась и, обратившись золотой волчицей, начала вылизывать рану. Так она отдыхала до рассвета. Так закончился первый день.       — Нашёл.       С первыми лучами солнца она услышала собачий лай и легкие шаги. Вдалеке к ней бежали псы, а впереди них мчался Лехала. Обнажённые икры второго сына разрезали шрамы, но в них же струился солнечный свет. Чем выше поднималось солнце, тем быстрее приближался Лехала.       — Солнце, моя цель — Богиня Йоловар. Прошу, наполни мои мышцы жаром!       Йоловар не успела опомниться, как Лехала оказался вплотную рядом с ней. Она хотела превратиться в юркую зайчиху, но задняя лапа отозвалась болью. Немного замешкавшись, она обернулась пуночкой и быстро упорхнула ввысь.       — Помогло ли тебе наше обещание? — насмехалось солнце.       — Поможет, когда ты его исполнишь.       — Как же так? Ты сейчас стоишь ровно в том месте, где она была.       — Моя цель — богиня, а не пустое место.       Солнце нахмурилось, но спорить не могло. Лехала бросился вслед за птицей. Он бежал по первому снегу, перепрыгивал с камня на камень и ловко протискивался между колючими кустами шиповника. Время близилось к полудню. Утомившаяся Йоловар приземлилась на макушку дерева. Но охотник не отставал. Он достал лук и стал целиться в богиню.       — Разве ты не устал, юный охотник?       — А с чего мне уставать? Моя сила — от Солнца.       Лехала вновь выстрелил. Изнеможенная Йоловар медленно перелетала с ветки на ветку. И кратким мигом отдыха для неё становилось новое натяжение тетивы. Она надеялась, что охотник отвлечется, чтобы собрать стрелы, но подоспели собаки. Радостные, они рыскали по скромной рощице и приносили ему стрелы.       Может, долететь до реки и снова постараться уплыть? Нет, недалеко вода становилась скромным ручьём, а плыть против течения она не могла. Обернуться белкой, спуститься, а затем зайчихой? Но задняя лапа не переставала болеть.       Время шло к закату. С солнечным светом охотника стали покидать силы. Уставшая Йоловар сонно прислонилась к тонкому деревцу. И тут она почувствовала удар по стволу. Внизу стоял Варрюллл. Видимо, собаки успели выучить запах всей семьи и привели его.       Крепкий старший брат ломал тонкие деревья голыми руками, и Йоловар не оставалось ничего, кроме бегства. Она вновь расправила крылышки и полетела вдаль. Братья бросились за ней. Но шаги Лехала становились всё тяжелее, а в дыхании Варюлла она больше не чувствовала ветер. Но ни братья, ни собачья свора не отставали.       Только ночью она смогла обогнать их ненадолго. Немного отдохнув, она обернулась мышью и зарылась в снег. Но она так торопилась, что не заметила, как по дороге обронила золотое перо. Лехала поднял искрящееся перышко и поднёс к подоспевшим собакам.       — Искать.       Эта ночь прошла для Йоловар тревожно. Она смогла отдохнуть совсем немного, и собаки вновь нашли ее. Они так резво копались в снегу и земле, что золотой мышке пришлось всё глубже и глубже закапываться, маневрируя между чёрными лапами. Так закончился второй день.       На третий день, без её указа, началась слабая метель. Утром собаки стихли. Видимо, тоже утомились. Йоловар осторожно выглянула из-под снега, оглянулась. Белое полотно вокруг неё было истоптано и порвано. И только Ветер слабо выравнивал его. Должно быть, помогал ей с обязанностями, пока она исполняла роль добычи.       Йоловар обернулась волчицей и принялась вылизывать заднюю лапу. Но вскоре она вновь почувствовала приближение лёгких шагов, и богиня обернулась птицей. Уставшая, она стремилась упорхнуть как можно дальше.       