Глава 2.

Я со скучающим видом стоял позади моего отца на совете. Кучка стариков, сидящих на татами в кругу, обсуждала что-то, абсолютно меня не волнующее. Беглый взгляд быстро оценил каждого: двое старейшин, мой отец и представитель побочной ветви. Демонстративно фыркнув, я уставился пустым взглядом куда-то за пределы помещения. На удивление приятный прохладный ветер подул из-за сёдзи. Осень уже четко заявляла свои права на этот мир, намекая, что еще немного — и придет ее время. — Наоя, — спокойно сказал мой отец, не глядя на меня, — слушай и запоминай, выродок. Ты не аксессуар, а наследник. Мой злобный взгляд старик, должно быть, почувствовал, но я промолчал и постарался собрать фокус на нем и старейшинах. — Достопочтенный Глава, — к отцу обратился Оги, его младший брат, — я считаю, что нам необходимо решить этот вопрос в ближайшее время, чтобы статус нашего клана не пострадал. — А о чем вообще речь, дядюшка? — язвительно вклинился я в разговор, — какая проблема? Я решу, не переживайте. Мой тон, полный противного снисхождения, сильно задел дядю, но при моем отце он не мог высказать своего возражения. Как бы херово мой дорогой папаша ко мне не относился, я — прямой наследник, а значит, прямой изъявитель воли Главы клана Зенин. — Господин Наоя, проблема, к сожалению, касается вас, — старческий голос старейшины мерзко резанул мой слух, — от клана Камо поступило предложение о вашем браке с их принцессой Куроми. Я рассмеялся. Искренне и громко, хватаясь рукой за живот. — Женитьба? — от смеха на глазах проступили слезы, — вы, многоуважаемые старейшие, совсем с ума сошли? Какой мне брак, я же… Я не успел договорить. В одну секунду я оказался уложен лицом в пол, рука отца с силой давила на мою шею. Я даже не пискнул. Моя ненависть била через край, но страх перед тем, кто сильнее меня, не давал мне и шанса на реакцию. Я обязательно стану сильнее. Я уничтожу их. Их всех, кто смотрит сейчас на меня: отца, слабака Оги, тупых старейшин. Настанет день, когда они будут предо мной на коленях. — Закрой пасть, щенок, — отец продолжал держать меня, прижимая лицом к полу, — закрой пасть и слушай. — Куроми, значит… — Наобито погладил бороду, не ослабляя давления на меня, — и вы говорите, что если мы откажемся, то пострадает честь клана? Каким образом? Объясните. Отец тяжелым взглядом обвел старейшин в ожидании их ответа. Отвечать ему правду было страшно, но молчать было еще страшнее. — Среди… среди кланов начал ходить слух о том, что… — Оги нервно сглотнул и бросил на меня косой взгляд, — что прямой наследник… недееспособен… Я нервно усмехнулся, все еще опущенный лицом в пол. Какого черта вообще? Недееспособен? Надо вырезать всех ублюдков, несущих эту чепуху, и дело с концом. — Недееспособен, значит… — Наобито посмотрел на меня, — так сложно трахнуть какую-нибудь суку, чтобы не позорить клан, Наоя? — Следующие его слова были направлены уже старейшинам, — отправьте клану Камо, что мы согласны. — Отец! — Мои слова были оборваны четким жестким ударом в солнечное сплетение, не давшим мне и шанса. — Закрой рот, щенок, — грубо рявкнул Наобито, — раз не можешь сам отстоять честь клана и свою честь как мужчины, я тебя заставлю. Свободен. Отец наконец убрал руку, и я смог выпрямиться. Даже говорить с ним сейчас было мерзко. Хочу уйти. Подальше отсюда. Ах, точно… та девка… Я расплылся в хищной улыбке и, поклонившись отцу, закрыл за собой дверь, оставляя ненавистных мне людей. Уроды. Все до единого слабаки. Закрыв дверь грубым щелчком, я полной грудью вдохнул осенний воздух. Устал. Как же я устал. Остервенело поправив кимоно, я прошел мимо слуг, стоящих вдоль коридора. — Жалкие, — бросил я, увидев, как служанка от страха передо мной роняет поднос из рук, — вы все жалкие! Видеть, как эти несчастные, тупые создания истерично наводят порядок, умиляло меня. Продолжайте пресмыкаться перед тем, кто ставит вас на колени. Не став тратить больше своего драгоценного времени, я быстро покинул поместье. В голове вертелась только мысль о той сероглазой девке. Где она? Что она делает? Вспоминает меня со страхом? Ждёт, что я приду? Каждый новый вопрос вызывал внутри благоговейный трепет перед ее страхом. Меня даже не беспокоило то, что произошло на совете. Я не могу пойти против отца. Не сейчас. Пока еще не время. Надо наращивать силу. Надо стать сильнее. Надо… Движимый своими бесконечными мыслями, я не торопливо шел по улицам Киото, не обращая внимания на быстротечность времени. Прохладный вечер сменился ночью, ветер стал сильнее, но я лишь лениво переставлял ноги. Скоро я найду ее. Найду и сломаю.