Часть 13. Без обид.

Билли не спала почти до рассвета. Дом был тих — слишком тих для её головы. Часы отсчитывали секунды, словно издевались, а потолок расплывался в серых пятнах, как дым после слишком долгой ночи. Она лежала на боку, уставившись в темноту, и снова и снова прокручивала один и тот же вечер. Козырьки. Союз. Артур Шелби. АРТУР ШЕЛБИ. От одной только фамилии внутри всё неприятно сжималось — не страхом, нет. Это было другое. Слишком живое, слишком личное. Союз не сложился сразу. И это было… ожидаемо. Томас дал её семье время — формально вежливо, почти благородно, но Билли прекрасно понимала, что за этим стоит. Это был не жест доброй воли. Это была проверка. Докажите, что стоите того. Уолтеры привыкли к Лондону. Там их боялись. Там с ними считались. Там их фамилия была не позором, а инструментом — грязным, но рабочим. Бирмингем был другим. Здесь власть не кричала. Здесь она смотрела в упор и ждала, кто первым отведёт взгляд. Шелби не суетились. Не давили. Не угрожали напрямую. И именно это пугало больше всего. Билли повернулась на спину, сжала пальцы в складках простыни. Артур. Девушка слишком хорошо помнила его присутствие. Не слова — ощущение. Как будто воздух рядом с ним становился плотнее. Как будто каждое её движение он чувствовал, особенно, когда весь вечер, пялился на нее в плотную. После VIP-зоны в «Бастарде» она запретила себе думать о нём. Строила стены. Напоминала себе всю ночь, кто она, откуда и зачем здесь. Но всё рухнуло, стоило ему оказаться рядом.Шелби смотрел так, будто видел её насквозь. Не как женщину. Не как партнёра. Как слабое место. И это злило. Под утро она всё-таки уснула — тревожным, поверхностным сном, в котором снова был дым, музыка и его голос, звучащий слишком близко. Утро встретило её рабоче и безжалостно.Билли только успела привести себя в порядок, когда один из людей принёс отчёт — аккуратно сложенные листы, цифры, маршруты, объёмы поставок кокаина, уже вошедшего в город.Бирмингем принимал товар быстро. Слишком быстро. Этот отчёт нужно было доставить лично — в офис предприятия братьев Шелби. Мысль об этом неприятно кольнула.Только бы не он. И тут же, почти с раздражением, она поймала себя на другой, более тихой мысли:А если он будет? Уолтер не признавала этого даже мысленно. Страх и ожидание существовали рядом, переплетаясь. Билли боялась, что Артур её ненавидит. Что считает предательницей. Что видит в ней угрозу или, хуже, — слабость. Но один факт не давал покоя и держал надежду на плаву.Если бы он ненавидел её по-настоящему —Шелби уже давно бы стерли Уолтеров с карты Бирмингема.А этого не произошло. Вильгельмина оделась, как всегда, безупречно: строго, дорого, без единой лишней детали. Это был её щит. Села в машину. Весна в Бирмингеме была обманчивой. Мартовский воздух пах сыростью, углём и чем-то новым, ещё не оформившимся. Город не расцветал — он выжидал.Всю дорогу Билли думала только об одном: увидит ли она Артура.И, если увидит — сможет ли выдержать. Она снова и снова напоминала себе:Барьер. Дистанция. Контроль. Это всегда работало...Почти всегда. Офис Шелби встретил её густым, въедливым запахом табака. Первая комната напоминала странную смесь приёмной и проходного двора. Никакого уюта — только необходимость. За столом у окна, заваленным тетрадями, огрызками карандашей и чернильными пятнами, сидел мальчик лет одиннадцати. Он был слишком сосредоточен для своего возраста: плечи напряжены, брови сведены, язык слегка прикушен — как у взрослого, которому нельзя ошибаться. Скрип двери заставил его резко поднять голову. — Вы к кому? — спросил он серьёзно, почти жёстко, без детской мягкости. Билли невольно улыбнулась. Не потому что было смешно — потому что контраст резанул. Слишком маленький для этого места, чтобы быть просто обычным ребёнком. Девушка подошла ближе, каблуки глухо отозвались о пол. — Надо же, — сказала спокойно Уолтер, без фамильярности. — Такой серьёзный. И симпатичный. Мальчик мгновенно смутился. Уши порозовели, взгляд ушёл в сторону. — Я-Финн Шелби, — буркнул он, словно это имя должно было всё расставить по местам. Фамилия ударила, как короткий щелчок по нерву. Шелби. Здесь это звучало иначе, чем в разговорах. Тяжелее. Билли не подала виду. — Понятно. А к кому мне обратиться? Финн кивнул в сторону двери, не поднимая глаз. — К Джону. Он там. — Спасибо, — сказала она и легко, почти машинально, коснулась его головы. Жест был мягким, человеческим. Маленький, а уже Шелби, — мелькнуло у неё.