Погоня длилась до ночи. Второй сын ни на миг не выпускал ее из виду. Обернись кем угодно, кроме птицы, быстроногий Лехала тут же догнал бы её. И боль в задней лапе не переставала напоминать о себе. Птицей она отдыхала на редких деревьях, но меткие стрелы быстро заставляли её продолжить свой путь. Во время погони она так и не нашла минутки, чтобы выпить хотя бы капельку воды.       Близился закат. С затуманенным от усталости разумом Йоловар даже не задумалась, почему же сегодня Варюлл не подоспел на помощь брату? И почему за все три дня она ни разу не увидела Юллйоло?       Ночью Ветер стих, а вместе с ним и метель. Лехала отстал от неё, а собаки, видимо, совсем устали. Небо осветили звезды и бледные всполохи северного сияния. Йоловар обернулась золотой оленихой и гордо поспешила к деревне. Утром она должна сама войти туда, ознаменуя поражение семьи.       Она была разочарована. Как же так получилось, что три умных и ловких охотника, с дарами от природных сил, не смогли поймать её? Йоловар вышла из скромного лесочка рядом с деревней, куда убежала в начале охоты, и оказалась на заснеженном пустыре. Олениху мучила жажда. Стоило пробить копытом речной лёд или хотя бы пожевать снег. Зря она так торопилась одержать победу.       Внезапно Йоловар заметила одинокую фигуру посреди снежного полотна. Всё вокруг было по-детски гладким, нетронутым, и звездный свет отражался в крошечных кристалликах снега. Только тонкая полоса следов, тянущаяся от деревни до фигуры, нарушала его. Богиня подошла ближе. Перед ней стояла Ойоло.       В её чёрных волосах плясал лунный свет, мягкое лицо озаряла добрая улыбка. На ней была надета шуба с искрящимся мехом, а в руках она держала большую металлическую чашу. Увидев золотую олениху, Ойоло встала на колени и опустила голову.       — Приветствую вас, прекрасная богиня. Вижу, мои братья по-злому обошлись с вами. Прошу, не злитесь на них и позвольте мне хоть немного искупить их грех.       Ойоло протянула чашу оленихе. В чистой воде отражалась холодная Луна и яркие звёзды. Серебряный свет словно вводил её в транс.       — Я не злюсь на твоих братьев. Они — хорошие охотники и отнеслись ко мне так, как были должны. Как к добыче.       Сама того не осознавая, измученная жаждой богиня шла всё ближе и ближе к Ойоло. Она готовила это испытание только для охотников. Что могла сделать хрупкая необученная молодая девушка?       — Тогда, надеюсь, Вы сможете простить и меня.       Внезапно ноги Йоловар подогнулись и стали проваливаться в пустоту. Она хотела обернуться птицей, но на её тело упала прочная, тяжёлая сеть. На дне ямы её тело пронзила дюжина острых деревянных кольев. Она взвыла от боли. Когда олениха подняла глаза вверх, она увидела, как три охотника готовятся метнуть свои копья.       Когда три лезвия одновременно вонзились в её плоть, она все поняла. Поняла, почему за три дня так и не увидела Юллйоло, почему поднялась метель и почему на третий день она не видела Варюлла. Первыми спустились братья, за ними последовал отец. Чтобы Йоловар больше не могла убежать, они перерезали сухожилия на стройных ногах.       — Простите, Йоловар, это будет быстро.       Одним быстрым, ловким движением, Юллойло перерезал ей горло. Будь она настоящим оленем, она бы, как и обещал охотник, сразу умерла. Но бессмертное тело не давало ей перейти кровавую реку, и она, продолжая отыгрывать роль жертвы, замерла. Для семьи Йоловар была мертва. Юллойло подставил маленькую чашу под капающую кровь. Первым отпил отец. Вторым стал старший сын, а третьим — его брат.       — Сестра, теперь твоя очередь. — крикнул Варюлл.       — Могу ли я? Я ведь не боролась как ты, не гналась за ней, как Лехала и не придумывала ловушки как отец.       — Но без тебя мы бы не смогли её поймать. — Возразил Лехала. — Прошу, сестра, раздели с нами эту чашу.       — Если разрешит отец…       — Ты — часть нашей охоты, моя милая дочь. Ты заслужила её.       Она посмотрела на Юллйоло, и тот кратко кивнул. Ойоло скинула верёвки вниз, чтобы обвязать тушу и самим подняться. Как только они оказались на поверхности, она выпила оставшуюся кровь золотого зверя.       В предрассветных сумерках они занесли добычу в деревню, прямо к своему дому. Во дворе Йоловар открыла глаза и снова обернулась. На этот раз — женщиной с длинными, вьющимися волосами.       — Ваша взяла. Хороший план — ранить и измотать добычу до беспамятства, а затем не позволять ей ни есть, ни пить целыми днями. Моя похвала тебе, Юллйоло. Ловушка с кольями твоих рук дело?       — Верно.       — А ты, Варюлл, ранил меня в первый день. Скажи, тебе больше не удалось заключить договор с Ветром?       — Нет, моя Богиня. Но пока я сражался с ним на третий день, всю землю вокруг деревни замело.       — Вместе с вашими следами и ловушкой. Хорошо… О, Лехала, не ожидала, что твои собаки будут в порядке после этой охоты. Я была уверена, что нескольких ты загоняешь до пены, и мне придется их забрать. Ты хороший хозяин.       — Благодарю за похвалу.       — И ты Ойоло. Не думала, что ты вмешаешься.       — Мне жаль, богиня. Но идея с тем, чтобы измотать вас, была моя.       — Меня радует, что вы все унаследовали ум отца и самоотверженность матери. Юллйоло, говорю с тобой как с главой семьи. Собирай женихов и невест. В следующее полнолуние я позволю встретиться вам с Халавар. Пусть посмотрит своими глазами и благословит достойного.       Следующий месяц деревня неустанно принимала множество мужчин. Это были простые охотники из деревни, богатые торговцы с южной границы, умелые ремесленники и даже вожди племён с крайнего севера. Даже Дзу не был единственным богом среди них.       Последним пришёл Иснан. Бог с горячей кожей и дерзким взглядом. На его землях не было зимы, а о севере напоминали только груды песка, похожие на сугробы. Дары его были щедрее, чем у всех, кто пришёл до него. Даже Дзу не смел мериться с ним богатствами.       Настала ночь перед новолунием. Вся семья не могла уснуть: завтра великий день для них. Наконец каждый получит свое благословление и сможет сыграть свадьбу. Завтра они встретят мать, которую потеряли много лет назад.       Поднялся ветер. Тяжёлые снежные тучи закрыли Луну. Беспокойство уступило сонливости, и в ночи погас последний свет. Когда семья уже хотела отдаться сну, в дом постучали. Юллйоло наказал детям сидеть тихо. Он схватил нож и направился к двери. Выдохнув, он резко открыл её.       — Здравствуй, милый муж. Я скучала.       Перед ним стояла Халавар. На её лице не было ни морщинки, улыбка осталась нежной, а взгляд смелым и открытым. Но за ласковым лицом никто не видел неестественную молодость, мертвенную синеву и оледеневшую корку на коже.       — Здравствуй… Мне было так тяжело без тебя.       Юллйоло потянулся к жене, чтобы обнять её, но между ними встала белая медведица. Редкий гость в их землях, ещё и в такой сезон. Она не рычала, не пыталась напасть. Он сразу понял — это Йоловар. Когда их взгляды встретились, богиня лишь кивнула.       — Прошу, не пытайся ко мне прикоснуться. А не то придется забрать тебя раньше времени. Дети мои, вы слышали меня?       Ойоло робко выглядывала из-за плеча брата, Варюлл спешил к отцу. Он помнил её лицо лучше всех, и когда он увидел мать, то его сердце словно утонуло в неге, впервые за долгие годы       — Мама, проходи в дом. Ойоло, накрывай на стол, покажи, какой хозяйкой ты выросла.       — Не стоит, — Халавар покачала головой, — я все равно не смогу разделить с вами трапезу. Юллйоло, муж мой, позволишь мне войти?       — Да. Мы ждали тебя.       Халавар спрятала руки в карманы сияющей шубы, чтобы никто ненароком не прикоснулся. Её радовал вид родного дома. Охотничьи инструменты были остро заточены и аккуратно разложены. А богатое убранство и чистота дали ей понять, что её близкие продолжили жить, пусть и не смогли отпустить её до конца.       И хоть Халавар продолжала чувствовать предсмертный жар, она была уверена: здесь никогда не бывает холодно. Сразу за ней последовала белая медведица. Юллйоло зажёг лучину, семья села за стол. Ровно на мгновение в доме стало тихо. Первым заговорил Варюлл.       — Мама, ты знала, что я однажды победил Ветер? А ещё я уже стал главой охотников, а потом хочу стать старостой.       — А я однажды перехитрил Солнце. Но я бы не смог это сделать без нашей собаки. Мама, ты помнишь её, косматую? Бело-серую Липи, с чёрными ушками…       — Мама, а у меня много друзей. Мне нравится помогать всем в нашей деревне, и очень люблю ткать. Но ты не подумай, я себя в обиду не дам. Папа научил меня постоять за себя. А если у меня самой не получится, то мне поможет моя лучшая подруга Луна.       Дети продолжали и продолжали болтать, то перебивая друг друга, то дополняя чужие рассказы. Юллйоло молчал. На его глазах выступили слёзы, но он изо всех сил старался не проронить ни слезинки. Затуманенным взглядом он продолжал смотреть на Халавар, пытаясь запомнить каждую ее черту, прежде чем она снова уйдет.       — Я наблюдала за вами. Все эти годы я смотрела, как вы растете, как падаете и поднимаетесь. На всём севере не сыскать матери счастливее меня. Но ночь не вечна, и я должна сделать то, ради чего пришла.       — Благословление… — прошептал Юллйоло.       — Да. Расскажите мне о тех, кто мил вам.       В доме вновь стало тихо. Дети словно только что вспомнили о скоротечности ночи. Им столько хотелось рассказать матери, похвалиться и поругаться, вдоволь посмеяться и поплакаться в её объятиях. Но время шло, лучина всё горела и горела. Первое слово вновь взял Варюлл.       — Мою возлюбленную зовут Оюлл.       — Небесный луг… Красивое имя.       — Она очень добрая, но робкая. Её нечасто увидишь на праздниках, но с ней мне всегда тепло. Даже в самую жуткую бурю мысли о ней согревают меня. А когда я захожу в её дом, там всегда пахнет вкусной едой и чистотой. А младшие братья и сестры у нее крепкие и ухоженные. Что ещё нужно для счастья?       Халавар задумалась.       — Ты прав, для спокойной жизни больше ничего не нужно. Но ты говорил, что хочешь стать старостой. Сможет ли такая хрупкая и нежная девушка стать твоей опорой? Выдержит ли она дни, когда ты будешь думать лишь о делах деревни, забыв про семью? Стерпит ли злые слухи за твоей спиной? Оюлл прекрасная невеста. Но сможет ли она разделить тот путь, по которому ты мечтаешь пойти?       — Ты же видела нашу Ойоло. Я уверен, что Оюлл тоже сильнее, чем кажется.       — Хорошо. Будь по-твоему.       Следующим был Лехала.       — Имя моей любимой — Вараан.       — Звёздный поток… Как мелодично.       — Она высокая, почти моего роста, и крепкая, почти как Варюлл. У неё небольшая семья, но в её доме всегда шумно и весело. Вараан очень любит смеяться. Но когда нужно быть серьезной, она становится непоколебимой. Иногда мне кажется, что рядом с ней я заново открываюсь миру.       — Но ты всю жизнь был нелюдимым. Не будет ли тебе тяжело с такой резвой женой?       — Мне кажется, без неё я однажды совсем забуду, как разговаривать с людьми. Буду только с собаками да с редкими заказчиками.       — Хорошо. Я рада, что вы нашли свое счастье. Теперь я хочу поговорить с тобой, Ойоло.       Все взгляды обратились к младшей дочери. Лишь треск лучины нарушал ночную тишину.