Она прошла дальше. Вторая комната была совсем другой — живая, шумная, грязная. Потные мужчины, сигареты, приглушённые разговоры, грубый смех. На неё бросали взгляды — оценивающие, липкие, но сдержанные. Здесь знали, кто она. И знали, что лучше держать дистанцию. Джона Вильгельмина нашла быстро. Он узнал её сразу. Никакой улыбки, никакой показной наглости, как в VIP-зоне «Бастарда». Здесь он был другим — рабочим, собранным, частью механизма. — Отчёт, — коротко сказала Билли, протягивая папку. — Вижу, — так же сухо ответил он, пролистал страницы, пробежался глазами по цифрам. Кивнул. — Передам Томми. — Хорошо. Пара подписей. Никаких лишних слов. Никаких взглядов. Она развернулась и пошла к выходу. Улыбнулась Финну на прощание, чуть подмигнула — он снова смутился — и вышла. И именно в этот момент всё пошло к чёрту. Она почувствовала его раньше, чем увидела.Не взгляд — присутствие.Тяжёлое, плотное, будто воздух внезапно стал гуще. Столкновение было резким. Не больно — слишком близко. Чужая грудь, тепло, запах табака и чего-то горького — виски, железо, усталость. Не аромат, а след жизни, прожитой на пределе. Билли подняла глаза — автоматически, с раздражением, уже готовая сказать что-нибудь резкое, отточенное. И мир встал. Артур Шелби.Вблизи он ощущался иначе, чем накануне вечером. Тогда его смывали свет, шум, чужие голоса, расстояние.Сейчас между ними было меньше полуметра — и ничего лишнего. Шелби считывал. Как угрозу — потому что она здесь. Как искушение — потому что она не сломалась. Как проблему — потому что прошлое не умерло. И именно это её ударило. Билли почувствовала, как внутри что-то дёрнулось — резко, болезненно, почти стыдно. Не страх. Не желание. Память.Тело вспомнило его раньше разума.Она заставила себя дышать. Спокойно. Ты здесь по делу. Ты не та девочка, которая уезжала. Она уловила, как напряглись плечи Артура. Как он удержал себя — намеренно, жёстко. И это пугало сильнее всего. Где-то за его плечом был Томас.Она знала это умом.Но не видела.Был только Артур.Его взгляд прожигал — не грубо, не откровенно. Хуже.Сдержанно. Так смотрят люди, которые уже проиграли однажды и не собираются делать это снова. Уолтер первой вырвала себя из этого застывшего мгновения. Резко отвела взгляд — движение вышло почти болезненным — и шагнула в сторону, к машине. Сердце било слишком быстро. Руки — предательски дрожали. Не сейчас. Не здесь. Не при них. — Добрый день, господа, — произнесла она ровно, собранно, мельком глянув на Томаса. Контроль — железный. Голос — чистый. Ни одной трещины. Рука легла на дверцу машины — и только тогда она позволила себе вдохнуть глубже. — Блять… — раздалось за спиной.Она вздрогнула, но не обернулась сразу.— Без обид, — продолжил он, после паузы. — За это… столкновение. Голос Артура был хриплым, сдержанным, будто каждое слово проходило через внутренний зажим. В нём не было грубости, не было насмешки.И именно это выбило почву из-под ног. Если бы он был резким — было бы легче. Если бы злым — понятнее. Если бы холодным — безопаснее. Но он был собранным. Вильгельмина обернулась. Всего на секунду. Не больше. И встретила взгляд Шелби снова.В нём не было обвинения. И это было страшнее, чем ненависть. — Всё в порядке, — сказала Билли спокойно, хотя пальцы дрогнули, выдавая её с головой. Девушка тут же села в машину, не давая себе ни лишнего взгляда, ни шанса передумать. Дверь захлопнулась — слишком громко.Мотор завёлся.Только когда машина тронулась, Билли позволила себе выдохнуть —рвано, неровно.Грудь сдавило. Уолтер смотрела прямо перед собой, не в зеркало. Не назад. Артур не ненавидит меня, — теперь уже точно поняла она с пугающей ясностью.И это хуже.

***

Артур смотрел ей вслед дольше, чем следовало. Слишком долго для человека, который привык держать лицо. Осознание пришло поздно — когда машина уже тронулась. Хлопок по плечу. — Пошли, — сказал Томас тихо, немного по братски усмехнувшись. — Хватит. Артур коротко кивнул и вошёл внутрь.Едва он переступил порог, раздался голос Финна от окна: — Не засматривайся, — заявил тот, не поднимая головы от тетрадей. — Она меня симпатичным назвала. Артур хмыкнул, криво усмехнулся, прикуривая сигарету. — Повезло тебе, мелкий. Но внутри всё ещё горело, у обоих.